58819 (672798), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

В тот же день Яковлев вновь пришел в губернаторский дом и вызвал Романова. Николай вышел еще не один, его сопровождала жена.

На вопрос Яковлева, подчинится ли Николай распоряжению Советской власти о выезде из Тобольска, ответила Александра: ,,Да, он поедет, только я его одного не отпущу, а с ним поеду и я”. Николай лишь спросил, когда надо уехать.

Ехать было решено в тот же день, ночью. Так как река еще не вскрылась, переезд до Тюмени необходимо было сделать на лошадях.

Ведя переговоры с Романовым, Яковлев, как это подтверждают Матвеев и Жильяр, заявил определенно, что их везут в Москву. Александра Федоровна выразила по этому поводу сомнение – так как слухи о переводе Романовых на Урал ходили в Тобольске со времени приезда туда екатеринбуржцев – и спросила Яковлева, окончательно ли решен этот вопрос. Яковлев ответил утвердительно.

Накануне отъезда по городу стали распространяться слухи, что Яковлев намерен вопреки решению центра, везти Романовых не на Урал, а в Москву.

Хотя переезд в Москву и был, в глазах Романовых, более желательным, чем та Урал, тем не менее они понимали, что как в том, так и в другом случае их надежды на побег рушатся окончательно.

Романовы страстно желают, чтобы момент отъезда был отдален. Последней надеждой для них был разлив реки Тобола, который должен был произойти со дня на день.

Но чудо не совершилось.

К четырем часам утра 26 апреля на двор губернаторского дома поданы были подводы. Ехать весь перегон до Тюмени можно было только на местных тарантасах – коробках.

27 апреля, поздно вечером, приехали в Тюмень, где был подан поезд для дальнейшего следования в Екатеринбург. Вернувшись с ,,провода”, Яковлев сообщил своим товарищам и Авдееву, которого из вагона от себя уже не отпускал, что, по распоряжению центра, он должен везти Романовых не в Екатеринбург, а в Москву, через Омск – Челябинск – Самару.

Около 5 часов утра 28 апреля поезд с Романовыми двинулся по направлению к Омску.

В эти дни в Екатеринбурге происходила 4 = я Уральская областная конференция РКП (б), на которую съехалось 102 делегата от 57 организаций Урала, представлявших 30278 членов партии.

Конференция одобрила действия партийного комитета и Областного Совета, и в частном совещании большинство делегатов с мест высказывалось за необходимость скорейшего расстрела Романовых, чтобы в будущем предупредить все попытки к освобождению бывшего царя и восстановлению России монархии.

Направив поезд на Омск, вопреки указаниям Москвы и Областного Совета Урала, Яковлев пытался убедить ехавшего с ним в одном купе Авдеева в том, что целесообразнее везти Романовых в Москву, так как при назначении его в эту ответственную командировку в личной инструкции ему было указано на необходимость охраны Романовых от всяких покушений, а со стороны Заславского Яковлев боялся покушения на жизнь Романовых.

Когда поезд остановился на станции ,,Екатеринбург I”, выяснилось, что к его приходу собралась громадная толпа, требовавшая показать ей Романовых. По соглашению с председателем Областного Совета, было решено поезд отвести обратно на ст. ,,Екатеринбург II”, лежащую с другой стороны города. Там и должны были высадить Романовых.

6. В столице Урала.

На станции прихода поезда ожидали представители Областного Совета – Белбородов и Дидковский, которым Яковлев и должен был передать Романовых.

Еще до приезда Романовых в екатеринбург для них, по распоряжению Совета, был приготовлен особняк инж. Н. Н. Ипатьева на углу Вознесенского проспекта, (теперь ул. Карла Либкнехта и площадь Народной мести), и Вознесенского переулка, расположенный на вершине холма, господствующего над городом.

Рано утром 23 мая дети Романовых приехали на ст. Екатеринбург, откуда их на извозчиках отвезли в дом Ипатьева. Из сопровождавших их в екатеринбург ген. Татищев, Гендрикова, Шнейдер и Волков были сразу отправлены в тюрьму. Через несколько дней туда же были отправлены: Чемодуров, Нагорный, Иван Седнев, приехавший вместе с бывшим царем еще в апреле. К Романовым были допущены лишь 5 человек: доктор Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп, поваренок Леонид Седнев и комнатная девушка Демидова.

Всем остальным, кроме заключенных в тюрьму и доктора Деревенько, было предложено покинуть пределы Урала. Деревенько было разрешено остаться в Екатеринбурге, где он проживал на свободе.

Только теперь, с переездом на Урал, Романовы действительно были переведены на режим арестованных. Они находились действительно под самым бдительным надзором охраны, состоявшей из рабочих бывшей фабр. Братьев Злоказовых и Сысертского завода.

Внутренний режим жизни Романовых также значительно изменился. Не было уже того довольства, той сравнительно большой свободы, которой они пользовались в Тобольске.

7. Последние дни Романовых.

Установив надежный надзор за Романовыми и приняв меры к предупреждению каких – либо покушений на освобождение их из ,,дома особого назначения” (так назывался в то время дом Ипатьева), Областной Совет занялся вопросом о дальнейшей участи семьи.

