54971 (670167), страница 3
Текст из файла (страница 3)
После смерти братьев Эвмел стал полноправным правителем государства. Но сам он прекрасно помнил, как ему досталась власть. И потому, резонно опасаясь вполне возможного выступления против себя других родственников, Эвмел приказал перебить жен и детей Сатира и Притана, а также их друзей. Бежать удалось только Перисаду, юному сыну Сатира. В последний момент он сумел вырваться из рук убийц и верхом на коне ускакал в ставку скифского царя Агара. Агар не выдал его убийцам, но не стал и помогать вернуться к власти.
Тем временем убийство Эвмелом своих родственников, лишение граждан Пантикапея их традиционных привилегий и явная опора его на азиатских варваров взамен привычных для боспорян скифов вызвали возмущение жителей столицы (и, вероятно, других городов). Опасаясь их открытого выступления (тем более что законный конкурент его власти, скрывавшийся у скифского царя, был жив и здоров), Эвмел созвал народное собрание, произнес речь в свою защиту и восстановил прежний образ правления. Пантикапейцы вернули утраченное было право беспошлинной торговли, граждан остальных городов Эвмел также обещал освободить от всех податей. Укрепив таким образом свое положение, далее он правил в соответствии с законами и вызывал немалое удивление своими достоинствами.
В период правления Эвмела произошли значительные изменения в античном мире. Появились крупные эллинистические государства, правители которых уже с 306 года до н. э. приняли титулы царей. Практически все они, стремясь превзойти своих соперников в могуществе, одним из ведущих выдвигали лозунг освобождения греков. По тому же пути пошел и Эвмел. Он расширяет политические связи с Византией, Синопой и другими эллинскими городами Причерноморья, оказывая им всяческие благодеяния. Так, когда к нему обратились за помощью жители города Каллатии (на территории современной Румынии), осажденные царем Фракии Лисимахом, он принял к себе тысячу их жителей, предоставив им не только политическое убежище, но и целый город для поселения, и область Псою, разделенную на наделы. Не исключено, что он помог и в организации обороны Каллатии от Лисимаха.
Для защиты судоходства на Черном море Эвмел начал войну с племенами Кавказского побережья — гениохами и ахейцами, обычно занимавшимися пиратством, а также с племенами горного Крыма — таврами. Разгромив их и очистив таким образом море от пиратов, он получил самый блестящий плод благодеяния — похвалу не только в своем царстве, но буквально по всему миру, так как торговые люди повсюду разнесли молву о его великодушии.
За победами на море последовали победы на суше. Он продолжил завоевания соседних варварских земель и, подчинив многие из них, поставил своей целью покорить вообще все племена, окружавшие Понт. И привел бы свой замысел в исполнение, если бы не несчастный случай. Возвращаясь из Синдики в свою землю и спеша к какому-то жертвоприношению, он ехал к дворцу на четверке лошадей. Экипаж был четырехколесный и с открытым верхом. Лошади чего-то испугались и понесли. Возница не смог удержать вожжей, и Эвмел, опасаясь быть сброшенным в обрыв, попытался спрыгнуть с колесницы, но при этом меч его попал в колесо, и сам царь тоже оказался под колесами колесницы.
В свое время он также получил предсказание опасаться несущегося дома. Поэтому он никогда не входил в дом, пока его рабы не исследовали прочности крыши и фундамента. А когда он погиб от крытого экипажа, запряженного четверкой лошадей, то каждый стал думать, что предсказание сбылось. Эвмел правил всего 5 лет и 5 месяцев, и это был последний царь династии Спартокидов, о котором можно говорить как о могущественном правителе Боспора.
