89909 (678751), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В условиях психиатрического стационара в ряде слу­чаев невозможно обойтись без запрещений и принуж­дения. Одному больному не разрешают свидания из-за психического состояния, например, эпилептику в период дисфории. Другому отказывают в свободном выходе из отделения, учитывая его склонность к побегу, третьего надо перевести в поднадзорную палату, так как суще­ствует опасность самоубийства, четвертому запрещается иметь при себе недозволенные предметы. В ответ на это больные обижаются, сердятся, возражают, спорят, ругаются, угрожают, замыкаются и т. п. От умения врача в каждом отдельном случае при­нять правильное решение, поговорить с больным и уго­ворить его подчиниться требованиям врачей и персона­ла зависит очень многое не только для спокойствия больного, но и для режима в отделении. Здесь имеет значение личность психиатра, его опыт, квалификация, умение обходиться с больным, уровень его культуры, моральные качества, понимание долга, искусство убеж­дать, вдумчивость и рассудительность в отношении каж­дого больного.

Решения относительно запретов и принуждений луч­ше принимать коллегиально, чтобы избегать психиче­ской травматизации. Сама постановка работы в отде­лении должна доказывать больным, что действия врачей и персонала диктуются не соображениями симпатии или антипатии, а делом, необходимостью эффективной работы, в первую очередь лечения, и что они справед­ливы и обоснованны. На пятиминутках при обсуждении состояния пациентов, их поведения следует строго объ­ективно оценивать сведения персонала. Но нельзя остав­лять без внимания и жалобы больных. Ни одна из них не должна оставаться неразобранной, особенно в тех случаях, когда речь идет о несправедливом отношении, ущемлении интересов больного. Его всегда необходимо ставить в известность, какие последствия имела его жалоба.

Специфика этических проблем в психиатрии

Специфика этических и деонтологических проблем в психиатрии определяется следующим: 1) предметом психиат­рии; 2) спецификой обследования, диагностикой и лечением психически больных; 3) особенностями отношения психиче­ски больных к своей болезни и лечебному процессу; 4) социальным положением психически больного человека в обществе (в микро- и макросоциальной среде) и тем нрав­ственно-психологическим климатом, который создается вок­руг него; 5) отношением населения к психически больному человеку и к психиатрическому диагнозу; 6) спецификой врачебной тайны. Указанные особенности ставят психиат­рию в особое положение. С одной стороны, психиатрия опирается на общие принципы медицинской этики, а с другой—решает присущие только ей этикодеонтологические проблемы. К этим вопросам прежде всего и должно быть привлечено внимание врача-психиатра.

Врач-психиатр обследует больного, ставит диагноз, на­значает лечение, планирует и осуществляет реабилитационные мероприятия. Его интересует не только объективная клиническая картина болезни, но и личность больного с присущей ей системой общественных отношений. Будучи включенным в функционирующую систему социальных свя­зей, больной обменивается информацией (медицинской, пра­вовой, этической, эстетической и другими видами) с окружа­ющей его социальной средой. Конечный результат от полу­ченной и переработанной информации определяется как ее количественными и качественными характеристиками, так и психическим состоянием больного, его личностными особен­ностями. Но во всех случаях она оказывает то или иное влияние на субъективную картину болезни и самочувствие больного, поэтому всю информацию, поступающую к боль­ному, нельзя оставлять вне поля зрения врача-психиатра. Она всегда должна оцениваться с этико-психологических точек зрения, и исходя из принципов медицинской этики и деонтологии врач должен решать вопрос, насколько она отвечает интересам больного, его выздоровлению и социаль­но-трудовой реабилитации. В современной психиатрии имеется целый ряд нерешен­ных этико-психологических проблем, которые в конечном счете затрагивают личность больного. Так, едва ли с этической точки зрения можно оправдать применение поня­тий о “некурабельных” “безнадежных” больных. Вне сомне­ний, эти термины несут в себе элементы ятрогении и отрицательно влияют на весь лечебный процесс, заранее создавая неблагоприятную нравственно-психологическую об­становку вокруг больного. То же можно сказать и о делении больных на “интересных” и “неинтересных”. Ведь в соответ­ствии с таким делением распределяется и внимание медицин­ского персонала между больными. Поэтому одностороннее увлечение атипичной клиникой нередко ущемляет интересы другого больного, для которого важны не академический спор об “интересности” или “банальности” того или иного случая, а восстановление его здоровья, чуткость и внимание врача. Развитие современной психиатрии связано с преодолени­ем ею ряда объективных трудностей. Они обусловлены сложностью разрабатываемых в психиатрии проблем, кото­рые на различных условиях исследования имеют свои специфические особенности. Так, на основе только медико-биологических исследований мы не сможем понять всех проявлений личности больного, механизмов ее социальной адаптации, дезадаптации и реадаптации. Зачастую не укла­дываются в общенаучные модели болезни частные клиниче­ские случаи, когда больные, перенесшие, например, приступ шизофрении, остаются социально адаптированными, сохра­няя свои профессиональные качества. В связи с этим иногда возникает необходимость в пересмотре или снятии диагноза, что позволяет значительно расширить сферу социальной активности больного. Но при этом возникает ряд связанных друг с другом клинических, правовых, этико-деонтологических, социально-психологических проблем. Остановимся на некоторых из них.

