59577 (673221), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Власть и политическая жизнь России в 1994 – 2000 гг.
В результате обострения борьбы за власть 12 мая 1999 г. Е.М. Примаков ушел в отставку. Новым премьер-министром 19 мая был утвержден министр внутренних дел С.В. Степашин. Многие считали правительство С.В. Степашина временным, призванным обеспечить спокойное проведение парламентских и президентских выборов, от итогов которых и будет зависеть дальнейшее развитие России.
Но 9 августа 1999 г. Б.Н. Ельцин совершенно неожиданно снял С.В. Степашина и назначил премьер-министром руководителя ФСБ В.В. Путина, заявив в обращении к гражданам России, что именно в нем он видит своего преемника на посту президента.
19 декабря 1999 г. на выборах в Государственную Думу третьего созыва победу одержало только что созданное общественно-политическое движение «Единство», поддержавшее В.В. Путина и его политику, что свидетельствовало о быстром росте его популярности.
Исходя из итогов выборов, 31 декабря 1999 г. Б.Н. Ельцин объявил о досрочном сложении с себя полномочий президента. В соответствии с Конституцией РФ, в исполнение президентских обязанностей вступил председатель правительства В.В. Путин.
Досрочные президентские выборы были назначены на 26 марта 2000 г.
Российское общество в 1994 – 2000 гг.
По мере перехода к рыночной экономике быстро происходила социальная поляризация общества.
В странах с развитой рыночной экономикой модель социальной структуры общества выглядит, как лимон: с широкой центральной частью (средний слой) и относительно узкими полюсами высшего класса (элита) и беднейшего слоя. В латиноамериканских странах социальная структура напоминает Эйфелеву башню, у которой широкое основание (бедный слой), вытянутая часть (средний слой) и верхушка (элита). Модель социальной структуры постсоветской России похожа на придавленную к земле пирамиду, где в основании – 80 % бедного населения, а на верхушке – 5 % богатых.
Процесс формирования среднего класса в России шел очень медленно и с большим трудом, так как направленной социальной политики власти по решению этой задачи не проводилось. Первые народившиеся элементы среднего класса в значительной мере были разрушены августовским кризисом 1998 г.
В первой половине 90-х гг. бывшее советское общество быстро расслаивалось на относительно небольшой процветающий слой и основную, беднейшую, массу населения. Ежемесячные доходы на противоположных полюсах разнились в несколько десятков раз. Так, в 1995 г. на долю 10 % наиболее обеспеченных россиян приходилось около 31 % денежных доходов, а на долю 10 % наименее обеспеченных - 2,4 %. При этом остальная часть населения имела доход ниже среднего уровня.
В качестве характеристики имущественного расслоения обычно используют соотношение доходов 10 % наиболее богатых к доходам 10 % наиболее бедных. В мировой практике, если доходы богатых в 10 раз больше доходов бедных, ситуация оценивается как социально взрывоопасная. В мае 1996 г. в РФ этот коэффициент был равен 14, а при сопоставлении зарплат – от 25 до 30.
Особая острота проблемы социального неравенства в постсоветской России вызвана тем, что сравнительно недавно большая часть населения в социальном плане чувствовала себя достаточно комфортно, так как средний уровень потребления, образования, здравоохранения, а также полная занятость гарантировались государством. За несколько лет реформ российское общество превратилось в общество контрастов, главной чертой которого стала социальная поляризация.
Основой социальной поляризации стали различия в доходах, источником которых для 70 % экономически активного населения была зарплата.
Таблица 2. Средний доход на душу населения в 1992 - 1996 гг. относительно уровня декабря 1991 г.
(в %; декабрь 1991 г. = 100 %)
| 1992 | 44,2 |
| 1993 | 54,8 |
| 1994 | 58,5 |
| 1995 | 50,6 |
| 1996 | 40,8 |
Реальный размер среднедушевого дохода (с учетом роста цен) неуклонно снижался, падала доля оплаты труда в валовом внутреннем продукте (ВВП). Так, если в 1994 г. она составляла 38 %, то в 1996 г. - уже менее 30 % (для сравнения: в США, Германии и Франции эта доля составляет от 50 до 60 % в ВВП).
