42289 (662020), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Немногие образования старославянского языка, оказавшего, как известно, меньшее воздействие на украинский, чем на русский язык, сохраняются в русском, получая в украинском национальные формы; ср,: рус. от мала до велика «все население, все общество», укр. від малого до великого (старого). Русские фраземы старославянского происхождения могут иметь в украинском

параллельные архаические и национальные формы. Ср.: рус. ничтоже сумняшеся «ничуть не задумываясь, не колеблясь», укр. ничтоже сумняся (сумняшеся) и анітрохи не вагаючись, без найменшого сумніву; рус. яко тать в нощи «незаметно, тихо», укр. яко тать є ноті и як злодій уночі.

7. СООТНОСИТЕЛЬНОСТЬ ФРАЗЕМ ИНОЯЗЫЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ

Во фраземном составе двух языков представлены обороты интернационального характера, соотносимые между собой как в силу общности источника их происхождения, так и в силу характерных для них структурно-семантических изменений. Такие заимствования приспосабливаются к системе национального языка, и потому при общей близости фразем могут получать отличия, подчас далеко разводящие обороты одного и того же происхождения. Заимствование соотносительных иноязычних фразем может идти различными путями, находиться на разной стадии фразеологизации; эти процессы осложняются возможностями взаимодействия двух языков в освоении иноязычного материала. Значительное распространение получило калькирование фраземного образования, проникшего в один язык, в другом языке, прежде всего украинском.

В некоторых соотносительных фраземах-кальках внутренняя форма сохраняется благодаря достаточно прозрачной метафоричности, перенесенной из языка-источника, возможного соотнесения смысла оборота с современными реалиями. Вхождение таких фразем непосредственно из языка-источника или через посредство другого языка (в частности, в украинский через русский) не оказывает решающего воздействия на их понимание и употребление, хотя, естественно, путь через язык-посредник предопределяет сохранение того же восприятия. Ср.: шито белыми нитками//шитий білими нитками «неловко, неискусно сделано, неумело скрыто» (калька с французского), внутренняя форма данных фразем достаточно прозрачна: белые нитки видны на фоне темной материи. Ср. также разбить (сломать) лед//розбити (проломити) кригу (лід) «устранить затруднения, натянутость, принужденность в отношениях между кем-либо» (из французского).

Многие фраземы, восходящие к общему иноязычному источнику, теряют внутреннюю форму и не получают обусловленных происхождением коннотаций; мотивация таких калек осознается только лицами соответствующего культурно-образовательного ценза; ср.: шагреневая кожа//шагренева шкіра; колосс на глиняных ногах//колос на глиняних ногах; яблоко раздора //' яблуко розбрату (чвар); калиф на час // каліф на годину и др.

Фраземы иноязычного происхождения могут получать измененную семантическую мотивацию, обусловленную частичной утратой внутренней формы, затемнением первоначального образа, семантическими сдвигами, в том числе обусловленными «народной этимологией». Параллелизм и своеобразие таких процессов в сопоставляемых языках проявляются в семантических трансформациях, коннотативных наслоениях, стилистической окраске. Например, разводить антимонию (антимонии) «болтать, вести пустые разговоры; пускаться в отвлекающие от чего-либо разговоры» (антимония из книжного антиномии, вероятно, от названия сурьмы, разводя которую, люди вели пустые разговоры) трансформировалась в разговорный оборот с налетом стилистической сниженности. В украинском этому обороту соответствуют разговорные фраземы розводити балачки (брехні), баляси точити, баляндраси правити и под. (баляси, баляндраси - столбики, фигурки, служащие для украшения).

В то же время соотносительные фраземы иноязычного происхождения, как правило, сохраняют общие условия функционирования, общую аксиологическую базу, которая определяется не только планом содержания, но и общими у носителей двух языков представлениями, ассоциациями; ср., с одной стороны, с положительной оценкой: через тернии к звездам//через терни до зірок; без вины виноватый//без вини винуватий и под., с другой стороны, с отрицательной оценкой: кадить фимиам // кадити фіміам, крокодиловы слезы //крокодилячі сльози и под.

