83747 (688982), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Окружение завхоза периодически сообщающего некие «случайно полученные» закрытые сведения, начинает более серьезно воспринимать любую информацию, исходящую от него; в итоге — все, что скажет вдрызг пьяный завхоз, воспринимается как откровение «знающего человека», тоже превращается в форму слухов и перемещается по той же цепочке. В результате создается огромное количество «информационного шума», курсирующего в обывательской среде, который «заглушает» целенаправленно распространяемые информационные блоки или дополняет их лишними подробностями, полностью искажая суть. На определенном этапе использования «источники» выходят из-под контроля, регулярно вбрасывая все более недостоверную информацию или до неузнаваемости искажая исходные данные.
Возможно, и с учетом этих причин органы власти давно лишились монополии на использование управления слухами. Имеющиеся «первичные источники» в органах власти никогда сами не разрабатывали технологий для управления слухами, а всего лишь воплощали их в жизнь — кто в КГБ, кто в идеологических службах: связь с разработчиками они утратили уже очень давно, в связи с чем используемые сегодня методики мало изменились за последние 10 лет, а отсутствие обновлений и усовершенствований постепенно обесценивает любую технологию.
Ту же методику УС по сей день применяют многие организованные теневые структуры, где тоже работают некоторые бывшие «идеологи». Управление слухами здесь достаточно давно (и довольно успешно) применяется для преувеличения возможностей орг-преступности в представлении среднего обывателя дискредитации правоохранительных органов, изменения мировоззрения молодежи и т.п.
2.1 Управление слухами
«Новейшее веяние», в качестве которого подают сегодня технологии УС независимые силы (независимые от настоящей власти — как официальной, так и теневой), выглядит несколько иначе. В данном случае исключены безусловные «авторитетность» и «компетентность» источника, которые обязательны в предыдущих вариантах. Применяемая здесь технология значительно новее и эффективнее; при этом она влечет и меньше затрат.
Первыми эту технологию «поставили на поток» отнюдь не PR-агенствa, а крупные политические партии и движения, имеющие сильные аналитические центры и немалые ресурсы. Разработана она была не для коммерческого использования, а для собственной политической пропаганды и сопровождения избирательных кампаний.
Здесь действует следующая схема: определяется нужная целевая аудитория, разбивается на профильные группы (но профессиональному, возрастному и другим признакам), затем выделяются лица, способные оказывать влияние на мнения и настроения каждой из выделенных групп (так называемые лидеры мнения). С этими лицами проводится адресная работа: для них организуются особые массовые мероприятия, их стараются всеми силами привлечь на свою сторону, а нередко — просто заплатить им либо задобрить подарком или услугой. Затем им даются требуемая информация, оценочная или поведенческая установка, а также дополнительные стимулы к ее распространению. При наиболее грамотной постановке дела работа с этим кругом лиц ведется непрерывно.
Система передачи здесь проста: от реального заказчика (в последнее время — с использованием PR-агентства а качестве посредника) — к «лидерам мнений» (параллельно со стимулом, преимущественно материальным) — затем уже в сами целевые группы, воспринимающие «лидеров мнений» в качестве авторитета. До самых последних звеньев цепочки нужные сведения доходят уже через посредство «лидеров мнений» более низкого порядка.
Приведем пример. Наиболее голосующая часть избирателей — пенсионеры, поэтому для большинства движений эта категория — наиболее «лакомый кусок». Группировка здесь происходит просто: наиболее «политически активная» часть пенсионеров располагается во дворах на скамеечках, где обсуждает текущую ситуацию и «перемывает кости» всем окружающим. Соответственно, на каждой такой скамеечке есть, свои «лидеры мнений» — более активные и информированные, более напористые (как правило, общественники в прошлом). Создать материальный стимул для каждого такого «локального лидера» — и дорого, и проблематично с организационной стороны; поэтому обращаем внимание на самую активную часть пенсионеров, группируемую во всевозможные советы ветеранов», «общества Пенсионеров» и т.п. Руководители таких общественных объединений (иногда — их местных отделений) и получают материальное стимулирование, а затем уже сами запускают нужную информацию «в работу».
Практическое воплощение данной технологии выглядит примерно так. Политическое движение (либо его руководитель) организует некую «целевую программу» помощи каким-либо слоям населения (в нашем случае — пенсионерам). В то же время материально помогать всем пенсионерам — нереально (это уже — простой подкуп), поэтому выбирается категория «малообеспеченных пенсионеров» (кстати, именно наименее обеспеченные более всего общительны и могут стать локальными «лидерами мнений»). Через определенные промежутки времени: из данной категории получает бесплатные продуктовые с письмами (и приложением некоторых материалов): периодически организуют бесплатные концерты и встречи с лидерами политического движения (подчеркнем — все это вне рамок избирательной кампании),
Более жесткий (и значительно более удачный) вариант создание для «лидеров мнений» собственной существенной структуры и иерархических рамок.
