59527 (673187), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В XIV и XV вв. приходит конец тем судебным правам епископов, которые существовали в течение нескольких веков феодальной раздробленности страны. В обработке устава Ярослава, известной под названием Краткой его редакции, традиционные статьи о краже продуктов сельского хозяйства и одежды, о конфликтах во время свадебных и других игр получают важные дополнения, гласящие, что «вина», т. е. штраф, следуемый власти, платится "не только владыке, а владыке и князю «на полы», а вира за убитого в свадебных боях - не только владыке, а князю и владыке также «на полы» 30. Краткая редакция устава вместе с другими памятниками русского церковного права имеет в рукописях подтверждение великого князя Василия и митрополита Киприана 1402 г. и принадлежит времени до этой даты, т. е. XIV в. На основании анализа всего комплекса статей ее можно датировать серединой XIV в.
Подобное же ограничение в пользу княжеской власти испытывает церковная юрисдикция и по такому делу, как изнасилование. Анонимная уставная запись северо-восточного происхождения, известная под названием «Ряд и суд первых князей», которая может быть отнесена также к XIV в., традиционно включает «пошибание» в число «церковных орудий», т. е. дел. Однако некоторые списки XV-XVI вв. содержат важную вставку «а с князем на полы» («пошибание»), которая говорит о частичной уступке юрисдикции по этому делу в пользу княжеской власти. Таким образом, во второй половине XIV и в XV в. происходят важные изменения в соотношении юрисдикции церковной и светской, княжеской, власти, заключающиеся в появлении контроля со стороны последней за епископским судом по наиболее опасным уголовным преступлениям.
Особым путем шло развитие церковной юрисдикции на юго-западных землях Руси, включенных в XIV в. в состав соседних государств - Польского и Литовского. Усиление феодальной раздробленности на этих землях и рост фактической власти светских феодалов сопровождались ослаблением церковной организации и нередким выпадением целых ее звеньев - как высших органов церковного управления, епископов и митрополитов, так и низших - священников. Об этих явлениях говорят источники более позднего времени - XV в., но начало их относится к XIV в. Перенос митрополии во Владимир-на-Клязьме, а затем в Москву сделал митрополитов политическими деятелями ограниченной, хотя и большой части Руси, где шел процесс формирования нового государства. Попытки организации митрополичьих кафедр на западных землях Руси были малоуспешны, хотя и предпринимались неоднократно. В Галицкой Руси местными князьями, а затем польским королем митрополия в течение XIV в. создавалась три раза, а на белорусских землях литовскими великими князьями - два раза. Значение этих попыток в начале XIV в. и в более позднее время было различным, а соотношение политических сил в Восточной Европе не способствовало длительному функционированию митрополичьих кафедр, что приводило к ликвидации церковной организации на некоторых территориях Руси. Когда в 1371 г. в Галиче в четвертый раз была восстановлена митрополичья кафедра, все четыре подведомственные ей епархии - Холмская, Туровская, Перемышльская и Владимирская - не имели епископов и новый митрополит Антоний должен был одновременно исполнять их обязанности. Изменения в соотношении светской я церковной юрисдикции в сторону сужения последней в таких условиях были неизбежны.
Это сужение можно проследить в различных сферах. В одной из поздних обработок устава Владимира конца XIV - начала XV в., которую можно связать с территорией Великого княжества Литовского, в списке церковных людей, подведомственных суду епископа, исчезают такие традиционные для древнерусского права объекты, как поп и попадья. Это является отражением перехода юрисдикции над причтом ктиторских церквей к князьям и боярам, известного по памятникам права Великого княжества Литовского. Они рисуют такое состояние церковной организации в государстве, когда епископы не подчинялись власти митрополита, чему способствовали светские феодалы, также не признававшие никакой его юрисдикции, светские собственники церквей, содержавшие их на свои средства, не считались с нормами деятельности церковной организации, осуществляли суд над священниками, сами ставили их в свои церкви, а то и исполняли их функции. Суд по делам о браках и разводах находился в ведении светских феодалов, а сама форма заключения браков была мало связана с церковными нормами, что дало исследователям возможность говорить о светском характере брачного права на белорусских землях Великого княжества Литовского в XV-XVI вв.
Возникший в этих условиях в первой четверти XV в. полемический памятник, называемый «Свитком Ярославлем», имел целью восстановить распавшуюся церковную организацию и сделать ее одним из звеньев феодального государства. Он стремился закрепить в церковном ведомстве .суд только по трем делам из всего того, что когда-то ему принадлежало: разводы, блуд и еретичество. При этом по делам о разводах для суда над феодалами, обладавшими нередко большей властью, чем епископ и митрополит, в «Свитке» оговорено существование второй, великокняжеской инстанции.
Изучение сфер церковной юрисдикции и их эволюции на Руси в XII-XIV вв. позволяет глубже понять общие черты развития древнерусских земель в период феодальной раздробленности, причины особенностей в их политическом и государственном строе.
Литература
-
Веселовский С.Б. Феодальное землевладение в Северо-Восточной Руси. т. 1. - М., 1947.
-
Попе А. Учредительная грамота смоленской епископии // Археографический ежегодник за 1965г. М., - 1966.
-
Янин В.Л. Актовые печати Древней Руси X- XV вв. т. ІІ. - М., 1970.
-
Голубинский Е.Е. История русской церкви, т. 1. - М., 1901.
-
Щапов Я.Н. Княжеские уставы и церковь в Древней Руси. - М., 1972.
-
Владимирский-Буданов М.Ф. Хрестоматия по истории русского права, вып. 1. - К., 1908.
-
Пресняков А.Е. Лекции по русской истории, т. 1. - М., 1938.
-
Памятники русского права, вып. 2. Сост. А.А. Зимин. - М., 1953.















