diplom (660083), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

2. ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНЫХ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

Личные (гражданские) права (права первого поколения) призваны обеспечивать свободу и автономию индивида как члена гражданского общества, его юридическую защищенность от какого-либо незаконного внешнего вмешательства. Органичес­кая основа и главное назначение гражданских прав состоят в том, чтобы обеспечить приоритет индивидуальных, внутренних ориентиров развития каждой личности.

Эта категория прав характеризуется тем, что государство признает свободу личности в определенной сфере отношений, которая отдана на усмотрение индивида и не может быть объек­том притязаний государства. Она обеспечивает, напомним, так называемую негативную свободу. Эти права, являясь атрибутом каждого индивида, призваны юридически защитить пространство действия частных интересов, гарантировать возможности инди­видуального самоопределения и самореализации личности.

Ha различных этапах возникновения этих прав они призваны были ограждать человека от незаконного вторжения го­сударства в сферу личной свободы. Однако в дальнейшем для осуществления гражданских прав недостаточно было пассив­ной обязанности государства воздерживаться от вмешательства в сферу свободы личности. Выявилась потребность содейство­вать в осуществлении прав и свобод индивида. Это значит, что мало установить прямые запреты, оберегающие сферу личной свободы и частной жизни от противоправных и произвольных попыток ее ущемления, в том числе со стороны государства. Необходимы его активные действия для реализации прав и сво­бод человека. Такая позиция, распространенная во второй по­ловине XX в., нашла выражение, властности, в решениях Евро­пейского суда по правам человека.

К личным (гражданским) правам и свободам человека от­носят: право на жизнь и достоинство личности; право на свобо­ду и личную неприкосновенность, а также неприкосновенность частной жизни, жилища; свободу передвижения и выбора мес­тожительства; свободу совести; свободу выбора национально­сти и выбора языка общения. По существу, этот блок прав ох­ватывает фундаментальные аспекты свободы личности, выра­жая гуманистические принципы всякого демократически орга­низованного общества. Целью данной главы выступает изучение и анализ особенностей личных прав и свобод человека и гражданина.

2.1. Право на жизнь и достоинство личности

Право на жизнь. Это право провозглашается всеми международно-правовыми актами о правах человека и почти всеми конститу­циями стран мира как неотъемлемое право человека, охра­няемое законом²⁵. Никто не может быть произвольно лишен жизни. Во многих странах, особенно находящихся под вли­янием католической церкви, право на жизнь рассматрива­ется как основание для запрещения абортов, а в отдельных странах (например, в Словакии) в конституциях есть норма об охране жизни еще до рождения человека.

Право на жизнь прежде всего предполагает проведе­ние государством миролюбивой внешней политики, исклю­чающей войны и конфликты. Ряд государств (Япония и др.) провозгласили в своих конституциях отказ от войны, а так­же от применения вооруженной силы как средства разре­шения международных споров²⁶. Правовое государство обя­зано поддерживать обороноспособность страны на случай любых посягательств, но строго регламентирует использо­вание регулярной армии на своей территории и за рубежом, поскольку это ведет к гибели как мирного населения, так и личного состава. Однако подобного рода гарантий права на жизнь в Конституции РФ нет.

В мирных условиях гарантии этого права не сводятся к запрещению убийства - это безоговорочно закрепляет­ся Уголовным кодексом каждой страны. Государство обяза­но организовать эффективную борьбу с преступностью, и особенно с террористическими акциями. Гарантиями права на жизнь служат системы здравоохранения и, в частности, предупреждения детской смертности; охраны от несчаст­ных случаев на производстве; профилактики дорожно-транспортных происшествий; пожарной безопасности и др. На­пример, ст. 34 Федерального закона о пожарной безопас­ности от 21 декабря 1994 г. устанавливает: «Граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара».

Особое значение имеет вопрос о смертной казни. При разработке Конституции ряд общественных и религиозных организаций настаивали на конституционном запрещении смертной казни, как это сделано в ряде стран²⁷. Религиозный подход основывается на недопустимости вмешательства лю­дей в исключительное право Бога как давать жизнь, так и отбирать ее у человека. В полной мере эти общедемократи­ческие соображения не были восприняты, но перспектива отмены смертной казни в Конституции все же обозначена («впредь до ее отмены»). В то же время введено несколько гарантий против ее произвольного применения:

1) смертная казнь должна устанавливаться только фе­деральным законом;

2) смертная казнь должна рассматриваться как исклю­чительная мера наказания, т. е. иметь альтернативу в виде лишения свободы на определенный срок с тем, чтобы суд всегда имел возможность выбора меры наказания;

3) смертная казнь может применяться только за особо тяжкие преступления против жизни (т. е. в отношении лиц, совершивших умышленное убийство при отягчающих об­стоятельствах, за террористические акции и бандитизм, если они привели к гибели людей);

4) при угрозе применения смертной казни обвиняемый имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Эти гарантии отражают гуманный характер правосудия и призваны, с точки зрения М.В. Баглай, «исключить опасность непоправимой судебной ошибки» ²⁸.

