42475 (687142), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

3.6 Концепт ‘сожаление’

Укусить бы локотка. Вернуться бы в прошлое, исправить ошибки [1, C. 259].

ОФ создаётся метафорой, уподобляющей прототипическое явление принципиальной невозможности укусить собственный локоть действию, не осуществимому в силу ушедшего времени. Компонент локотка выступает в роли символа чего-то заведомо неосуществимого, соотносясь с соматическим кодом культуры; компонент бы мотивирует и подчёркивает ирреальную модальность стереотипной ситуации, усиливая при этом акцент сожаления и соотносясь с психическим кодом; компонент укусить мотивирует посредством экспрессивной семы семантику оборота в целом, соотносясь с антропным кодом культуры. Таким образом, фразеологизм представляет собой собственно антропную метафору. Ср. с литературной ФЕ локоть не достать.

Фразеологизм в целом выступает в качестве стереотипа сожаления.

Итак, национальные и культурные смыслы, отражённые во внутренней форме фразеологических оборотов, обуславливают коннотативную семему сигнификата ФЕ, а именно: ярко выраженную оценочность, эмотивность, экспрессивность, а также стилистическую маркированность.

Заключение

В рассмотренных ФЕ русских говоров Республики Мордовия наблюдается богатый национально-культурный пласт, отражающий воззрения диалектоносителей, их представления об окружающем мире. Настоящее исследование показало значимость разнообразных механизмов, формирующих характер семантической структуры оборотов, в частности национально-культурную обусловленность идиом.

В ходе исследования диалектной фразеологии были обнаружены реликты мифологического мышления, явившегося основой формирования фразеологического образа и его семантики. Представления древних, одушевляющих окружающий мир, его явления и предметы, дали толчок для возникновения образного или художественного мышления, с помощью которого в итоге образовались такие сложные для изучения микротексты, как народная фразеология, являющаяся фрагментом языковой картины мира носителей диалектного языка.

Например, можно сказать с уверенностью, что диалектная фразеология отличается от литературной не только более архаичной лексикой, но и более причудливой образностью ФЕ, архаическими элементами как духовной, так и материальной культуры, а также их яркой стилистической маркированностью.

Каждый фразеологизм, как мы показали в исследовании, представляет собой концептуальную метафору, т.е. связан с определённым понятием, содержащим какое-либо культурно/ментально зафиксированное явление в виде иносказательного оформления носителями диалекта. В этой связи концептосфера диалектной фразеологии антропоцентрична и взаимопроникнута как элементами материальной, так и духовной культуры. Также диалектная фразеология социально маркирована—она имеет во многом деревенский колорит, тем самым отражая её нелитературную, т.е. узко употребительную воспроизводимость, а также языковую картину мира сельского жителя.

Фразеосемантика «поведение человека», как выяснилось в ходе исследования, часто мотивирована внешними, т.е. телесными, обозначениями этой тематической концептосферы, взаимоотождествляющими по смежности зримые и понятийно-психологические явления из разряда поведения. Например, (1) смежносоотнесённые явления целостные (представления человека о человеке как о целом), вербализованные компонентом себя; (2) смежносоотнесённые явления телесной части, вербализованные компонентом язык как отражение речемыслительной деятельности; (3) смежносоотнесённые явления внешнего проявления поведения (рука как символ присвоения).

В основе данного фразеосемантического поля лежит архетип, т.е. древнейшее устойчивое представление о Добре и Зле, о Своём и Чужом/ Ином, приобретающих в ментально-языковой репрезентации – во фразеологизмах – различные формы общественно-поведенческого проявления. В связи с чем важнейшим элементом в данном ФСП (фразеосемантическом поле) является также и категория коннотации, тоже формирующей ОФ. Таким образом, фразеосемантика ‘поведения человека’ всегда оценочно маркирована и, как правило, отрицательно [см. с. 14], так как всегда акцентирует «чужесть, инакость» – словом, отклонение от нормы, ориентируясь на вертикальную иерархию ценностей.