Например, некое общественно-политическое движение берет за основу территориальный принцип, опираясь в качестве «лидеров мнений» на наиболее ярых активистов-общественников никое, возглавляющих всевозможные «домкомы». Повсеместно в нескольких регионах (причем — единовременно) формируется сеть «территориальных комитетов общественного самоуправления», различного уровня иерархии: самые крупные структурные единицы — региональные и юродские комитеты, самые мелкие — «дворовые» (объединяющие 3-4 жилых дома). Здесь используется и опыт сетевою маркетинга — каждый из «общественников» должен набрать себе 5 помощников. Начиная с уровня «председателя дворового комитета», устанавливается тарифная сетка, в соответствии о которой «функционеры» еженедельно получают небольшую сумму в качестве премии за работу. В итоге — на территории среднего российского города имеется несколько тысяч таких комитетов, распространяющих нужную информацию и выполняющих «партийные поручения». Такое движение достаточно быстро приобретает большое влияние, поскольку получает не только сильнейшую структуру для управления слухами, но и немалые, к тому же реально работающие людские ресурсы.
Сегодня, когда большинство PR-агентств заявляет, что занимается управлением слухами, имеется в виду именно технология работы с «лидерами мнений», только поставленная на коммерческую основу в связи с переходом ряда полит консультантов из партий в агентства. Однако данная технология российскими специалистами все-таки не разработана, а скорее «украдена» У американских коллег, адаптирована к собственным условиям и выдана за свое изобретение. Само понятие «лидер мнений» тоже заимствовано, как и принцип отбора. И наконец, в силу особой специфики менталитета россиян «лидер мнений» не воспринимается безусловно позитивно. «Ниспровержение авторитетов» у нас в крови, поэтому общение среднего обывателя с человеком, в чем-то превосходящим его, отягощено комплексом неполноценности и выраженной завистью. Результат — сужение круга распространения информации, побочные эффекты, противоположная реакция; подозрение, что пресловутого «лидера мнений» просто «купили» (и это нередко правда), а также желание испортить ему то. И что он получает какое-то материальное вознаграждение:.
Новая технология управления слухами отличается от предыдущих вариантов в принципе. Постулат, что в любом случае УС должно использовать принцип «привычности» и «повышенной компетентности источника", здесь не признается.
Основной принцип, применяемый в новой технологи УС, — отбор источников информации и передаточных звеньев по признаку «привычности». Фактически здесь происходит значительно более глубокое вмешательство в бытовую сферу обывателя, им манипулируют значительно более тонко и на разных уровнях сознания.
Приведем пример.
В процессе очередною «перемывания костей» одна из тех же старушек на скамеечке заявляет, что и магазин некоего Иванова лучше не ходить, так как таи продаются продукты с дивно истекшим сроком годности; другая говорит, что ей глубоко не нравится новый вице-мэр, потому что у него «лицо типичного уголовника»; третья — что кандидат в депутаты Сидоров занимается «отмыванием денег»; четвертая — что предприниматель, живущий в соседнем подъезде, установил у себя в квартире золотой унитаз и золотую ванну. На этом фоне одна из них (так называемый лидер мнения, стимулированный в соответствии с предыдущей методикой) сообщает, что, но сведениям из «компетентных источников», губернатор через два месяца получит пост вице-премьера в правительстве. Какая информация будет воспринята и старушками, и окружающими, которым она будет передана, с наибольшим вниманием? Естественно, самая последняя, так как она подтверждена ссылкой на «компетентный источник» и изначально подана как сенсация, полученная из-за «закрытых дверей». Она же будет дольше всего обсуждаться на каждой стадии передачи, анализироваться, переосмысливаться, дополняться — все более и более, вплоть до коренных изменений первоначального содержания. По прошествии некоторого срока, когда ожидаемого назначения не произойдет, слух утратит свою актуальность и породит новое явление: обсуждение, почему же все сорвалось; при этом «компетентность» источников под сомнение ставиться не будет. Кто-то решит, что возобладали недоброжелатели губернатора, другие — что он сам «не потянул»; в любом случае возникнет необходимость в выбросе очередной порции информации, теперь уже объясняющей новое развитие событий. Но вернемся, к другим «фактам», обсужденным одновременно с этой информацией. Люди, сообщившие их, не являются лидерами мнений; информация, исходящая от них, не пользуется доверием и не оценивали сразу как «факт» она вообще никак особенно не воспринимается.