В связи со вступлением России в Совет Европы перед ней встал вопрос об отмене смертной казни, поскольку это прямо предусмотрено Протоколом № 6 от 28 апреля 1983 г. к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Однако в условиях роста преступности все органы государ­ственной власти пришли к выводу о невозможности немед­ленной отмены этой меры наказания и осуществлении по­этапного сокращения ее применения. В Уголовном кодексе РФ, вступившем в силу с 1 января 1997 г., составы преступ­ления, предусматривающие смертную казнь, сокращены с 28 до 5 (умышленное убийство, террористический акт и др.). Смертная казнь по ряду составов преступления замене­на пожизненным заключением. На исполнение приговоров о смертной казни был установлен мораторий.

Однако все эти меры не устранили неравенства граж­дан, в отношении которых смертные приговоры выносились в одних случаях судом присяжных, как это четко требует ст. 20 Конституции РФ, а в других - судами без привлече­ния суда присяжных. Неравенство возникает из-за того, что суды присяжных созданы только в 9 субъектах РФ.

В связи с этим Конституционный Суд РФ в постановлении от 2 февраля 1999 г. обратил внимание Федерального Собрания на то, что после принятия в 1993 г. Конституции оно располагало достаточным временем для выполнения предписаний ст. 20, и при­знал, что «с момента вступления в силу настоящего постановле­ния и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Феде­рации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение ко­торого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседате­лей, коллегией в составе трех профессиональных судей или су­дом в составе судьи и двух народных заседателей».

Достоинство личности. Это качество человека равнозначно праву на уважение и обязанности уважать других. Оно достигается развитием личности, осознающей свою свободу, равенство и защищен­ность. Достоинство превращает человека из объекта воздей­ствия в активного субъекта правового государства. Это го­сударство дает человеку право на самооценку, «самоопре­деление» и охраняет его выбор жизненных ценностей.

Достоинство конкретизируется в правах человека, за­щита которых составляет назначение государства. Поэтому можно сказать, что в наиболее общей форме цель государ­ства состоит в охране человеческого достоинства. Таким об­разом, когда говорят, что «государство должно служить народу», то это в первую очередь означает, что государ­ство должно обеспечить защиту достоинства каждого чело­века. Не случайно многие конституции мира закрепляют принцип достоинства человека в одной «связке» с народным суверенитетом и основными обязанностями государства (ФРГ, Греция, Португалия и др.)²⁹. Достоинство, если оно надлежа­щим образом защищено, - это опора демократии и право­вой государственности. Если общество не признает и не за­щищает достоинство отдельного человека, то никакие юри­дические, экономические и политические меры не обеспе­чат прочный культурный и этический фундамент общества.

Современный немецкий юрист П. Хеберле пишет: «О со­держании понятия «достоинство человека» можно говорить применительно ко всей его жизни - от рождения до смер­ти. Но в ряде случаев этот конституционный принцип дей­ствует даже до и после упомянутых событий. Примерами могут служить защита личного достоинства умершего и дис­куссия о правах плода во чреве матери» ³⁰.

Конституция РФ защищает достоинство личности, ус­танавливая абсолютный принцип: «Ничто не может быть основанием для его умаления». В самом тексте ст. 21 этот принцип дополняется запретом подвергать человека пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человечес­кое достоинство обращению или наказанию, а также без добровольного согласия медицинским, научным или иным опытам. Целям защиты достоинства служат многие нормы Конституции: право на достойную жизнь, неприкосновен­ность частной жизни, защита человеком своей чести и доб­рого имени, запрет сбора информации о частной жизни, запрет насильственного проникновения в жилище и др.

Заботой о достоинстве человека пронизаны многие нор­мы уголовного права и уголовного процесса. Так, в Уголов­ном кодексе РФ предусмотрены такие составы преступления, как клевета и оскорбление. Уголовно-процессуальный кодекс требует от следователя при производстве обыска принимать меры к тому, чтобы при этом не были оглашены выявлен­ные обстоятельства интимной жизни лица, а личный обыск производился только лицом одного пола с обыскиваемым и в присутствии понятых того же пола. Правом на достойное обращение пользуются не только обвиняемые, но и осуж­денные, отбывающие срок наказания в местах заключения. Таких норм много, они существуют и в других отраслях пра­ва, отражая конкретную реализацию конституционного прин­ципа охраны достоинства человека.

Особенно важны гражданско-правовые гарантии, за­крепленные в Гражданском кодексе РФ. Здесь жизнь, здоро­вье, достоинство, личная неприкосновенность, честь и доб­рое имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право на имя и авторство и другие конституционные личные права и свободы квали­фицируются как нематериальные блага (ст. 150). Неимуще­ственные права и блага, принадлежавшие умершему чело­веку, могут осуществляться и защищаться другими лица­ми, в том числе наследниками правообладателя.

Если гражданину причинен моральный вред (физичес­кие или нравственные страдания) действиями, нарушаю­щими его личные права, он вправе возложить на нару­шителя обязанность денежной компенсации указанного вреда³¹. Для защиты чести, достоинства, деловой репута­ции гражданин вправе обращаться в суд, причем допус­кается защита чести и достоинства гражданина и после его смерти³². Законом установлен порядок удовлетворения требований гражданина, связанных с распространением сведений, порочащих его честь, достоинство или дело­вую репутацию³³.

