71122-1 (669905), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Были открыты несколько специальных служебных библиотек: при обществе приказчиков, епархиальная, при Томском общественном собрании, при железнодорожном собрании, пожарном обществе и др. [29]
Таким образом, на 52-тысячный Томск и 30-тысячный Барнаул конца XIX в. приходилось всего по 2 библиотеки (по 26000 и 15000 чел. соответственно на каждую), на 17 тыс. бийчан — 1 частная библиотека Реброва, открытая в 1884 г., на 6-тысячный Каинск — 1, на 12-тысячную Колывань — 2 (при общественном собрании и городском общественном управлении) и на 8-тысячный Мариинск — 1. В целом, на 128 тыс. городского населения Томской губ. в 1897 г. приходилось 9 библиотек, или в среднем по 14200 чел. на каждую [30]. Учитывая, что грамотных в городах было около 36% (46000 чел.) [31], эту среднюю цифру можно скорректировать до 5100 чел. на библиотеку. В последующем, с открытием в регионе еще ряда библиотек (Томской городской публичной, Мариинской общественной и др.), приведенная статистика могла бы несколько улучшиться, однако рост городского населения значительно опережал рост числа этих учреждений и соответственно их просветительную деятельность.
Одним из источников дополнительного просвещения широких слоев горожан являлись публичные лекции и народные чтения. Однако часто они предлагали лишь поверхностное знакомство, нацеленное на удовлетворение любопытства и предоставление элементарных сведений о том или ином предмете. Повышенный интерес к ним со стороны масс часто обуславливался демонстрацией с помощью «волшебного фонаря» туманных картин, являющихся диковинкой для сибирских городов конца века. Первоначально устраиваемые публичные беседы были ориентированы преимущественно на расширение кругозора более-менее образованных людей и, кроме того, они являлись платными. По сохранившимся сведениям, в Томске первый опыт подобных лекций имел место в 1865 г. Тогда действительный студент коммерческих наук Ливанов прочитал шесть лекций по химии [32]. С 1880-х гг. публичные чтения происходят чаще, но случайно и со случайным содержанием [33].
История возникновения литературных вечеров и научных бесед в Барнауле также относится к 1865 г.: «Грамотные люди, читающие газеты, заметили, что в различных городах заводятся чтения, в том числе и на Тобольске», и решили не отставать. Однако, по замечанию корреспондента А.М. Монастырского, учредители упустили многое: не была определена конечная цель воздействия на публику; выбор статей оказался неудовлетворительным (за исключением изложения теории Дарвина о происхождении и изменении видов); их изложение страдало сухостью и монотонностью; неудачным был выбор помещения — частный дом, куда не каждый отважится зайти. Для достижения задуманной цели («развлечение общества, доставление пищи уму и изгнание карт») предлагалось выбирать самые яркие, особенно выдающиеся статьи по естествознанию, литературе, истории и экономике, осмотрительно подходить к выбору лекторов, создать специальные оргкомитет, снимать помещение в публичном здании. И главное — допускать на чтения все классы общества. Последнее, впрочем, в силу предполагаемой платы 30 коп. серебром за вход вряд ли было осуществимо [34].
Более доступными для широкой аудитории, в силу своей бесплатности или весьма умеренной платы, публичные чтения становятся с 1880-х гг. Кроме того, эти чтения не требовали от присутствовавших какой-либо специальной подготовки и даже умения читать. В Томске постоянные народные чтения происходили с 1883 г. по воскресеньям в здании народной библиотеки и при домовой архиерейской церкви. Число их было непостоянным. Так, в 1883 г. силами Общества попечения о начальном образовании в библиотеке было организовано 11 чтений, на которых при средней посещаемости в 150 чел. присутствовало 1650 чел.; в сезон 1884/85 гг. — 18 (2700 чел.), в 1885/86 гг. — 15 (2250 чел.), в 1886/87 гг. — 27 (4500 чел.), в 1887/88 гг. — 20 (3000 чел.), в 1888/89 гг. — 22 (3300 чел.). Всего за шесть лет более 17 тыс. томичей посетили данное мероприятие. Точных сведений о количестве посетителей архиерейских чтений нет, однако известно, что в среднем по 300 чел. приходило послушать религиозно-нравственные речи [35]. В 1890-х гг. интерес к народным чтениям несколько упал. Так, в зиму 1892/93 г. в одной из 5 аудиторий для народных чтений за 8 выходных перебывало всего 502 чел. (219 взрослых и 283 подростков и детей), т.е. в среднем по 63 чел. на лекции. В 1894/95 гг. чтения организовывались уже только в четырех аудиториях, и первое из них привлекло ничтожное количество взрослых — всего 63 чел. (15% от общего числа присутствовавших) или по 15 чел. на аудиторию, в то время как детей было 415 чел. (по 104 чел.). Эти данные позволили корреспонденту «Сибирского вестника» сделать неутешительный вывод о том, что народные чтения под угрозой превращения в детские, что противно самой идее их организации. Совету общества предлагалось принять необходимые меры по устранению разного рода недочетов при организации чтений и озаботиться привлечением взрослого населения, а не детей, которых «из школ можно пригласить сколько угодно, но тогда уж будут не народные чтения, а детские» [36].