На одном из своих заседаний Совет единодушно высказался за расстрел Николая Романова. Все большинство Совета не хотело брать на себя ответственности без предварительных переговоров по этому вопросу с центром. Решено было вновь командировать в Москву Голощекина для того, чтобы поставить вопрос о судьбе Романовых в ЦК партии и президиуме ВЦИК.

Президиум ВЦИК склонялся к необходимости назначения над Николаем Романовым открытого суда. В это время созывался V Всероссийский съезд Советов. Предполагалось поставить вопрос о судьбе Романовых на съезде – о том, чтобы провести на нем решение о назначении над Романовыми открытого суда в Екатеринбурге. Головощекину предложено было ехать в екатеринбург и к концу июля подготовить сессию суда над Романовыми.

С первых дней перевода Романовых в екатеринбург сюда стали стекаться в большом количестве монархисты, начиная с полупомешанных барынь, графинь и баронесс всякого рода, вплоть до монашек, духовенства и представителе иностранных держав.

Просьбы о свидании как с Николаем, так и с другими представителями дома Романовых были довольно часты. Мотивировки были самые разнообразные: ,,повидаться, так как состоят в родстве”, ,,услужить, что надо будет” и т.д. Но доступ к Николаю был ограничен чрезвычайно узким кругом лиц из членов Областного Совета Урала. вообще же разрешения на свидания с Николаем давались ВЦИК. Поэтому бесконечные попытки тех или иных лиц проникнуть на свидание кончались неудачей.

Чтобы хоть несколько разгрузить екатеринбург от вдохновителей монархических организаций, по постановлению Областного Совета отправлены были в гор. Алапаевск все члены семьи Романовых, жившие на квартирах и в гостиницах.

Но этим еще не устранялась опасность контрреволюционных выступлений.

С приближением фронта и отступления Красной Армии все смелее делаются попытки монархистов связаться с заключенными в ,,доме особого назначения”.

В московских газетах в свое время были опубликованы некоторые документы, подтверждающие существование план похищения Романовых из Ипатьевского дома.

Романовы живут мыслью о скором освобождении.

Левые эсеры и анархисты екатеринбургской организации, не уверенные в том, что большевики расстреляют бывшего царя, решили принять меры к этому собственными силами. Был разработан план нападения на .,дом особого назначении” ,,боевиками” эсерами и анархистами, во время которого и предполагали расстрелять Романовых.

Однако ни это нападение, ни выступление белогвардейцев не осуществилось, если не считать попытку контрреволюционного выступления эвакуированных, которая была немедленно подавлена.

8. Расстрел Николая Романова и его семьи.

По приезде из Москвы Голощекина, числа 12 июля, было созвано собрание Областного Совета, на котором был заслушан доклад об отношении центральной власти к расстрелу Романовых.

Областной Совет признал, что суда, как это было намечено Москвой, организовать уже не удастся – фронт был слишком близок, и задержка с судом над Романовыми могла вызвать новые осложнения. Областной Совет решил Романовых расстрелять, не ожидая суда над ними. Расстрел и уничтожение трупов предложено было произвести комендатуре дома, с помощью нескольких надежных рабочих – коммунистов.

На предварительном совещании в Областном Совете был намечен порядок расстрела и способ уничтожения трупов.

Вечером 16 июля лица, назначенные Областным Советом к исполнению приговора над Романовыми, собрались в комнате коменданта в ,,доме особого назначения”. Комнаты верхнего этажа, где жила семья, были признаны неудобными для выполнения приговора. Решено было перевести семью вниз в одну из полуподвальных комнат и там привести приговор в исполнение до самого расстрела Романовы не знали о состоявшемся постановлении.

Около 12 ночи того же дня им было предложено одеться и сойти в нижние комнаты; чтобы не возбудить у них подозрения, было объяснено, что эта мера вызвана, якобы, предполагающимся в эту ночь нападением белогвардейцев на дом Ипатьева.

Когда все они были переведены в нижний этаж, в намеченную для исполнения приговора комнату, им было объявлено постановление Уральского областного Совета. После чего тут же все 11 человек: Николай романов, его жена, сын, четыре дочери и четверо приближенных – были расстреляны.

После расстрела трупы были перенесены в одеялах во двор дома и уложены в грузовой автомобиль. Трупы Романовых были перевезены на ,,Ганину яму”.

18 июля днем с ,,похоронами” было закончено и настолько основательно, что впоследствии белые, в течение двух лет производя специальные раскопки в этом районе, не могли найти могилы Романовых.

О расстреле Романовых в Екатеринбурге официально было опубликовано 22 июля. Накануне об этом было сделано сообщение на рабочем митинге в городском театре, встреченное бурным выражением восторга.

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

1. Быков П. М. Последние дни Романовых. – Свердловск: издательство ,,Уральский рабочий”, 1990.

2. Соколов Н. Убийство царской семьи. – М., 1995.

3. Палеолог М. Царская Россия накануне революции. М., 1980.

Характеристики

Список файлов реферата