61301 (674227), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Новый поход Стенька начал готовить в Кагальницком городке. Именно сюда приходили все «обиженные и униженные».
Потом Разин отправился со своими сторонниками вверх по Дону, в Паншин городок, поближе к переволоке — месту, где Дон и Волга ближе всего друг к другу. Он перебазировал сюда свои отряды из Кагальника. В Паншин городок прибыли большое число русских и украинцев, гребцы на 80 судах, 1500 конных людей. Войско теперь насчитывало до 5 тыс. человек и состояло из пехоты, конницы и флотилии судов. Была в распоряжении разинцев и артиллерия.
В Паншине городке С. Разин собрал участников предстоящего похода на большой круг. Атаман объявил, что намерен идти по Волге, по Дону на Москву, чтобы убрать дворянин и бояр. Его замысел поддержали. В представлении народа все зло в государстве шло именно от бояр. Царя же люди считали добрым, справедливым и милосердным, но не он может проявить к народу свою государеву милость из-за препятствий, чинимых боярским окружением.
В последнюю неделю апреля 1670 г. войско Разина переправилось на Волгу выше Царицына. На следующий день оно подошло к городу. Но разведка донесла, что в 5 верстах от Царицына, возле острова Шмили, стоят отряды татар. Опасаясь удара в тыл и желая обеспечить скотом оставшиеся на Дону семьи, Разин возглавил рейд против татар. Отгоняя их стада, разницы попали в окружение. Шесть человек было убито. На помощь подоспели казаки, следовавшие по Волге на стругах. Татары отступили, а добычу казаки переправили на Дон, в свои городки.
Вскоре уже 7-тысячное войско Разина вновь двинулось к Царицыну. Навстречу им власти выслали тысячу стрельцов под началом главы И. Лопатина, но пока они находились в пути, разницы взяли город.
Царицын перешел в руки повстанцев сравнительно легко и быстро, так как жители города вступили в переговоры с Разиным, когда тот еще был на Дону. Сопротивление оказал воевода Т. Тургенев, запершийся с немногими ратными людьми в городской башне. Долго продержаться там ему не удалось: башню взяли, а ее защитников убили.
Царицын был первым захваченным разницами городом, где вместо ненавистного воеводского управления, олицетворявшего в их глазах гнет и произвол, они ввели казацкое самоуправление, основанное на доверии и праве контроля выборщиков. Высшим органом новой власти стал общегородской круг, на котором решались все важные общественные вопросы, выбирался атаман города, выносились приговоры дворянам и воеводам и т. д. Городовым атаманом на круге, был избран царицынский пушкарь Д. Потапов. Здесь же произвели первый раздел имущества, захваченного на судах, принадлежавших царю, патриарху и торговым людям, и отобранного у царицынских богачей.
Свыше двух недель провели разинцы в Царицыне. Они разбили лагерь в окрестностях города — поселиться в самом Царицыне Разин не разрешил, чтобы сохранить боеготовность своего войска, обеспечить порядок и дисциплину. Царицынцы братались с разницами, часто бывали в их лагере, приносили им провизию.
Военный руководитель должен уметь предвидеть, как развернутся события, как изменится обстановка не только в ближайшее время, но и в более отдаленной перспективе. Разин обладал даром предвидения. Его распорядительность и предусмотрительность проявились в том, что он позаботился об укреплении города, о сторожевых постах и заставах на дальних и ближних подступах к нему, о разведывательной службе для сбора сведений о действиях царских воевод. Покидая Царицын, Разин с целью безопасности оставил там около 1000 человек, во главе с избранным в царицынские старшины донцом Прокопием Шумливым.
Разин не желал полагаться на волю случая и в деле снабжения войска продовольствием. По его распоряжению весь захваченный на торговых судах провиант и отбитый в схватках с отрядами татар и калмыков скот свозился в Царицын, где запасы продуктов по возможности брались на учет и распределялись по отрядам в соответствии с их потребностями. Это свидетельствует о том, что с самого начала Разин пытался внести в возглавленное им движение элементы организованности. Эта тенденция прослеживается и в стремлении Разина построить свое войско на манер Донского, удержать его в рамках казацкой военной структуры. Она проявилась и во введении выборного управления в Царицыне, где городское население, подобно войску, делилось на тысячи, сотни, десятки во главе с выборными атаманами, сотниками и десятниками, которые и составляли старшину, ведавшую всеми текущими делами от круга до круга и осуществлявшую повседневное управление.
