39282 (661101), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В силу ограниченных ресурсов капвложений, которые государство может выделять на инвестиционные проекты разумно использовать селективную или «точечную» бюджетную политику поддержания инвестиционной деятельности. Суть такой политики заключается в том, что государство поддерживает исключительно конкретные проекты и только конкретные результаты. Подобные действия позволили бы, во-первых, снизить инвестиционную нагрузку на бюджет, во-вторых, привлечь свободные средства независимого бизнеса в поддерживаемые государством проекты.
Бюджетная поддержка инвестиционных проектов была реализована в принятой в апреле 1995 г. правительственной программе «Реформы и развитие экономики в 1995-1997 гг.». В частности предполагается, что размещение централизованных инвестиционных ресурсов будет осуществляться на конкурсных началах с обязательной сертификацией проектов. Срок окупаемости проектов не должен, как правило, превышать двух лет. Выигравшие конкурс частные инвесторы получают бюджетные средства в размере 20% стоимости инвестиционного проекта. Остальные 80% стоимости они должны покрыть за счет своих собственных и заемных средств.
Инвестиционная схема «1 + 4» в соответствии с Указом Президента России от 22 января 1996 г. «О дополнительном стимулировании частных инвестиций» была расширена. А именно государство повышает свою долю в интервале от 20 до 50% стоимости инвестиционного проекта. Это в принципе соответствует практике стран с развитой рыночной экономикой, где долевое участие государства составляет 35 - 40%.13
Максимальная государственная помощь в 50% будет оказываться тем проектам, в результате реализации которых будет освоено производство не имеющей мировых аналогов продукции. Поддержка в 40% будет оказываться проектам, предусматривающим производство и экспорт продукции обрабатывающей промышленности. При производстве импортозаменяемой продукции по ценам ниже, чем импортный товар, правительство готово предоставить 30% от стоимости проекта. И, наконец, 20% будут выделяться при производстве продукции, удовлетворяющей внутренний платежеспособный спрос. См. таблицу 1.
Данная форма стимулирования частных инвестиций достаточно привлекательна, она нацеливает на отбор наиболее эффективных инвестиционных проектов.
Между государством и частными инвестициями может установиться положительная и отрицательная связь. При отрицательной связи, государственные инвестиции просто подменяют собой частные, то есть увеличение государственных капитальных расходов на один доллар ведет к снижению частных расходов на доллар (эффект вытеснения).
Таблица 1. Государственная поддержка инвестиционных проектов.14
| Наименование | % стоимости проекта |
| Производство продукции (услуг), не имеющей аналогов в мире (при подтверждении Роспатента) | 50 |
| Экспорт продукции (услуг) обрабатывающей промышленности | 40 |
| Импортозамещение (при более низкой цене) | 30 |
| Удовлетворение платежеспособного спроса | 20 |
С другой стороны, может наблюдаться и положительная связь - рост государственных инвестиций вызывает прирост частных инвестиций. Эффект вытеснения возникает в тех случаях, когда государство направляет средства на финансирование проектов, которые привлекательны и для частных инвесторов (например, в сельское хозяйство, промышленность, добычу нефти и т.д.). Положительное взаимодействие возникает тогда, когда средства бюджета направляются на проекты, которые в силу их общественного характера невыгодны для частного бизнеса: в отрасли социальной сферы (здравоохранение, образование, жилищное строительство), в фундаментальную науку, в инфраструктуру (дороги, системы распределения энергии).
Развитие за государственный счет коммуникационных систем повышает мобильность частного капитала, снижает издержки производства и расширяет потенциальные возможности реализации продукции частных компаний.
По масштабам государственные инвестиционные затраты в инфраструктуру намного превышают инвестиции в отрасли социальной сферы. Страны со средним уровнем развития в 80-е начале 90-х годов тратили на инвестиции в инфраструктуру в -среднем 4% ВВП (что составляло около 20% валовых внутренних инвестиций в этих странах). Около половины средств на эти нужды - поступало прямо из государственного бюджета, еще 40% - так или иначе, гарантировалось государством.15 Инвестиции в отрасли социальной сферы составляли в среднем 1,5% ВВП. Однако сама по себе малая величина этих затрат скрывает их существенную экономическую значимость.
Поскольку большинство услуг в социальной сфере и ряд услуг инфраструктуры являются общественными, то есть по своей экономической природе не имеют рыночной оценки, возникает вопрос, как определить экономически эффективный объем их производства. Здесь возможны три подхода.