Некоторые фраземы затемненного происхождения, возводимые преимущественно к иноязычным источникам, прошли сложный путь развития, внутренних и внешних трансформаций и не могут восприниматься как заимствования. Их интернациональный характер говорит скорее о близости мотивационной метафорической основы, чем о прямом «навязывании» чужих образов и представлений. В этом отношении характерна интерпретация русской фраземы (поломить, отломить) в долгий ящик «отложить что-либо на неопределенно длительное время». По одной версии, это исконно русская фразема, восходящая к XVII в. (от названия специального ящика для прошений или ящика письменного стола в канцелярии); по другой, более обоснованной версии, это калька с немецкого, относящаяся к первой половине XVII в. В украинском языке бытует фразема відкласти в довгу шухляду, которую можно рассматривать как заимствованную из немецкого непосредственно или под опосредованным воздействием русской кальки.

В один ряд с фраземой положить в долгий ящик выстраиваются параллели положить под сукно// покласти під сукно, обычно связываемые с канцелярским делопроизводством в России. Та часть соотносительных фразем, которая калькируется другим языком, получает параллель, близкую по составу компонентов, даже в тех случаях, когда первоначальное значение слов частично или полностью утрачивается. Русский оборот тихой сапой «исподтишка, незаметно» (из речи военных) связывается со словом сапа «скрытый подкоп» и характеризуется как собственно русский; его украинская калька тихою сапою, как и русская фразема, далеко отошла от первоначального значения компонентов и не воспринимается как профессионализм.

8. ФРАЗЕМЫ, ПОСТРОЕННЫЕ НА ПОВТОРАХ И СОЗВУЧИЯХ. ИХ СООТНОСИТЕЛЬНОСТЬ В РУССКОМ И УКРАИНСКОМ ЯЗЫКАХ

Замкнутую группу составляют русские и украинские фраземы, построенные на повторах корневых элементов, основ, слов, составляющих одну или разные части речи. Среди этих фразем выделяются глагольные сочетания с наречиями, выполняющими усилительную функцию, при этом собственно содержательный план интенсификатора ослабевает до нуля. В качестве интенсификаторов могут выступать различные образования, в том числе уникальные, обслуживающие только данный оборот. Часть отглагольных наречий создается по моделям деепричастий, однако не сохраняет их категориальных свойств; такие образования могут иметь варианты, говорящие о зыбкости, незакрепленности их формальной организации; ср.: рус. лежмя лежать (лежать в лежку), ревмя (ревма) реветь, давмя давить, ливмя лить; в украинском усилительные слова могут иметь аналогичную структуру: лежма (ліжма, легма, лігма) лежати, ревма ревіти (ревти), однако чаще, чем в русском, приобретают другой вид: ливием (ливнем) лити, як з відра лити и др.

Другая часть интенсификаторов образуется по образцу отыменных наречий: криком (на крик) кричать//криком кричати, ходуном (ходором) ходить//ходором ходити, особенно специфичны усилители, свойственные исключительно тавтологическим оборотам: битком набить (набито)//напхом напхати (напхом напхано, повно-повнісінько). Возможны параллельные образования с отглагольными и отыменными формами; ср.: сидмя сидеть, сиднем сидеть//сидьма сидіти, сиднем сидіти. Широко представлены просторечные и диалектные варианты русской фраземы кишмя кишит, разрушающие соотнесенность интенсификатора с деепричастием: кишма, киша, киш, кыш, кишнем, кишми, кишинем, кишом (кишит); ср.: укр. кишма кишіти, аж кишіти, роєм роїтися.

Некоторые тавтологические обороты употребляются параллельно с отрицанием и без него; ср.: рус. слыхом (слухом) не слыхать «не иметь никакого понятия, представления, совсем не знать»; иногда фразема с отрицанием выступает в расширенном варианте: слыхом не слыхать, видом не видать с общим значением «ничего не знать, не ведать»; ср.: слыхом слыхать, видом видать «знать, ведать»; укр. ані (ні) чутки (не) чувати и (ні) слихом (не) слихати, возможно, слихом слихати, видом видати. Менее распространены сочетания с однокоренными наречиями отадъективного образования: рус. ругательски ругать «сильно ругать»; в украинском ему соответствует лаяти на всі заставки.

