142359 (685329), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Таким образом, в настоящее время российский социум оказался в условиях очередного этапа социальных трансформаций, берущих свое начало еще за долго до перестройки, и характеризующихся радикальными переменами как в институциональной системе, так и в глубинных социокультурных пластах, детерминирующих процессы личностной идентификации. Тем не менее, следует учитывать, что некоторые черты образа советского человека: признаки двойственной идентичности, сохранение дискурса простоты, ординарности и пасивно-конформистких стратегий личности и т.п. в той или иной степени проявляются и у современных россиян, накладывая отпечаток на современные идентификационные процессы⁰.

Наиболее значимыми факторами современного процесса социокультурной самоидентификации являются следующие.

1. Разрушение системы социальной регуляции и соответствующих матриц социального поведения. До распада СССР в нашей стране действовала сложная, множественная система социальной регуляции, сформировавшаяся на основе государственной идеологии. Как отмечают О.Н. Дудченко и А.В. Мытиль, основными чертами социальной политики были: стимулирование послушания и исполнительности граждан; отсутствие возможностей осуществления выбора; поддержание узкого спектра вариантов социально одобряемого поведения⁰. В результате перестроечных реформ данная система распалась на отдельные, но все еще функционирующие блоки. Вступление социальной системы в стадию стабилизации означает формирование новой регуляционной модели, что в условиях постсоветской России было затруднено отсутствием единой устойчивой концепции развития государства в тактическом и стратегическом ракурсах.

Российским социологом, Ю.А. Левадой были выделены три основных направления перемен в социальной сфере: разгосударствление, открытость (плюрализация) и индивидуализация⁰. На протяжении всего существования СССР государство выступало доминирующим источником, интерпретатором и хранителем нормативно-ценностоной базы общества, вело монопольный контроль над всеми формами поведения и задавало жесткие параметры жизненных стратегий. В постсовтеский период произошло разрушение исторически сложившегося комплекса государственно-централизованного контроля над обществом, в результате чего стали развиваться такие негативные синдромы, как аномия, кризис ценностей, а также девальвация существовавших норм поведения.

Другим значимым фактором, оказавшим влияние на изменения в культурной сфере российского общества, явилось устранение «железного занавеса», в результате чего российская культура периода перестройки оказалась под влиянием многих модернистских и постмодернистских течений, а также под натиском западной массовой культуры и ее проявлений. В результате чего российской общество, по оценкам социологов, с опозданием по отношению к западному обществу переживает процессы формирования молодежных субкультур, «сексуальную революцию», а также демографический переход к нуклеарной и малодетной семье. Все упомянутые обстоятельства наложили определенный отпечаток на различных социальных группах, и как свидетельствуют результаты массовых опросов, оси ценностно-нормативного разрыва проходят между «богатыми» и «бедными», между молодыми и пожилыми, между провинциалами и жителями мегаполисов⁰.

2. Возрастание роли средств массовой коммуникации в условиях идеологического вакуума. Распад прежней системы централизованного контроля над индивидами способствовал образованию идеологического вакуума, который постепенно стал заполняться с помощью средств массовой коммуникации. По мнению ряда социологов⁰, именно средства массовой коммуникации стали приобретать роль ведущих агентов социализации, которые с помощью новейших технологий в массовом масштабе оказывают воздействие на сознание индивидов.

Средства массовой коммуникации, используя специфические технологии, например, разработка информационных сценариев, акценты в видеоряде, подборка «героев дня», комбинация сюжетных картинок и другие, навязывает аудитории определенные интерпретации образов и поведенческих стратегий. Этим достигается эффект категоризации «свои» – «чужие» и провоцирует стремление либо к идентификации, либо к дистанцированию. В то время как в СССР был распространен советский стереотип идентификации, выражающийся в формуле «Я – как Все» ⁰. В результате воздействия средств массовой коммуникации на массовое сознание наблюдается структурирование социокультурного пространства в русле внешней идентификации социальных групп, конструирование «виртуальных» страт и потенциальной кристаллизации классов.

3. Изменение ценностно-нормативной системы в результате трансформации социальной структуры. Социально-экономические трансформации конца 80-х – начала 90-х прошлого столетия обусловили кардинальные перемены в российском социуме в целом. Так, З.Т. Голенкова выделила комплекс факторов, раскрывающих специфику социокультурных трансформаций в России:

• структурные изменения в экономике, вызванные формированием рыночной системы и плюрализацией форм собственности (государственная, акционерная, частная и др.);

• трансформация системы занятости, приведшая к безработице, преобразованию критериев социальной дифференциации, трудовой мотивации, резкому разрыву в оплате труда разных категорий работающих;

• снижение уровня жизни подавляющей части населения и социальная депривация;

• разрушение существовавшей ценностно-нормативной системы и несформированность новой⁰.

Систематические социологические наблюдения трансформирующегося российского общества показали, что в настоящее время на макросоциальном уровне наблюдаются устойчивые дезинтеграционные процессы. Это явление объясняется специалистами разницей темпов социальных изменений в различных сферах жизни общества, а также пространственной неравномерностью интенсивности процессов реформирования. Кроме того, наблюдается усиление социальной дифференциации, уровень которой в настоящее время определяется на основе свободного показателя – материального, или имущественного благосостояния. Большинство социологических опросов, проведенных за последние годы, показали, что доминирующими тенденциями трансформаций российского социума являются углубление социального неравенства и маргинализация социальных статусов большинства членов общества⁰.

Данные социологических исследований, проведенных под руководством М.К. Горшкова,⁰ показывают, что существуют механизмы формирования как позитивной, так и негативной самоидентификации. В современной социологии под позитивной идентификацией понимается личностное самоотождествление, имеющее положительный оценочный фон, а под негативной самоидентификацией – самоотождествление с социально-неодобряемым объектом.

