42369 (662049), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Автор приводит и другие, более частные свидетельства относительной автономности языковых механизмов. В частности, в ряде экспериментов было показано, что при восприятии многозначного слова имеет место автоматическая активизация всех его словарных значений. Затем под влиянием контекста происходит выбор соответствующего значения и отсечение других вариантов как ситуативно-несоответствующих.
Второй тезис, который привлекает внимание В.Б. Касевича, - это резкое неприятие большинством лингвистов, приверженцев когнитивного направления, таких фундаментальных понятий генеративной лингвистики, как глубинная структура, трансформация и языковое правило. Р. Лангакр, один из основоположников когнитивного направления, считает, что к грамматике относятся только те структуры, которые засвидетельствованы в тексте. Из этого следует, что возведение поверхностной структуры типа Иван умывается к глубинной Иван умывает Ивана недействительно. В то же время если под глубинной структурой понимать выводимость, например, трех значений сложной структуры Дети радуются приглашению артиста к трем сочетаниям простых структур, то данная трактовка вряд ли вызовет какие-либо серьезные возражения.
Сходная ситуация наблюдается и с понятием языкового правила, поскольку здесь тоже отмечается встречное движение когнитивной лингвистики и трансформационно-порождающей грамматики. Хомский уже давно высказывал предположение о том, что лингвистическое описание может обойтись без использования языковых правил, хотя отказ от использования понятия правила не стоит принимать слишком серьезно. Хомский сам приравнивает порождающие аспекты языка к "вычислительным", но вычисление ссылается по соответствующей программе, и вряд ли можно противопоставлять программу системе правил.
Третий тезис - специфичность семантики в ее когнитивной интерпретации. Ученые когнитивного направления настойчиво пытаются получить такое лингвистическое описание, которое было бы адекватно ментальным структурам носителей языка. В связи с этим рассматриваются: теория "естественных классов", теория прототипов и разные варианты семантического описания с помощью структур когнитивных примитивов. В качестве примера приводится эксперимент, связанный с изучением того, что понимают носители английского языка под словом "water".
Эксперимент проводился с участием испытуемых, имеющих образование не ниже среднего, поэтому предполагалось, что всем им известен химический состав воды Н20. Испытуемые должны были оценить процентное содержание Н20 в разных жидкостях, среди которых назывались наряду с водой чай, бульон, болотная вода, слезы, водка и т.п. Испытуемым предлагалось ответить, что можно назвать водой, а что - нет. Оказалось, что простой корреляции между содержанием Н20 и отнесением жидкости к воде не существует. Так, содержание Н20 в дождевой воде и чае оценивалось примерно одинаково, но дождевая вода была квалифицирована как вода, а чай - нет. В болотной воде испытуемые находили менее 70% Н20, но все же относили ее к воде.
В определенном смысле экспериментаторы пытались доказать очевидное: трудно было ожидать, что жидкость, которая называется, например, чаем или водкой, попадет в разряд "вода", а болотная вода окажется "неводой": в конечном счете вода есть то, что называют "вода". Но исследователи получили и некоторые более интересные результаты. Статистические данные опроса испытуемых свидетельствуют, что имеются кластеры, объединяющие в большей или меньшей степени разные жидкости по их близости к воде. Основанием образования кластеров оказались такие признаки, как "источник", "функция", "состав". При этом только последний признак отражает содержание Н20, остальные же относятся к своего рода диахронии и функции.
В связи с этим приводится пример, когда в воде, взятой из озера Онтарио, были проявлены фотографии с видом Онтарио, но этот фотореактив все же был назван "водой", поскольку в озере, по определению, "полагается" быть воде. Соответствующая квалификация жидкости в рамках наивной когнитивной семантики определяется ее источником.
Четвертый тезис связан с когнитивистскими работами, вскрывающими весьма существенную роль метафоры в структурировании ментального лексикона; другие авторы убедительно показали, что метафорические переносы вовсе не ограничены сферой художественных приемов, они пронизывают весь словарь, организуя значимые пласты лексики, распространяясь на грамматику.
В итоге делаются выводы весьма интересные и разочаровывающие для сторонников когнитивной лингвистики. В частности, отмечается следующее. "В области семантики вклад когнитивистов определенно позитивен. Но достаточно ли этого... чтобы провозгласить появление "новой лингвистики"? Думается, уместнее утверждать, что разработанные подходы и результаты обогащают языкознание, но никак не создают ни нового объекта исследования, ни даже нового метода. Прежде всего, конечно, можно говорить об обогащении психолингвистики - ведь психолингвистика, если рассматривать ее как теорию, а не просто как метод, призвана адекватно отражать ментальные отношения и операции, реально присущие носителю языка; без этого ее существование просто теряет смысл. Учитывая сказанное, правомерно полагать, что когнитивной лингвистики не существует - уже потому, что не существует некогнитивной лингвистики".
Список литературы
1. Абрамян Р.Л. Гносеологические аспекты языкового значения. - Ереван, 2000. 102 с.
2. Горелов И.Р. Вопросы теории речевой деятельности. - Таллинн, 1997 - 190 с.
3. Демьянков В.З. Доминирующие лингвистические теории в конце XX века// Язык и наука конца XX века. - М., 1999. - С.239-320.
4. Залевская А.А. Понимание текста: Психолингвистич. подход. - Тверь, 1998. - 95 с.
5. Касевич В.Б. Культурно-обусловленные различия в структурах языка и дискурса// XVI Congres International des Linguistes: Se'ances ple'nieres: Textes. - Mendon, 1997. -C. 1-7.
6. Касевич В.Б. О когнитивной лингвистике // Общее языкознание и теория грамматики. - СПб., 2004 - С. 14-21
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