Фразеобразование может происходить путем повторения корневых элементов в составе глагольно-именных сочетаний; при этом субстантивы выполняют дополнительную интенсифицирующую функцию. Ср.: рус. видать (видывать) виды «многое испытать в жизни; быть сильно поношенным, потрепанным»; в украинском в том же значении также употребляется тавтологический оборот, но построенный по иной фразеосхеме: бувати в бувальцях (ср. эквиваленты, в которых нет повтора корневых элементов: не з однієї печі хліб їв, переїв усякого хліба, не з одного колодязя воду пив, на всі ноги кований). К оборотам той же структуры относятся народнопоэтическое думу думать//думу думати «обдумывать»; шутки (шутку) шутить//жартувати «много шутить». Ср. также книжн. мерить своею (тою же) меркой (мерой)//міряти тією ж міркою (на ту ж мірку).

русском эквивалент без повторяемого элемента: (хоть) веревки вей.

Тавтологические сочетания вводятся с целью усиления признака при сравнении; они строятся обычно с участием союзов как//як, уподобляющих в таких случаях, казалось бы, заведомо подобное; ср.: рус. диал. пушистый как пух «очень пушистый»; мелется как меленка «о пустозвонах»; как буза бузит «буйствует, дерется»; как вертник вертится «вести себя неспокойно» и др. Такого рода обороты используются и в украинском: як стрель стрельнув «быть пораженным, удивленным чем-либо»: Як стрель стрельнув у дівчину.

Соотносительные фраземы могут включать повторяющиеся субстантивы: рус. во веки веков, на веки веков (ср. веки вечные, на веки вечные) «всегда, вечно; навсегда, навечно»; в украинском в том же значении также употребляются образования, построенные на повторах: на вік віків, на віки вічні, на вічні віки, навік-віки, навік-віків, навіки-віків, повік-віки.

По фразеосхемам ограниченного набора строятся обороты с повторами слов-компонентов: рука в руку, душа в душу, тютелька в тютельку, капля в каплю//рука в руку, душа в душу (у добрій злагоді, згоді), тютелька в тютельку, капка в капку (капля в каплю, як викапаний, як вилитий, кістка й мастка).

Тавтологические именные сочетания с субстантивом в творительном падеже имеют в основе творительный сравнения; в составе оборота эта форма приобретает функцию преимущественно интенсифицирующую: дурак дураком, тумак тумаком//дурень дурнем. Такие фраземы создают характеризующе-оценивающее значение. Возможны сочетания с творительным тавтологическим, вносящим оттенок уступительности: шутки шутками, шутка шуткой //жарти жартами, жарт жартом.

Особый интерес представляет русская фразема масло масляное «ничего не объясняющее, не дополняющее повторение одного и того же другими словами», построенная по принципу «отрицание отрицания»; в украинском ей соответствуют две фраземы, определяемые тем же принципом и имеющие ту же фразеосхему: солома солом'яна, масло масляне.

Повторяются в составе русских фразем формы прилагательных: мал мала меньше, белым бело и др.; украинские эквиваленты строятся на иной основе: сама малеча (дрібнота), наскрізь біле. Возможно использование повторов компонентов, соотносительных со служебными словами: рус. на нет и суда нет; в украинском встречается на нема то й суду нема или оборот с созвучием: як нема, то й дарма.

Широк и разнообразен круг русских и украинских фразем, построенных на созвучиях, внутренней рифме, обыгрывании омонимов, каламбурах и под. Сопоставляемые языки редко обладают одинаковыми фонетическими возможностями, однако некоторые обороты, имеющие общее происхождение либо калькируемые при помощи национальных языковых средств, сближаются по своей звуковой организации. Ср.: ни складу ни ладу// ні складу ні ладу; ни слуху ни духу// ні слуху ні духу.

Чаще фраземы, имеющие яркое звуковое оформление, не повторяются в другом языке либо строятся на другом звуковом принципе; даже при калькировании не всегда удается подобрать подобный в звуковом отношении эквивалент. Ср., с одной стороны: от ворот поворот//завертай голоблі; ищи-свищи//шукай вітра в полі. С другой стороны, украинские фраземы не получают звуковой аналог в русском: на Миколи та й ніколи (рус. после дождичка в четверг); не за всяку провину києм у спину (рус. не всякое лыко в строку); обоє рябое (рус. два сапога пара).

