60258 (673618), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Политика Петра III оказалась на редкость близка к политике Петра Великого, но время изменилось. Император не имел прочной опоры в русском обществе. Его влиятельные слои, в первую очередь гвардия, не принимали поступки императора.
Отношение к нему не улучшилось даже после Манифеста о вольности дворянства (1762), по которому дворянство освобождалось от обязательной 25-летней службы. Правительство мотивировало это тем, что при Петре I необходимо было принуждать дворян служить и учиться. Дворянство проявило патриотическое рвение и усердие на службе государству, и теперь в принуждении уже не было смысла. Таким образом, свой Манифест Петр III связывал непосредственно с политикой деда и ее благодатными результатами для России. Дворянство ликовало. Теперь значительная его часть была вправе заняться собственным хозяйством, но это не могло положительно повлиять на общее развитие экономики страны.
Манифест освободил часть российского населения от подневольной службы. Это был шаг на пути дальнейшего освобождения населения от всеобщей неволи, которому всячески противилось само освобожденное дворянство, буквально вцепившееся в своих крепостных крестьян.
У Петра III была мощная оппозиция в лице значительной части русской элиты, гвардии, духовенства и в первую очередь – жены Екатерины Алексеевны. Немецкая принцесса все более определенно предъявляла претензии на российский трон. Терпеливо и настойчиво ткала паутину заговора против мужа, повсюду говорила о своей преданности интересам России, что шло в противовес голштинской линии Петра III. Действительно полезные для России начинания императора выдавались за инициативу его помощников. Внимание сосредоточилось на его ошибках и неблаговидном личном поведении. С легкой руки Екатерины и ее помощников такой искаженный облик Петра III надолго вошел в историю России. Между тем замалчивалось неудержимое стремление к власти самой Екатерины. Уже много лет спустя она призналась в своих записках, что приехала в Россию с девизом: царствовать или умереть.
Лидером партии Екатерины, которая осуждала все, что делал Петр III, широко оповещала двор и гвардию о его связях с немцами, стал образованнейший вельможа Никита Иванович Панин. Сюда же входили командир Измайловского полка, обер-прокурор, начальник полиции, офицеры гвардейских полков. Большую роль среди заговорщиков играли Григорий Орлов, фаворит Екатерины Алексеевны, его четверо братьев, и унтер-офицер конной гвардии Григорий Потемкин (1739-1791), будущий выдающийся деятель екатерининского правления.
В 6 часов утра 28 июня 1762 года пружина заговора развернулась. Алексей Орлов явился во дворец в Петергофе, где обитала в это время Екатерина, и сказал ей: «Все готово, чтобы провозгласить Вас».
Гвардейцы Измайловского, Семеновского и Преображенского полков присягнули новой императрице. Екатерина Алексеевна, получившая титул самодержавной императрицы Екатерины II, начала принимать присягу членов Правительствующего Сената, Светлейшего Синода и государственных чиновников. Петр III, осознав, что переворот уже произошел и Екатерине один за другим присягают полки, отказался от своих прав на трон и попросил отпустить его в Голштинию. Однако Екатерина вовсе не собиралась коллекционировать свергнутых императоров: в Шлиссельбурге еще был жив Иван Антонович. Вызревало решение устранить Петра III физически. Как это случилось в действительности, оставалось навеки сокрытым для истории.
Императора арестовали и препроводили в загородный дворец в местечке Ропшу. Пленник провел там всего семь дней. Есть сведения о том, что гвардейцы задушили Петра III. Гвардия снова поставила на престол своего человека. При этом Екатерина II совершила двойной переворот: она одновременно узурпировала права на престол своего сына Павла Петровича и заняла его место на троне.
Началось царствование Екатерины II, которую современники провозгласили Великой.
Глава 2. Правление Екатерины II (1762-1796)
«Я никогда ничего не предпринимала, не будучи
глубоко убеждена, что то, что я делаю, согласно с
благом моего государства: это государство сделало
для меня бесконечно много; и я считала, что всех
моих личных способностей, непрестанно
направленных ко благу этого государства, к его
процветанию и к его высшим интересам, едва может
хватить, чтобы отблагодарить его».
