Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Первый этап: 27 марта 1953 – февраль 1956 гг. Реабилитация проводилась выборочно и негласно, хотя несколько человек были реабилитированы публично. Амнистия предусматривала освобождение всех заключенных, чей срок не превышал пяти лет, несовершеннолетних, матерей, имевших детей в возрасте до 10 лет, а также тех, независимо от величины срока, кто сидел за взяточничество, экономические преступления, административные и военные правонарушения.

Смерть Сталина привела ГУЛАГ в движение: докладные записки МВД информировали о "массовом неповиновении", "бунтах" и "восстаниях" в лагерях и колониях, из них наиболее значительных – летом 1953 г. в особом лагере №2 (Норильск) и особом лагере №6 (Воркута), в мае-июне 1954 г. – в особом лагере №4 (Карагандинская область, "Кенгирское восстание").

Главным результатом указа об амнистии, не коснувшегося политических заключенных, неизменно получавших сроки более пяти лет, стало освобождение большого числа уголовников - только за март-июнь 1953 г. около 900 тыс.

Выйдя из тюрем, они создали в городах, и особенно в Москве, такую опасную обстановку, что потребовалось держать в состоянии повышенной готовности многочисленные подразделения МВД.²⁹

Второй этап: 1956 - 1961 гг. С целью ускорения процедуры реабилитации после XX съезда в лагеря были направлены специальные комиссии по пересмотру дел, получившие право решать вопросы на месте и немедленно освобождать реабилитированных. В результате было освобождено несколько миллионов человек. Хотя для реабилитации существовало много ограничений, установленных партийными органами, в ее осуществлении несколько расширилась публичность. В различных изданиях, прежде всего в справочниках, начали появляться запрещенные ранее имена. Среди них было много военных (Тухачевский, Якир, Блюхер и др.), а также второстепенных руководящих партработников, придерживавшихся сталинской линии (Эйхе, Рудзутак, Постышев, Косиор, Чубарь и др.)

Февраль 1957 г. принес реабилитацию народам, депортированным в 1944-1945 гг. В родные места было позволено вернуться чеченцам, ингушам, балкарцам, карачаевцам и калмыкам, однако ничего не было сделано для немцев Поволжья и крымских татар, так как территории, которые их вынудили покинуть, были заселены русскими и украинцами.³⁰

Третий этап: 1961-1965 гг. Впервые в советской истории началось открытое обсуждение вопросов, связанных с репрессиями, развернулись серьезные дискуссии, однако они не выходили за рамки марксизма-ленинизма. Процесс реабилитации постепенно свертывался, шел на спад, а к 1965 г. прекратился совсем.

Как общий итог следует отметить следующее. При выборе тех, кто подлежал реабилитации, предпочтение отдавалось старым большевикам, т.е. тем, кто вступил в партию до октября 1917 г.

Характерно, что реабилитация ни в какой мере не касалась партийных деятелей, причастных к внутрипартийной борьбе в 1920-е гг. (Троцкого, Бухарина), всех, кто находился в оппозиции к сталинскому режиму (Зиновьев, Каменев, Рыков). Процент реабилитации среди лидеров союзного уровня был выше, чем среди республиканских деятелей, т.к. последние, как правило, обвинялись в "буржуазном национализме".

О масштабах публичной реабилитации можно судить по следующим данным. Из 34 членов Политбюро, находившихся в его составе в 1917-1939 гг., было репрессировано 17 человек (50%), реабилитировано 8 (47% репрессированных). Из 18 председателей и заместителей председателя Совнаркома репрессировано 10 (55,5%), реабилитировано 8 (80% репрессированных). Из 71 члена ЦК репрессировано 49 (70%), реабилитировано 38 (77% репрессированных). Большинство реабилитированных составляли жертвы "большого террора" 1937-1939 гг.³¹

3.5. Времена перестройки

В 1970-е годы – в начале 1980-х годов началось новое осмысление причин и последствий культа личности Сталина, массовых репрессий.

В 1987 году была создана Комиссия по реабилитации жертв политический репрессий. Первоначально её возглавлял секретарь ЦК КПСС М. С. Соломенцев, затем – А. Н. Яковлев, один из наиболее последовательных сторонников перестройки.

