58059 (672292), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Так сложился замысел новой книги. Первоначально А. 3. Манфред собирался включить в нее и портреты менее известных персонажей, например первого генерала-плебея, участника всех великих революционных дней, по­трясавших Париж в 1789—1792 годах, рабочего-ювелира Жана Россиньоля. Вызывал его интерес и Пьер-Франсуа Реаль, вероятно парадоксальностью своей судьбы. По­мощник прокурора-синдика Парижа в 1793 году Шометта, защитник Бабефа на Вандомском процессе, он стал любимцем Наполеона, графом империи и одним из руко­водителей бонапартистской полиции. Но постепенно за­мысел уточнялся. В книге должны были остаться только "о деятели, которые воплощали революцию в ее ранних, нееясных зорях, в ее подъеме и, наконец, в ее расцвете п кризисе. Так родилась книга «Три портрета эпохи Ве­ликой французской революции», с которой читатель зна­комится уже после кончины ее автора.

Мы не имеем здесь возможности охарактеризовать всю большую научную и популяризаторскую деятельность А. 3. Манфреда, завершением которой явились «Краткая всемирная история» в двух томах и трехтомная «История Франции», ответственным редактором которых он был, а также его работы в области историографии. Наш очерк был бы неполным, если бы мы не упомянули об активной организаторской работе ученого и его деятельности по воспитанию научных кадров. На протяжении ряда лет он был председателем Ученого совета по всеобщей истории в Институте истории Академии наук СССР и заведующим сектором новой истории западноевропейских стран, ра­боту которого он поднял на большую высоту.

Крупнейшие заслуги принадлежали А. 3. Манфреду в деле установления и укрепления научных связей между советскими и французскими историками. Он был актив­нейшим участником почти всех коллоквиумов историков обеих стран (1958 год—Париж, 1961 год—Москва, L 1965 год—Париж, 1969 год—Ереван, 1973 год—Моск­ва, 1976 год— Париж и Дижоп). А. 3. Манфред явился инициатором создания группы по истории Франции при Институте истории Академии наук СССР (с 1963 года, после кончины В. П. Волгина, он был ее председателем) и «Французского Ежегодника». А. 3. Манфред был одним из организаторов созванной в 1969 году в Москве конфе­ренции «Ленин и история Франции», в которой наряду с советскими историками приняли участие 5К. Дюкло, Ж. Брюа, А. Собуль, К. Виллар и др. При его активном участии к XIII Международному конгрессу историков были изданы (в Париже и в Москве) два сборника «Век Просвещения» и «Франко-русские экономические связи», в которых сотрудничали советские и французские исто­рики. В редколлегию этих сборников входили с французской стороны Фернан Бродель, Роже Порталъ и Марк Ферро, с советской — А. А. Губер и А. 3. Манфред. А. 3. Манфред был активнейшим деятелем и членом пре­зидентского совета общества «СССР — Франция». На XIV Международном историческом конгрессе он был из­бран одним из трех почетных председателей междуна­родной комиссии по истории Великой французской рево­люции (при международном историческом комитете).

Почетный доктор Клермон-Ферранского университета, А. 3. Манфред пользовался большим авторитетом среди широкого круга французских историков.

А. 3. Манфред никогда не был чисто кабинетным уче­ным. Его страстные публицистические статьи нередко по­являлись в центральной партийной печати.

Разносторонние знания и высочайшая духовная куль­тура, любовь к исторической науке, тонкий и пытливый ум ученого в сочетании с ярким литературным талантом завоевали А. 3. Манфреду исключительно почетное место в нашей науке.

2.

Первая часть книги посвящена молодому Руссо, человеку, оказавшему глубокое влияние на возникновение ре­волюции, на идеологию ее наиболее видных демократи­ческих деятелей. Вторая часть книги — подъем револю­ции рассказывает о Мирабо. Читатель убедится, с каким блеском воссоздал ученый исторический портрет этого че­ловека, к громовому голосу которого в 1789 году прислу­шивалась вся Франция, два года спустя потрясенная и возмущенная «великой изменой графа Мирабо» (la grande trahison du comte Mirabeau). Историк ничего не скрыл, ничего не утаил в повествовании о молодости «дикого барина», как чрезвычайно метко он определил Мира­бо, применив тургеневский эпитет (Тургенев, кстати, принадлежал к числу любимейших писателей А. 3. Манфреда, которого он часто и охотно перечитывал). Он су­мел объяснить и ту роль, которую Мирабо довелось сыг­рать и при открытии Генеральных штатов, и в первые месяцы существования Национального собрания. С тем же мастерством он изложил и «падение» Мирабо. Вторая глава книги «Три портрета эпохи Великой французской революции», по нашему глубокому убеждению, относится к лучшим страницам литературного наследия А. 3. Манфреда.

Третью часть этой книги — расцвет и трагический за­кат революции — историк, естественно, связал с именем Максимилиана Робеспьера, деятельность которого он так долго и с таким глубоким пониманием изучал. Споры о Робеспьере велись и ведутся с непрекращающимся ожесточением вот уже почти два века. Мы уже отмечали, что в этих спорах А. 3. Манфред был на передовой линии, в первых рядах убежденных защитников Робеспьера.

В третьей части книги ученый подводит итоги своих многолетних исследований биографии и исторической ро­ли Робеспьера, внося при этом много нового. Особый ин­терес представляет заключительный раздел главы о Ро­беспьере. Вникнуть в духовный мир Робеспьера, вжиться в его образ, понять причины, заставлявшие его действо­вать,— задача необычайно сложная. Может быть, только Ромен Роллан, долгие годы не решавшийся написать по­следнюю часть цикла своих пьес, посвященного револю­ции, лучше других понимал драму Робеспьера. А. 3. Манфред предложил новое толкование поведения Робеспьера в последние недели его жизни. Это толкова­ние еще не является общепризнанным, о нем, возможно, будут спорить. Но, на наш взгляд, оно весьма правдопо­добно, основано на глубоких многолетних размышлениях о тех мотивах, которые определяли поведение Робес­пьера.

