75574-1 (670028), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Монголы не казались пока европейцам опасными по разным причинам. Во-первых, в предложенной в свое время Аврелием Августином классификации народов в соответствии с их отношением к христианству (1-знают и хотят знать, 2 - не знают, но хотят знать, 3 - знают и не хотят знать, 4 - не знают и не хотят знать) эти племена явно должны занимать либо второе, либо даже первое место, ведь среди них было немало христиан. Во-вторых, монголы оказались в стороне от традиционной библейской альтернативы "люди, вошедшие в Завет - люди, не вошедшие в Завет" . Под второй категорией в это время понимались "измаильтяне" или "агаряне", т. е. арабы, мусульмане. В-третьих, они располагались все-таки далеко от границ христианского мира. И, наконец, в-четвертых, они явно враждовали с арабами, европейцы надеялись, что враг врага вполне может стать другом. Именно этот первый вариант и был испробован в первую очередь. Задуманный еще Иннокентием III пятый крестовый поход состоялся в 1217 - 1221 гг. И папский легат Пелагий, по сообщению арабского историка Ибн аль-Алефа , начал переговоры с Чингис-ханом, вторгшимся в Персию. Усиленное муссирование слухов о государстве пресвитера Иоанна наводит на мысль, что желание военного союза христиан и монголов не казалось необычным.
Неудачи крестовых походов в 13 в. помимо внутриевропейских причин, были обусловлены и внешними факторами, в частности, возросшим могуществом египетского султаната, который, по сути, занял в то время ведущее положение в арабском мире. Но египетские мамлюки нанесли жестокое поражение и монгольским отрядам. Этим в значительной степени объясняется взаимная заинтересованность предводителей крестоносцев и монгольских ханов в создании антиегипетской коалиции.
Первыми активность, естественно, проявили римские папы. В середине XIII в. на восток отправляется сразу несколько миссий. Именно папа Иннокентий IV в 1245г. направил в Каракорум к великому хану Гуюку миссию францисканца Джованни Плано Карпини . В 1249г. в путь на восток отправилось французское посольство Андре Лонжюмо от короля Людовика IX Святого. Потерпевший в 7 крестовом походе поражение французский король активно поддержал усилия папы Иннокентия и отослал к преемнику Гуюка хану Мункэ в 1253г. доминиканско - францисканскую миссию фламандца Гийома Рубрука уже с прямым предложением антимусульманского союза, но хитрый монгольский правитель потребовал невозможного, а именно подчинения Франции монголам. Причины столь массированного дипломатического "наступления" Запада разнообразны. Кроме прощупывания возможности военного союза, являвшегося в их сознании скорее перспективой, чем реальностью, европейцы хотели разузнать ближайшие планы "завоевателей мира", их реальные и потенциальные силы. Завоевание обширных районов Азии и поход в Юго-Восточную Европу (1222 - 1224) произвели столь сильное впечатление, что о монголах стали говорить как о величайшем бедствии человечества. По всем городам Европы служили молебны об отвращении страшной опасности. Можно предположить, что монахи должны были выяснить также возможность проповеди христианства среди монголов. Идея миссионерской деятельности уже достаточно широко была распространена в Европе, ее высказывали по разным причинам и с разной целью толедский архиепископ Евлогий (9 в.), аббат Клюнийского монастыря Петр Достопочтенный (1095 - 1156)., Фома Аквинский и Франциск Ассизский в 13в. Все основывались на словах Христа "идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари" ( Мк 16-15) .
Во второй половине 13в. уже монгольские ильханы Хулагуидского улуса, охватывавшего Иран, Ирак, Закавказье, стали оббивать европейские пороги. Хулагуиды ведут активные дипломатические переговоры с римскими папами Климентом IV, Григорием X, Николаем III, с Генуей и королями Англии и Франции. В 1287 - 88гг. посол ильхана Аргуна несторианский монах, уйгур по происхождению Раббан Саума побывал в Риме, Генуе, Франции. Его попытка сколотить антиегипетский союз не удалась.
Отношения монголов с Европой принимают более спокойный характер в конце 13в. В 1294г. в столицу юаньского Китая Даду (монг. Ханбалык) прибыл посланец папы Бонифация VIII Дж. Монтекорвино. Хубилай (Шуцзу) получил разрешение остаться в столице и построить там церковь.
В 1298г. вышла в свет "Книга" венецианского купца Марко Поло, который долгие годы провел в Китае и сообщил об этой стране самые невероятные и фантастические сведения. С этой книги начнется новый этап в развитии интереса Европы к Востоку.