По инициативе Комиссии началась намного более широкая, чем во времена «оттепели», реабилитация жертв репрессий 1930 – 1950-х годов. Признавались незаконными все массовые репрессии по политическим, социальным, идеологическим и национальным мотивам. Были реабилитированы лидеры оппозиций режимы И. В. Сталина – Л. Б. Каменев, Г. Е. Зиновьев, Н. И. Бухарин и другие. Публиковались ранее секретные архивные документы, проливавшие свет на неизвестные до сих пор страницы советской истории. Были преданы гласности документы о советско-германских отношениях кануна Великой Отечественной войны (в частности, касающиеся пакта Молотова - Риббентропа).

Без ограничений издавались труды зарубежных и отечественных авторов 1920 – 1970-х годов, в том числе эмигрировавших за границу. Вышли в свет романы Д. А. Рыбакова «Дети Арбата» и другие работы, содержавшие беспощадную критику сталинизма и советского режима. Впервые публиковались в полном объёме произведения братьев А. Н. и Б. Н. Стругацких, фантастические утопии Е. И. Замятина, повести и рассказы А. П. Платонова, размышления И. А. Ильина и Н. А. Бердяева.

Вышли в свет труды Н. И. Бухарина и Л. Д. Троцкого. Широкой общественности были представлены работы многих зарубежных авторов по рыночной экономике, философии, социологии, истории Советского государства.

Намного более свободными стали дискуссии в СМИ, среди учёных, в среде интеллигенции. Речь шла не только о новом прочтении истории, воссоздании её подлинной картины, но и о попытке уяснить, ли альтернативные пути развития общества, чтобы трагические события былых лет не повторились.

Заключение.

В результате проведённого исследования были подведены следующие итоги:

В 30-е годы окончательно оформилась та административно-командная система управления советским обществом, которая тесно связана с функционированием государственной партии, обладающей полномочиями верховной власти в стране.

Такая система работала в едином строго заданном направлении, только сверху вниз и, следовательно, не могла сама по себе быть жизнеспособной без дополнительных средств и искусственно создаваемых стимулов.

Утверждение власти административно-командной системы партийно-государственного управления сопровождалось возвышением и укреплением силовых структур государства его репрессивных органов.

Большинство политологов считают, что культ личности Сталина возник, как неизбежный результат того, что сама партия изначально отказалась от демократических принципов, как партийного, так и советского строительства. Ряд политологов считают, что культ личности заложен в самой социалистической идее; является неизбежным спутником социалистической практики.

Имея неограниченную власть, Сталин допускал жестокий произвол, подавлял человека морально и физически. Создалась такая обстановка, при которой человек не мог проявить свою волю.

Не было такой области, включая быт (в колхозах и домах висели плакаты вождя, открытки, всевозможные планшеты, превращающие быт в предмет официального манипулирования со стороны "пролетарской диктатуры"), семейные отношения (они должны были либо служить примером, либо подражать ему (примеру, который уже существовал); к примеру, вспомним Павлика Морозова), наконец, даже отношения человека к самому себе, к своим сокровенным мыслям (образ Вождя, непременно присутствовал даже при самых задушевных размышлениях в литературных произведениях). Всё было «пропитано» Иосифом Виссарионовичем Сталиным.

Такой способ социальной организации можно назвать наведением порядка только в очень условном смысле. У А. К. Толстого: «Такой навел порядок - хоть покати шаром». Там, где все многообразие межчеловеческих взаимоотношений сводится к одной единственной зависимости казарменного характера, ценой «порядка» становится беспорядок, социальная дезорганизация не преодолевается, а лишь загоняется вглубь. Во-первых, для поддержания такого «порядка» необходимо искусственно создавать в стране обстановку предельной напряженности, обстановку чрезвычайного положения, необъявленной внутренней либо даже внешней войны.

Во-вторых, можно ли, допустимо ли забывать о невообразимом беспорядке, возникающем оттого, что тоталитарный режим Сталина вламывается в тонкие механизмы общественной и хозяйственной жизни страны, некомпетентно подчиняя их одной-единственной логике - логике физической силы?

Выбор между двумя моделями модернизации экономики, в особенности же между двумя путями развития тяжелой промышленности (которую Сталин воспринимал, прежде всего, и главным образом в аспекте усиления своей собственной власти), совершался совсем не гладко.

