10942-1 (667364), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В 1808 году Александр 1 был втянут в войну со Швецией, всячески поощряемую французской дипломатией. В результате этой войны к России была присоединена Финляндия. "Я продал Финляндию за Испанию",- как скажет позднее Наполеон, который стремился осуществить план подчинения всей Европы задачам блокирования Англии.
Возможно, что совершаемое тогда присоединение к России целой области- Финляндии- требовало для своего ознаменования увековечения имени ее в названии русской гвардейской части. 20 марта 1809 года был издан Высочайший манифест о присоединении Финляндии к России, а через две недели, восьмого апреля того же года, Лейб-Гвардии императорский батальон милиции переименован в "Батальон Финляндской гвардии". Это дает нам право предполагать, что переименование было следствием присоединения Финляндии. Но может быть и значительный процент финнов среди нижних чинов батальона дает намек на это, Получив новое название, императорский батальон продолжал еще долгое время пополняться рекрутами из селений, принадлежащих императорской фамилии. Император Александр 1 в знак особого своего расположения к батальону, день своего рождения 12 декабря назначил днем батальонного, а затем и полкового праздника...
В октябре 1811 года Финляндский батальон переформирован в полк трехбатальонного состава. 7 октября 1811 года полк в новом составе был на Высочайшем смотру. Хотя война с Наполеоном еще не была объявлена, но в ней уже никто не сомневался.
Лейб-Гвардии Финляндский полк начал готовиться к походу. Получив предписание 29 февраля о походе, второго марта полк уже вышел из Петербурга в Вильно. Шел 1812 год.
Война XIX века была войной ног. Выигрывал тот, кто мог больше и быстрее ходить. Нелегок был путь Лейб-Гвардии Финляндского полка. Идя впереди прочих частей, ему приходилось постоянно двигаться по мало изъезженным дорогам, по мягкому и глубокому снегу, по испорченному весенней погодой пути, В Вильно полк прибыл 27 мая, а 12 июня 1812 года в предутренние, ранние часы, по трем понтонным мостам, переброшенным через Неман, армия Наполеона вступила на территорию Российской империи. Армия была так велика, что переправа продолжалась более двух суток. При этом объявлении войны со стороны Франции не последовало. Наступление неприятеля застало русские войска врасплох, хотя Государь и главнокомандующий знали о сосредоточении войск неприятеля у Ковно и ожидали там его переправы именно 12 июня. Но это хранилось почему-то в глубокой тайне.
В главной квартире потеряли голову и не знали, на что решиться, что предпринять. Александр 1 отказался от наступления в пользу обороны. При таком значительном перевесе противника решение было правильным, но приведено в исполнение по самому неудачному плану, который был составлен известным прусским генералом Фулем. Один из генералов русской армии, Легонов, писал про Фуля: "Он самый начертал план Иенской баталии и разрушения Пруссии". Его план привел к глубокой ошибке- к разделению наших, войск надвое, чем и ослабил их. Первой западной армией командовал Барклай-де-Толли.
Начались проливные дожди. Государь стоял в одном мундире, пропуская мимо себя гвардейские полки. От дождя дороги пришли в ужасное состояние, солдаты шли по колено в грязи, но особенно плохо было в местах, где перекинутые тонкие мостики разваливались от движения тяжестей.
Между тем. Наполеон наступал быстро и 16 июня уже занял Вильно, откуда 14 июня отбыл Государь. Это произвело на войска тяжелое впечатление. Они видели, что целые области уступались без боя, и что они сами ничего не делают, кроме вялых переходов в глубь России. Обе русские армии не успели соединиться. Теперь уже русские войска отступают к Смоленску. 22 июня состоялось, наконец, соединение двух армий. К этому времени Александр 1 покинул войска, не назначив главнокомандующего. Это не позволило слиться двум армиям в одно целое, с единым вождем во главе. Двоевластие скоро сказалось. 5 августа было дано французам сражение под Смоленском. Наполеон, усиленно домогавшийся столкновения, начал сражение, но неудобство позиции заставило Барклая отказаться от сражения и всеми силами продолжать отступление в глубь страны. В этом сражении гвардейскому корпусу и нашему полку не пришлось участвовать, хотя сражение происходило на их глазах. Они были лишь свидетелями всех ужасов войны в большом и населенном городе. Они видели отчаяние жителей Смоленска, его разрушение и пожар. Вечером, 6 августа, в семь часов вечера, войска поднялись и пошли на московскую дорогу.
В это самое время 8 августа на имя Барклая-де-Толли Александром 1 был дан приказ о том, что князь Кутузов назначен главнокомандующим, и "которому подчиняю все четыре армии".
Объезжая позиции 16 августа с Барклаем-де-Толли, солдаты при виде Кутузова засуетились, начали чиститься, тянуться, строиться. "Не надо, ничего этого не надо, Я приехал только посмотреть, здоровы ли мои дети. Солдату в походе не о щегольстве думать: ему надо отдохнуть после трудов и готовиться к победе",- сказал полководец.