После этого, Разин стал думать куда ему следовать дальше, либо по Волге, чтобы завоевать те города, которые находились там, либо сразу идти на Москву. Но разведка донесла, что по Волге идёт отряд Лопатина, а из Астрахани идет отряд Львова. Степан среагировал мгновенно. И использовал данную обстановку в свою пользу.
В сражениях со стрельцами И. Лопатина, а затем с ратниками С. Львова Разин проявил себя полководцем, умело использовавшим не только фактор внезапности, но и социально-психологические меры воздействия на противника. Стрельцы и солдаты переходили на его сторону.
«Стрельцы Лопатина плыли на больших, неповоротливых стругах, которые не были приспособлены к условиям боя на воде, и казаки в своих легких, подвижных лодках, к тому же имевшие опыт речных и морских сражений, одержали победу. После разгрома отрядов Лопатина был собран круг, на котором решалась судьба командиров полка: все они были приговорены к смертной казни, кроме полуголовы Ф. Якшина, который был «добр» по отношению к подчиненным. Этот факт свидетельствует о том, что Разин вовсе не был «злодеем», как его рисуют царские грамоты: судьбы врагов решались на круге. Не избежала сокрушительного поражения и флотилия Львова, в состав которой входили астраханские служилые люди и наемные кадровые военные из числа иностранцев»(1).
Бои весной — летом 1670 г. показали, что С. Т. Разин не только был отважным воином и командиром конных отрядов, но и владел тактикой речных и морских сражений. Направляясь к Черному Яру, Разин перешел к Усу на струги, а конные отряды вели Парфен Еремеев и Федор Шелудяк. Военное мастерство Разина проявилось и в том, что его войско, стремительно продвигаясь по воде и суше навстречу противнику, не дало обнаружить себя вражеской разведке. Внезапное появление повстанцев ошеломило военачальников. Их смятение усиливало неожиданное открытие, что разинцы хорошо вооружены. Такое впечатление удалось создать с помощью хитрости: разницы, не имевшие ружей, держали в руках деревянные колья с развевающимися тряпицами на концах. Казалось, что разинское войско грозно ощетинилось множеством боевых знамен. Это выглядело очень внушительно и устрашающе.
Однако ни стрельцы князя Львова, ни воины гарнизона Черноярской крепости, в виду которой сблизились оба войска, не собирались вступать в сражение. Замученные побоями начальных чинов и офицеров, недовольные постоянной задержкой жалованья за службу и крайне скудным походным пайком, царские ратные люди были враждебно настроены к своим командирам и ждали благоприятного момента, чтобы перейти на сторону разинцев, которым сочувствовали еще со времен Каспийского похода. Эти настроения в неприятельском войске хорошо были известны Разину.
Рассказывают, что когда разинцы подошли к городу, то воины вышли из крепости и стали обниматься и целоваться с ними. Потом стрельцы и солдаты перебили свой командный состав, от которого терпели всяческие притеснения. В живых были оставлены только князь Львов и знающий артиллерийское дело, а потому нужный повстанцам Фабрициус.
Львова Степан не казнил, потому хотел, чтобы это выглядело так как будто военачальник сам перешёл на его сторону. Не случайно, направляясь к Астрахани, Разин не забыл сообщить, что идет туда с князем Львовым.
19 июня 1670 г. повстанцы подошли к Астрахани. В XVII в. Астрахань была важным торговым и промысловым центром, а также окраинным, хорошо укрепленным городом. Вокруг Астрахани не было деревень с пашенными крестьянами. Хлеб доставлялся сюда на судах по Волге.
Город был окружен огородами, садами, бахчами. Население занималось промыслами и торговлей. Некоторая часть жителей примкнула к Разину сейчас, а многие астраханцы примкнули к казакам еще в период Каспийского похода.
