55252 (670490), страница 23
Текст из файла (страница 23)
В конце лета 1968 года руководство Варшавского договора принимает решение о вторжении в Чехословакию (в отличии от интервенции советских войск в Венгрию в 1956 году, здесь не было вообще ни малейших оснований). В ночь с 20 на 21 августа так называемые войска «союзников» вошли на территорию суверенного государства. Позиция населения страны была неоднозначна. Были те, кто оказывал вооружённое сопротивление интервентам, ЦК КПЧ заявил протест и обратился к мировому коммунистическому движению и сообществу осудить агрессию, но были и те, кто приветствовал ввод войск Варшавского договора, силовые структуры страны заявили о «нейтралитете», а затем перешли к сотрудничеству с «союзниками», президент республики Л. Свобода и лидер словацких коммунистов Г. Гусак подписали протокол, оформляющий присутствие советских войск в Чехословакии. Всё это было отражением неоднозначности процессов, шедших в Чехословакии до этого, и различной оценкой их в разных этнических и социальных группах.
В условиях явного раскола общества противостоящие стороны в руководстве Чехословакии пошли на компромисс. 31 августа ЦК КПЧ одобрил Московский протокол, и был сформирован новый коалиционный руководящий орган партии. В октябре 1968 года была принята новая Конституция страны, учитывавшая федеративное устройство Чехословакии и восстановливавшая прерогативы словацких органов власти.
Борьба с наследием «пражской весны» продолжалась до апреля 1969 года, когда удалось сместить с поста руководителя КПЧ А. Дубчека, и новым главой партии стал Г. Гусак.
На начало семидесятых годов пришлось окончание многих процессов, начавшихся на рубеже 1950-х — 1960-х гг. Повсеместно, даже в Венгрии, закончились попытки реформирования экономики. Ужесточился политический режим, власти начали преследование диссидентов, в Чехословакии репрессии обрушились на участников «пражской весны». Тем не менее режимы в Восточной Европе завершили свою эволюцию к авторитаризму, тоталитарное правление сохранялось пожалуй лишь в Албании и Румынии.
В своей первой половине семидесятые годы характеризуются определённым подъёмом социально-экономического развития (во многом это определённый итого прежних экономических реформ и международной конъюнктуры) и спадом во второй половине (последствия экономического кризиса и издержки экономической политики начала 1970-х гг.). На этом фоне развиваются следующие политические тенденции. Происходит периодическое ослабление и ужесточение внутриполитического режима. Начинается оформление оппозиционных групп, таких как «Хартия 77» в Чехословакии, Комитет защиты рабочих, Комитет социальной защиты в Польше. Начинается всё более явный идеологический кризис в правящих партиях региона. Нарастает отчуждение, иногда достаточно широких слоёв населения, от официальной идеологии и государства. В некоторых странах обостряются национальные противоречия (Югославия, Румыния, Болгария).
В начале восьмидесятых годов острейший политический кризис переживает Польша. Банкротство экономической, социальной, кадровой политики ПОРП приводит к бессилию власти перед объединёнными силами оппозиции как социалистической, так и правой, сплотившимися вокруг независимого профсоюза «Солидарность». Под воздействием бездарной политики государственной власти и раскручивания внутренней «революционности» оппозиции, осенью 1981 года Польша подошла к черте, за которой начиналось открытое силовое противоборство. Ситуация обострялась сложностью мировой обстановки, в условиях нового витка «холодной войны», советского вторжения в Афганистан, и попытками руководства СССР решить польскую проблему с позиций так называемой «доктрины Брежнева» (ограниченный суверенитет стран социалистического блока). Польское руководство во главе с В. Ярузельским, понимая чем может обернуться ввод войск Варшавского договора в Польшу, взяло на себя ответственность за силовое разрешение кризиса. 13 декабря 1981 г. в Польше было введено военное положение, действовавшее до конца 1982 — начала 1983 года.
В начале 1980-х гг. на фоне жесточайшего экономического кризиса началось обострение национальных отношений в Югославии, что в дальнейшем приводит к полной дезорганизации государственно-политической системы СФРЮ.
