55820 (670989), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Несмотря на свою военную мощь, монгольская империя не отличалась внутренней прочностью. С самого начала обширную монгольскую державу подрывали междоусобицы, вызывавшиеся раздорами в правящем доме и относительной самостоятельностью крупной военно-феодальной монгольской знати. Начавшаяся в 1260 г. борьба за власть между Хубилаем и Ариг-Бугой переросла затем в длившуюся почти 40 лет междоусобицу. В результате ко времени образования империи Юань обширные владения монгольских завоевателей распались на ряд самостоятельных государств, неподвластных великому хану. Борьба за престол при юаньском дворе вновь обострилась в 10-х - начале 30-х годов XIV в. Внутренние раздоры продолжались и при последнем императоре династии Юань - Тогон Тимуре (1333-1367). Все это сопровождалось разложением правящей юаньской верхушки: ослаблением власти императора, нарушением установленных государственных порядков, усилением произвола придворных и сановников. Попытки Баяна, ставшего канцлером, укрепить центральную власть и поднять утерянную боеспособность войск оказались тщетными.
Не оставалось покорным и угнетенное китайское население. В отдельные годы в конце XIII в. завоевателям приходилось усмирять от 200 до 400 мелких разрозненных вспышек сопротивления. В середине 30-х годов XIV в. народные движения против юаньских властей стали приобретать массовый характер. В 1351 г. началось восстание, поднятое буддийской сектой "Белый лотос" в округе Инчжоу (пров. Аньхуэй). Воины созданных ею отрядов носили красные повязки на голове, и эти формирования стали называть "красными войсками". Во главе восстания стояли Хань Шаньтун (который вскоре погиб) и Лю Футун. Возникали новые очаги восстаний со своими предводителями. В 1352 г. началось восстание под руководством Го Цзысина в Хаочжоу (Фэньяне, пров. Аньхуэй). Позже его возглавил Чжу Юаньчжан, который прочно обосновался в районе Цзицина (Нанкина) и успешно продолжил борьбу после разгрома монголами "красных войск" в начале 60-х годов. Укрепив и расширив свою базу в борьбе с соперниками за власть и влияние в Центрально-Южном Китае, Чжу Юаньчжан послал войска на север, в январе 1368 г. взял юаньскую столицу Пекин и провозгласил себя императором новой династии - Мин. Юаньский двор бежал в Монголию и вскоре полностью потерял свои оставшиеся владения в Китае.
Монгольское завоевание в Китае сопровождалось массовой гибелью людей и разрушением хозяйства. Особенно пострадали подвергшиеся первым волнам завоевания районы Северного Китая и Центральной равнины. Например, в 1213-1214 гг. здесь было разрушено и разграблено 90 городов, уничтожено несколько сотен тысяч мирных жителей, превращены в безлюдные пространства районы вдоль Хуанхэ на десятки и сотни километров. Население покоренных районов и сдавшихся городов считалось "захваченным в плен" и массами угонялось. Жители сопротивлявшихся городов часто полностью истреблялись, как это предписывалось традицией, культивировавшейся Чингис-ханом. Официальная статистика к концу XIII в. отразила резкое уменьшение населения Северного Китая.
Население Китая продолжало подвергаться нещадному обиранию и после прекращения военных действий из-за воцарившегося беззакония и произвола закрепившихся на местах монгольских военачальников и их ставленников. Однако часть монгольской знати и перешедшие на службу к монголам киданьско-чжурчжэньские и китайские сановники и феодалы были заинтересованы в налаживании определенной системы эксплуатации покоренных районов. В связи с этим многие крупные города в Северном и Центральном Китае уже на первых этапах монгольского завоевания избежали участи полного разрушения и уничтожения даже при оказании упорного сопротивления захватчикам. Примером служит сохранение Пекина в 1215 г. и Кайфэна в 1233 г. В этом плане характерно, что во время похода 1258-1259 гг. Хубилай стал бороться с грабежами и убийствами мирных жителей. В целом Центрально-Южный Китай пострадал от непосредственного завоевания гораздо меньше, чем Северный, так как ко второй половине XIII в. монгольские властители стали все больше перенимать существовавшие в Китае до этого методы эксплуатации населения.