Боспор со смертью Эвмела вступает в новую фазу своего развития. Это еще не упадок. Боспоряне даже несколько расширяют свои владения. В частности, в самом начале III века до н. э. «эллинами, владеющими Боспором», был основан в устье Дона город Танаис, одноименный реке. Но общая политическая конъюнктура в мире изменилась. Афины пришли в упадок и не могли больше оплатить всю массу боспорской товарной продукции. В то же время огромную массу хлеба на рынки Эллады стал поставлять Египет. Доставка его из Египта была дешевле, и это резко сократило спрос на хлеб из Северного Причерноморья. Поэтому хлебный экспорт Боспора сокращается, уступая место вывозу рыбы, скота, рабов. В его городах строится большое количество больших рыбозасолочных ванн, явно рассчитанных на экспорт производимой продукции. Особенно много таких ванн открыто в южном пригороде Пантикапея — Тиритаке. Создается впечатление, что он стал центром рыбозасолочного промысла в государстве.
Кроме того, боспоряне пытаются преодолеть затруднения в экономике за счет торговли с окрестными варварами. Значительно расширяются виноградники, и растет производство вина. Винодельни, рассчитанные для изготовления вина на экспорт, открыты во многих городах Боспора, но особенно много их в северном пригороде Пантикапея — Мирмекии. Исследовавший город профессор В. Ф. Гайдукевич даже назвал его городом виноделов.
Все известные с IV века до н. э. ремесла боспорян продолжают функционировать и нет оснований говорить об их сокращении вплоть до середины III века. Вероятно, именно это позволило боспорянам приобрести новые рынки сбыта своей продукции взамен потерянных. Основными контрагентами Боспора становятся города Южного Причерноморья, особенно Синопа. Наряду с ними боспоряне продолжают поддерживать связи с Родосом, Косом, Пергамом и даже более отдаленным Египтом, с которым Боспор устанавливает и дипломатические отношения. Причем произошло это по инициативе египетского царя Птолемея II, нуждавшегося в союзниках для продолжения борьбы со своими ближайшими соседями.
Во второй четверти III века до н. э. на Боспор прибыло специальное посольское судно Птолемея II «Изида». Красочное изображение этого судна сохранилось на фреске из святилища Афродиты в Нимфее. Интерпретация изображений и надписей на стене святилища позволяет считать, что египетского царя прежде всего интересовала возможность вербовки наемников для своей армии на Боспоре, и он получил соответствующее согласие боспорских правителей.
Хуже складывались отношения с варварами. Скифы под влиянием экологических изменений и натиском сарматских племен начинают отступать в Крым. Их правители беднеют и уже не могут столь щедро, как прежде, оплачивать изделия боспорских мастеров. Но зато начинают требовать все большее их количество в качестве подарков за земли, предоставленные ими грекам для поселения. Правда, это их давление на Боспор до поры до времени компенсировалось военной помощью боспорским правителям. Не имея достаточных средств для содержания сильной собственной армии, цари Боспора для решения своих военных проблем в Азии все чаще вынуждены обращаться за помощью к союзникам-скифам. Стремясь сделать эту поддержку стабильной и постоянной, они заключают брачные союзы с представительницами и представителями скифской царской династии.
Эта политика действительно оправдала себя. Пока скифы устанавливали протекторат над Ольвией и вели наступательные войны за Херсонес, они сами были заинтересованы в союзе с Боспором и потому охотно шли навстречу просьбам со стороны своего союзника.
Боспорская армия, и раньше не обходившаяся без помощи скифов (вспомним битву при Фате), в течение II века до н. э. становилась все более скифской по этническому составу из-за трудности вербовки наемников из Греции и Фракии. Возросла роль скифов и среди командного состава этой армии.
Иначе складывались отношения с сарматами, атакующими скифов в Причерноморских степях и наступающими на владения племен сираков и меотов у границ Боспора в Азии. Сначала они оттесняют в Прикубанье сираков, которые, в свою очередь, постепенно вклиниваются в земли меотов. Боспоряне оказываются не в силах защитить подвластных им меотов от этого наступления. В итоге меотские племена выходят из подчинения Боспору. К концу II века до н. э. практически все меотские племена, правда, кроме синдов, выходят из состава государства. Это резко сокращает доходы Спартокидов и их возможность содержать сильную наемную армию. Но главное, что и сами эти правители оказываются не на высоте требований эпохи.