Первый заключается в определении нормативов, основанных на мировом опыте - сколько на душу населения расходуется средств на капитальные вложения в разных отраслях социальной сферы. Исходя из этого можно оценить, по каким направлениям наблюдается особо острый дефицит средств. Недостатком этого подхода является отсутствие учета конкретных особенностей страны и целостного критерия распределения инвестиций с целью получения наибольшего эффекта.
Второй подход основывается на составлении государственной инвестиционной программы. Все проекты в рамках этой программы ранжируются по степени социально-экономической отдачи, учитывающей положительное влияние проектов на эффективность экономики в целом. Затем государственный бюджет диктует, какие именно проект будут реализованы. Преимуществом этого подхода является обеспечение наибольшей экономической отдачи от бюджетных средств и предотвращение бюрократического произвола. Недостатком является необходимость применения идентичной методологии оценки и ежегодной переоценки большого количества самых разных проектов, многие из которых никогда не будут реализованы. Из-за этого лишь малые страны успешно реализовали программный подход к государственным инвестициям.
В рамках третьего подхода разработка инвестиционной бюджета ведется по каждой отрасли народного хозяйства отдельно и исходя из контрольных цифр общих расходов определяемых параметрами бюджета. В результате планирование инвестиций является децентрализованным и учитывает отраслевую специфику. Недостатком данного подхода является отсутствие гибкости, невозможность сопоставления и учет общеэкономической отдачи инвестиций.
Вместе с тем, применение ряда принципов позволяет существенно повысить эффективность этого метода. Во-первых, это четкая классификация бюджетных расходов на текущие эксплуатационные расходы и инвестиции и включение в бюджетное планирование всех инвестиций, финансируемых правительством. Во-вторых, разработка центральными экономическими ведомствами подробных едины правил по оценке инвестиционных проектов, профессиональная подготовка специалистов отраслевых ведомств и организаций отраслей социальной сферы, строгая экспертиза в центральных ведомствах. В-третьих, проведении конкурентных торгов на заключение контрактов на государственные закупки и жесткий контроль за реализацией инвестиционных проектов.
Нарушение перечисленных условий ведет к тому, что государственное инвестиционное хозяйство в условиях децентрализации составления инвестиционных бюджетов становится хаотичным и коррумпированным.
Существенный канал влияния государства на инвестиционную ситуацию в стране - инвестиции естественных монополий, как частных, так и государственных. В большинстве случаев государство, так или иначе, регулирует цену и объемы производства в этих отраслях. А эффективное регулирование цены требует оценки потребностей финансирования инвестиций и прогнозирования спроса. Поскольку спрос на услуги инфраструктуры определяется общеэкономическими условиями, целевые установки инвестиционной программы в отрасли инфраструктуры задаются стратегией экономического развития страны. Как правило, конкретные инвестиционные проекты в этих отраслях проходят экспертизу в правительственных органах и одобряются государством.
Даже те страны, которые устанавливают относительно либеральный режим для естественных монополий, много внимания уделяют координации решений частных предприятий в этих отраслях. Интересен в этом отношении пример США.16 Просчеты в планировании ввода в действие новых мощностей привели в ноябре 1965 г. к крупнейшей энергетической катастрофе мирного времени, когда весь северо-восточный регион Северной Америки оказался без электричества. Сбои в подаче энергии были связаны с перенапряжением действующих мощностей. Для предотвращения подобной ситуации в будущем был создан правительственный орган - Североамериканский совет по электроэнергии. На совет возложена задача подготовки прогноза потребления энергии на 10-летний срок в США и Канаде. Этот прогноз основывается на обработке прогнозов, составляемых частными энергетическими компаниями для обслуживаемых ими регионов. Компании обязаны предоставлять свои прогнозы в Совет, который обобщает их и публикует ежегодно детальные сценарные прогнозы. Частные компании, основываясь на этой информации, существенно повышают точность своих оценок и инвестиционных перспектив.
Учитывая набирающие силу процессы децентрализации экономики, стремление республик и крупных экономических регионов России к самостоятельности в формировании финансовой базы, расходовании собственных средств, потребуется, очевидно, делегирование части полномочий государства в сфере инвестиционной самостоятельности (в том числе по поддержке жизнеобеспечивающих отраслей) на региональный уровень. Регулирующая роль государства в этом случае могла бы состоять в разработке системы, стимулирующей переток инвестиций в наиболее предпочтительные конкретные отрасли, регионы и производства; в создании и поддержании благоприятного инвестиционного климата (мерами кредитной и налоговой политики) в "точках" народного хозяйства, особо значимых с позиций макроэкономической реструктуризации.