Защита чести и достоинства часто соприкасается со свободой слова. Показательно в этом вопросе определение Конституционного Суда РФ от 27 сентября 1995 г. по поводу обращения А.В. Козырева. Поводом для обращения послужило начатое одним из судов горо­да Москвы судебное разбирательство по иску В. В. Жириновско­го к телекомпании НТВ и А.В. Козыреву о защите чести и досто­инства на основании статьи Гражданского кодекса, согласно ко­торой гражданин или организация вправе требовать по суду оп­ровержения порочащих их честь и достоинство сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответ­ствуют действительности. Заявитель полагал, что эта статья не соответствует ст. 29 (ч. 1 и 3) Конституции РФ, гарантирующей каждому свободу мысли и слова и устанавливающей, что никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убежде­ний или отказу от них, поскольку допускает возможность судеб­ного опровержения любых сведений. Между тем, по мнению зая­вителя, существуют определенные сведения, которые не могут быть предметом судебного опровержения, поскольку они явля­ются выражением личного мнения и взглядов, оценочными суж­дениями того, кто их распространяет, и принуждение к отказу от них - это вторжение в область «мысли и слова», «мнений и убеждений», охраняемых ст. 29 Конституции РФ. Распростране­ние таких сведений не может рассматриваться как посягатель­ство на чьи-либо честь и достоинство, так как они лишь форми­руют репутацию лица, их распространившего. Конституционный Суд в связи с этим обращением указал: «Право на судебную защиту чести и достоинства и возложение на того, кто распространил порочащие сведения, обязанности доказать их соответствие действительности, не нарушают гарантирован­ную Конституцией Российской Федерации свободу мысли и слова. Связанные с обеспечением конституционных требований уваже­ния достоинства личности допустимые ограничения при исполь­зовании свободы слова строго очерчены Конституцией Россий­ской Федерации и вытекают из предписаний ее ст. 17 (ч. 3), 29 (ч. 2) и 55 (ч. 3). Из этих конституционных положений следует, что права и свободы, в том числе и свобода слова, не должны использоваться во вред основам конституционного строя, нрав­ственности, правам и законным интересам других лиц, безопас­ности государства.

При рассмотрении в судах общей юрисдикции дел о защите чес­ти и достоинства подлежит установлению и оценке не только достоверность, но и характер распространенных сведений, ис­ходя из чего суд должен решать: наносит ли распространение сведений вред защищаемым Конституцией Российской Федера­ции ценностям, укладывается ли это в рамки политической дис­куссии, как отграничить распространение недостоверной факти­ческой информации от политических оценок и возможно ли их опровержение по суду. Исправление судебных ошибок, допущен­ных при решении указанных вопросов, относится к компетенции судов вышестоящих инстанций, включая Верховный Суд Россий­ской Федерации».

2.2. Право на свободу и личную неприкосновенность

Право на свободу есть «не что иное, как сама свобода, т. е. возможность совершать любые правомерные действия» ³⁴. В этом праве заложено ограничение для свободы других людей, и особенно должностных лиц, обладающих возмож­ностью применения принуждения к людям. В неразрывной связи с ним находится (но не совпадает) личная неприкос­новенность человека, которая распространяется на его жизнь, здоровье, честь, достоинство. Никто не вправе си­лой или угрозами принуждать человека к каким-то действи­ям, подвергать его истязанию, обыску или наносить вред здоровью. Человек вправе сам распоряжаться своей судь­бой, выбирать свой жизненный путь (вступать в брак, уча­ствовать в голосовании, поступать на работу и т. д.). Наибо­лее сильные гарантии свободы и безопасности личности вы­ступают в форме уголовно-правового запрета любых обрат­ных действий граждан и должностных лиц. Ограничения этой свободы допускаются только на основе закона и в законных формах, все меры принуждения должны находиться под судебным контролем.

Конституционный Суд РФ. выразил озабоченность в связи с недостаточностью гарантий права на свободу, вытекающе­го из ч. 1 ст. 22 Конституции РФ и п. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, формулирую­щего условия правомерного ограничения этого права. Ни­кто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей, а также не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 13 июня 1996 г. по делу в связи с жалобой В. В. Шелухина отметил, что применение содержания под стражей в качестве меры пресечения без необхо­димых оснований, должной процедуры и вне каких-либо опреде­ленных или контролируемых сроков придает ограничению права на свободу при аресте произвольный характер. Обвиняемый без всяких законных поводов продолжает содержаться под стражей даже после того, как ранее принятое компетентным должност­ным лицом решение о применении меры пресечения или о про­длении срока содержания под стражей прекратило свое действие. Суд признал неконституционным положение УПК, согласно ко­торому время ознакомления обвиняемого и его защитника с ма­териалами уголовного дела при исчислении срока содержания под стражей в качестве меры пресечения не учитывается. Лицо, об­виняемое в совершении преступления, вправе обжаловать в суд законность и обоснованность содержания под стражей на любой стадии уголовного судопроизводства, включая время ознакомле­ния обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела.

Характеристики

Список файлов реферата