Фразеосемантика ‘состояние человека’ в отличие от первого ФСП может быть чаще субъектно организованной, т.е. субъект состояния может говорить о себе, оценивая «своё» состояние (напр., проть сердца оторвалось, укусить бы локотка, в обмешулках). В этом ФСП также отразились мифологические представления человека. Данные фразеологизмы обозначают «внутреннее», а значит, во многих случаях «своё» эмоциональное состояние и, в свою очередь, спецификой своей образной мотивировки напрямую восходят к явлениям анимизма — осознания одушевлённости как внешнего, так и внутреннего миров. То есть явления, связанные с миром чувств человека, одними из первых получили маркировку в дискурсе мифологическом, обнаружив соответствующую идейно-смысловую коннотацию одушевлённости самого факта состояния как опредмеченного, т.е. в форме олицетворения и персонификации (совесть берёт, проть сердца оторвалось, глаза зябнут).

С другой стороны, ФЕ этого семантического поля могут быть и объектно организованы, т.е. обозначать состояние 3 л. и маркировать «чужой» аспект состояния, так как оценивают именно видимый со стороны поведенческий аспект. Например, из стыда выйти – коннотативная семема ФЕ содержит резко отрицательную оценочную сему, т.е. абсолютно негативную характеристику лица (Х). Ср. контекст: Нынишния мъладёш ис стыда вышли: адин мат дъ пьянь (Сил, Ар) [1, с. 243]. ФЕ глаза зябнут – стороннее наблюдение внезапного состояния лица (Х), так как в качестве обозначения этого лица в своём компонентном составе имеет внешнюю телесную часть человека и поэтому не может быть субъектно организованной.

В ФСП «поведение человека» действует аспект одушевления внешних предметов (частей тела, принадлежностей быта, а также при мотивации скрытых и явных параллелизированных аналогий, т.е. сравнений). В ФСП «состояние человека» одушевляются, причём ещё опредмечиваясь, именно непредметные, т.е. ощущаемые, психические явления (как «свои», так и «чужие»), семантизируя их как олицетворённые и персонифицированные.

Большую группу составляю фразеологизмы с компонентами-соматизмами, отражающие представления о человеке, его эмоциональном состоянии и внутреннем мире через определенные части тела. При этом сердце ассоциируется со страхом, язык – с речью, глаза – со стыдом, совестью и вниманием (как уши), рука – с воровством и кулак – с выдержкой.

Каждый из ФСП, таким образом, содержит долю «мёртвых» метафор, восходящих к мифологическому пласту культуры и сформировавшихся к настоящему времени в яркие оценивающие стереотипы.

Приложение

Таблица фразеологических культурных конструктов

Критерии типологии: (1) структура ФО/ тропная база; (2) половой признак/ гендерность; (3) специфическая психологическая окраска.

Тематические группы: поведение и психическое состояние человека.

Семантически избыточные. Во внутренней форме таких фразеологизмов наблюдается повтор однокоренных или синонимичных слов-компонентов или же прямая тавтология, с помощью которых мотивируется ФЗ. Подобные культурные конструкты могут быть и ритмически организованными (катушки да катушки, крутнём-вертнём ходить¹).

Гиперболо-алогические. Метафорический характер таких ФЕ усложнён преувеличением, нарочитой фантастичностью или же нелогичной лексической сочетаемостью слов-компонентов, что мотивирует ФЗ.

Собственно метафорические. Такие фразеологизмы основаны на переносе свойств и качеств одних явлений, действий или ситуаций на другие, как правило, ассоциативно схожие с ними или же аллегорически осмысляемые.

Антитезные. Образно-семантическая мотивация таких фразеологизмов построена на лексическом контрасте слов-компонентов.

Звукоподражательные. Внутренняя форма таких культурных конструктов включает звукоподражательные слова, которые непосредственно образуют ФЗ.

Юмористические. Образность этих фразеологизмов наделена комическим оттенком, создаваемым причудливым или необычным изображением-оцениванием поведения человека.

Иронические и саркастические. Семантическая и образная структура таких фразеологизмов мотивирована несоответствием утверждения с подразумеваемым подтекстом/смыслом, отличающимся оценочными оттенками (иронией, сарказмом).

Гендерные. Главный показатель этих фразеологизмов – избирательная дифференциация адресата по признаку пола. Т.е. оценочность этих ФЕ связана с признаковой прикреплённостью к определённому полу адресата. На данной основе они могут быть как маскулинными, так и феминными.

