56113 (671148), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Уже в первые месяцы его правления встала проблема роста цен на привозное зерно. Рост цен на зерно вызывал, соответственно рост цен на хлеб, являвшийся важным продуктом питания для всех слоев населения. Не решившись созывать Общее Собрание Ордена, упраздненное Пинту, Хименес принял самостоятельное решение и поднял цены. Поднявшуюся волну недовольства он проигнорировал. Вольно или невольно он стал продолжателем политики Пинту. За эти действия его сразу стали считать деспотом.
Международная обстановка также усложнялась. Британия боролась со своими американскими колониями, и Франция и Испания выступили против нее. Даже Россия и Пруссия вмешались и поставляли американцам необходимые им товары. Средиземноморье наполнилось флотами великих наций, рейды мусульманских пиратов стали тяжелым и невыгодным занятием. Интерес к Ордену резко падал. Некогда грозный флот Ордена, со своими роскошными резными и позолоченными украшениями, с огромными полосатыми парусами являл одновременно символ своего древнего могущества и нынешней бесполезности.
Доходы Ордена падали. Хименес вынужден был снизить жалование своим служащим. Это вызвало новую волну недовольства. Теперь против Гроссмейстера выступила и церковь, поддержавшая население. Главным противником Хименеса стал епископ Пеллерано. Причиной для их разногласий явилось, в частности, и решение Хименеса временно запретить отстрел кроликов. Так он пытался увеличить их поголовье и тем самым запасы собственного продовольствия. Епископ, напротив полагал, что, размножившись, кролики уничтожат посевы. В результате отстрел кроликов был разрешен в землях епископата, но епископ трактовал это шире, позволив охоту всем своим «служащим с тонзурами». Учащающиеся препирательства такого рода надоели Хименесу, и он решил существенно урезать права и привилегии церковников.
Это стало последним перышком, сломавшим шею верблюда. Бунт созрел. Была направлена гневная петиция королю Неаполя с описанием ситуации и требованием вмешательства. Но, даже не дожидаясь ответа, наиболее рьяные заговорщики во главе со священником Гаэтано Маннарино подняли восстание. В ночь на 9 сентября 1775 г. мятежники проникли в Валетту, захватили форт Сент-Эльмо и распахнули городские ворота, чтобы другие бунтовщики могли приходить к ним на подмогу. Впрочем, к удивлению главарей желающих принять участие в мятеже оказалось гораздо меньше, чем ожидалось. Большинство населения все же страшилось возмездия.
Но еще больше был удивлен Хименес, никак не ожидавший возможности того, что мальтийцы восстанут против него. Тем не менее, он действовал решительно и сразу послал войска. Город был быстро очищен от немногочисленных мятежников, но они засели в Сент-Эльмо и оставались там в течение всего дня. Находившийся в форте епископ, чувствуя свою ответственность за происходящее, предложил сдаться, если Гроссмейстер сохранит мальтийцам те привилегии, что обещал при своем избрании, и позволит бунтовщикам покинуть форт. Хименес предложение принял, и обстановка начала стабилизироваться. Мальтийцы сочли себя победителями, предполагая, что их права будут восстановлены. Однако Хименес не собирался этого делать, вместо этого он приказал схватить и осудить главных заговорщиков. Трое из них были обезглавлены, а Маннарино заточен в тюрьму.
Хименес успокоился, но Рыцари нет. Они полагали, что вот-вот может вспухнуть новое восстание, которое положит конец пребыванию Ордена на Мальте. Как никогда ранее Рыцари стремились к сближению с островитянами. Хименес перестал пользоваться их поддержкой и симпатией. Смерть его стала очень своевременной. Умер он еще до окончания 1775 г. Нелюбовь к Гроссмейстеру проявилась даже в том, что в отличие от своих предшественников, он удостоился только скромной каменной плиты с его именем.
Несмотря на смерть Хименеса и все добрые намерения и усилия Рыцарей, ничего уже исправить было нельзя, звезда Ордена закатилась. Способствовала тому и новая ситуация в Европе. Во многих странах, и во Франции особенно, противоречия между низами общества и знатью, цепляющейся за свои привилегии, достигли своего предела, что грозило рано или поздно привести к социальному взрыву. Европа была пропитана революционными идеями Вольтера и Руссо, на Мальте это ощущалось тоже. Орден со своим укладом жизни и ритуалами становился полнейшим анахронизмом.