Начало было положено в 1230 г., когда Елюй Чуцай и его сподвижники попытались наряду с налаживанием административного управления навести порядок в налогообложении. Им удалось склонить ханскую ставку к введению системы налогообложения китайского образца. Этот порядок предусматривал централизацию сбора налогов и тем самым изъятие их из рук монгольских ставленников на местах. С этой целью в 1233 г. начались частичная, а в следующем году - всеобщая перепись населения и составление налоговых реестров. По окончании переписи в 1236 г. были установлены подушный, поземельный и подворный налоги. Подушный составлял от 1 до 0,5 ши зерна (1 ши тогда - около 95 л) с совершеннолетнего мужчины. Поземельный налог исчислялся с каждого му земли в зависимости от ее качества и колебался от 0,05 до 0,02 ши зерна. Подворные брали шелком и серебром. В 1267 г. ввели еще один подворный налог - на жалованье чиновникам.
Помимо того существовали, как и прежде в Китае, различные дополнительные поборы и отработочные повинности (строительная, извозная, снабженческая и т.п.). Особенно тягостной для населения стала обязанность снабжать проезжавших через его территорию монгольских посланцев, полководцев и ханских родичей, передвигавшихся весьма часто и обычно с большим числом сопровождающих.
Эта система действовала в Северном Китае. Однако единообразия в обложении здесь не было. Например, при внесении подворных налогов существовало 7 категорий и 10 разрядов дворов, плативших различные суммы, не существовало единообразия и в пересчете собираемых шелком ставок на деньги. Существовала практика передачи части сбора налогов на откуп купцам (чаще мусульманского происхождения). В 1239 г. Абд-ар-Рахман получил на откуп весь налог в Северном Китае, внеся в казну сумму, превышавшую установленные налоговые нормы.
В Южном Китае была сохранена практиковавшаяся при Южной Сун система "двух налогов" (ляп шуй). В целом налоговое бремя в Южном Китае было заметно легче, чем в Северном.
Сбор налогов сопровождался всегдашним произволом чиновников и насилием со стороны местных монгольских ставленников. Это побуждало крестьян к бегству и уходу "под покровительство" крупных землевладельцев. Уже к концу 30-х годов XIII в. среди зарегистрированных хозяйств насчитывалось 350 тыс. беглых. Многие бежали на юг: это побудило монгольские власти ввести жесткую круговую поруку. Утяжеление бремени налогов в конечном счете вызвало массовые народные волнения начиная с конца 30-х годов XIV в.
Наряду с централизованной налоговой эксплуатацией в попавшем под монгольскую власть Китае продолжала, как и прежде, существовать частнособственническая эксплуатация значительной части крестьянства. Специфика заключалась лишь в некотором перераспределении крупных земельных владений, главным образом в Северном Китае. Монгольские завоеватели и их приспешники захватывали обширные владения из бывших казенных земельных фондов империй Цзинь и Сун, конфисковали земли сопротивлявшихся сановников и феодалов. Обширные владения были розданы монгольской знати и сотрудничавшим с завоевателями сановникам и военачальникам в виде дара. Значительные земельные угодья получили пользовавшиеся покровительством юаньского двора буддийские Монастыри. В Южном же Китае местные землевладельцы сохранили основную часть своей собственности. Действующие законоустановления четко отделяли эти частные земли (сы тянь, минь тянь) от казенных (гуань тянь), до земель общего пользования (гун тянь) и выделенных в уделы (фэнь да).
Угодья, превращенные поначалу монгольской знатью в пастбища, со второй половины XIII в. возвращаются в полеводство и начинают обрабатываться, как и раньше, трудом мелких арендаторов и неполноправных работников. В центрально-южных районах страны система арендной эксплуатации на землях крупных и средних собственников осталась почти без изменений. В связи с этим в сельском хозяйстве Китая конца XIII - первой половины XIV в. наблюдается тенденция, обозначившаяся еще в Х - начале XIII в., - постепенное увеличение частных земельных владений и расширение арендных отношений. Способы увеличения частновладельческих угодий оставались прежними - открытый или завуалированный захват казенных и крестьянских участков, вынуждение крестьян идти "под покровительство" к "богатым и знатным", скупка земли, достаточно свободно практиковавшаяся в описываемый период.
