42267 (687067), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

д) перестановка звуков (например, арук – рука, лубитка – бутылка, таскан – стакан);

е) перестановка слогов с добавлением новых звуков и слогов: ши-втра-ши-за-ши – завтра, ши-бе-у-ши-жит-ши – убежит.

Рассмотрим современные способы пополнения словарного состава социодиалектов:

1. На первое место по продуктивности выходят иноязычные заимствования (чувак – парень). Например: thank you (спасибо) – сенька; birthday (день рождения) – бездник)

2. Продуктивна аффиксация:

-ух(а) - кличка – кликуха, заказ – заказуха. Также суффикс используется как средство универбации, т.е. сокращение сочетаний«прилагательное + существительное» в одно слово - мокрое дело (убийство) –мокруха.

-аг(а) - журналюга, общага, тюряга;

-ар(а) - нос – носяра, кот – котяра.

-он - выпивать – выпивон, закусить – закусон,закидывать – закидон.

-л(а) - водила (от водитель), кидала (от«кидать») – обманщик;

-щик, -ник, -ач – «халява» – халявщик, «стучать»– стукач;

-ак - наглость – нагляк, депрессия – депресняк .

-ота - наркота (от наркотики);

-еж - балдеж (от «балдеть»), гудеж (от«гудеть»);

Существительное бомжатник (от бомж), созданное по образцу названий помещений для животных (телятник, курятник),существительное качалка (спортклуб) произведено по образцу разговорных читалка, курилка.

-к(а): накрутка, отмывка, отмазка, засветка.

-ни(е): отмывание, наваривание, обмишуривание.

Также активно используются приставки:

с- - слинять, свалить (уйти, уехать);

от- отвалить, откатиться, отгрести (лит.отойти);

отмыть («грязные деньги»), отмазать(ся),отмотать.

3. Второе место занимает такой способ как усечение: шиза – шизофрения; дембель – демобилизация; нал – наличные деньги;

4. Следующим мощным источником формирования лексического состава социодиалекта является метафорика: аквариум, обезьянник – скамейка в милиции для задержанных; голяк – полное отсутствие чего – либо, гасить – бить; улетать – чувствовать себя превосходно.

5. Развитие полисемии: кинуть: 1) украсть что-либо у кого-либо; 2) взять у кого-либо что-либо и не отдать; 3) смошенничать при совершении сделки; 4) не сдержать обещание, обмануть.

6. Заимствование блатных арготизмов: беспредел – полная свобода, разгул; клево – хорошо; мочить – бить, убивать.

7. Аббревиация полная или частичная: КПЗ: 1) камера предварительного заключения; 2) «комната приятного запаха».

8. Каламбурная подставка: бухарест – молодежная вечеринка (от «бух» – спиртное), безбабье – безденежье (от «бабки» – деньги).

Жаргоны, делегировавшие в так понимаемый сленг своих представителей, не расстаются с ними. Например, темнить в тюремно-лагерном жаргоне многозначно: «притворяться непомнящим, симулировать беспамятство», а в молодежном жаргоне – «говорить неясно, увиливать от ответа», а ныне в просторечии – «путать, обманывать»; параша – изначально отхожее место в камере, позже – любая бытовая грязь; ложь, дезинформация.

Социодиалект, как правило – пиршество метафор и экспрессии. Крыша поехала – выражение, рожденное в одном из жаргонов и попавшее в сленг. Ни один из наших нормативных толковых словарей его не показывал. Первым это сделал в 1992 году «Толковый словарь русского языка» Ожегова и Шведовой и отнес к разговорному стилю литературного языка. Сленг освежает ее: крыша теперь и течет, и отъезжает, и улетает. Метафорические импульсы, исходящие из этого выражения, проникают в его ассоциативное поле, и вот уже психиатр – это кровельщик, а психиатрическая практика – кровельные работы, выхлоп – запах перегара, алкоголя изо рта; вратарь – вышибала в ресторане, баре; мять харю – спать; мыслить зеркально – верно понимать что-либо; до потери пульса – интенсивно и долго; подфарники – очки; приговор – ресторанный счет; простофиля – клиент.

Словообразование в арго мало чем отличается от словообразования в русском литературном языке. Большинство слов (78%) образовано лексико-семантическим способом — метафорой, метонимией, синекдохой (например: отрубиться — «потерять сознание», отоварить — «ударить», покупать — «воровать», работать — «совершать преступления», пушка — «револьвер», произвол — «баня», промокнуть — «напиться вина», залететь — «попасться с поличным», свалить — «исчезнуть», темный — «краденый»).