Трудности с организацией чтений возникли в Барнауле. Местное Общество попечения о начальном образовании, видя, что «значительная часть городского населения, вследствие скудности внутренних и внешних впечатлений, предается деморализующим развлечениям, и, желая сколько-нибудь отвлечь от них темную массу», в 1895 г. решило организовать народные чтения с «туманными картинами». Настойчивое четырехкратное ходатайство, в конце концов, увенчалось успехом, и 18 января 1900 г. состоялись первые чтения [37]. Первоначально чтения проходили по всем праздникам и воскресным дням в Нагорной и Зайчанской школах общества и привлекали до 100–300 чел. на каждую аудиторию, затем в новом здании Народного дома (до 200–600 чел.) [38]. Всего литературных утр за 9 лет было до 100, таким образом, всего на них перебывало приблизительно до 25000 чел [39]. По свидетельству Г.Б. Баитова, народные чтения пришлось при существующем недостатке литературы, допущенной для чтения народу, сдабривать пением и музыкой, чтобы они не потеряли привлекательности для горожан [40].
В Каинске инициатива по устройству народных чтений исходила от правления общественной библиотеки. В ходатайстве губернатору от 27 февраля 1890 г. подчеркивалось, что «в библиотеке находится достаточное количество книг, пожертвованных ей Санкт-Петербургским комитетом грамотности. Кроме несомненной пользы, которую приносят эти книги простому народу, умеющему мало-мальски читать, библиотека с полной готовностью желала бы при посредстве таких книг, распространять свет знания и на совершенно неграмотных людей из местного населения, а это может быть достигнуто только при устройстве бесплатных воскресных чтений для народа». Благодаря пожертвованию купеческой дочери О.В. Ерофеевой библиотека получала «волшебный фонарь» с картинками и 40 одобренных для таких чтений книг на сумму 40 руб. и, кроме того, экран и стол для фонаря [41]. Таким образом, Каинская общественная библиотека имела все необходимое для начала открытия чтений, оставалось получить разрешение властей. Со стороны губернатора препятствий не было встречено, однако попечитель Западно-Сибирского учебного округа не нашел возможным удовлетворить прошение на основании мнения Государственного совета от 24 декабря 1876 г., разрешающего открывать подобные мероприятия только в губернских городах, каковым Каинск не являлся. Повторное ходатайство, ссылающееся на то, что «несомненная польза народных чтений для населения уездных городов в настоящее время признана и правительством» и что «Св. Синод недавно постановил открыть во всех епархиях библиотеки с духовно-нравственными чтениями при них», а также на разрешение томского губернатора, опять не было удовлетворено [42]. Таким образом, каинское население в силу бюрократических препон было лишено возможности лицезреть «туманные картины» и расширять свой кругозор посредством народных чтений.
В Колывани народные чтения проходили с 1898 г. при местном городском училище. Однако, в 1903 г. рассматривалась возможность передачи их ОПОНО, как имевшему больше возможностей для организации и содержания. Являющийся же собственностью училища волшебный фонарь предполагалось использовать на уроках географии и естествознания, а также на литературных чтениях для учеников. Ходатайство Колыванского ОПОНО о передаче ему чтений встретило препятствие со стороны педагогов училища, желающих оставить их у себя в силу того, что «эти чтения посещались народом». По мнению же заведующего училищем, у этой затеи не было будущего, так как наличие 140 картин хватило бы только на один сезон, а для приобретения новых у училища не было средств. С перемещением выигрывало, прежде всего, само дело народных чтений, так как на их нужды ОПОНО планировало выделять не менее 200 руб. в год. Эта точка зрения была поддержана директором народных училищ Томской губ., рекомендовавшим закрыть народные чтения при городском училище и возбудить ходатайство об их открытии при ОПОНО [43].