Екатерина II
2.1 Личность Екатерины II
Екатерина II, до брака принцесса София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, родилась 21 апреля (2 мая) 1729 года в немецком городе Штеттине (Пруссия). Ее отец принц Христиан Август Ангальт-Цербстский состоял на службе у прусского короля и был командиром полка, комендантом, а потом губернатором Штеттина. В 1727 году он женился на 16-летней принцессе Иоганне-Елизавете (матери будущей императрицы), которая происходила из старинного Гольштейн-Готторпского герцогского дома.
Недостаток материальных средств не позволял родителям нанимать дорогих опытных учителей и гувернанток для своей дочери. Но здесь судьба щедро улыбнулась Софии Фредерике. После смены нескольких нерадивых гувернанток ее наставницей стала французская эмигрантка Елизавета Кардель (по прозвищу Бабет). Главной заслугой Кардель, которая обладала исключительно уравновешенным характером, можно назвать то, что она приохотила упрямую и скрытную на первых порах (плоды прежнего воспитания) Софию к чтению, в котором капризная и своенравная принцесса нашла истинное наслаждение.
Родители девочки не были счастливы в браке и нередко проводили время порознь. Отец вместе с армией уезжал воевать против Швеции и Франции на землях Нидерландов, Северной Германии и Италии. Мать отправлялась в гости к многочисленной влиятельной родне, иногда вместе с дочерью. В раннем детстве принцесса София побывала в городах Брауншвейге, Цербсте, Гамбурге, Киле и Берлине. Из событий тех лет ей запомнилась встреча со старым священником, который, посмотрев на Софию, сказал ее матери: «Вашу дочь ожидает великое будущее. Я вижу на лбу ее три короны».
Другая важная встреча произошла, когда Софии было уже десять лет: ее познакомили с мальчиком по имени Петр Ульрих. Он был претендентом на престолы России и Швеции, обладателем наследственных прав на Шлезвиг-Гольштейн, принцом-сиротой, попечение о котором было вверено случайным людям, грубо и жестоко обходившихся с ним.
Прошло несколько лет, и мать Софии вновь заговорила с ней о странном мальчике. За это время тетка Петра Ульриха Елизавета стала русской императрицей. Она вызвала племянника в Россию и объявила его своим наследником под именем Петра Федоровича (Петр III). Теперь юноше подыскивали невесту среди дочерей и сестер европейских герцогов и принцев. Выбор был огромен, но приглашение приехать в Россию на смотрины получила одна София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская. Отчасти – благодаря романтическим воспоминаниям Елизаветы Петровны о своем умершем женихе Карле Августе Голштинском (принцесса София приходилась ему родной племянницей), отчасти же – вследствие интриг принцессы Иоганны.
В Петербурге София предстала перед императрицей. Елизавета увидела совсем юную девушку – высокую и стройную, с длинными темно-каштановыми волосами, белоснежной, чуть тронутой нежным румянцем кожей и большими карими глазами. По-детски непосредственная, живая и веселая, она умела вести светскую беседу по-немецки и по-французски, рисовала и изящно танцевала, словом, была вполне достойной невестой для наследника престола.
Елизавете Петровне понравилась принцесса София, но не понравилась ее мать, принцесса Иоганна. Поэтому первую она распорядилась «наставлять в православной вере» и обучать русскому языку, а вторую выслала из России за участие в политических интригах. Принцесса поначалу огорчилась отъезду матери, однако та была всегда строга с Софией, часто вмешивалась в ее личную жизнь и стремилась подчинить своему влиянию весь образ мыслей девушки. Избавление от столь тяжкой опеки быстро примирило принцессу с отъездом близкого человека. Выйдя из-под влияния матери, София по-иному взглянула на мир, в котором теперь жила. Ошеломляли воображение необъятные просторы России, удивляли смирение и безграничная покорность народа, роскошь и великолепие придворного общества. Девушке грезилось счастье, казалось, что сбывается услышанное в детстве предсказание старика-священника.
