56241 (671223), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Василий, пьяница и буян, поднимает бунт против отца и ведет заговорщиков убивать ордынских посланников. В тот миг на карте стояла судьба всего дела Александра и Руси. Убийства послов монголы не прощали никогда. Спасибо верной дружине. Александр выводит послов из города и получает свободу рук. И — карает бунтовщиков. Вот, наверное, откуда слова Афанасьева: «Он убивал русских, обрезал им носы и уши так, как не делали этого сами татары». Вполне возможно, что так поступал Александр и в другие времена, и в других местах. Время и нравы были жестокие, и князья вели себя в соответствии с ними. Но совершенно точно известно: с Новгородом он тогда расправился с беспощадной жестокостью.
Миндовг отрекается от католичества. Начинается дружба с великим князем Литовским, намечается союз с Литвой.
И, наконец, Александр вместе с ханом Берке (мусульманином) и внуком Батыя царевичем Менгу-Тимуром (язычником) открывают в Сарае, столице Орды, православный епископат.
Позади пятнадцать лет кровавого крестного пути, когда одни — открытые враги, на других — надежда слаба, а большинство — враждебно не понимает... Кажется, можно наконец отдохнуть от страшного напряжения этих пятнадцати лет. Но тут приходит весть об убийстве Миндовга...
Сколько еще может выдержать один человек!
Нет, очень точное современное слово употребил Гумилев: стресс...
Великий князь Александр отошел в мир иной на дороге своей судьбы, на пути из Сарая во Владимир, в маленьком, красивом городке Городце на высоком-высоком берегу Волги, откуда вся ширь земли открывается. Если есть на небе ангелы, они должны были ему донести, чтобы он не тревожился... Что вскоре после его смерти буйный Новгород, из-за которого чуть было не рухнуло дело жизни Александра, в соответствии с договором обратился к тогдашнему хану Менгу-Тимуру, и тот, опять же в соответствии с договором, прислал конницу — и немцы тотчас отступили и подписали мир на новгородских условиях. А затем Смоленск, вольный город(!), устав от постоянного давления Литвы, тоже попросился в русско-ордынский союз и стал его заставой на западных границах... И еще о многом и многом должны были рассказать ему ангелы.
Русский Александр Великий определил судьбу народа.
Историк, эмигрант, Георгий Владимирович Вернадский писал:
«... Два подвига Александра Невского — его борьба с Западом и смирение перед Востоком — имели единственную цель — сбережение православия как источника нравственной и политической силы русского народа».(14)
2.2 Дмитрий Донской
«Спросите у любого человека: кто такой Дмитрий Донской? Куликовская битва, освобождение от татар... Если бы самому Дмитрию Донскому сказали эти слова — «освобождение от татар», — он бы с ума сошел. Потому что царем, которого он признавал, был именно татарский царь. А Мамай, которого побил, был самозванец, узурпатор, от которого он этого самого царя защищал. И ничего даже близкого «освобождению от татар» у него в голове не было. А ведь это — святая святых нашей истории».
Ю.Афанасьев
Опровергая одни мифы, историк тут же предлагает вместо них другие, столь же идеологизированные, но уже с другим знаком.
Возможно, Александр Невский и Дмитрий Донской преследовали только личные цели, хотели только личной власти, которой добились при помощи Орды. Они не оставили письменных свидетельств о том, как нам надо толковать и в чем искать смысл их деяний. Но мы, слава Богу, имеем возможность и обязаны судить по результатам.
Духовный, исторический и политический наследник Александра Невского — князь Дмитрий Донской на Куликовом поле также сражался не против Орды, а за Орду. Но тут надо прояснить. К тому времени в Орде началась смута. Правители сменяли друг друга как марионетки, и на какое-то время Золотая Орда осталась без хана. Этим и решил воспользоваться влиятельный военачальник и великий интриган Мамай. (Ханом он никогда не был и не мог стать по причине отсутствия чингизовых кровей.) Он собрал рать со многих земель и пошел походом на Орду с целью посадить на трон своего, послушного его воле хана. А в это время с востока, из Синей Орды (территория нынешней Тюменской и Северо-Казахстанской областей), спешил с армией законный наследник трона Золотой Орды — хан Тохтамыш. Но он не успевал.
И тогда против Мамая выступила объединенная русская рать. Русские разбили Мамая и сохранили трон для законного хана Тохтамыша.
И тем самым отстояли себя, свою государственность и веру. Не случайно именно на Куликовом поле, как нигде и никогда ранее, ощутимо было даже не влияние, а руководство православной церкви. Ведь главным союзником Мамая был Ягайло, то есть за Мамаем шла могучая католическая Литва, через которую уже тогда шло наступление римской церкви. А во-вторых, русские князья, объединенные вокруг Дмитрия Донского, и иерархи церкви во главе с Сергием Радонежским противостояли смуте и раздору, что нес Мамай. Смута в Золотой Орды аукнется великой распрей на Руси, как в государстве вассальном. Для интересов Руси — решили князья церкви и князья уделов — в Орде нужен Тохтамыш, единый и крепкий хозяин.
