Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Собирательные числительные (двое, трое, …, десятеро) в официальной речи не употребляются, хотя по значению совпадают с количественными числительными. Но и в разговорной речи их употребление ограничено: они не сочетаются с наименованиями лиц женского рода, с неодушевленными существительными, с наименованиями высоких званий, должностей (герой, генерал, профессор и т.п.). Собирательные числительные сочетаются с наименованиями лиц мужского пола (кроме названий высоких званий, должностей): двое мальчиков, шестеро солдат; с названиями детенышей: семеро козлят, пятеро волчат; с субстантивированными прилагательными: семеро конных, четверо военных.

В сфере прилагательных к частым нарушениям нормы относится образование сложной формы сравнительной степени. Норме соответствуют формы типа "более + начальная форма прилагательного": более интересный. Образование типа более интереснее является ошибочным.

Многообразны нормы, касающиеся употребления глаголов.

1. Так, при образовании видовых пар глагола существуют нормы, касающиеся чередования гласных в корне:

а) Чередование обязательно, если ударение падает не на корень (укоротить – укорачивать);

б) Чередование отсутствует, если ударение падает на корень (приохотить – приохочивать), однако в ряде слов отсутствие чередования является архаичным, искусственным (заработать, заготовить, освоить, оспорить, приспособить, закончить, успокоить, удвоить, утроить).

в) Около 20 глаголов допускают колебания (варианты) в образовании видовых пар ( с чередованием в разговорной речи, без чередования – в книжной, деловой), например: условиться – условливаться и уславиваться, удостоить – удостоивать и удостаивать, обусловить – обусловливать и обуславливать.

2. В русском языке существуют глаголы, оканчивающиеся на –чь. В личных формах этих глаголов, кроме 1 лица единственного числа и 3 лица множественного числа, обязательным является чередование согласных г–ж, к–ч: жгу, жгут, но: жжешь, жжет, жжем, жжете; волоку, волокут, но: волочешь, волочет, волочем, волочете.

У жителей Тюменской области данное чередование согласных в подобных глаголах часто отсутствует, что объясняется влиянием диалектов и просторечия: испекем (вместо испечем), вытекет (вместо вытечет) и под.

Итак, морфологические нормы многообразны и, как сказано выше, излагаются в грамматиках и справочниках.

Синтаксические нормы. Нормы ударения

Не менее многочисленны другие виды норм, например, синтаксические, т.е. нормы построения словосочетаний и предложений. Например: выбор правильной формы управления едва ли не самое трудное в современной устной и письменной речи. Как следует сказать: отзыв о диссертации или на диссертацию, контроль над производством или за производством, способен на жертвы или к жертвам, памятник Пушкину или Пушкина, вершить судьбами или судьбы?

Трудности в выборе формы управления в значительной мере предопределяются сложностью этого языкового явления и отсутствием специального нормативного справочника. До настоящего времени проблема управления остается решенной не до конца. Нет общего мнения о сущности и разновидностях управления, способов отграничения его от других типов подчинительной связи.

Чтобы избежать ошибок в форме управления, следует различать не только лексическое значение слов, но и грамматическое содержание той или иной конструкции. Например, слово памятник в значении скульптурное сооружение в честь какого-либо лица в обороте, указывающим на адресата, употребляется с дательным падежом – памятник кому, например: памятник Пушкину, Суворову и т.п. При указании же на исполнителя (фамилию скульптора) ставится родительный падеж принадлежности – памятник кого, например: памятник Аникушина, Козловского и т.п. Между тем высокая продуктивность родительного приименного и невнимание к грамматическому содержанию нередко приводят к синтаксическим ошибкам, типа памятник Пушкина.

Сложность и прихотливость русского ударения широко известны. Пожалуй, ни одна другая область русского языка не вызывает сейчас столько ожесточенных споров, недоумений и колебаний. Все хотят знать, как же все- таки правильно: пЕтля или петлЯ, твОрог или творОг, индУстрия или индустрИя, родИлся или родилсЯ? Находясь в добросовестном заблуждении, некоторые наивно полагают, что языковеды особым декретом могут и (даже должны!) "искоренить" колебания в ударении, установить раз и навсегда единые и незыблемые правила. Многие сетуют на то, что современные поэты расшатывают общелитературную норму, допуская в стихах, иногда даже в одной и той же строфе, акцентологические дублеты. Например:

Мы с утра занимаем окоп,

Кочку каждую оберегая….

Я далеко, и ты далеко…

Что ты скажешь, моя дорогая?

[Светлов. Двадцать восемь.]

Правильная постановка ударения является необходимым признаком культурной, грамотной речи. Есть немало слов, произношение которых служит как бы лакмусовой бумажкой уровня речевой культуры. Часто достаточно услышать от незнакомого человека неправильное ударение в слове (вроде: мОлодежь, магАзин, изобрЕтение, новорОжденный, инстрУмент, докУмент, прОцент, кОклюш, свеклА, Атлет, кОрысть, дОцент, пОртфель, соболезновАние, перевЕдены, перевЕзены, облЕгчит, людЯм и т.п.), чтобы составить не слишком лестное мнение о его образовании, степени общей культуры, так сказать, уровне интеллигентности. Поэтому нет необходимости доказывать, как важно овладеть правильным ударением.

Заключение

Норма литературного языка – это сложное и противоречивое явление. В современной лингвистической литературе встречаются разнообразные определения нормы. Трудности определения этого понятия обусловлены наличием в этом понятии взаимоисключающих признаков. Охарактеризуем основные признаки литературной нормы.

Важным признаком литературной нормы является ее устойчивость (или стабильность). Благодаря устойчивости нормы литературный язык соединяет поколения, поскольку нормы языка обеспечивают преемственность культурных и языковых традиций. Но этот признак является относительным, поскольку литературный язык развивается, допуская изменения норм.

Некоторые исследователи считают, что важнейшей чертой литературной нормы является чисто количественный фактор – степень употребительности языкового явления. Однако следует иметь в виду, что высокая степень употребительности языкового варианта, будучи важной при определении языковой нормы, может характеризовать и речевые ошибки. Так, в разговорной речи, в диалектах что "часто встречается, то и есть норма".

Третьим признаком литературной нормы является соответствие авторитетным источником – чаще всего произведениям известных писателей. Однако следует помнить, что в художественном произведении может отражаться не только литературный язык, но и диалекты, и просторечие, поэтому при выделении норм на основе наблюдений над текстами художественной литературы необходимо разграничивать, с одной стороны, собственно авторскую речь, с другой стороны, – язык персонажей.

Литература

1. Колтунова М. В. Язык и деловое общение: Нормы. Риторика. Этикет:Учеб. пособие/М.В. Колтунова. - М.: Экономика, 2000.

2. Маслов Ю.С. Введение в языкознание: Учеб. для студентов высш. учеб. заведений, обучающихся по направлению и спец. "Филология".- 3- е изд., испр. - М.: Высш. шк., 2007.

3. Петрякова А. Г. Культура речи: Практикум-справ. для 10- 11 кл.-М.:Флинта: Наука,2008.

4. Реформатский А. А. Введение в языковедение: Учеб. для филол. спец. высш. пед. учеб. заведений. - М.: Аспект Пресс, 2006.

5. Розенталь Д. Э., Теленкова М. А. Словарь трудностей русского языка. - М.: Айрис-пресс: Рольф,2000.

Характеристики

Список файлов реферата