Другим источником поляризации были региональные диспропорции в зарплате, которые также оставались довольно существенными. Наиболее высоким среднедушевой доход был на Дальнем Востоке и в Западно-Сибирском регионе, самым низким - в Северо-Кавказском, Поволжском, Центрально-Черноземном, Западно-Сибирском и Уральском регионах.
Еще одним источником поляризации стала хроническая задолженность по выплате заработной платы, поскольку она имела тенденцию накапливаться именно в тех секторах экономики, где зарплата наиболее низкая.
В целом для российского общества периода реформ 90-х гг. был характерен активный процесс «размывания» традиционных групп населения и становления новых, группирующихся по уровню доходов, формам собственности, включенности во властные структуры.
Чертами новой социальной структуры были: 1) маргинализация огромных масс населения; 2) подвижность социальных процессов, обусловленная множественностью форм собственности; 3) неустойчивость, социальную конфликтность и даже антагонизм общества в целом.
Высшее положение в постсоветском обществе заняла элита, далеко не однородная по своему составу. В нее вошли представители бюрократического аппарата высокого уровня, новая буржуазия, крупные хозяйственники («директорский корпус»), а также интеллектуалы и финансисты, обслуживающие элиту.
Низшее положение заняли рабочие различных профессий средней и низкой квалификации, а также канцелярские служащие.
Процесс социальной поляризации шел рука об руку с экономическими реформами и изменениями политической ситуации.
С начала 90-х гг., когда правительство Е.Т. Гайдара взяло курс на рыночные преобразования методом «шоковой терапии», начались изменения социальной структуры населения страны. Сокращение общего объема промышленного производства в 2 раза, ВПК - на 10 % от уровня 1990 г., закрытие оборонных институтов и лабораторий привели к сокращению значительного числа инженерно-технических и научных работников, служащих, к фактическому их переходу на положение безработных. Садово-огородные и дачные участки, а на селе и в малых городах – приусадебные, стали играть основную роль в снабжении населения продуктами питания.
Значительно возросла доля населения, получавшего доходы от посреднической деятельности. Работники торговли, ставшие сотрудниками акционерных обществ различного типа, получали доходы от «накручивания» цен. В 1994 - 1998 гг. эта группа пополнилась киоскерами и палаточниками. Появился слой «челноков», которые жили за счет продажи ширпотреба из Турции, Китая, Арабских Эмиратов. Формула Е.Т. Гайдара «спекуляция - нормальная форма развития рыночной экономики» в сочетании с бездействием налоговых органов государства до середины 1997 г. содействовала быстрому обогащению наиболее предприимчивой части «челноков» и потере казной нескольких триллионов рублей в качестве налоговых поступлений.
В посреднической сфере, охватывающей более 2000 коммерческих банков и фирм, оказались сосредоточены тысячи наемных работников (начиная с юристов, секретарей, бухгалтеров, переводчиков и кончая строителями, шоферами, охранниками), имеющих сравнительно высокий доход и своеобразную психологию «обслуги», открыто поддерживающей «хозяина».
Концентрация таких групп населения особенно велика в Москве, где сосредоточено до 80 % российского капитала и поляризация жизненных условий достигает максимального уровня.
Российскую элиту составили две группы.
Первую - новая буржуазия («новые русские»), выросшая из «теневиков» периода брежневского застоя и «кооператоров» горбачевской «перестройки».
Основными источниками накопления их капитала были: 1) приватизация, когда, скупив за бесценок через подставных лиц безымянные ваучеры, в течение 1994 - 1996 гг. они превратились в держателей крупных пакетов акций; 2) финансовые «пирамиды» (типа «МММ», «Чары» и «Властелины»), позволившие аккумулировать средства мелких вкладчиков; 3) покровительство всех составов российского правительства некоторым коммерческим банкам, которые получили в управление крупнейшие прибыльные предприятия сырьевого комплекса; 4) контроль над СМИ.
Вторую - представители старой «номенклатуры», чьи привилегии определялись занимаемой должностью.