Грубо говоря, вопрос стоял так: за чей счет будет осуществляться это развитие? За счет народа, которому после некоторых послаблений, пришедших вместе с нэпом, придется вновь затягивать пояса? Или за счет новой власти, которой предстояло либо поступиться своей политической властью, переквалифицировавшись в рационально функционирующую администрацию, либо вообще уйти со сцены? Решать и делать выбор предстояло тем, кто имел эту власть, то есть все той же главенствующей верхушке в лице И. В. Сталина, присвоившей себе право говорить от имени народа.

Однако сделать выбор было гораздо легче, чем его осуществить. Бертольд Брехт как-то сказал: «Если диктатор современного типа замечает, что не пользуется доверием народа, то первое же его поползновение - уволить в отставку сам народ, заменив его другим, более лояльным». Нечто вроде такой «отставки» предложили Вождь российскому крестьянству, когда понял, что народ не примет модель ускоренной индустриализации. Насильственная коллективизация была способом тотальной перековки крестьянства, чтобы в итоге получить народ, достаточно послушный Вождю.

Уже само по себе такое количество жертв, ликвидация целых классов или наций, свидетельствует о возникновении совершенно новой ситуации. Для того чтобы содержать в заключении и уничтожать миллионы людей, нужен огромный аппарат, начиная от соответствующего наркомата или министерства и кончая низшими его чиновниками - чиновниками охраны, опиравшимися, в свою очередь, на негласных чиновников из среды самих заключенных. Причем речь шла не о единичном акте упразднения миллионов людей, а о его перманентном характере, о растягивании этого акта во времени, превращении в элемент образа жизни. Речь идет об определенной постоянно действующей системе уничтожения - ГУЛАГ.

Принципиально важно и то, что упразднение осуществлялось по проявлениям человека не только в политике, экономике, идеологии, но и в науке, в общей культуре, в повседневной жизни.

Это и делало новую политическую систему совершенно универсальным инструментом управления, инструментом прямого насилия, опирающегося на силу оружия.

Как правило, преступные акции хорошо планировались, и для их реализации привлекался не только весь аппарат власти, но и практически все государственные структуры. Однако очень часто в исторических исследованиях, посвященных изучению механизма подготовки и осуществления преступных злодеяний, не уделяется должного внимания в определении личной ответственности того или иного политического или государственного деятеля при планировании и реализации карательных мер, приведших к уничтожению людей. А ведь вскрытие личной причастности к хорошо идеологически продуманной и технически оснащенной акции важно не только для истории, но и для настоящего и будущего любого народа.

Центральный Комитет в результате глубокого изучения документов выявил, что в период культа личности допускались грубейшие нарушения социалистической законности, злоупотребления властью, произвол и репрессии против многих честных людей, в том числе против видных деятелей партии и советского государства.

ЦК КПСС, глубоко сознавая ответственность перед партией и народом, решил сказать XX съезду и трудящимся всю правду о злоупотреблениях в период культа личности. Группа членов ЦК (Молотов, Каганович, Маленков и другие), которая вместе со Сталиным была повинна в грубейших нарушениях социалистической законности, пыталась помешать этому, выступала против разоблачения последствий культа личности.
Но победила ленинская линия Центрального Комитета. Вопрос о культе личности и его последствиях был поставлен на XX съезде.

В принятом постановлении съезд поручил ЦК КПСС «последовательно осуществлять мероприятия, обеспечивающие полное преодоление чуждого марксизму-ленинизму культа личности, ликвидацию его последствий во всех областях партийной, государственной и идеологической работы, строгое проведение норм партийной жизни и принципов коллективности партийного руководства, выработанных великим Лениным.

Съезд обязал все партийные и советские органы бдительно стоять на страже законности, решительно и сурово пресекать всякие проявления беззакония, произвола, строго соблюдать права граждан, гарантированные советской Конституцией. Партия и правительство приняли решительные меры к укреплению социалистической законности. Проведена проверка дел репрессированных в предыдущие годы людей, и невинно осужденные полностью реабилитировались. Деятельность органов государственной безопасности, суда, прокуратуры поставлена под строгий контроль партии и государства. На работу в эти органы партия направила стойких, проверенных коммунистов.

Характеристики

Список файлов реферата