Для арго нередки слова с суффиксами -яр- (мент-яр-а — «представитель правоохранительных органов», кич-ар-а — «тюрьма»), -арь- (блат-арь — «профессиональный преступник», скок-арь — «вор, специализирующийся по кражам из домов и квартир, влезая туда через форточку или окно»), -юг- (жит-юг-а— «жизнь», фраер-юг-а — «жертва преступления»).

При морфологическом способе словопроизводства в арго нередко наблюдается и перенос значения; лексическое значение нового слова резко отличается от значения образующей лексемы (например, слова: оторва — «профессиональная преступница, которая отбирает у заключенных вещи и продукты питания», шалашовка — «проститутка»).

В арго имеется несколько слов, образованных специфическими способами:

а) прибавление к слову комплекса звуков: клевый – маклевый;

б) замена одного звука и одновременно — перенос значения: шпюмка (от слова «шлюпка»);

в) замена первоначального звука другим и пропуск звуков: штрик — «старик», штруха — «старуха».

В арго имеются и некоторые морфологические особенности (они незначительны). Например, у арготического слова кони — «сапоги» отсутствует форма единственного числа, слово головка — «главари» является уже собирательным существительным.

Речи деклассированных элементов свойственны отдельные фонетические особенности. В ней наблюдается (не всегда и не во всех случаях) удлинение согласных звуков, например: профффурсетка, козззел, сссвали. Иногда согласные смягчаются, а гласные звуки становятся более передними по месту образования, при этом нижняя челюсть артикулирует вперед, придавая лицу «зверское выражение». В 20 – 50-е годы в речи деклассированных элементов наблюдалось смягчение твердых согласных звуков. «Они кривят рты, будто собираются куснуть тебя сбоку, - писал А. И. Солженицын, - они при разговоре шипят, наслаждаясь этим шипением больше, чем гласными и согласными звуками речи, - и сама речь их только окончаниями глаголов и существительных напоминает русскую, она — тарабарщина». Иногда представители низов не произносят некоторые гласные звуки слова, а как бы глотают их.

Арго имеет «сборный» характер: в нем много переосмысленных литературных слов, просторечных лексем, территориальных диалектизмов, заимствований из других языков и социодиалектов (жаргонов, условно-профессиональных языков). В современном арго имеются слова из лексики дореволюционных деклассированных элементов (456 лексических единиц) и арготизмы 20 – 70-х годов XX века.

Глава 4. Арготизмы в литературном языке

Почему арготизмы являются такими живучими и передаются из поколения в поколение? Почему арготизмы проникают в речь законопослушной части населения? Причин здесь несколько:

1. Наличие довольно-таки устойчивых антисоциальных групп, у которых имеется своя субкультура, традиции, законы. Так, например, профессиональный преступник 20 – 50-х годов обязан был знать арго в совершенстве.

2. Влияние «блатной» романтики на молодежь. Молодые люди, наслушавшись воровских историй, песен уголовников, стараются им во всем подражать. И поэтому употребляют в речи большое количество арготизмов. Причем молодежь не только использует арготические слова, но и перенимает фонетические особенности речи деклассированных элементов.

3. Еще живы арготические слова в памяти тех людей, которые прошли через мясорубку сталинских лагерей. Находясь в местах лишения свободы рядом с «блатарями», они волей-неволей перенимали и их лексику. Эти слова помнит и крестьянин, и рабочий, и интеллигент. Они не забыли их, как не забыли издевательств «блатарей», лагерного начальства, невыносимых условий полуголодного существования. «... без этих блатных словечек,— подчеркивал В. Шаламов, - не остался ни один человек мужского или женского пола, заключенный или вольный, побывавший на Колыме».

4. Специфика арготического слова. Оно необычно своим звучанием, причудливо, экзотично, порой бывает хлестким и метким в характеристике какого-либо явления.

Арго взаимодействует с другими подсистемами русского языка: жаргонами, просторечием, литературным языком. В эти подсистемы переходят слова как из «профессиональной», так и из «бытовой» лексики деклассированных элементов, но «бытовая» лексика преобладает. При переходе в другую «сферу деятельности» арготические слова часто теряют ярлык «блатные», «преступные», «уголовные». Одни арготизмы переходят без изменения, другие — меняют лексическое значение частично или полностью.