С необычайным упорством София изучала русский язык. Не довольствуясь часами занятий с учителем, она вставала по ночам и повторяла пройденный материал. О стараниях и успехах девушки доложили императрице. Елизавета, заявив, что принцесса и так «слишком умна», приказала прекратить ее обучение.
Очень скоро юная София испытала на себе переменчивый нрав императрицы, неуравновешенность жениха, пренебрежение и коварство окружающих. В 1745 году состоялась ее свадьба с Петром Федоровичем, накануне которой она приняла православие и получила новое имя (это произошло 28 июня 1745 года). Отныне Софию стали величать великой княгиней Екатериной Алексеевной. Но счастья и уверенности в будущем у нее не было. Отношения с мужем причиняли Екатерине много огорчений и страданий. Петр Федорович с младенчества рассматривался в Европе как наследник нескольких корон. Он рано потерял отца, и его воспитанием занимались придворные, принадлежавшие к противоборствующим политическим партиям. В результате характер Петра Федоровича был исковеркан претензиями и интригами окружающих. Екатерина называла в своих записках нрав супруга «упрямым и вспыльчивым». Оба – и муж, и жена – были властолюбивы; столкновения между ними бывали очень часто и нередко приводили к ссорам.
Императрица Елизавета Петровна смотрела на Екатерину с подозрением. Великой княгине, день и ночь окруженной доносчиками, приходилось тщательно контролировать все свои слова и поступки. Узнав о смерти отца, она даже не могла вволю погоревать. Ее печаль, слезы раздражали Елизавету Петровну. Екатерине было объявлено, что отец ее не столь знатен, чтобы о нем долго плакать.
Положение великой княгини не изменилось и после того, как у нее родился долгожданный сын-наследник Павел, а потом и дочь. Детей немедленно забрала под свою опеку императрица, полагая, что лишь она сможет воспитать их разумно и достойно. Родителям редко удавалось узнавать, как растут их дети, и еще реже – видеть их.
Казалось, судьба посмеялась над Екатериной: поманила ее блеском российской короны, но подарила больше тягот и огорчений, чем удовольствий и власти. Но сила характера («закал души», как говорила будущая императрица) позволила ей не теряться в самые трудные периоды жизни. В те годы Екатерина много читала. Сначала она увлеклась модными романами, но ее пытливый ум требовал большего, и она открыла для себя книги совершенно иного содержания. Это были сочинения французских просветителей – Вольтера, Монтескье, Д’Аламбера, труды историков, естествоиспытателей, экономистов, правоведов, философов и филологов. Эти книги сформировали ее мировоззрение. Екатерина размышляла, сравнивала прочитанное с российской действительностью, делала выписки, вела дневник, в который заносила свои мысли, она стала сторонницей идей Просвещения. Екатерина также интересовалась историей, традициями и обычаями России.
Показное благочестие княгини, ее рассудительность, искренняя любовь к России – все это позволило ей завоевать авторитет как среди великосветского столичного общества, так и в целом населения Петербурга.
В течение шести месяцев правления Петра III отношения Екатерины с мужем (который открыто появлялся в обществе любовницы Е.Р. Воронцовой) продолжали ухудшаться, став явно враждебными. Возникла угроза ареста Екатерины Алексеевны и возможной высылки. Екатерина начала тщательно готовить заговор, опираясь на поддержку братьев Орловых, Н.И. Панина, К.Г. Разумовского, Е.Р. Дашковой и других. В ночь на 28 июня 1762 года, когда император находился в Ораниенбауме, Екатерина тайно прибыла в Петербург и в казармах Измайловского полка была провозглашена самодержавной императрицей. Вскоре к восставшим присоединились солдаты других полков. Весть о восшествии Екатерины на престол быстро разнеслась по городу и была с восторгом встречена петербуржцами. Императрица во главе гвардейских полков выступила в Петербург. Петр, узнавший о происшедшем, отправил своей жене письменное отречение от престола.
2.2. Внутренняя политика Екатерины II
Екатерина вступила на престол, имея вполне определенную политическую программу, основанную, с одной стороны, на идеях Просвещения и, с другой, учитывавшую особенности исторического развития России. Важнейшими принципами осуществления этой программы были постепенность, последовательность, учет общественных настроений.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