Сравнительные. Формальный показатель этих оборотов – подчинительный союз как, который структурно-семантически мотивирует образ оборота в целом.

Синекдохические. Главная черта таких идиом заключена в количественном иносказании, а также в соподразумевании части в значении целого и наоборот, что мотивирует особую образность ФЕ.

Метонимические. Фразеологический образ таких оборотов основан на иносказательном обозначении одного предмета при помощи другого, смежного по отношению к первому. Обычно в этих ФЕ в качестве такого предмета выступают соматические, т.е. телесные, компоненты-слова (голова, язык, рот и др.).

Сравнительно-метонимические. Образ таких фразеологизмов усложнён как метонимией, так и сравнительным оборотом, причём компонент-метонимия может выступать в качестве сравниваемого элемента или входить в сравнивающую часть тропа.

Перифразные. Образно-семантическая мотивация этих оборотов связана с наличием в них выражения, заменяющего то, что они нарочито иносказательно подразумевают. Компонент-перифраз таких оборотов имеет форму номинации, т.е. названия.

Архетипические. Семантическая мотивированность таких фразеологизмов обусловлена наличием в них оппозиции ‘Себя’ и ‘не-Себя’, т.е. акцент разграничения делается по признаку свойственности / несвойственности поведения или состояния лица (Х-а) его настоящему «Я».

Список использованных источников

1. Семенкова, Р.В. Фразеологический словарь русских говоров Республики Мордовия/ Р.В. Семенкова. – Саранск: Изд-во Мордов. Ун-та, 2007. – 332с.

2. Абакумов, С.И. Современный русский язык: уебн. пособ. для пед. и уительск. ин-тов/ С.И. Абакумов. – М.: Сов. наука, 1942. – 184с.

3. Алефиренко, Н. Фразеологическое значение: природа, сущность, структура/ Н. Алефиренко// Грани слова: сборн. научн. статей. – М.: ЭЛПИС, 2005. – С.21-26.

4. Амосова, Н.Н. Основы английской фразеологии/ Н.Н. Амосова. – Л.: Изд-во ЛГУ, 1983. – 208с.

5. Ахманова, О.С. Очерки по общей и русской лексикологии/ О.С. Ахманова. – М.: Учпедгиз, 1957. – 295с.

6. Ашукин, Н.С. Словарь к пьесам А.Н. Островского/ Н.С. Ашукин, С.И. Ожегов, В.А. Филиппов. – М.: Веста, 1993. – 259с.

7. Бабкин, А.М. Русская фразеология, её развитие и источники/ А.М. Бабкин. – Л.: Наука, 1970. – 324с.

8. Блок, А.А. Стихотворения и поэмы: стихи, дневники, письма, проза/А.А. Блок. – М.: Эксмо, 2006. – 576с.

9. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / Отв. ред. В.Н. Телия. – М.: АСТ – ПРЕСС КНИГА, 2006. – 784с.

10. Брагина, Н.Г. Фрагмент лингвокультурологического лексикона (базовые понятия)/ Н.Г. Брагина // Фразеология в контексте культуры/ отв. ред. В.Н. Телия. – М.: Языки славянской культуры, 1999. – С.131-138.

11. Воркачев, С. Г. Лингвокультурология, языковая личность, концепт: становление антропоцентрической парадигмы в языкознании/С.Г. Воркачёв // Филологические науки. - 2001 - № 1. - С. 64-72.

12. Виноградов, В.В. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке / В.В. Виноградов// Лексикология и лексикография: Избр. труды. – М.: Наука, 1986. – 312с.

13. Даль, В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 2 т. / В.И. Даль. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. – 2 т.

14. Ефимов, А.И. О языке художественных произведений/ А.И. Ефимов. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Учпедгиз, 1954. – 288с.

15. Жуков, В.П., Жуков, А.В. Русская фразеология: учебн. пособие/ В.П. Жуков, А.В Жуков. – Изд. 2-е, испр. и доп. – М.: Высш. школа, 2006. – 408с.

16. Жуков, В.П. Семантика фразеологических оборотов / В.П. Жуков. – М.: Просвещение, 1978. – 160с.

17. Зимин, В.М., Крымская. М. Лингвокультурологический анализ фразеологизмов со значением процесса речи/ В.М. Зимин, М. Крымская // Грани слова: сборн. научн. статей. – М.: ЭЛПИС, 2005. – С.451-459.