Все это досталось в наследство новому Гроссмейстеру Эммануэлю де Роану Польдюку (1775-97 гг.). Сам он был, в первую очередь французским аристократом, однако, хорошо ориентировался в новых политических реалиях. Он знал о достижениях науки, разбирался в экономике. Де Роан прекрасно осознавал всю опасность нынешнего положения Ордена и необходимость максимально тесного сотрудничества с мальтийцами для предотвращения новых беспорядков. Он пытался вернуть расположение островитян к своим правителям. Де Роан был человеком гуманным. Первое что он сделал, будучи избранным, это повелел снять головы казненных мятежников, выставленные Хименесом на стене бастиона. Затем он запретил применение к кому бы то ни было пыток. Он начал законодательную и судебную реформу, кодекс Роана лег в основу общих законов Мальты.
Впрочем, миролюбивую политику нового Гроссмейстера поддерживали не все Рыцари. Так, когда на почетную должность приора церкви Св. Иоанна был избран мальтиец фра Альбино Менвилль, представители трех французских подразделений Ордена («Языков») открыто препятствовали его избранию и нанесли ему оскорбления. За это мальтийцы чуть было не напали на французских Рыцарей, чему помешало лишь своевременное вмешательство Де Роана. Это столкновение показало Де Роану, что даже на своих соотечественников он не может полагаться, и что все его усилия могут оказаться тщетными из-за необдуманных действий самих Рыцарей, упрямо толкавших свой Орден на свалку истории…
Действуя в интересах Ордена, Де Роан в 1783 г., получив разрешение английского короля Георга III, объединил вместе два Языка: Немецкий и практически увядший Английский, в единый Англо-Баварский Язык. Первым из Гроссмейстеров, он стал допускать женщин в свою приемную. Он лично следил за строительством нового города Зеббудж. Заботясь об обороне, поддержал строительство нового форта Тиньи, расположившегося поблизости от того места, где во время Великой Осады в 1565 г. был убит Драгут.
Еще во времена Пинту были сведения о появлении на Мальте масонской ложи. Теперь, после формирования Англо-Баварского Языка, она существовала открыто. В 1785 г. богемский граф Колловьят посетил Мальту со специальным посланием к Гроссмейстеру. Это сразу придало популярности ложе, тем более, что и сам Гроссмейстер, возможном был ее членом. Впрочем, вскоре одна женщина поведала своему духовнику об оргиях, имевших место на «заседаниях» ложи, проходивших на том месте, которое и сейчас во Флориане зовется садами Са Масон. Эти откровения побудили Инквизитора быстро снизить активность ложи.
Подобно своим предшественникам, Де Роан получил от папы символы власти. Трудно сказать, насколько такое признание его власти помогало ему, однако его правление было спокойным - и Орден, и вся Мальта получили довольно длительную передышку. Впрочем, Де Роану и не приходилось сталкиваться с неразрешимыми проблемами.
Де Роан решился выстроить новую библиотеку, так и не построенную Пинту. Это должно было быть огромное роскошное здание, в котором планировалось хранить не только книги и архивы, но и золотой запас. Начатое в 1786 г. и законченное десятью годами спустя здание, располагающееся сбоку от дворца Гроссмейстеров в Валетте, стало последней значительной постройкой Ордена.
От забот по строительству и прочих внутренних дел Де Роана отвлекли куда более трудные внешние. В связи с разразившейся во Франции революцией перед ним встала сложная дилемма. Как верный Рыцарь и Гроссмейстер, Де Роан должен был всегда руководствоваться, прежде всего, интересами Ордена. Однако, как француз, он оставался верен французской монархии, которую представляли Луи XVI и его жена Мария Антуанетта, считавшимися его личными друзьями.
К тому же, хотя французские Рыцари и не были напрямую вовлечены в водоворот революционных событий, все их привилегии были аннулированы, а имущество коммандорий во Франции, а затем и в Италии перешло под контроль революционных комитетов. Рыцари из этих коммандорий, спасая свои жизни, были вынуждены бежать на Мальту.
Убытки Ордена были огромными. Тут свою помощь, финансовую и военную поддержку предложила Британия в обмен на участие в войне против Франции. Несмотря на то, что успехи французской армии в Италии убеждали сохранять нейтралитет, 482 мальтийских моряка поступили на службу в британский флот, осаждавший Тулон, а гавань и доки Мальты было предложено использовать английскому адмиралу Худу. Трудно сказать, было ли это решение коллегиальным.
