22684-1 (667792), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Современники писали, что Михаил Илларионович был очень доступен населению, вникал в его нужды, заботился о благоустройстве города. Уверенность полководца в правильности в избранном им пути опиралось на гениальный стратегический анализ обстановки, сложившейся в Европе, в Москве, в Петербурге и в деревнях. Кутузов учёл психологию военоначальника враждебной армии и свой опыт борьбы с ним под Браунау, Аустерлицем и Бородином.

Уверенность Кутузова в правильности избранного им пути покоилось на вере в свою армию, в свой народ, который поднялся на борьбу.

Кутузова часто можно было видеть, окружённым тысячной толпой крестьян, с которыми он вёл беседы, указывал, как вести партизанскую борьбу.

Со славой и законной гордостью торжествовала победу Россия, имя М. И. Кутузова гремело по всей стране.

“Мог бы я сказать,— писал Михаил Илларионович жене Екатерине Ильиничне,— что Бонапарт, этот гордый завоеватель, бежит передо мной как школьник от учителя”, но... “Бог смиряет гордыню”. “Я все скитаюсь, окружен дымом, который называют славой”,— добавляет он в другом письме. В то же время Кутузов хочет, чтобы понимали истинное значение его действий. Когда Екатерина Ильинична прислала из Петербурга оду, в которой было сказано, что он сдал Москву, чтобы сберечь кровь воинов, полководец ответил: “Я весил Москву не с кровью воинов, а с целой Россией и с спасением Петербурга и с свободой Европы”. Тогда, стоя на Поклонной горе, стратег и политик нашел единственный путь к победе и временно жертвовал родной столицей. Он предвидел, что найдутся злопыхатели, которые извратят суть его решений, и через месяц снова пишет в Петербург: “А все-таки я не так весил Москву, не с кровью воинов, а со всей Россиею”. Оценивая историческое значение своей победы, Кутузов говорил:

“Карл XII вошел в Россию так же, как Бонапарте, и Бонапарте не лутче Карла из России вышел...” Тогда же сестра императора Екатерина Павловна ядовито писала Александру I: “...Фельдмаршал озарен такой славой, которой он заслуживает: зло берет видеть, как все почитание сосредотачивается на столь недостойной голове, а вы, я полагаю, являетесь в военном отношении еще большим неудачником, чем в гражданском”.

А Кутузов вел войска к новым победам: пала крепость Тори, были взяты Дрезден, Лейпциг, Берлин.

Но борьба снова осложнилась. Из Франции к Эльбе спешили собранные Наполеоном войска. Кутузов отдает приказы соединить русские и прусские войска, действовавшие на разных направлениях, сосредоточить их к Дрездену. Двигаясь с армией, он переносит свою штаб-квартиру в городок Бунцлау.

В те дни стояла сырая, ветреная погода. Михаил Илларионович в дороге простудился: “Мое здоровье, мой друг,— сообщал он 3 апреля жене,— так расстроено, что мне не много надобно, чтобы на несколько дней не быть ни на что годну”.

По-прежнему изводили его интриги штабных, возглавляемых братом царя великим князем Константином. Из груди больного вырывается как стон: “…Именем Христа спасителя прошу побе­речь меня, пока я в таких трудных обстоятельствах...”

С каждым днем обостряется положение на фронтах, с каждым днем обостряется болезнь, но полководец не сдается. 8 апреля Ку­тузов утверждает план дальнейших военных действий; 10 апре­ля — за неделю до смерти,— прозорливо предвидя нараставшую опасность, он пишет царю о необходимости как можно скорее со­средоточить войска западнее Эльбы и одновременно занимается проблемой освобождения от наполеоновских войск Дании и Нор­вегии.

И 11 апреля Михаил Илларионович диктует свое последнее письмо Екатерине Ильиничне: “Я к тебе, мой друг, пишу в первый раз чужою рукой, чему ты удивишься, а может быть, и испуга­ешься — болезнь такого роду, что в правой руке отнялась чувст­вительность перстов... Посылаю 10 т. тал[еров] на уплату долгов, 3 т. Аннушке и 3 т. Парашеньке — всем, кажется, по надобно­сти...”

Денежные долги, давно преследовавшие М. И. Кутузова, тре­вожили его и на смертном одре. Они взыскивались и после его смерти с семьи, а на просьбу вдовы фельдмаршала о помощи царь ответил отказом.

Главнокомандующий умирал в небольшой угловой комнатке двухэтажного дома на площади Бунцлау.

Незадолго до смерти к нему приезжал Александр I. Лицемер, с первого года своего царствования травивший Михаила Иллари­оновича, теперь ханжески просил умирающего о прощении.

— Я, ваше величество, прощаю, но простит ли Россия,— от­ветил фельдмаршал.

В 9 часов 35 минут утра 28 апреля 1813 года Михаил Илла­рионович скончался.

От русской армии несколько дней скрывали смерть главноко­мандующего; повинуясь приказам, издаваемым его именем, она продолжала наступать на запад.

На площади тихого Бунцлау воздвигли монумент, стоящий по­ныне, на котором выбита надпись:

“До сих мест полководец Кутузов довел победоносные войска Российские, но здесь смерть положила предел славным делам его. Он спас отечество свое и открыл пути освобождения Европы. Да будет благословенна память героя”.

Тело Михаила Илларионовича набальзамировали и повезли на восток, в Россию. На всем пути в скорбном молчании народ встре­чал траурную процессию.

Девять месяцев назад русские люди так же выходили встречать Кутузова. Тогда он мчался к отступавшей русской армии, чтобы повести солдат в победные бои. Днем и ночью неслась его большая карета по пыльным дорогам, и всюду ждали Кутузова. В порыве любви и доверия к нему народ кричал “ура!”, матери протягивала к нему своих детей. От него, и только от него, ждал и требовал народ победы над Наполеоном. И русский полководец оправдал надежды своего народа. Он освободил Россию от иноземного нашествия и высоко поднял боевую славу русского народа. Жизнь его, прожитая в боях и походах, в походе и оборвалась. Теперь русские люди опускались на колени и склоняли головы перед траурной колесницей, которая везла на родину тело замечательного патриота. Тысячи мужчин и женщин, стариков и детей шли За гробом от села к селу, от города к городу.

В пяти верстах от Петербурга народ остановил колесницу, ко­ней выпрягли, и до Казанского собора люди, сменяя друг друга, на руках несли к могиле тело русского полководца.

Народ, ненавидевший царя, помещиков, угнетателей, отдавал последнюю почесть великому русскому фельдмаршалу и навеки со­хранил его имя. Ибо имя полководца не умирает, если жизнь свою он до конца отдал защите родины.

Список литературы

Ф. Глинка “Письма русского офицера” М. 1987 г.

П. Жилин “Отечественная война 1812 года” М. 1988 г.

О. Орлик “Гроза двенадцатого года” М.1987 г.

Н. Троцкий “1812 Великий год России” М. 1988 г.

Ф. Уилкинсон “Полководцы” М., “слово” 1994 г.

М. Брагин “Кутузов” М., “молодая гвардия” 1995 г.

Характеристики

Список файлов реферата