У крупных землевладельцев могли быть тысячи и десятки тысяч арендаторов. Арендная плата (рента) исчислялась либо с меры земли, либо из доли урожая. В среднем она колебалась от 1,3 до 2,6 ши зерна с му. В долевом исчислении рента могла достигать половины урожая. Центральное правительство неоднократно и безуспешно пыталось поставить пределы арендной платы. Вместе с тем оно стремилось отобрать часть ренты в свою пользу, предписывая южнокитайским землевладельцам помимо уплаты налогов отчислять в казну от 1/3 до 2/3 ренты.
Землевладельцы всеми способами (утайкой, подлогами, подкупом чиновников) пытались уменьшить выплату причитавшихся с их земли налогов или же вообще избежать их (не облагались лишь дарственные земли, удельные облагались частично). В 1295 г. была устроена проверка дворов с целью выявления скрываемых "под покровительством" богачей. В 1314-1315 гг. началась всеобъемлющая ревизия земельного фонда на предмет выявления утаенных от налогов площадей. Но довести это дело до конца не удалось.
В Северном Китае в хозяйствах монгольской знати, военачальников и их киданьских, китайских и прочих пособников широко практиковался подневольный, практически рабский труд захваченных при завоевании и порабощенных военнопленных и мирного населения - цюйкоу (вар.: цюйдин). Налоги за рабов назначались в половинном от ставки свободного простолюдина размере и уплачивались их хозяевами.
Немало цюйкоу было приписано к государственным землям. Они обрабатывали поля воинов в военных поселениях, насаждаемых монголами еще в 1252 г.
Казенные земли могли также обрабатываться государственными арендаторами. Их арендная плата была выше обычного налога, но ниже ренты на частных землях. Из казенных фондов выделялись также служебные земли для чиновников. В зависимости от ранга северокитайские чиновники получали от 2 до 16 цин земли, а южнокитайские - от 1 до 8 цин. К этим землям приписывались арендаторы в установленном количестве от 30 до более чем 700 человек. Взимаемая с них в пользу чиновника-хозяина арендная плата приблизительно совпадала с рентой на частновладельческих полях.
Широкое распространение в империи Юань получило храмовое землевладение. Буддийские и в меньшей степени даосские монастыри помимо упомянутого получения земель в дар пополняли свои владения путем покупки и захвата полей. Собственность многих монастырей исчислялась тысячами цин земли. Их угодья считались вечным владением и обрабатывались не только братией, но и приписанными или же переходившими под покровительство монастырей арендаторами.
Во время завоевательных походов монголов в Китай наибольшему разорению подвергались города. Это не могло не сказаться отрицательно на развитии в стране ремесла и торговли. Не способствовало прогрессу городской экономики и наличие в китайских городах монгольских гарнизонов. Но города Южного, особенно Юго-Восточного, Китая пострадали значительно меньше, чем на Севере и Центральной равнине. К концу XIII в., по свидетельству Марко Поло, городская жизнь возродилась. Из его описания следует, что китайские города того времени были многолюдны, благоустроенны и красивы. Взгляд европейца подметил здесь четкое имущественное и сословное расслоение, оживленную торговлю, наличие многих ремесел и определенную промысловую специализацию (в Сучжоу - шелк, в Дэхуа - фарфор, в Сиани - шелк, парча, военное снаряжение и т.д.).