Рассмотрим более подробно региональный аспект инвестиционной политики государства.
Одним из концептуальных положений государственной инвестиционной политики, сформулированным в Федеральной адресной инвестиционной программе на 2000 г., является задача смещения акцентов в привлечении иностранных инвестиций в российскую экономику на федеральный уровень.
Это связано с тем, что при весьма скромных объемах пришедших в Россию в 90-е гг. прямых иностранных инвестиций ряд наших регионов со второй половины десятилетия успешно осваивает инструменты прямого привлечения инвесторов на свои территории. В этой связи принципиально важно, чем обусловлена поставленная Центром задача: стремлением вновь вернуть рычаги правления в свои руки или необходимостью на основе осмысления накопленного регионального опыта сформулировать новые, более действенные механизмы и инструменты государственной инвестиционной политики.
В начале десятилетия именно Центр выдвинул принцип децентрализации инвестиционного процесса, в том числе и в региональном плане. Минэкономики России с 1995 г. регулярно проводило методические семинары и совещания с субъектами РФ, оказывающие помощь в разработке программ привлечения инвестиций (включая иностранные) с учетом местных условий и опыта отечественного и международного инвестиционного сотрудничества.
Доля федерального бюджета в общем, объеме инвестиций за счет всех источников финансирования в экономику на протяжении последних лет сокращалась: в 1998 г. она составила 5,1%, по прогнозу на 2000 г. будет 3,6%.17
Инвестиционные расходы субъектов Федерации и местных бюджетов за эти годы держатся на уровне 10,4% всех инвестиций.
Формирование собственной инвестиционной политики было заметно интенсифицировано ростом социальной напряженности в регионах. Это обусловлено в первую очередь такими процессами, как сброс социальных расходов с федерального на региональные бюджеты без соответствующей доходной базы и значительным снижением жизненного уровня в большинстве регионов на протяжении 90-х гг.
О возрастающих социальных рисках в обществе (подавляющих инвестиционные возможности по ряду направлений) свидетельствует то, что на протяжении 90-х гг. происходит ухудшение всего комплекса показателей, формирующих доходы населения и определяющих уровень жизни. Средние данные по стране проявляются еще более контрастно на региональном уровне, отражая усиливающиеся между ними социально-экономические различия.
После кризиса в августе 1998 г. число людей с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума устойчиво превышает треть общей численности населения (декабрь 1999 г. - 34,1%), коэффициент дифференциации доходов, показывающий колоссальное расслоение общества, увеличился до 14,5 раз (год назад - 13,1 раза).
Итоги 1999 г. свидетельствуют, что предпринимаемые государством меры по поддержанию доходов населения недостаточны даже для сохранения их объема на уровне 1998 г. (который, в свою очередь, был ниже уровня 1997 г.). По данным Росстатагентства, реальные располагаемые денежные доходы населения в январе-сентябре 1999 г. снизились почти на четверть (22,2%) по сравнению с соответствующим периодом 1998 г. Реальная заработная плата за восемь месяцев 1999 г. упала на 36%, причем остается нерешаемой проблема ее регулярной выплаты. Суммарная задолженность по заработной плате на 1 января 1999 г. составляла 77017 млн. руб., к 1 октября она снизилась на 30%, однако ее величина продолжает оставаться значительной - 54639 млн. руб., в том числе из-за недофинансирования из бюджетов всех уровней - 13692 млн. руб., или 25,1% общего объема задолженности по заработной плате. Из общего объема бюджетного недофинансирования 18,4% приходилось на федеральный бюджет и 81,6% - па территориальные бюджеты.
Покупательная способность пенсий в 1999 г. сократилась вдвое, а средняя пенсия была почти на треть меньше величины прожиточного минимума пенсионера. Задолженность по детским пособиям составила на 1 октября 1999 г. 30,6 млрд. руб. Во всех регионах начался переход к адресной выплате их, т.е. тем семьям, среднедушевой доход которых не превышает прожиточного минимума, установленного в данном регионе. С большинством этих социальных проблем региональные и местные власти остаются лицом к лицу.