Клинические наблюдения показывают, что основным признаком шизофрении являются характерные изменения личности больного. Без их выявления диагноз шизофрении неубедителен. Но возникает вопрос: насколько личность больного отклоняется от нормы? Ответить на него, руковод­ствуясь только психологическим понятием личности, невоз­можно, ибо оно не совпадает с клиническим представлением об изменении личности при данном заболевании.

У больных шизофренией нарушается в первую очередь узкий круг их личностных отношений, в то время как высокие моральные понятия долга, чувства ответственности за порученное дело сохраняются, поэтому не так уже редки случаи, когда эти больные, находясь в психотическом состоянии, добросовестно выполняют порученное им дело, проявляют внимание и заботу к людям. Патобиологический процесс при шизофрении поражает прежде всего те стороны личности, которые у нее еще до болезни отклонялись от нормы. Очевидно поэтому прослеживается определенная связь между преморбидными особенностями личности боль­ного, формой и типом течения шизофрении.

Однако этим не ограничивается проблема взаимоотноше­ния личности больного шизофренией и окружающей соци­альной среды. В определении нозологической сущности шизофрении важно разрешить следующую дилемму: являет­ся ли шизофрения особой психической реакцией, как это полагают многие зарубежные авторы? Если принять такую точку зрения, то тогда сотрутся грани между шизофренией, с одной стороны, и неврозами и психопатиями—с другой. конечном счете это поведет к возрождению концепции “единого психоза”, пересмотру правовых и нравственных отношений общества к психически больным.

Советские психиатры рассматривают шизофрению как патобиологический процесс, связанный с аутоинтоксикацией центральной нервной системы. Вследствие этого у больных шизофренией нарушаются психофизиологические предпо­сылки к адекватному отражению окружающей действитель­ности. Поэтому диагноз шизофрении в любом ее клиниче­ском варианте возможен только при условии, что у больного обнаруживаются определенные нарушения мышления, эмо­ций, чувств, которые закономерно проявляются в динамике клинических явлений и специфических изменениях личности.

Больной всегда по-своему относится к болезни. При шизофреническом процессе мы нередко наблюдали больных, активно противостоящих болезненным изменениям тем на­стойчивее, чем большими социальными качествами обладала их личность в преморбидном состоянии. Такие больные нуждаются в чутком и внимательном отношении со стороны медицинского персонала, родных и близких людей. Забота врача, поведение медицинских сестер и всего обслужива­ющего персонала в соответствии с принципами медицинской этики и деонтологии могут адекватно восприниматься паци­ентом даже при наличии у него выраженных психических нарушений. Среди части населения довольно распространено мнение о том, что о человеке, переболевшем шизофренией или находящемся в состоянии ремиссии, должен заботиться только врач-психиатр. У истоков таких представлений стоят неправильные взгляды людей на психическое заболевание, которое якобы полностью лишает личность больного ее нормальных проявлений. Конечно, психически больной с наличием паранойяльного бреда невменяем в отношении совершенного им правонарушения. Но в то же время больной с паранойяльным бредом, не имеющим антиобще­ственного характера, при наличии у него положительной установки на труд должен быть трудоустроен обществом. Благодаря трудовой деятельности человек, перенесший пси­хическое заболевание, включается в определенную систему общественных отношений, расширяя и обогащая сферу своего межличностного общения. В процессе труда восста­навливаются и формируются такие важные моральные каче­ства личности, как трудолюбие, добросовестность, усердие. Трудоустройство больного способствует его социальной адаптации, благотворно влияющей на сознание и самосозна­ние.

