57131 (671726), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Все это в комплексе помогло государству полнее реализовать экономические возможности сложившегося Всероссийского рынка.
Но экономическая политика царствующего дома Романовых имела крупные недостатки, которые и привели к социальному взрыву. По мнению профессора П.А. Хромова, правительство осуществляло социально-экономическую политику исходя из принципа "двойного стандарта". Со служилого и посадского (тяглового) населения государство собирало подати серебряными монетами, пополняя казну, а расплачивалось за службу медными. Уже с 1654 г. волевым решением медные деньги приравнивались к серебряным, причем те и другие были одного веса. Это вело к обесценению денег, удорожанию товаров первой необходимости. С 1658 г. деньги начали стремительно обесцениваться, в 1662 г. один серебряный рубль приравнивался уже к 12 медным. Московские военные получали жалованье медью, которую у них никто не принимал в лавках или на торгах, к тому же появилось множество и фальшивых медных денег. В Москве начался "Медный бунт", ряд бояр обвинили в содействии якобы спекулятивным денежным делам. После подавления восстания, с 15 июня 1663 г., правительство решило "жалованье всяких чинов служилым людям давать серебряными деньгами".
Это была первая попытка помочь расстроенным финансам страны выпуском своеобразных государственных кредитных билетов, роль которых отводилась медным деньгам с нарицательной ценой серебряных. Опыт этот успешно осуществлялся с 1656 по 1658 г., пока сохранялось благоприятное состояние экономики. С ухудшением положения в стране неудачей закончился и данный эксперимент.
Эти события показывают, как трудно шла Россия к становлению национальной денежной системы. Экономика государства все больше приобретала характер "догоняющей", страна заметно отставала в экономическом развитии от передовых государств Западной Европы.
Однако необходимо отметить, что денежная система Русского государства в XVI–XVII вв. способствовала его экономическому укреплению и усилению абсолютного, монархического управления страной. Поэтому Петр I, придя к власти, обратил особое внимание на осуществление денежной (монетной) реформы.
В выработке ее концепции проявилась приверженность Петра I к "модным" в XVIII в. идеям меркантилизма и протекционизма. При этом была допущена ошибка с далеко идущими последствиями. К началу XVIII века ремесленное производство не удовлетворяло уже спрос 15 млн. населения на различные изделия. Мануфактуры в стране только зарождались, и предложение со стороны производителей отставало от спроса. В это время правительство ввело высокие таможенные тарифы на ввозимые из-за рубежа товары, однотипные отечественным.
На том временном этапе государственное вмешательство в торгово-промышленные дела привело к положительному результату: Россия впервые в своей экономической истории имела активный торговый баланс, т.е. вывоз товаров превысил их ввоз. Государственное регулирование экономики положительно сказалось и на денежном обращении.
Продолжая дело своего отца, царь Петр в Лондоне ознакомился с работой машин на монетном дворе. Он решил, видимо, и дальше заниматься перечеканкой монет. Концепция реформы не изменилась по сравнению с 1654 г.: по-прежнему для закрепления рубля в обороте, использовалась иностранная монета – талер; прежней оставалась и технология изготовления – перечеканка; продолжено было дело царя Алексея по внедрению молотовых машин на монетных дворах. Однако были и важнейшие нововведения.
Во-первых, окончательно победил десятичный принцип как основа денежной системы: отныне 1 рубль равнялся 10 гривенникам или 100 копейкам; во-вторых, впервые значительно расширился денежный номинал, кроме рубля чеканили: полтины (50 коп.); полуполтины (25 коп.); пятаки (5 коп.); алтыны (3 коп.); пятиалтынные (15 коп.). И хотя сохранились в названии деньги ордынских времен типа алтына, но везде в основу исчисления была положена русская копейка; в-третьих, кроме серебра чеканились и золотые деньги. Новинкой было изготовление "цесарских рублей", но использовались они не в торговом обороте, а в качестве награды отличившимся солдатам. Во внешней торговле появились: червонец в 3,47 грамма золотом и двойной червонец в 6,94 граммов золотом, а также золотые 2 рубля – 0,69 грамма.
В-четвертых, в качестве медных денег чеканили деньгу (тоже пережиток прошлого), копейку и полушку. Они по-прежнему пользовались широким спросом у трудового населения, беднейших слоев общества. Есть сведения о хождении в то время и "жеребьих" денег – из выделанных шкур жеребят. Это уже, конечно, не кожаные деньги периода Древней Руси, которые после долгого употребления получались из мехов диких зверей. Некоторое хождение в народе этих денег свидетельствовало об острой нехватке в стране не только драгоценных металлов, но и меди.