Но вторичного прихода казаков в Астрахань ждали не только доброжелатели. К нему готовились и враги: правительство, воеводы, высшее духовенство, дворяне и дети боярские. Сведения об этом сохранились в летописном
Встревоженное известиями о действиях отрядов Разина, правительство еще в 1668 г. направило в Астрахань воевод И. С. Прозоровского, С. И. Львова и дьяка Е. Фролова, а с ними из Москвы выступили и ратные люди. Тогда же в низовья Волги отправили четыре приказа московских стрельцов. В Астрахань прибыли вояки из Симбирска, Самары, Саратова, стягивались силы из окрестных. Укреплялись их стены. В Черный Яр для организации работ по укреплению стен послали дворянина М. Т. Куроедова. К борьбе с повстанцами правительство спешило привлечь астраханских, ногайских, едисанских и татар. В довершение всех приготовлений в Астрахань вскоре прибыл только что построенный военный корабль «Орел», оснащенный 22 пушками и имевший большую, хорошо вооруженную команду во главе с офицерами-наемниками Д. Бутлером, Я. Стрейсом и др.
Однако, несмотря на все эти меры, воеводы Астрахани оказались как бы в осаде. Низовья Волги и вся северная часть прикаспийских степей от Терека до Яика благодаря пребыванию там войска Разина стали магнитом, притягивавшим отряды казаков, беглых крестьян, служилых приборных людей. Разинское войско непрестанно увеличивалось за счет вливавшихся в него крестьян, казаков, городской бедноты и включало более 10 тыс. человек. Боеспособность войска существенно возросла после пополнения стрельцами Львова, воинами черноярского гарнизона, а также хорошим оружием, внушительной артиллерией.
И все же из всех городов, к которым приступали разницы, одна Астрахань имела каменные укрепления. Этот большой город был укреплен так, что мог оказать сопротивление даже 100-тысячной армии. Три стены, опоясывавшие его, предоставляли гарнизону возможность долго и успешно обороняться. На это и рассчитывал городовой воевода И. С. Прозоровский, надеявшийся в крайнем случае отсидеться за крепостными стенами до подхода подкреплений. В центре Астрахани находился каменный кремль с восемью мощными башнями. К кремлю прилегали два района — Белый город и Земляной город, один был защищен каменной, другой — бревенчатой стеной. На стенах и башнях астраханской крепости установили 500 пушек, приспособления для метания камней, чаны с варом и кипятком, опрокидываемые в момент приступа на осаждавших. Вокруг всего города шел высокий земляной вал с глубоким рвом.
Как решился С. Т. Разин на штурм столь сильной и неприступной крепости? Благодаря разведке и сведениям, поступавшим от многочисленных перебежчиков, Разин был великолепно осведомлен о всех приготовлениях и состоянии ее обороны, о настроениях в гарнизоне. Он хорошо знал, что широкие слои астраханского населения поддержат его, помогут проникнуть в город. И действительно, для такой уверенности у Разина были веские основания: большинство гарнизона, сочувствовало разницам.
Перебежавшие в стан Разина астраханцы указали наиболее уязвимые участки в обороне крепости и провели суда, охватившие город в полукольцо. Главные силы разинцев на стругах остановились у Жареного бугра, два струга стали у Зеленого городка, остальные — на реке. Чтобы избежать кровопролития, решили послать для переговоров о сдаче города двух человек: одного — к митрополиту Иосифу, другого— к воеводе. Выбор пал на людей, хорошо знавших Астрахань: Воздвиженского попа Василия Гаврилова и дворового человека князя С. И. Львова — Вавилу.
Однако главы московских стрельцов Д. Полуектов, А. Соловцов, воеводы и астраханские служилые домовые люди отказались вести переговоры. Гаврилова митрополит Иосиф приказал бросить с деревянным кляпом во рту в каменную темницу Троицкого монастыря. Княжеского холопа Вавилу, бесстрашно пришедшего в стан врагов, городовой воевода приказал пытать, а затем отсечь ему голову у Никольских ворот, как раз напротив того места, где причаливали струги повстанцев. Бессмысленная жестокость Прозоровского не только не устрашила, но ожесточила разинцев. Этот акт вызвал гнев и в городе.
В то время как митрополит Иосиф служил молебен и ходил с иконами вдоль Белого города, призывая проклятия на головы казаков и крестьян, астраханцы А. Лебедев и С. Куретников под покровом ночи проводили струги в тыл городу. Внутри крепости горожане готовили лестницы со стороны поля для помощи осаждавшим. Жители одной из астраханских слобод пытались зажечь укрепления внешнего города, чтобы облегчить его сдачу разницам, за что были казнены властями.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