С 1985 года определяющее влияние на развёртывание ранее начавшихся процессов в Восточной Европе оказывает политика «перестройки» в СССР. Являясь в действительности смесью утопических и прагматических воззрений и средств, эта политика лишь углубила всеобъемлющий кризис, который переживали, в той или иной мере, социалистические страны. Правящие коммунистические партии вне зависимости от того, следовали ли они за подобной политикой КПСС, как, например, в Болгарии, Чехословакии, Польше, Венгрии (в последнем случае больше использовали для более свободного проведения своей прежней политики либерализации) или отгораживались, как в ГДР, на Кубе, или же проводили прежний тоталитарный курс, как в Албании и Румынии, все равно теряли последние ориентиры в социалистической идеологии и, таким образом, утрачивали инициативу в обществе. Началось возрождение старых партий, в том числе и антикоммунистической и несоциалистической направленности и освобождение партий-сателлитов от коммунистического влияния. Общество начинало прислушиваться к альтернативным проектам, которые выдвигала оппозиция. В итоге, либо коммунистические партии как в Польше, Венгрии шли на диалог с оппозицией и создавали механизм передачи власти правительству, сформированному на основе народного волеизъявления, либо как в Болгарии, ГДР этот момент был оттянут попыткой реванша со стороны «догматических» сил в партиях, которые устранялись самими реформаторскими кругами коммунистов, либо, как в Чехословакии, Албании и Румынии власть «ортодоксально-коммунистических» элит пала входе народных выступлений или вооружённых восстаний. В Югославии кризис привёл к распаду государства и началу этнонационалистических гражданских войн. На Кубе власть компартии удержалась благодаря внешней угрозе со стороны США, сплачивающей весьма большие массы населения вокруг Ф. Кастро. В Китае, Вьетнаме и Лаосе экономический кризис был менее явным, а коммунистическая идеология, как и на Кубе тесно переплетена с национальными идеями. В КНДР тоталитарный режим успешно использует национал-коммунистическую, мобилизационную идеологию для манипулирования населением.
Существование в Европе с середины ХХ века двух различных социально-экономических и политических систем наложило свой отпечаток на процессы мирового сотрудничества, более того, противостояние этих систем в условиях деколонизации и демократизации объективно распространялось на всю планету. Уже в последние годы Второй мировой войны стали создаваться механизмы, призванные гармонизировать международные отношения. На Организацию Объединённых Наций возлагались большие надежды. Через её институты должны были вырабатываться правила и процедуры недопущения или разрешения возможных конфликтов. Однако в условиях начавшейся конфронтации США, которые закрепляли свою мировую гегемонию и СССР, отстаивавшего своё место «великой державы», в деятельности международных органов и конференций стала прослеживаться тенденция на воспроизводство противостояния «капитализма» («свободного общества») и «социализма». Таким образом международная политика на долгие годы стала крайне идеологизированной.
Политика «сдерживания коммунизма» не только обострила некоторые политические конфликты внутри ряда стран, но и стала прологом к «холодной войне». В 1949 году по инициативе США возникла Организация Североатлантического договора (НАТО), которая должна была сдерживать проникновение коммунизма в Европе и отразить возможную агрессию Советского Союза. Параллельно оформлению военно-политического блока в Западной Европе происходило обострению отношений «великих держав» в Германии. Западные союзники СССР жестко увязывали объединение германских земель с определением их социально-экономического облика, а поэтому настаивали на интеграции германского государства в европейские экономические, военные и политические структуры. Советский Союз нуждался более в политически нейтральной, чем в социалистической Германии и пытался противодействовать западным планам. Каждая из сторон более полагалась на политику «силы и свершившихся фактов», чем на диалог. Учитывая своё экономическое превосходство и численный перевес в рамках Совета министров иностранных дел, который и был призван практически провести германское объединение, западные державы встали на путь сепаратного создания германского государства, полагая принудить этим СССР присоединить свою оккупационную зону к единой Германии. Советское руководство попыталось дипломатическими демаршами и военной блокадой западной части Берлина (Берлинский кризис 1948-1949 гг.) торпедировать западный план. Однако в сентябре 1949 г. была полностью конституирована Федеративная Республика Германия, а в октябре советским ответом стало образование Германской Демократической Республики.
Германский вопрос во многом определял развитие международных отношений вплоть до середины семидесятых годов ХХ века. Так, когда в середине 1950-х годов ФРГ была интегрирована в систему НАТО, причём западные страны оставили открытым вопрос о восточных границах Германии до окончательного воссоединения страны, это было воспринято как прямая угроза суверенитету и территориальной целостности ГДР, Польши, Чехословакии, СССР и привело к созданию Организации Варшавского Договора для отражения агрессивных намерений США и НАТО. В начале 1960-х годов советские и западные войска в Германии находились в состоянии боевой готовности, когда восточногерманские власти начали возведение «берлинской стены», что было воспринято на Западе как показатель почти «средневекового варварства» социалистических режимов. Вообще проблема Западного Берлина (который считался Западом частью ФРГ) была дестабилизирующим фактором международных отношений до 1971 г., когда СССР, США, Англия, Франция вывели Западный Берлин из под суверенитета Западной Германии, признав город особым политическим образованием. Германский вопрос в семидесятые годы перемещается на периферию мировой политики, так как германское объединение стало восприниматься как дело отдалённого будущего, и германские государства признали суверенитет друг друга и урегулировали весь комплекс германо-германских отношений. Более того, в рамках «новой восточной политики» социал-демократического руководства ФРГ были разрешены многие проблемы этой страны с СССР и восточноевропейскими странами.