Но в России по-прежнему не было бумажных ассигнаций, отсутствовали банки, все это затрудняло развитие товарно-денежных отношений и не помогало нейтрализовать нехватку металла.
Выросла численность монетных дворов в Москве, где функционировали: Кремлевский медный двор в Китай-городе (видимо, бывший Английский); Набережный у Боровицких ворот специально для изготовления медных денег; Кадашевский монетный двор, где изготовлялись золотые червонцы.
На лицевой стороне рубля изображался портрет Петра I: а) в римских одеждах; б) в драпировочной ткани на плечах; в) в легком вооружении; г) в императорской мантии и с большой цепью ордена Святого Андрея Первозванного. Несомненно, что денежная реформа в комплексе с податной, сословной, торгово-промышленной и рядом других привела к росту годового бюджета России: от 1,75 млн. рублей в конце XVII в. до 3,24 млн. рублей в 1704 г. и 9 млн. рублей в 1725 г. С 1680 по 1724 г. бюджет вырос втрое. В России сформировались условия для развития не только промышленной, но и рыночной инфраструктуры.
Истинно рыночным, важнейшим, элементом инфраструктуры должны были стать банки как денежно-кредитные учреждения.
Только в XVIII в. появились условия для их формирования. И сразу же стал решаться вопрос о выпуске бумажных денег.
Как и в других странах мира, первой формой кредита на Руси было ростовщичество, происходит это слово от "дать в рост", т.е. в кредит, в долг с процентами. Уже на этапе родоплеменного общества у восточных славян формой капитала (условно, применительно к тому времени) становится ростовщичество. В эпоху Древней Руси, до нашествия ордынцев, ростовщичество по-разному применялось в городской и сельской жизни. В сельской местности брали в долг, взаймы по "ряду" – договору, чаще с землевладельцем, какие-то суммы или средства производства для работы на земле.
Упоминание о рядовичах присутствует в 25 статьях краткой редакции "Правды Роськой" ("Русской Правды"). А в Троицком списке есть специальные статьи о закупах: 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62. Причем здесь прямо говорится о необходимых денежных расчетах. В пространной редакции есть несколько статей, где четко определяются отношения между заимодавцем и должником, устанавливается процентная ставка. Не указывается при этом социальная принадлежность взявшего в долг, им мог быть, надо полагать, любой в Древнерусском государстве.
Статья 50 так и называется: "О резе", что в переводе означает "О проценте", и начинается она совершенно определенно: "Если кто дает деньги под проценты…". Наиболее любопытной с этой точки зрения является статья 52 "О месячном проценте". Есть смысл привести ее полностью в переводе: "Месячный процент взимать ему (т.е. кредитору) только в течение небольшого срока; если не будут выплачены деньги в установленный срок, то пусть дают проценты из расчета на два третий (т.е. 50%), а месячный процент аннулируется". Из этой статьи можно заключить, что условия займа были жесткими. Месячный процент не превышал 20, но за невыплату денег в срок процент уже составлял 50 от всей взятой суммы. Статья 47 определяла штраф в 3 гривны за невыплату в срок долга. Но наиболее жесткой была статья 53 под названием: "Устав Владимира Всеволодовича". В ней речь об ответственности кредитора "если возьмет проценты трижды, то (этих) денег ему не получать". Таким образом, уже первые законы Земли Русской предусматривали взаимную ответственность в денежно-кредитных расчетах как заимодателя-кредитора, так и взявшего в долг под проценты.
Владимир Мономах в XII в. более подробно регламентировал эти отношения в специальном "Уставе о резах".
В целом в "Русской Правде" 1016 г. можно насчитать почти 20 статей о кредитных операциях: о сделках купцов, штрафах за неуплату долга, размерах процента. В "рост" – долг – отдавали деньги, хлеб, орудия производства в 1/3, 2/3, 4/5 оплаты.
Постепенно на Руси развивается коммерческий кредит. Купцы, как в это время наблюдалось в Италии, Нидерландах, Португалии, продавали друг другу товары в кредит. При этом ростовщичество выполняло функцию денег как средств платежа. Высокие проценты за взятие в долг денег и продуктов объяснялись развитием натурального хозяйства, в начальном проявлении его товарности. Люди одинаково хранили как деньги, так и товары. С постепенным развитием феодальных отношений ростовщик, как и купец, стал получать часть феодальной ренты.