18. Ивашко, Л. А. Юмор в народной фразеологии/ Л. Ивашко // Грани слова: сборн. научн. статей. – М.: ЭЛПИС, 2005. – С.80-82.

19. Ивашко, Л. А. Очерки русской диалектной фразеологии/ Л.А. Ивашко. – Л.: Изд-во Ленинградск. ун-та, 1981. – 111с.

20. Коваль, В. Славянская этнофразеология в гендерном аспекте/ В.Коваль // Грани слова: сборн. научн. статей. – М.: ЭЛПИС, 2005. – С.82-89.

21. Красных, В.В. Концепт «Я» в свете лингвокультурологии/В.В. Красных // Язык, сознание, коммуникация: сб. статей/ отв. ред. В.В. Красных, А.И. Изотов. – М.: МАКС Пресс. – 2003. – Вып. 23. – С.4-14.

22. Ларин, Б.А. Эстетика слова и язык писателя: Избр. статьи/ Б.А. Ларин; вступ. ст. А. Фёдорова. – Л.: Худож. литература, 1974. – 287с.

23. Лучинина, Е.Н. Лингвокультурология в системе гуманитарного знания // Критика и семиотика. – 2004. – Вып. 7. – С. 238-243.

24. Маслова, В.А. Лингвокультурология / В.А. Маслова. – М.: Академия, 2001. – 208с.

25. Ожегов, С.И., Шведова, Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений/ С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. – 4-е изд., доп. – М.: ИТИ ТЕХНОЛОГИИ, 2003. – 944с.

26. Пименова, М.В. Коды культуры и проблема классификации концептов/ М.В. Пименова// Язык. Текст. Дискурс: Научный альманах Ставропольского отделения РАЛК / Под ред. Г.Н. Манаенко. – Ставрополь: Изд-во ПГЛУ. – 2007. – Выпуск 5. – С.79-85.

27. Поливанов, Е.Д. Введение в языкознание/ Е.Д. Поливанов. – Л.: Изд-во Восточного ин-та, 1928. – 220с.

28. Сандомирская, И. О своём. Фразеология и коллективная культурная идентичность/ И. Сандомирская // Фразеология в контексте культуры/ отв. ред. В.Н. Телия. – М.: Языки славянской культуры, 1999. – С.121-130.

29. Славянская мифология: энциклопедический словарь / отв. ред. С.М. Толстая. – 2-е. изд. — М.: Междунар. отношения, 2002. – 512с.

30. Смирницкий, А.И. Лексикология английского языка/ А.И. Смирницкий. – М.: Учпедгиз, 1956. – 356с.

31. Срезневский, И.И. Заметки об образовании слов и выражений/И.И. Срезневский// Записки императ. А.Н. – СПб., 1873. – Т. 22. – С.246-248.

32. Телия, В.Н. Что такое фразеология/ В.Н. Телия. – М.: Наука, 1966 – 85с.

33. Телия, В.Н. Фразеологизм. Фразеология / В.Н. Телия// Лингвистический энциклопедический словарь/ Гл. ред. В.Н. Ярцева. – М.: Советская энциклопедия, 1990. – С.559-561.

34. Телия, В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты/В.Н. Телия. – М.: Языки русской культуры, 1996. – 284с.

35. Телия, В.Н. Первоочередные задачи и методологические проблемы исследования фразеологического состава языка / В.Н. Телия // Фразеология в контексте культуры/ отв. ред. В.Н. Телия. – М.: Языки славянской культуры, 1999. – С.13-24.

36. Тресиддер, Дж. Словарь символов/ Дж. Тресиддер; пер. с англ. С. Палько. – М.: ФАИР-ПРЕСС, 1999. – 448с.

37. Фортунатов, Ф.Ф. Сравнительное языковедение / Ф.Ф. Фортунатов// Избр. труды. – М.: Учпедгиз, 1956-57. – Т.1. – С.244-247.

38. Шанский, Н.М. Фразеология современного русского языка/ Н.М. Шанский. – М.: Высш. школа, 1985. – 229с.

1 Данный фразеологизм может быть причислен также и к гендерному, в частности к маскулинному культурному конструкту.

Характеристики

Список файлов курсовой работы