Преемник Эвмела, его сын Спарток, правил 20 лет (304—284 гг. до н. э.). В 288 году он восстановил договор о взаимопомощи с Афинами, но этот договор не дал Боспору никаких реальных выгод. Сам Спарток первым из правителей Боспора стал называть себя царем и по отношению к варварам, и по отношению к эллинам. В этом проявились как политические тенденции времени, так и фактическое смешение населения боспорских городов, среди которого уже вряд ли можно было найти исключительно чистых эллинов или варваров. Не случайно греческий географ Страбон, описывая Боспор, называет жителей его городов просто «боспоряне». При этом по мере расширения военных действий в Азии против отпавших меотских племен среди населения и в армии Боспора оказывается все больше выходцев из Скифии.
Даты правления и характер действий остальных Спартокидов почти неизвестны. Можно лишь отметить, что в середине III века до н. э. на Боспоре происходит некий кризис в монетном деле — прекращается чеканка золотых и серебряных монет. Медная же монета деградирует в весе и качестве. В последней четверти века, стремясь прекратить кризис, царь Левкон II впервые в истории Боспора осуществляет выпуск монеты от собственного имени. Одновременно сохраняется и чеканка пантикапейских монет. Принятые правителями меры оказались действенными и привели к восстановлению в начале II века до н. э. чеканки золота и серебра. Первый экономический кризис был преодолен.
Однако кризисные явления изжиты не были. И этому способствовала возобновившаяся внутридинастическая борьба за власть. Римский поэт Овидий сообщает, что боспорский царь Левкон убил своего брата и сам был убит своей женой. Последующие комментаторы Овидия повторяют его сообщение, хотя и с некоторыми разночтениями в деталях, что убеждает в достоверности информации, переданной знаменитым поэтом. В ходе подобных междоусобий в царской семье к власти могли прийти и лица, не принадлежащие к династии. Таковым, например, мог быть некий Гигиенонт, довольствовавшийся почему-то только титулом архонта, но, несомненно, обладавший всей полнотой власти. Об этом свидетельствует выпуск им от своего имени золотой, серебряной и медной монеты. Его имя есть и на некоторых боспорских черепицах. Известно, что боспорские цари отчасти контролировали черепичное производство и сами владели эргастериями по их производству. Не исключено, что и Гигиенонт, узурпировав власть, на этом основании присвоил себе и доходы от этого производства.
Последний Спартокид, носивший то же имя, что и его тезка, признанный богом, будучи в сильной зависимости от скифов и видя их успехи в борьбе с Херсонесом, не сомневался, что после взятия его города настанет очередь Боспора. Он начинает тайные переговоры о помощи с правителем наиболее сильного из сложившихся в Малой Азии эллинистических государств — с царем Понта. К тому времени Боспор имел наиболее тесные экономические и культурные связи именно с городами этого царства. Поэтому политические контакты двух правителей не могли вызвать у скифов подозрений в отношении Перисада V и его дальнейших намерениях. Впрочем, делиться ими он и не собирался. В итоге новое направление в его политике осталось почти не освещенным документами. Но ее итог известен — Перисад V потерял не только царство, но и жизнь. А произошло это еще и потому, что к нему же обратились за помощью и херсонеситы — главные противники скифов. Вступление армии Понта в войну на стороне Херсонеса и последующий переход Боспора под протекторат царя Понта позволили скифам рассматривать боспорского царя как предателя, нарушившего прежние союзные соглашения с ними.
Список литературы
1. Молев Е.А. Эллины и варвары. На северной окраине античного мира; М.: ЗАО Центрполиграф, 2003
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.world-history.ru
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