При генезисе феодализма феодалы от этапа долговой зависимости (рядовичей, закупов) перешли к повсеместному закрепощению свободных ранее смердов – общинников. В широком смысле слова ростовщичество содействовало становлению феодализма. Кроме подобного обширного в рамках государства социально-экономического и социально-политического значения, ростовщики и позднее оставались социальной группой людей, осуществлявших операции с выдачей денег под проценты, в долг. Проживали они преимущественно в городах.
Ярким документом второго, татаро-монгольского, этапа, свидетельствующим о дальнейшем развитии денежно-кредитных отношений, является "Псковская Судная грамота" 1467 г. Документ этот представляет интерес с таких позиций: речь идет об экономических отношениях внутри Московской Руси незадолго до окончательного разрыва с ордынцами; Псков, как и Новгород, были основными торговыми городами на Руси в IX–XV вв.; близость к Северо-Западной Европе, торговля с городами Ганзы должны были отразиться и на законодательных актах Новгорода и Пскова того времени; XV век был важным этапом на пути формирования Русского централизованного государства; более 300 лет прошло после появления "Устава о резах" Владимира Мономаха.
Полный текст "Псковской Судной грамоты" не сохранился, но известные 120 статей позволили специалистам сделать заключение об общерусском, а не региональном значении ПСГ. Наибольший интерес представляют статьи, раскрывающие: правовое положение различных категорий населения, в том числе половников (ст. 42, 43, 63, 76, 84), их имущественные права; статьи по Гражданскому праву в части вещного права, как то: право на собственность, договоры о купле-продаже, займе, ссуде; статьи о наследовании собственности (ст. 14, 30, 45, 46, 47, 55, 88, 100, 114, 118 и др.).
По вещному праву вещи делились на недвижимые (отчина) и движимые (живот). Землевладение различалось на наследованное в виде вотчины и условное (кормля). Население приобретало право собственности по истечении срока давности владения, по договору, по наследству и в результате пожертвований.
Форма договоров о купле-продаже, займе, мене и проч. могли быть устными и письменными, оформление проводилось в присутствии священника или свидетелей. Если ссуды и займы выдавались на сумму свыше 1 рубля, то требовался заклад. Если на сумму менее 1 рубля, обходились поручительством какого-либо лица или "записью", т.е. письменным оформлением.
По сравнению с "Русской Правдой", в ПСГ впервые определялось наказание за нанесение ущерба государству, значительно усилилась роль суда, в том числе в вопросах займа и кредита.
Все эти вопросы получили дальнейшее развитие в "Судебниках" 1497 г. (Ивана III) и 1550 г. (Ивана IV). Первый из них – "княжеский" – стал основой для другого – "царского". Главной целью "Судебника" 1497 г. было распространение на всю территорию государства юрисдикции Великого князя и соответственно ликвидации правовых суверенитетов отдельных земель и уделов. В царском "Судебнике" 1550 г. расширяется круг регулируемых центральной властью вопросов.
В "Судебнике" 1497 г. впервые появился термин "поместье". Здесь еще сохраняется право родового выкупа имущества, утерянного в результате залога, мены, купли-продажи. Сделки по займу и др. оформляются преимущественно письменно, а не по свидетельским показаниям.
В обоих "Судебниках" – конца XV в. и середины XVI в. – рассматривается вопрос о залоге при взятии кредита, г также перевод в "кабалу" человека, не выполнившего i срок условий займа.
Таким образом, во всех трех Судебниках XV–XVI вв. наблюдается более цивилизованный подход к решению i судебных инстанциях вопросов о купле-продаже, займе ссудах, находит отражение усиливающийся процесс закрепощения крестьян.
Развиваются денежно-кредитные отношения больше в городе, а закрепощение крестьян в условиях общей феодализации происходит в сельской местности. Форма кабалы, ведущая к закрепощению, рассматривается как "служилая", а не "ростовая" (взять в займы под проценты) и не "закладная" – дать заклад при оформлении ссуды.
Судебником 1550 г. был определен максимум займа денег в 15 рублей. Все чаще в сети ростовщиков попадало посадское население, т.е. люди, занимающиеся ремеслом и мелкой торговлей.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