Монгольские завоеватели ценили ремесло и нередко сохраняли жизнь ремесленникам в разоряемых городах. Захваченные ремесленники считались пленниками и распределялись между центральным двором (казной) и отдельными ханскими родичами, военачальниками и сановниками. В 1279 г. в реестровых списках числилось 420 тыс. различных мастеров. Казенные ремесленники работали в государственных мастерских, под присмотром старшин, получали сырье и довольствие от властей и сдавали им всю свою продукцию. В частном городском ремесле сохранялась профессиональная кооперация предшествующего времени - ханы, туани и т:д. Каких-либо структурных изменений в этих организациях не прослеживается. Интерес представляют сведения Марко Поло о ремесленных мастерских в Ханчжоу, насчитывающих от 10 до 40 работников, где хозяева и мастера сами не работают, а лишь получают доходы.
Юаньское правительство, понимая выгоды, которые приносит казне торговая деятельность, в целом сохранило в этой сфере порядки, установленные в империи Сун. По-прежнему казна оставляла за собой монопольное право распоряжения добычей и перепродажей таких товаров, как соль, железо, драгоценные и цветные металлы, чай, вино и уксус, получая при этом (даже при передаче какой-то части этих товаров в частные руки) большие доходы. Был установлен торговый налог в 1/30 стоимости товара, существовало множество таможен, за соблюдением установленных правил торговли следили представители власти, практиковались принудительные закупки товаров по пониженным ценам. Правительство проявляло заботу о торговых путях и даже пыталось бороться с ограблением купцов путем требования возмещения их убытков местным населением. Особенным покровительством властей пользовались купцы, приезжавшие в Китай из стран Центральной и Передней Азии.
Заморская торговля в портовых городах юго-восточного побережья по-прежнему велась под контролем Управлений морской торговли (шибосы). После изъятия положенной доли в казну импортные вещи пускались в продажу. Выход частных китайских торговцев в море, и до этого ограниченный всевозможной регистрацией и контролем, в 1284 г. был вообще запрещен. Власти попытались наладить торговлю с помощью казенных кораблей. Но запрет, хотя и был подтвержден в 1315 г., оставался недейственным. В 1316 г. частную заморскую торговлю вновь разрешили на прежних условиях. Однако параллельно продолжилась практика снаряжения казенных торговых судов.
Ситуация с торговлей в стране осложнялась финансовым положением. Еще со времен Угэдэя основным платежным средством становятся ассигнации. В 1260 г. были выпущены купюры девяти разных номиналов. Первоначально они обеспечивались драгоценными металлами. Но вскоре казна в погоне за прибылью стала выпускать ассигнации в неумеренном количестве. Ежегодный их выпуск в 1286 г. превысил уровень 1260 г. более чем в 27 раз. Бумажные деньги быстро обесценились. Это привело к тому, что в торговле стали предпочитать товарообмен. Одновременно возросла роль драгоценных металлов как средства платежа. Широкое распространение в период Юань получило ростовщичество.
Монгольское завоевание внесло существенные коррективы в сложившуюся в империи Сун социальную структуру, дополнив ее элементами национального неравенства. Население страны было разделено на 4 категории: монголов, пользовавшихся наибольшими привилегиями и правами; выходцев из западных стран (сэмужэнь), служивших монголам и также занимавших высокое положение; китайцев, киданей и чжурчжэней, населявших бывшую империю Цзинь, а также территорию провинции Сычуань (ханьжэнь), которые имели более низкий социальный статус по сравнению с первыми двумя категориями; жителей бывшей империи Сун (наньжэнь), занимавших самую нижнюю социальную ступень. Это отразилось в первую очередь на положении в господствующих слоях общества. Монгольская знать и сэмужэнь оттеснили китайскую элиту не только от руководства армией и военными делами, но в значительной мере и от командных высот в административном управлении. Представители двух первых прослоек получали больше всего уделов, дарений земли, щедрых выдач из казны. Если северокитайские чиновники могли иногда достигать довольно высокого положения, то в некоторых районах на юге многие "знатные и богатые" были реально приравнены к положению простолюдинов. Нерегулярность и неэгалитарность экзаменационной системы при Юань также сужали возможность к выдвижению представителей господствовавшей прежде элиты. Лишь в середине 20-х годов XIV в. можно проследить некоторое улучшение отношения юаньских властей к традиционно .господствовавшим в Китае слоям, что, однако, не изменило общей ситуации.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