Список книг для прочтения определялся постоянной Комиссией по устройству народных чтений в Санкт-Петербурге и его окрестностях и рассылался по всей стране. Книги сопровождались 5–12 картинами и стоили по 10–20 коп. Непременными темами народных чтений были христианство и русская история: «Слава на земле Господа нашего Иисуса Христа», «Чему учил нас Господь наш...», «Жизнь Божьей Матери», «Жизнь святого Николая Чудотворца», «Первые века христианства и распространение его на Руси», «Святые места земли Русской: Соловецкий монастырь, Троице-Сергиева Лавра, святыни Киева», «Куликовская битва», «Смутное время на Руси», «О Петре Великом», «О том, как Екатерина II правила землей Русской», «А.В. Суворов», «Александр I», «Отечественная война 1812 г.», «Рассказы о севастопольцах», «М.В. Ломоносов» и др. Были допущены и художественные произведения: «Боярин Орша» Лермонтова, «Майская ночь» и «Тарас Бульба» Гоголя, «Пить до дна, не видать добра» Погожаева, «Полтава» и «Капитанская дочь» Пушкина и др. Были представлены и книги познавательного характера: «Как еда питает наше тело», «Чай: откуда он идет к нам и чем полезен», «Как разводить лен и как увеличить посевы», «Отчего происходят дождь и снег», «Отчего бывают день и ночь, весна, лето, осень и зима» и др. «Туманные картины» знакомили с итальянцами, англичанами, японцами и другими народами, а также с типами алкоголиков [44].
В начале XX в. чтения стали устраиваться не только силами обществ, но и государственными учреждениями и отдельными предпринимателями для своих рабочих. Так, например, Министерство финансов, «озабочиваясь сформированием при казенных винных складах постоянного кадра усердных и опытных рабочих, дорожащих своей службой, ежегодно отпускает суммы на поддержание мероприятий направленных на улучшение материального и духовного быта рабочих. Из мероприятий этих, для поднятия умственного и нравственного уровня рабочих в казенных винных складах... намечено устройство чтений с туманными картинами». При казенных винных складах Томской губ. чтения начались в 1904 г. Рабочих Томска, Каинска, Бийска, Барнаула, Новониколаевска, Кузнецка, Мариинска и с. Змеиногорского предполагалось познакомить с историей сотворения мира, царствующим домом, выдающимися страницами российской истории, некоторыми литературными произведениями и великими изобретателями. Лекторами на чтениях выступали главным образом заведующие складами, их помощники и родственники, акцизные контролеры, конторщики и местные учителя [45].
Томский купец В.А. Горохов в 1903 г. путем неоднократных ходатайств добился разрешения ему «устройства чтений (бесплатно) с волшебным фонарем по праздничным дням» для рабочих своей мельницы возле Бердска. В качестве лекторов, кроме него самого, выступали его жена, учительница А.И. Белоусова, врач И.И. Березин и служащий Н.М. Пушкарев [46].
В 1905 г. попытка устройства целой серии публичных лекций была сделана Томским обществом приказчиков. В коммерческое собрание приглашены были главным образом университетские профессора для чтения лекций членам общества [47].
С 1903 г. в Томске стали устраиваться силами ОПОНО и научно-популярные лекции с приглашением в качестве лекторов профессоров. Демонстрация при этом опытов и картин делала научные исследования доступнее простому народу. Популяризация научных знаний продолжалась бесплатно вплоть до закрытия общества в 1906 г., а при возобновлении его деятельности в 1909 г. лекции стали уже платными — от 5 до 60 коп. Посещаемость зависела от темы лекции и лектора, но в целом была невысокой. Зачастую в зале было 50 чел., а то и меньше, поэтому расходы общества не покрывались платою со слушателей, что, однако, не было прямой его целью [48].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