Результатами негативной самоидентификации могут выступать:

• собственно негативная самоидентичность, предполагающая отрицательную оценку субъектом своего социального положения. В современном российском обществе негативная самоидентичность, как правило, распространена у представителей нижних ступеней социальной стратификации;

• «идентификация от противного», представляющая собой самоопределение личности посредством локализации аут-групп по принципу «Я, Мы не такие-то». Индивиды могут локализовать ряд «не своих» общностей, с которыми они точно себя не идентифицируют. Данный вид самоидентификации проявляется как среди малообеспеченных слоев населения, так у среднего класса⁰.

Рассмотрев социокультурный аспект идентификационных процессов в России, представляется необходимым обращение к анализу непосредственного результата самоидентификационного процесса – самоидентичности в целом, и социокультурной самоидентичности, в частности.

Анализируя феномен самоидентификации личности, следует обратиться к содержанию данной категории. В научной литературе чаще всего встречаются синонимичные термины такие, как самосознание и идентичность, которые имеют принципиально иное содержание и значение. При этом самосознание есть наиболее общее понятие, отражающее осознание человеком своей личностной специфики, а идентичность представляет собой характеристику индивида главным образом «с точки зрения его принадлежности к какой-либо социальной общности, группе» ⁰.

Данные понятия являются ключевыми для понимания категории самоидентификация и в то же время абсолютно самостоятельными. В целом, самоидентификация представляет собой «самооценку собственных личностных свойств и потенций в качестве деятельного субъекта, включая физические, нравственные, психические и иные качества, как они представляются индивиду в его собственном самосознании и в восприятии других» ⁰.

Представляется важным необходимость в четком разграничении таких терминов, как «идентичность» и «идентификация» , поскольку они являются семантически близкими. Понятие «идентификация» отражает специфические психологические и социальные механизмы формирования вышеуказанного состояния – идентичности. «Идентичность» же представляет собой объективное состояние, основывающееся на рефлексивном чувстве личной самотождетсвенности и целостности, непрерывности во времени и пространстве. В широком смысле идентификация личности определяется как процесс становления, функционирования и развития идентичности субъекта.

Процесс самоидентификации – процесс глубокий и всесторонний. Идентификация в самом общем виде означает процесс эмоционального и иного самоотождествления индивидов с другим человеком, группой, образцом. В современном понимании идентификация охватывает три пересекающиеся области реальности⁰:

• Во-первых, идентификация – это процесс объединения субъектом себя с другим индивидом или группой на основании устоявшейся эмоциональной связи, а также включение в свой внутренний мир и принятие как собственных норм, ценностей, образцов; открытое подражание и следование образцу.

• Во-вторых, идентификация – это представление, видение субъектом другого человека как продолжение себя самого, наделение его своими чертами, чувствами, желаниями.

• В-третьих, идентификация – это механизм постановки субъектом себя на место другого, что проявляется в виде погружения, перенесения индивидом себя в поле, пространство, обстоятельства другого человека и приводит к усвоению его личностных смыслов.

По объектам идентификации различают следующие формы идентификации:

• персональная – прямое отождествление индивидом себя с реальным или вымышленным лицом (я – толстый, я – козерог, я – москвич и др.);

• социальная – причисление себя к определенной номинальной социальной группе (молодежь и др.);

• общечеловеческая – причисление себя к реальным социальным общностям, преимущественно основанных на совместной реальной деятельности (студенчество, предприниматели и др.).

Как отмечает В.А. Ядов, базисная социальная функция социальной идентификации отражает включение в систему социальных взаимосвязей, стремление индивида слиться с общностями и группами, которые обеспечат защиту их жизненных интересов, основных потребностей в самосохранении, развитии и самовыражении в условиях мнимой опасности ущемления базисных потребностей другими группами, общностями⁰.

Процессу идентификации личности способствует ряд факторов, среди которых наиболее важными являются: формирование многообразия жизненных форм и стилей, маргинализация значительной части населения, гетерогенность «официальных» социальных групп, неконсистентность формальных («официальных») социальных статусов – эти и другие факторы оказывают значительное влияние на идентификационные процессы в социуме. В этих условиях складывается ряд «модифицированных» механизмов социальной идентификации личности: идентификация через «виртуальные страты», идентификация «от противного», маргинальная идентификация, «инверсионная» идентификация (в рамках «культурной инсценировки»). В ситуации социальной нестабильности все указанные «модифицированные» механизмы нацелены, главным образом, на облегчение адаптации индивидов к изменяющимся социокультурным условиям.

Однако при этом индивиды сталкиваются с дисфункциональными феноменами макромасштаба. Трансформирующаяся социальная система, как правило, не способна полноценно легитимировать вновь образующиеся социальные идентичности и гарантировать индивидам устойчивость занятых ими социальных позиций. Формальный социальный статус (в соответствии с официальной категориальной сеткой) сам по себе не обеспечивает индивиду стабильного материального и социального положения. Как отмечают исследователи, в подобных условиях проявляется тенденция усиления индивидуализации личных судеб. Внешний социокультурный контекст социальной жизнедеятельности индивидов имеет большое значение для процессов социальной идентификации, «задавая» и периодически изменяя систему «социальных координат» и соответствующее идентификационное пространство. Однако, степень и способ адаптации к трансформирующейся социальной реальности, а также персонифицированные конфигурации личностных идентичности и выстраивающиеся на их основе жизненные стратегии социальных деятелей в решающей мере зависят от субъективных личностных факторов: хабитус (как совокупность социальных диспозиций личности), индивидуально-психологические особенности личности (в данном случае прежде всего личная активность и инициатива), а также индивидуальное везение, удачливость и т.п.

Характеристики

Список файлов ВКР