Здесь нет сенсации, нет яркой подачи, и обсуждение вопроса быстро закончится или вообще не возникнет. Более того: допустим, одна из тех от кого исходит данная информация — глупая и вздорная баба с тремя классами образования, другая — хроническая алкоголичка, третья — 95-няя старушка, которая уж лет 20 очень плохо слышит и многое понимает совершенно не так. С точки зрения многих «пиарщиков» и политтехнологов, использовать этих людей в качестве своей опоры — значит загубить дело «на корню», дискредитировать любую информацию; да и имеет ли смысл вкладываться в заведомо «мертвое» дело, когда сразу известно, что любая информации, исходящая от таких людей, не привлечет ни малейшего внимания? Здесь отсутствует главная составляющая PR-кампании — яркость.
Но в каждой профессии существуют свои стереотипы, и это всего лишь один из них. Посмотрим, что произойдет с этой информацией дальше. Как правило, большого интереса она не вызывает, особенно не обсуждается, не дополняется, не проверяется, и источник се вообще неизвестен. Но где-то она все же откладывается, и потом передается тан же, «между делом», как малозначительный факт. Допустим, когда впоследствии в присутствии одной из этих старушек заходит речь о магазин не Иванова, она равнодушно упоминает, что вообще не ходит туда, потому что там все продукты просроченные. При разговоре о предпринимателе, живущем в соседнем подъезде, сразу всплывет «а, это тот. у которого золотой унитаз...».
И еще один момент. Такая «малозначительная информация крайне живуча. При каждом упоминании о пресловутом соседе-предпринимателе в определенном кругу буду вспоминать и о его золотом унитазе, даже после того, как пресловутый предприниматель переедет в другую страну; и к лицу вице-мэра будут присматриваться при каждом его выступленни , подсознательно отыскивая черты, усиливающие сходство с «типичным уголовником».
Рассмотрим теперь саму технологию.
Начнем с отличительных характеристик. Прибегая к помощи «лидеров мнений», по сути, проводят немалую работу по созданию нового коммуникационного процесса, но реально — это «изобретение велосипеда», и довольно грубое; здесь слишком много искусственного, надуманного. Управление слухами в новом варианте не создаст новых коммуникационных процессов, а только использует и регулирует существующие, естественные — именно по этой причине применение этой технологии крайне трудно обнаружить со стороны. Кроме того, персоналии «лидеров мнений» при определенном желании можно определить и оказать на них воздействие (запутать, купить), и технология разрушится, так как они являются ключевым элементом. В нашем же случае «ключевой элемент» только один — «пиарщик», который выполняет заказ; персоналии других участников неформальной коммуникации не играют никакой роли и могут безболезненно заменяться.
Обратите внимание на информацию в этом непрерывном неформальном потоке — к примеру, даже начинающий политконсультант мог бы придумать что-то гораздо более сильное, чем «лицо уголовника», применительно к вице-мэру.
Вот она, разница в наполнении. Через «лидеров мнения» передается информация, и только (и она имеет содержательную ценностъ); с точки зрения большинства заказчиков и самих пиарщиков, этого достаточно, но — нет. Сильнее действует жесткий манипулятивный подход; передаваться должна не информация как таковая (она, по сути, особого значения не имеет, а ее содержание реально может ничего не стоить), а то с чем она ассоциируется — мотивационная установка, побуждение к чему-либо.
Особое внимание следует уделить и еще одному принципиальному моменту. С помощью УС нежелательно формировать сильные эмоции или явный интерес. Важно, чтобы обыватель не подвергал полученную информацию осмыслению и критической оценке, а принимал её «как есть», откладывая где-то на подсознательном уровне. Как раз в этом и достоинство привычного источника — информация, исходящая от него, большей частью слишком незначительна, чтобы восприниматься на рациональном уровне и подвергаться анализу.
Достаточно, чтобы обыватель при упоминании объекта просто испытывал легкое раздражение или иную слабую негативную реакцию. Наиболее наглядно это проявляется при голосовании: обыватель часто сам не может объяснить, почему ему несимпатичен некий кандидат, которого он никогда не видел (просто «интуиция», «внутренний голос» и т.п.).
Организационных моментов в составе данной технологии три. Первое — определение канале передачи информации. Это должен быть усредненный представитель интересующей целевой категории (пенсионеров, учителей, врачей, предпринимателей и т.п.), находящийся по уровню даже чуть ниже «среднего», но ни в коем случае не выше, Эго ни в коем случае не «лидер мнений», не особо информированный человек; главная его отличительная черта — чрезмерная общительность; желательно, чтобы это был человек, который больше говорит, чем думает (причем окружающим это сразу понятно).
Общение с ним должно характеризоваться «привычностью»: получаемая от него информация не воспринимается на веру, не обсуждается активно, не особенно принимается к сведению.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