Тем не менее, Кутузов решил отступать. Русская армия направилась к Бородинскому полю. Отступление от Вильны до Бородино заняло три месяца без одной недели. Численность нашего пехотно-стрелкового полка (а это отличие он сохранил до конца дней своих) была 1851 человек. В этом составе молодому гвардейскому полку и суждено было сразиться с противником в "Великой битве Бородинской". Она произошла 26 августа на обширных равнинах в 108 верстах от Москвы. И если французы еще продолжали свое движение вперед, то это было уже не победное шествие, а стремление к крову и хлебу почти отчаявшегося врага, наполовину уничтоженного и полуголодного.
Бородинская позиция не давала особенных выгод для обороняющихся. 25 августа армии стояли одна в виду другой. Наполеон и Кутузов объезжали свои войска. Офицеры и солдаты надели чистое белье, готовясь к славной смерти за спасение своего Отечества. Русская армия была уверена, что отступления больше не будет, что придется лечь костьми на полях Бородинских и, спокойно готовилась к смерти. Во всех полках служили молебны. Молились горячо, многие плакали. Вывезенную Ермоловым, при отступлении из Смоленска, чудотворную икону Смоленской Божией Матери, торжественно проносили по многочисленным рядам. Встретив икону, главнокомандующий, в сопровождении блестящей свиты, сошел с коня, и поклонился ей до земли.
Французская армия не молилась, она, гордая своей силой, своими прошлыми победами, заранее уверенная в победе. Шумно и весело провела она этот день, звуки музыки доходили до наших позиций. "Они надеются на бога, а я надеюсь на вас",- сообщил слова Наполеона, взятый в плен Лейб-Гвардии финляндским полком французский офицер.
Еще ночью, перед днем битвы, поднялись наши полки, и тихо и мужественно встретили рассвет дня, который для половины из них был последним днем жизни. Бородинское сражение началось в 6 часов утра. Первый историограф Лейб-Гвардии Финляндского полка, лично участвовавший в Бородинском сражении, А. Марин, пишет, что полк с раннего утра "стал в колонны к атаке, пошел вперед и занял место у деревни Семеновской, оставя за собой овраг". Здесь он сражался до четырех часов дня, отражая атаку трех пехотных корпусов Даву, Нея и Жюно. В четыре часа дня последовал перерыв огня, и на поредевшие ряды русских надвигались грозные массы французской тяжелой кавалерии. Они достигли колонн генерал-майора Розена, где находился Лейб-Гвардии Финляндский полк. Офицер А. Марин писал потом так: "Вдруг видим, несется тяжелая кавалерия, пробилась сквозь две линии и стремительно, на рысях, идет прямо на наш полк. Сначала мы приняли их за своих кирасиров, но полковник Штевен скомандовал "каре против кавалерии" и, подпустив неприятеля на ближнюю дистанцию, передним фасадом сделал залп; кирасиры смешались, и ни один из них не вернулся с поля. Оставшихся в живых взяли в плен, и обезоружив, поставили в середину каре". Очевидцы этих атак 'говорили, что, как они ни были страшны для нашей пехоты, но до этого времени они находились под таким убийственным артиллерийским и оружейным огнем, что время атак считалось отдыхом- по крайней мере артиллерия молчала.
Вообще, левый фланг Бородинской позиции, на котором стоял л полк, представлял собою самое слабое ее место, в следствие этого уже во время боя пришлось двинуть туда не только общий резерв, но и большую часть войск с правого участка, который французы и не атаковали,
Наши финляндцы сражались под командованием Багратиона и Раевского. Сюда были посланы три кавалерийских корпуса под начальством Мюрата, польские легионы Понятовского. Очевидец, офицер гвардейской артиллерии, А. С. Норов, в своих воспоминаниях писал: "Около десяти часов утра проследовал возле моего 12-го флангового орудия, гвардейский Финляндский полк, шедший тоже в бой, и я встретил тут поручика князя Ухтомского, моего двоюродного брата. Мы обнялись с ним, и только что его взвод миновал меня, как упал к моим ногам один из его егерей. С ужасом я увидел, что у него сорвано все лицо и лобовая кость, и он в конвульсиях хватался за головной мозг. "Не прикажете ли приколоть?",- сказал мне стоявший возле меня бомбардир, "Вынесите его в кустарник, ребята",- отвечал я. Такова была первая жертва Лейб-Гвардии Финляндского полка в Бородинском сражении".
С пяти часов утра и до десяти вечера полк был в сражении. Князь Кутузов в рапорте от 14 декабря 1812 года говорит, что "полк сражался с непоколебимой твердостью, действовал целыми батальонами на штыках", и к концу сражения "удержал место за собою". Из рапорта полковника Крыжановского от 31 августа, общие потери полка составили 554 человека. Убыль офицерского состава 34,61 процента, а для нижних чинов- 30,4 процента.
Сведения о громадных потерях заставили Кутузова на рассвете 27 августа отступать на Москву. Преследования со стороны французов почти не было. Грустны были финляндцы, многих своих товарищей они оставили на полях сражения.
Список литературы
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.terijoki.spb.ru/
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