Однако если в 1940-е - 1960-е годы мир раскалывался на противостоящие военно-политические лагеря, то внутри каждого блока шли весьма динамично процессы интеграции. В Западной Европе с конца сороковых годов существовали институты, обеспечивавшие общеевропейское экономическое и политическое сотрудничество. Европейское экономическое сообщество неуклонно расширяло число своих членов и не только способствовало превращению Европы в общий рынок, но и выравнивало уровни развития государств, его членов. Для создания политико-правовой базы социально-экономического сотрудничества, а затем и интеграции с 1949 года в Европе действовал Евросовет, который позже был дополнен Европарламентом, избиравшимся гражданами западноевропейских государств. В конечном итоге в Западной Европе стала складываться общая система социально-экономических критериев развития, происходило сближение законодательства, возникало осознание европейской культурной и политической общности, всё это приводило политиков и граждан к старой континентальной идее о Соединённых штатах Европы.
На востоке континента интеграционные процессы развивались в рамках Совета Экономической Взаимопомощи. Существовавший с 1949 г. экономический союз призван был преодолеть послевоенную разруху и стадиальное отставание стран Восточной Европы в социально-экономической сфере. С годами предпринимались попытки создания единого экономического комплекса европейских (и в определённой степени азиатских) социалистических стран, на основе единого социально-экономического планирования, кооперирования и международного разделения труда.
В плане политической интеграции уже в конце 1940-х годов были предприняты попытки создания конфедеративных или федеративных союзов государств. Югославия, Болгария, Албания начали сближение своих таможенных и валютных систем и были готовы рассмотреть вопрос о путях создания Балканской федерации. Г. Димитров выдвигал идею об образовании в перспективе Восточноевропейской федерации. Однако эти планы натолкнулись на сопротивление И.В. Сталина, увидевшего в этом угрозу гегемонии Советского Союза в Восточной Европе и предложившего создавать федеративные государства соседних стран, весьма произвольного состава. Советско-югославский конфликт, запутанность национально-территориальных проблем в Восточной Европе способствовали возрождению политического национализма в этой части континента, слегка придавленного посреднической ролью СССР, действовавшего в интересах обеспечения своих национально-государственных целей. Поэтому политическая интеграция в этой части Европы реально ограничилась рамками Варшавского договора. Ей так же противодействовал гегемонизм СССР, получивший свое окончательное выражение в так называемой «доктрине Брежнева», и то, что концепция «пролетарского интернационализма» способствовала глобальному, а не региональному осознанию задач социалистической интеграции.
Гонка вооружений , особенно усовершенствование атомного оружия и средств его доставки, привели к сужению поля использования войны как средства разрешения конфликтов между атомными великими державами. В конце пятидесятых годов происходит снижение идеологического радикализма как в СССР, так и на Западе. Советский Союз заявляет о своём стремлении к мирному сосуществованию социалистических и капиталистических государств, что ослабляет страх перед «советской угрозой». Начинаются прямые переговоры высшего советского руководства с американскими президентами и руководителями западноевропейских государств. Наиболее позитивным диалог между Западом и Востоком стал в начале 1970-х годов. Удалось прекратить затяжной конфликт в Индокитае, снизить вообще международную напряжённость. Наступило время так называемой «разрядки» в «холодной войне». В 1960-е — 1970-е годы была подписана целая серия договоров, ставящих рамки испытания, производства и применения ядерного оружия. В 1975 году руководители европейских и американских государств подвели, как тогда казалось, черту под послевоенным урегулированием, подписав в Хельсинки Заключительный акт совещания по безопасности в Европе.
Однако, экономические проблемы середины — конца семидесятых, обострение национально-освободительного движения в Латинской Америке, целая череда региональных, внутриполитических военных конфликтов, куда прямо или косвенно вмешивались великие державы, «неоконсервативная волна» на Западе привели к новому витку «холодной войны». Президент США Р. Рейган объявил Советский Союз империей зла, и, фактически, призвал к «крестовому походу» против коммунизма. Вновь началась гонка вооружений, как обычных наступательных, так и новых атомных видов оружия. Мир мог погрузиться в глобальную военную истерию.
Но в 1985 году с приходом к власти в СССР М.С. Горбачёва началась политика «перестройки», имевшая положительное значение для международного климата. СССР явно стал отказываться от политики гегемонизма и агрессивной обороны. Советское руководство пыталось проводить линию на деидеологизацию международной политики, что нашло своё выражение в лозунге «новое политическое мышление». Вновь начались спокойные прямые переговоры руководителей США и СССР. Стороны пытались понять не только доводы о необходимости поддержания обороноспособности каждой из стран, но и стали осознавать глобальные негативные последствия позиции учёта лишь своих интересов обороны, появился тезис о «достаточной обороне».
Однако мир изменило не столько «новое политическое мышление», сколько распад Советского Союза и системы социализма.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