Есть свои клинические и этико-психологические пробле­мы в детской психиатрии. Они связаны прежде всего с характером заболевания ребенка и непосредственной зависи­мостью его от семьи и общества, поэтому детскому психиат­ру приходится заниматься не только лечением, но и вопроса­ми организации воспитания и обучения ребенка. Дети, особенно больные, весьма чувствительны к окружающему их нравственно-психологическому климату. Многие из них ли­шаются самого необходимого—непосредственного межлич­ностного общения со своими сверстниками. Правильно орга­низованная система общения приобретает в этих условиях первостепенное значение, так как она обеспечивает ребенка необходимой для его психического развития информацией. Вот почему все лица, с которыми ребенок общается в процессе лечения, учебы и отдыха, должны обладать высо­кой культурой, действенными нравственными принципами, убеждениями, поступками. Общими усилиями они призваны готовить ребенка к жизни, всячески стимулировать его жизнелюбие, самостоятельность, активность, любознатель­ность.

Большое влияние на жизнь больного ребенка оказывают его родители, особенно мать, и чем меньше ребенок, тем более он зависим от нее. Многие отечественные и зарубеж­ные психологи считают, что для нормального психического развития ребенка ему необходимо хотя бы в течение первых 2—3 лет жизни постоянно общаться с матерью. В процессе общения с ней он овладевает речью и формируется как личность. Даже лучшие дошкольные учреждения не могут адекватно заменить благотворного влияния матери на психи­ческое развитие ребенка. Еще большего внимания к себе требует ребенок с теми или иными психическими нарушени­ями. Он постоянно нуждается в помощи матери, которая под руководством медицинского персонала, педагогов, воспитате­лей принимает активное участие в выполнении медицинской и учебно-воспитательной программы в отношении своего ребенка.

Нравственные принципы в психиатрии

Наиболее полно и всесторонне нравственные принципы психиатрии реализуются на практике в системе “врач — больной”. Здесь психиатрическая служба здравоохранения оценивалась и оценивается больными в нравственных поняти­ях справедливости и несправедливости, гуманности и бесче­ловечности, честности и обмана. Однако нравственные оцен­ки чутко реагируют не только на события, происходящие в системе “врач—больной”, но выполняют регулятивные функции и в других сферах жизнедеятельности психически больного человека — в семье, трудовом коллективе и других социальных группах. Эта обширная сфера представляет собой реальное взаимодействие больного с обществом — его социальное бытие.

В процессе совместной жизнедеятельности здоровых и психически больных людей у них складываются определен­ные моральные отношения, где формируется их нравствен­ное сознание и самосознание. Существенная особенность индивидуального нравственного сознания заключается в том, что оно принадлежит конкретной личности, обладающей сложной психологической структурой. Поэтому медицинская этика и деонтология в психиатрии соприкасаются с учением о личности, вопросами воспитания и самовоспитания здоро­вого и больного человека. Она также вступает во взаимосвя­зи с медицинской психологией, медицинской педагогикой и социологией.

Психически больного человека, как и соматически боль­ных, нельзя рассматривать только в качестве пассивного объекта врачебного воздействия. Он выступает и как актив­ный субъект, обладающий определенным жизненным опы­том, установками, целями. Поэтому все нравственные проб­лемы в психиатрии следует решать не на уровне монолога врача или диалога в замкнутом кругу медицинских работни­ков, а в непосредственном, творческом общении врача с больным, его родственниками, обществом.

В моральном сознании врача-психиатра и больного отра­жаются их взаимоотношения в процессе лечебной практики, которые познаются и оцениваются ими с позиций ранее усвоенных нравственных норм. В этом проявляется единство познавательной, регулятивной и оценочной функции нрав­ственного сознания личности в норме и патологии. Но этические и деонтологические принципы в психиатрии отра­жают отношения врача и пациента не в их непосредственном виде, а опосредуются образом жизни и той системой нравственных отношений к действительности, в которой они формировались как личности. В конечном же счете нрав­ственные отношения имеют классовый характер. Поэтому медицинская этика и деонтология в психиатрии также характеризуются не только и не столько взаимоотношениями врача и больного, сколько их реальным положением в обществе.

С этой точки зрения становятся понятными различия в нравственных принципах психиатрии в условиях социалисти­ческого здравоохранения и медицины капиталистических стран.

Врач-психиатр “застает” те или иные моральные принци­пы психиатрии как нечто реально существующее, как опре­деленные нравственные знания и нравственный опыт пред­шествующих поколений. Врач не в силах “отменить” их, так как они отражают объективную потребность общества и в виде социальных институтов выполняют регулятивную функцию в сфере врачебной деятельности. Этим, разумеет­ся, мы нисколько не умаляем активности личности при выборе целей нравственного поведения и осуществления их на практике, ибо обстоятельства в такой же мере творят человека, в какой сам человек творит их. И это положение соответствует марксистскому пониманию личности как ак­тивного субъекта деятельности.

Характеристики

Список файлов реферата