Значительное распространение получили соотносительные фраземы двух языков, построенные на разных созвучиях; в образовании и функционировании таких оборотов возможно опосредованное воздействие другого языка или шире - межъязыковое контактирование. Такой вывод косвенно подтверждается нередким параллелизмом построения, близостью используемых здесь фразеосхем; в то же время звуковое соответствие создается другими средствами. Ср. и хочется и колется//і сюди гаряче і туди боляче.. Показательно в этом плане образование на основе созвучных компонентов фразем по схеме ни ... ни // ні ...ні (ані... ані). Ср.: ни в городе Йван (Богдан) ни в селе Селифан//ані пан ані Йван; ни кожи ни рожи // ні з очей ні з плечей.

Некоторые фраземы строятся по одной и той же фразеосхеме, но не соотносятся по звуковой организации; ср.: укр. ні до ладу, ні до прикладу, рус. ни к селу ни к городу; укр. ні роду ні приплоду, рус. ни роду ни плеліени. Иногда к уже существующей фраземе присоединяется созвучный компонент; в другом языке соотносительная фразема редко сохраняет созвучие, даже при калькировании. Ср., например: наводить тень (на плетень, на ясный день)//наводити тінь (при одинаковой внутренней форме и мотивации украинская фразема не получает созвучной «добавки», поскольку буквальное соответствие (тінь, день) не создает того же звукового эффекта).

Русская и украинская фразеологии прошли длительный и сложный путь развития, характеризуемый как общими, так и специфическими для каждого языка процессами и тенденциями. Даже та часть фразеологического материала двух языков, которая имеет общие источники образования, в ходе исторических преобразований приобретает новое качество, обусловленное отличиями в лексическом наполнении, звуковой организации, структурном устройстве соотносительных фразем. Значительный удельный вес составляют национально ориентированные фраземы, отразившие особенности быта, обычаев, традиций, верований каждого народа, историко-культурный компонент. Существенные отличия обнаруживаются в мотивационной базе, внутренней форме фразем, характеризующих одни и те же понятия объективной действительности, но предлагающие их различную интерпретацию. Метафорическая основа, образность фразем постепенно перестают осознаваться, однако при сопоставительно-типологическом подходе частично проявляются, воздействуя на их семантический потенциал.

Литература:

1. Архангельский В.Л. Устойчивые фразы в современном русском языке. Изд-во Ростовского ун-та, 1964. -315с.

2. Ахманова О.С. Очерки по общей и русской лексикологии. - М.: Учпедгиз, 1957.-295 с.

3. Бабкин А.М. Русская фразеология, ее развитие и источники. Л.: Наука, 1970.-264с.

4. Виноградов В.В. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М.: Наука, 1977.-272 с.

5. Вомперский В.П. Возвращение к истокам // Русская речь. - 1991.- №2. с. 42-44.

6. Гаврин С.Г. Фразеология современного русского языка (в аспекте теорииотражения). Пермь: Пермск. гос.пед.ин-т, 1974. -146 с.

7. Гвоздарев Ю.А. Основы русского фразообразования. Изд-во Ростовскогоун-та, 1977.-262 с.

8. Иванникова Е.А. Синонимические отношения между фразеологическими единицами и словами // Очерки по синонимике современного русского литературного языка. М.- Л., 1966. -153 с.

9. Копыленко М.Н., Попова З.Д. Очерки по общей фразеологии. - Воронеж:
   Изд-воВГУ, 1972.-144 с.

10. Молотков А.И. Основы фразеологии русского языка. Л.: Наука, 1977. -284с.

11. Солодуб Ю.П. Русская фразеология как объект сопоставительногоструктурно-типологического исследования (на материале фразеологизмов со значением качественной оценки лица): Автореф. дис. докт. филолог, наук. М., 1985.-140 с.

12. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. М.: Высшаяшкола, 1985. -192 с.

13. Фразеологический словарь русского языка /Сост. Л.А. Воинова. - М., 1978-543 с.

7

Характеристики

Список файлов реферата