В книге речь пойдет о другом. А.З.Манфред проявлял большой и, можно сказать, возраставший с го­дами интерес к проблемам Великой французской револю­ции 1789—1794 гг. Ему довелось в разное время написать по этим проблемам разного рода сочинения: и специаль­ные работы, и работы более общего, концептуального ха­рактера, и книги, посвященные отдельным страницам ис­тории той эпохи.

Если у читателя возникнет вопрос, каково же содер­жание монографии, то ответ он найдет в заго­ловке,— это книга о Великой французской революции XVIII века.

Но ведь и тему революции можно объяснить по-раз­ному.

А.З.Манфред раскрыл внутреннее содержание больших общественных процессов, к которым относятся и революции, через изображение отдельных их деятелей. Веро­ятно, с равным правом освещать эту тему на примере сдельных человеческих судеб можно, говоря и о роли идей, которые стояли во главе революционного процесса, о роли тех, которые были его рядовыми участниками. И те и другие имеют одинаковое право на внимание.

Э тот триптих не случаен. Первый портрет посвящен молодому Жан-Жаку Руссо. Это заря революции, ее предшествие; она еще не настала, лишь брезжит рассвет. В образе молодого Руссо, Руссо, еще не ставшего ни зна­менитым, ни мудрым писателем, мне хотелось показать, как пробивался рассвет наступающего, завтрашнего дня. Следует также объяснить, почему не показан полностью Руссо таким, каким он вошел в историю. Эта тема настолько велика, многогранна и сложна, что она требует специального, только одному Руссо посвященного сочине­ния. В рамках данной работы это невозможно сделать по многим причинам, начиная с соображений о месте и вре­мени. В дальнейшем повествовании Руссо действует уже как бы за сценой, но в каждой из глав читатель будет чувствовать косвенное, в том числе и посмертное, влияние Руссо.

Второй портрет посвящен одной из самых спорных фигур революции — Рабриэлю Опоре Мирабо. Сложилось так, что в нашей стране о Мирабо по-настоящему никогда не писали. Этот яркий, внутренне противоречивый образ в наиболее полной мере представляет ранние часы рево­люции. Мирабо вошел в историю как деятель начального этапа революции. Его имя неотделимо от ее первых дней. Мирабо — герой 1789 года; за пределами этого года слава знаменитого трибуна начинает тускнеть, блекнуть. Его преждевременная смерть в апреле 1791 года не могла предотвратить осуждения его последующими поколения­ми. И все-таки, несмотря на все превратности его необык­новенной судьбы, Мирабо остался в истории и это имя требует своего объяснения.

И наконец, третий портрет — портрет Максимилиана Робеспьера. Максимилиан Робеспьер — это полдень, это революция, достигшая своей зрелости, зенита и после его гибели пошедшая по ущербному пути упадка. О Робеспь­ере написаны сотни книг, тысячи статей. Споры вокруг его имени не стихают почти двести лет. И все-таки в са­мом облике этого человека, дожившего всего до тридцати шести лет, остается так много значительного, важного, сложного, что он до сих пор продолжает привлекать вни­мание.

О содержании, о достижениях, о трагедии Великой буржуазной революции XVIII века, раскрываемой через образы трех исторических деятелей той эпохи, и расска­зывается в этой книге.

5.

Автор пытался дать в этих трех портретах свое пони­мание эпохи Великой французской революции XVIII ве­ка. Эта эпоха была трагедийной. Трагедийной прежде всего для ее руководителей и героев, которые надеялись на то, что они творят великую революцию, преобразующую человеческий род, призванную привести общество к идеальному золотому веку справедливости.

Данная монография представляет собой ценный вклад в исследование истории и культуры Франции. Читателя привлечет новое толкование различных исторических процессов, которое не является общепризнанным. Но наш взгляд оно весьма правдоподобно, основано на глубоких многолетних размышлениях автора. А.З.Манфред раскрыл внутреннее содержание больших общественных процессов ,через образы трех исторических деятелей той эпохи. Наиболее ценным в этой работе стало, на наш взгляд, именно такое видение событий Французской революции.

.

Десятки и сотни тысяч поклонников таланта А.З.Манфреда при прочтении этой книги еще раз испытают радость встречи с любимым автором. Но они ощутят и горькое сожаление при мысли о том, что эта книга является последним произведением блестящего и необыкновенно талантливого историка.

2.

Вскоре после своего выхода книга обрела необычайную популярность. Монография «Три портрета эпохи Великой французской революции.»,написанная увлеченно, в лучших традициях исторической науки, не оставила читателей равнодушными.

6.Наиболее интересной для меня стала глава о Максимилиане Робеспьере. Автор вникнул в духовный мир Робеспьера, вжился в его образ, попытался понять поведение революционера в его последние дни, понять причину его бездействия.Робеспьер не действовал потому, что понял: революция, с которой он связал свою судьбу, не повинуется больше голосу справедливости, совести, заботе о народном благе.Вождь партии равенства начал убеждаться в том, что после стольких жертв торжествуют не равенство и добродетель, а преступления, пороки, богатство.

А.З.Манфред считал, что то состояние оцепенения, в котором находился в последние недели своей жизни Робеспьер, было вызвано глубоким кризисом революции., оно было своеобразным отражением того оцепенения, которое перед своей гибелью переживала сама революция.

Монография представляет собой ценный взгляд в исследовании истории и культуры Франции.

3

Характеристики

Список файлов реферата