На восприятие же европейцами монголов в целом повлиял целый ряд факторов. Прежде всего, это та опасность, которую представляли монголы. Если появление арабов в 8 в. почти вся Европа восприняла равнодушно и Беда Достопочтенный пытался понять их лишь с точки зрения эсхатологии, теперь европейцы применили к пришельцам те методы, с помощью которых они анализировали внутриполитические конфликты. Вопрос о татарах был даже специально поставлен на Лионском соборе 1245г. наряду с другими острыми политическими проблемами, такими как борьба с германским императором Фридрихом II, походы в "Святую Землю", судьба Латинской империи (Пашуто В.Т. Киевская летопись 1238 года // Исторические записки.1948. 26. С.299) .
Особо следует подчеркнуть и то, что анализ ведется теперь, как правило, с учетом развития экономических, а не идеологических процессов. Появление иноземцев для формирующейся городской экономики казалось большей катастрофой, чем для "деревенской" Европы 8в. Потому Европа и старается просчитать все возможные варианты изменения внешнеполитического положения континента. К тому же принцип расчета и выгоды уже выходит на первое место в европейской системе ценностей. От рационального ведения хозяйства происходил переход к рациональной организации государства. Появлялись сложные органы управления и контроля, система налогов и государственного кредита, формировалась политика, взвешивающая все мыслимые факты и возможности, даже характеры политических деятелей, в ранг высокого искусства возводилась изворотливая дипломатия. Идет процесс перерастания средневековых народностей в нации и уже не только и не столько на этнической, сколько на экономической основе формируется нравственно-политический принцип патриотизма.
Рационализм широко проникает и в область идеологии. Еще Иоанн Скотт Эриугена (810-877), крупнейший представитель неоплатоновского движения в средние века, создатель пантеистической онтологии, выдвинул принцип свободного поиска истины с помощью разума. Идеи Беренгария Турского (1010 - 1088), Пьера Абеляра (1079 - 1142), Ибн Рошда (Аверроэса, 1126 -1198) и Сигера Брабантского (1240 - 1284) закладывали основы принципа религиозного плюрализма, первые проявления которого имелись в учениях катаров и альбигойцев, равенства религий и возможности их независимого сосуществования. Один из первых серьезных кризисов средневекового христианства, имевший место именно в 13 веке и вызванный формированием городской культуры, внушительной интервенцией мусульманского свободомыслия, антиталмудической критикой мистиков-каббалистов, затронувших и ряд общих с христианством догматов, возродил интеллектуальные поиски "истинной философии" первых веков нашей эры. Неудивительно и появление в этих условиях такой фигуры, как Роджер Бэкон (1214 - 1292). Этот "ученый, вызывающий удивление", казавшийся вначале "червонцем, застрявшим в навозе своего века" (Вольтер), но представший перед потомками "царем мысли средних веков" (Э. Ренан), подобно гностикам пытался получить истинную картину мира в результате синтеза сведений из всевозможных наук. Одним из источников науки для него является "философия древних", т.е. античная культура и мораль. Именно он, по словам М.П. Алексеева, дал "связный географический очерк Азии на основании критического сопоставления новых данных, полученных опытным путем, и всей существующей литературы". Он первым из крупнейших средневековых мыслителей, по сути, сформулировал идею неизбежной будущей конвергенции христианского и языческого миров, причем на основе диалога культур, а не их борьбы.
Традиционно он дает описание трех частей света Европы, Азии и Африки и ссылается на античных авторов (Аристотеля, Плиния и др.), но основной фактический материал берет у своих современников - францисканских монахов Иоанна де Плано Карпини и Гийома де Рубрука. Однако "бесхитростные и во многом наивные рассказы" Карпини и Рубрука он анализирует очень тщательно и компонует материал так, что тот лишь подтверждает его научную концепцию. Отказываясь, по существу, от использования Библии в качестве единственного "ключа" к тайне происхождения "татар", он привлекает сведения античных и прежде всего современных авторов. Происхождение этого народа, который "теперь очень известен и попирает мир ногами своими", он связывает с подвижками племен в Центральной Азии и, в частности, с историей государства кара-китаев (1124-1218).. Государственное устройство и состояние наук у татар Бэкон оценивает весьма высоко, предполагая, что по уровню своего развития они мало уступают европейцам, а в чем-то даже превосходят их, "ведь предводители там управляют народом с помощью прорицаний и наук, которые сообщают людям о будущем, или являются частями философии, как астрономия и наука об опыте, или магическими искусствами, которым предан и которыми пропитан весь восток"(Матузова В.И. С.216). На страхи Европы он, отталкиваясь от рациональных доказательств, отвечает, что "тартарское нашествие еще не является признаком того, что грядет время пришествия Антихриста, но требуются и другие доказательства, дабы объяснить последствия"(Матузова В.И. С.220). Подробно описывает Бэкон и конфессиональную ситуацию, давая исчерпывающие для 13 в. сведения о религии и верованиях "татар" и других центрально - азиатских племен и народов, о различных христианских общинах и сектах в Азии, о религиозной политике монгольских правителей. Пытается он понять и причины возвышения тех или иных племен, то говоря о неожиданно возникающей "страсти к владычеству", то связывая это с численным ростом восточного населения и, как следствие того, борьбой за пастбища и угодья.