А в доказательство от противного приведу факт, не очень, может быть, и приятный. Тохтамыш отплатил Дмитрию черной неблагодарностью. Через год он пошел походом на Москву и занял ее. И никто из князей, никто из иерархов церкви не ударил в набат. Хозяин...
А коли уж я упомянул события 1382 года, то остановлюсь на них подробнее. Это время, когда Владимиро-Суздальская Русь становилась Московской Русью. Как ни сопротивлялись тому владимиро-суздальские князья, которые с великой тревогой смотрели, как невероятно возрос авторитет Москвы и князя Дмитрия после Куликова поля. Не случайно же суздальские князья на то сражение не пришли... Более того, суздальские княжичи Василий и Семен написали на Дмитрия донос. Наверное, уж не без ведома старших, отца и дяди, князей Бориса и Дмитрия Константиновичей. А в доносе том говорилось, что Москва и Рязань замышляют перейти на сторону Литвы.
Самое поразительное в этой ситуации то, что Тохтамыш поверил!
Ведь умный и твердый властитель: пятнадцать лет удерживал власть в раздираемой смутой Орде. А тут поступил не как государственный муж, а как мнительный глупец. Конечно, свою роль сыграло, что Тохтамыш — пришлый, только что из Сибири, тонкостей русско-ордынской политики и русско-ордынских интриг тогда еще не знал, не постиг.
Знаменитый Лев Николаевич Гумилев полагал, что то был обычный для тех времен мелкий инцидент, распря среди своих. Да, война, набег, обман — обычное дело, по тогдашним нравам. Но, наверное, в данном-то случае обида все же была особая, трещина возникла глубокая. Как же так, московский князь с союзниками воевали за тебя, только что тебе, Тохтамышу, можно сказать, преподнесли самый могущественный по тем временам трон, а ты поверил доносчикам, которых на поле битвы и не было!.. Правда, потом, исторически, Тохтамыш стократно искупил то зло 1382 года.
Такова подоплека тех событий.
Другое дело, что они, события, получили в официальной историографии однобокое и, если посмотреть с точки зрения фактов и смысла, странное толкование. Так, например, в хрестоматийной литературе о Куликовской битве практически не употребляется самое раннее описание битвы из Симеоновской летописи. Поскольку князь Дмитрий в ней фигурирует как живой, то создана она никак не позже 1389 года, то есть является единственным сохранившимся документом, написанным по следам событий. Но Симеоновской летописи, повторю, в хрестоматиях и сборниках о Куликовом поле нет. Зато широко распространены другие, гораздо более поздние, зачастую созданные через века после событий. Во многих из них литовский Ягайло называется Ольгердом. Надо было иметь очень отдаленное (и по времени тоже) представление о событиях, чтобы спутать имена двух главных противников. Это все равно что мы фюрера Гитлера называли бы кайзером Вильгельмом — какая, мол, разница, оба же немцы... Я не исключаю, что Симеоновская летопись тоже не свободна от тех или иных влияний. Например, в ней совсем не упоминается серпуховской князь Владимир Андреевич. Зато в последующих, гораздо более поздних, он становится главным лицом, учит, наставляет Дмитрия, а тот вроде как даже труса празднует, и не будь Владимира — сбежал бы... Понятно, что летописи часто писались в угоду тем или иным князьям, церковным начальникам, господствующей идеологии. Но все равно — непонятно замалчивание самого древнего свидетельства. Не потому ли, что рассказ Симеоновской летописи, как и положено по канону, заканчивается радостным известием: Мамай погибает, а князь Дмитрий посылает к Тохтамышу своих гонцов. Получается, что, сражаясь против «татарского хана», мы тут же посылали гонцов к «татарскому хану»? За что боролись и с кем боролись? Не нужны нам такая правда и такая летопись!..
Так и жили, так и воспитывали поколения своих граждан.
Повторим: да, на Куликовом поле Дмитрий Донской спас и утвердил на троне законного хана Золотой Орды. Но тем самым он не допустил всеобщей смуты, которая неизвестно еще как могла отразиться на судьбе Руси. Тем самым он укрепил Русь. Он продолжил и упрочил союз с Ордой, заложенный Александром Невским: внук Батыя хан Менгу помогал Новгороду против ливонских рыцарей, Тохта дружил с Михаилом Тверским, Узбек — с Иваном Калитой, Джанибек — с митрополитом Алексеем... Союз, благодаря которому они совместно противостояли Западу вообще и Литве в частности. Историки-то знают, а нам для ясности надо чаще смотреть на древние карты. В те века Московская Русь была маленькая, а Литва велика и могуча и при случае могла поглотить Московское княжество, как до этого поглотила Киев, Чернигов, Смоленск, Брянск, Полоцк....