События во Франции и распространение революционных идей вызывали неоднозначное отношение. В самом Ордене стал ощущаться раскол. Рыцари других национальностей стали враждебно относится к французам. В 1790 г. папский нунций на Мальте писал, что на официальном банкете присутствовали Рыцарей всех национальностей, кроме французов. Участились дуэли по пустякам между французскими и итальянскими Рыцарями. В свою очередь, французские Рыцари выразили свой гнев по отношению к итальянским морякам во время нахождения венецианского флота на Мальте. Две ночи они вылавливали на улицах Валетты венецианских офицеров, и при этом требовали еще венецианского адмирала Конделмера наказать собственных подчиненных. Вместо этого, адмирал арестовал самих Рыцарей.
Между тем, де Роан пытался содействовать побегу, затеянному испуганными Луи XVI и Марией Антуанеттой. Он послал им серебряную посуду, чтобы они могли раздобыть средства для побега, поскольку все их деньги были конфискованы. Но планы побега провалились, и королевская семья была арестована. Когда де Роан узнал об этом, у него случился инсульт.
Де Роан прожил еще шесть лет и умер в 1797 г., пережив Луи и Марию Антуанетту, казненных в 1793 г., и не став свидетелем бури, что разразилась после того «штиля», который пришелся на его правление. В последний свой год, де Роан предчувствовал, что власти Ордена на острове приходит конец. Ему было известно давнее поверье, что последний Гроссмейстер будет немцем, и потому на смертном одре, узнав, что его приемником станет Фердинанд фон Хомпеш, де Роан предсказал, что тот и станет последним Гроссмейстером Ордена на Мальте.
Французская революция распространялась подобно лесному пожару. Французская армия вторглась в Нидерланды и Германию, а затем Франция объявила войну Британии. В 1797 г. во главе французской армии в Италии стал Наполеон Бонапарт. Возникли планы захвата главной британской колонии – Индии, а для начала планировалось захватить Египет. Однако, хотя французская армия была самой большой и сильной, Британия владела самым сильным флотом. В Средиземном море действовала мощная эскадра под командованием Нельсона. Чтобы достичь Египта, Наполеону необходимо было обмануть англичан. Он осознавал стратегические преимущества Мальты и хотел использовать остров, как трамплин на пути в Египет. К тому же, для британцев, имевших хорошие отношения с мальтийцами, остров был бы последним местом, где они могли ожидать встречи с Наполеоном. Да и сам Орден, членами, которого становились «молодые бездельники» из старинных аристократических фамилий никак уж не пользовался его симпатией. Наполеон и министр иностранных дел Талейран планировали захватить еще Гибралтар и Кипр, чтобы закрепиться в Средиземноморье.
Избранный Гроссмейстером после смерти Де Роана фон Хомпеш был достойным человеком, однако довольно вялым и нерешительным. Что побудило Рыцарей избрать его в тот момент, когда судьба Ордена повисла на волоске? Возможно, что кандидатура немца просто устроила всех, включая французских Рыцарей. Впрочем, Хомпеш, пользовался популярностью у мальтийцев, поскольку был единственным Гроссмейстером, говорившим по-мальтийски.
Напряженная обстановка и все военные приготовления Наполеона не слишком беспокоили Хомпеша; он не разделял тревожных настроений старых Рыцарей. В отличие, например, от Ла Валетта, часто демонстративно носившего доспехи и шлем, Хомпеш, даже облачаясь в церемониальные одежды, ходил без оружия. Он полагался и на верность всех членов Ордена. И тут он ошибался, поскольку был окружен предателями. Многие из них состояли в Революционном Клубе, образовавшемся на Мальте. Его члены собирались в доме секретаря Казначея Ордена Боредона де Рансепа в деревне Лия. Среди них был и племянник бывшего Гроссмейстера Камиль де Роан. Нескольких «революционеров» и наполеоновских шпионов арестовали. Некто Пуссельг вел пропаганду среди молодых Рыцарей, преподнося им ложную информацию о событиях во Франции. И около дюжины французских Рыцарей внезапно покинули Конвент и присоединилось к «революционерам», можно сказать, покинув тонущее судно…
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