Таким образом, выход монголов на мировую арену, помимо всего прочего, настолько сильно повлиял на кругозор европейцев, что можно говорить о влиянии и этого фактора на начало процесса складывания новой географической науки. Ее основателем будет справедливо считать Роджера Бэкона.
С любопытным явлением мы сталкиваемся в эпоху Возрождения. Пытаясь понять феномен Нового Света, ученые 16 - 17 вв. апеллируют уже к иному "ключу", а именно к платоновской традиции. Обращение к языческой, а не христианской традиции, было закономерным результатом развития гуманистической культуры и достаточно прочно утвердившегося уже в сознании европоцентризма. Европейцам того времени никак не могло прийти в голову, что "за пределами нашего мира" богатые золотом и серебром, "изобилующие плодами земными" и густонаселенные страны могут быть не европейского, а иного происхождения.
Уже в Отношении Христофора Колумба достаточно рано появилось утверждение, что он знал о предании Платона об Атлантиде и пытался найти ее. Колумб великолепно знал древнюю литературу, где были упоминания о легендарном острове, был лично знаком с географом конца 15 века Мартином Бехаймом, на глобусе которого значились многие легендарные острова, неоднократно переписывал для других моряков карту Паоло Тосканелли. Сохранился принадлежащий Колумбу экземпляр книги кардинала Пьера д*Элли "Картина мира" (Imago mundi, 1410г.) с отрывками из сочинений древних географов. На полях книги множество заметок Колумба. Известны были ему и "пророческие слова" Люция Аннея Сенеки Младшего из трагедии "Медея":
Venient annis saecula seris
Quibus Oceanus vincula rerum
Laxet, et ingens pateat tellus
Tethysque novos detegat orbes
Nec sit terris ultima Thule.
Промчатся года, и чрез много веков
Океан разрушит оковы вещей,
И огромная явится взорам земля,
И новые Тифис откроет моря,
И Фула не будет пределом земли.
(Цит. по: Люций Анней Сенека. Трагедии. М.,Л.,Academia,1933. С.61. Перевод С. Соловьева).
Возможно, он был гораздо лучше осведомлен о географии Атлантики, чем считается до сих пор. Об этом свидетельствует, помимо прочего, и знаменитая карта адмирала Пири Рейса, составленная безвестным испанским участником экспедиции Колумба. Картой этой пользовался и сам Колумб. На ней нанесены контуры обеих Америк, освобожденной ото льдов Антарктиды и Гренландии. Заключение картографов-специалистов гласило, что точность этой карты "столь высока, что достигнуть ее можно было только в результате кругосветного путешествия"
По натуре скрытный, не рассказывавший никому даже о своей переписке с флорентийским астрономом и географом П. Тосканелли, он мог умолчать и об Атлантиде как ориентире своих поисков. Вместо этого он много раз цитирует Библию и утверждает, что "Путешествию в Индию нисколько не способствовали высокие решения разума, математика и мировые карты. Тут просто - напросто сбылось то, что предсказывал пророк Исайя"( Цит. по: Петри Э.Ю. Христофор Колумб .Б.м., б. г.С.594):
Исайя 24,16:От края земли мы слышим песнь: "Слава Праведному!" И сказал я: беда мне, беда мне! Увы мне! Злодеи злодействуют, и злодействуют злодеи злодейски.
(a finibus terrae laudes audivimus gloriam iusti et dixi secretum meum mihi secretum meum mihi vae mihi praevaricantes praevaricati sunt et praevaricatione transgressorum praevaricati sunt)
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