На Куликовом поле князья впервые сплотились вокруг Москвы, признали главенство Москвы. Это мы называем их русскими, а они себя считали ярославцами и белозерцами, муромцами и брянцами. И только на Куликовом поле и после него как будто некое дуновение истории просквозило души: в князьях и дружинниках, боярах и смердах появилось историческое осознание, что все они — русские. Конечно, междуусобная резня продолжалась еще долго. И не случайно, что самая жестокая была с тверичами и новгородцами, которые на Куликово поле не пришли...
Однако союз Руси и Золотой Орды противостоял не только Западу, но и Востоку. К тому времени началось нашествие железных армий Тамерлана, выходивших к Волге и занимавших Елец. Вот они-то и несли с собой иго в подлинном, римском значении слова. Не дружина, не ополчение и не вольная конница, а невиданные по тем временам регулярные войска, они несли с собой и утверждали на завоеванных землях городскую мусульманскую культуру, общинно-бытовое и государственное устройство на свой манер. От их наступления на Русь отвлекал и закрывал Русь с Волги, с Востока, хан Тохтамыш, словно бы отдавая исторический долг благодарности Дмитрию Донскому и Руси за Куликово поле и искупая вину за поход 1382 года. Вся его долгая и бурная жизнь после Куликова поля прошла в битвах с Тимуром и тимуридами. Золотая Орда в этой борьбе истощила последние силы и вступила в полосу заката.
После смерти Тохтамыша в Орде вновь началась смута. Но Московская Русь уже была крепкой. И через какое-то время вассальная зависимость от Золотой Орды сама собой отпала. А затем уже Русь стала занимать и заняла на этих огромных пространствах главенствующее положение.
Как писал один из основателей евразийской исторической школы князь Н.С. Трубецкой, произошла «замена ордынского хана московским царем с перенесением ханской ставки в Москву».
А в заключение хотелось бы отметить, поучительный факт из истории... — называйте как угодно. Кстати, о Мамае.
Вроде бы с ним-то все ясно: интриган, узурпатор и так далее. Но его след в русской истории на этом не стирается. Один из его сородичей, не то внук, не то внучатый племянник, оказал услуги Витовту, великому князю Литовскому. За что тот пожаловал его урочищем Глина и княжеским титулом. Потом литовские князья Глинские ушли на Русь. Елена Глинская, как мы знаем, вышла замуж за великого князя Василия III и стала матерью царя Ивана Грозного. А Иван Грозный «татар», если не считать татарина Бориса Годунова, не «защищал» и даже совсем наоборот — воевал Казань.... Господи, да в любой истории все так переплетено, что одним махом ничего не разрубишь и ничего не решишь!.. (15)
2.3 Саин Булат
Царь Иван Грозный был Чингизидом по матери, крещеной татарке Елене Глинской, и данное обстоятельство использовалось им при покорении Казани, в борьбе за казанский престол. Зная о своем происхождении, он прекрасно знал, что он один из наследников престола. Иван Грозный, как амбициозный человек, считал своим долгом восстановить орду и стать законным ханом великой империи Золотой орды. Кто бы не хотел быть ханом такой империй?
Считается, что не было на Руси более жестокого и кровавого правителя, чем Великий и Ужасный царь Иван Васильевич, который только и делал, что варил в смоле политических оппонентов или сажал их на кол. Впрочем, сам Грозный оценивал свои деяния скромно. «Нечем мне гордиться, ибо я просто исполняю свой царский долг,--писал он в письме князю Курбскому (их отношения очень напоминают диалог Путина и Березовского).--Как же ты не смог понять, что властитель не должен ни зверствовать, ни бессловесно смиряться? Даже во времена благочестивейших царей можно встретить много случаев жесточайших наказаний--иначе все царства просто распадутся от беспорядка и междоусобных браней». И уж совсем мало кто догадывается, что Иван Васильевич хотел сменить профессию и всерьез задумывался, не расстаться ли с троном.
Что он однажды и сделал.
Итак, в 1575 году царь Иван Грозный неожиданно для всех отрекся от царства и передал всю полноту власти татарскому царевичу Симеону Бекбулатовичу. Бывший касимовский хан стал «царем и великим князем всея Руси». Сам же Грозный, который теперь уничижительно звался Иванцом Московским, переехал из Кремля в Опричный двор на Петровке, отказался от всех почестей и ездил по Москве, как обычный простолюдин, в телеге, запряженной одной лошадью
Симеон I правил около года. А потом он также совершенно неожиданно и добровольно вернул шапку Мономаха Ивану Грозному
Впервые страной одновременно правили два законных монарха. Подданные терялись в догадках. Одни бояре говорили, что царь поставил вместо себя «зама», испугавшись пророчества придворного астролога Елисея Бомелия--тот предсказал гибель властителю Руси в тот год.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