В арго имеется слой лексики, которая встречается также и в многочисленных жаргонах, и в просторечии (так называемая интерлексика), например: стучать — «доносить», капать — «доносить», ментовка — «здание милиции», базарить — «разговаривать», увести — «украсть», завязывать — «прекращать», выступать — «задираться, показывать свой гонор», тырить — «воровать», доходяга — «слабый, худой человек», загибать — «преувеличивать».

Арго, несомненно, является подвижной, изменяющейся частью языка, своеобразной базой просторечия и общебытового словаря некоторых социальных диалектов. «Просачивание воровского жаргона, - отмечает Б. А. Ларин, - пример общего и постоянного взаимодействия всех слоев городского коллектива, обычное использование «иной» речи социальных соседей, пример непрестанного искания новых экспрессивных средств в ближайших источниках».

Русский литературный язык, как и все другие языки мира, также издавна испытывает влияние арго. Уже прочно вошли в русский литературный язык арготические по происхождению слова: очковтирательство, жулик, блат. В настоящее время права литературности приобретает еще одно арготическое слово — беспредел. Оно появилось в конце 40-х — начале 50-х годов XX в. и первоначально, наряду с арготизмом беспредельщина, обозначало особую группировку профессиональных преступников, которая не относилась ни к «ворам в законе» (группировка профессиональных преступников, относящаяся к наивысшей касте уголовного мира, строго соблюдающая определенные воровские законы и пользующаяся большим авторитетом в мире деклассированных элементов), ни к «сукам» (группировка профессиональных преступников, нарушившая воровской закон или изменившая преступному миру). В дальнейшем оно стало обозначать рядовых заключенных, бесчисленное множество чего-либо, кого-либо и вопиющую несправедливость, беззаконие.

Чтобы проникнуть в литературный язык, арготизму нужно пройти своеобразное «чистилище» — просторечие. Важно, чтобы оно, будучи уже просторечным, часто употреблялось в речи, имело яркую эмоционально-экспрессивную окраску, давало бы удачную характеристику обозначаемому явлению, чтобы не было грубым и вульгарным. Перейдя в литературный язык, это слово, чаще всего, уже не воспринимается как бывший арготизм.
В настоящее время арго, как одно из речевых средств, используется в прессе, искусстве и литературе.

Язык художественной литературы издавна испытывал влияние арготической лексики. Писатели нередко стояли перед
проблемой: употреблять или не употреблять в своих произведениях арготизмы. Если употреблять, то как? В каких случаях? Какую именно часть арго? «Вопрос о допустимости арготизмов в языке литературы, который так остро встал в прошлом веке, - пишет исследователь Э. И. Береговская, - то и дело возникает в литературной критике и филологических работах, являясь поводом для взаимоисключающих суждений. Между тем, процесс проникновения арготизмов происходит на наших глазах, и необходимо объективно разобраться в его особенностях. Это углубит наше представление о стиле художественной литературы, об эволюции художественной речи».

В советской литературе арготизмы наиболее часто встречаются в произведениях Л. Леонова, П. Нилина, Г. Медынского, В. Шаламова, братьев Вайнеров, Н. Леонова. Писатели, поэты, драматурги используют арготическую лексику в различных художественных целях.

1. Часто арготизмы вводятся для социальной характеристики героя. Так, например, в повести В. Каверина «Конец хазы» литературный герой произносит следующее: «Ему бабки для дела, он после отчитается, во что пошло, а ты хевру поганишь, жиган! А еще фай называешься!». По этому отрывку речи, зная, что такое бабки, хевра, жиган, фай, нетрудно определить, что этот литературный персонаж относится к миру деклассированных элементов.

2. Арготическая лексика привлекается художниками слова для создания колорита, обстановки людей «дна».

3. Арготизмы могут быть приметой определенной эпохи, определенного времени, например, полит — «политический заключенный» («Но с тех пор, как все мы — каэры, а социалисты не удержались на политах — с тех пор только смех заключенных и недоумение надзирателей мог ты вызвать протестом, чтоб тебя, политического, не смешивали с уголовными»), политик — «политический заключенный» («Мат, конечно, продолжались и визги, и непотребные песни, но активная агрессия против политиков была приостановлена»), литерник — «политический заключенный» («Единственный сын Косточкина, учившийся в Харбине и ничего, кроме Харбина, не видевший, в свои двадцать пять лет был осужден как «чс», как «член семьи», как литерник на пятнадцать лет»). Эти слова употреблялись деклассированными элементами в 30-х – начале 50-х годов, когда в местах лишения свободы было много репрессированных политических
заключенных.

Характеристики

Список файлов курсовой работы