В годы реформ они быстро включились в коммерческую деятельность и завладели значительной долей акций предприятий, установив себе оклады, в 100 и более раз превосходящие зарплату инженера. Исследования Института социологии РАН показали, что на конец 1995 г. администрация и окружение президента РФ на 75 % состояли из представителей бывшей советской элиты, то есть из партийных, комсомольских и хозяйственных деятелей. Из советской номенклатуры сформировались 82 % представителей бывшей региональной элиты.
Важную роль в «первоначальном накоплении капитала» сыграла легализация продажи и покупки валюты, получения кредитов. Кредиты под 10 – 20 % годовых для сельского хозяйства и предприятий задерживались и «прокручивались» в других сферах. При годовом уровне инфляции в 250 – 300 % огромные прибыли банкирам приносила задержка зарплаты даже на 2 - 3 месяца.
На другом полюсе «придавленной пирамиды» российской социальной структуры находится основная масса населения (по различным оценкам, от 80 до 90 %). Бедность - не чисто российское и не сугубо пореформенное явление. Бедность - понятие сложное, исторически обусловленное и многофакторное. К бедным, как правило, относят людей, не имеющих средств на минимальный национальный стандарт потребления. В России он получил название «потребительский минимум». Этот стандарт в каждом государстве свой и зависит от возможностей производства, богатства нации, менталитета и т. п.
В ходе реформ 90-х гг. ситуация принципиально изменилась. Массовая бедность 25 % населения (37 млн. человек в 1995 г.) не идет ни в какое сравнение с ситуацией 1990 г., когда этот показатель был равен 1,6 % (2,3 млн. человек). Таким образом, с 1990 по 1995 гг. количество бедных выросло в 15 раз.
Характерная черта социальной структуры, сложившейся в постсоветской России, - неоднородность бедности. Среди 37 млн. бедных в 1995 г. примерно десятая часть (3,5 - 3,7 млн.) находилась в состоянии выживания, то есть крайней физиологической бедности.
Столь резкое расслоение, естественно, порождало бесконечные социальные конфликты, постоянно угрожая социально-политическими потрясениями.
Социальная поляризация пагубно повлияла на демографическую ситуацию в стране. Начиная с 1992 г. уровень смертности постоянно превышал уровень рождаемости (то есть имело место отрицательное значение естественного прироста населения).
Таблица 3. Естественный прирост населения России в 1991 - 1996 гг. (тыс. человек)
| год | Число родившихся | Число умерших | Прирост - убыль |
| 1991 | 1795 | 1961 | 104 |
| 1992 | 1588 | 1807 | -220 |
| 1993 | 1379 | 2129 | -750 |
| 1994 | 1408 | 2301 | -893 |
| 1995 | 1367 | 2197 | -830 |
| 1996 | 1300 | 2100 | -800 |
Другая важная черта демографической ситуации 90-х гг. - деградация части населения: общий рост заболеваемости, а также высокий удельный вес так называемой социальной заболеваемости (туберкулез, венерические болезни, психические расстройства). Составляющими процесса деградации стали также алкоголизм и наркомания.
Согласно данным председателя Комитета по делам женщин, семьи и молодежи, с 1991 года общая заболеваемость туберкулезом среди детей увеличилась на 33 процента. Смертность в результате этой тяжелой болезни выросла на 82 процента. А ведь всегда считалось, что туберкулез - болезнь социальная. У 90 процентов школьников имеются отклонения в состоянии здоровья. Примерно столько же детей страдает гиповитаминозом, который медики считают одним из проявлений голода.
Последствия затянувшихся рыночных реформ в России непосредственно затрагивают не только экономическую, но в не меньшей степени и социальную сферу общества. Не претендуя на исчерпывающий анализ социальных последствий реформирования российской экономики, хотелось бы рассмотреть их в аспекте соответствия интересам представителей различных возрастных групп населения наших сограждан: детей, людей взрослых и наиболее социально активных (на примере военнослужащих) и лиц старшего возраста.
Стремление российских «реформаторов» любой ценой загнать народ в капитализм обернулось резким падением материального благополучия населения, снижением рождаемости и неуклонным ростом смертности. Во всем мире это характерное пересечение двух линий на графике демографических процессов получило название «русский крест». Вымирание происходит со скоростью один миллион человек в год.















