36056 (659558), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Французский законодатель позаимствовал из римского права и развил в кодексе идею о равенстве сторон в договоре, о его добровольности. Согласие сторон является необходимым условием действительности договора. По ст. 1109 "нет действительного согласия, если согласие было дано лишь вследствие заблуждения или если оно было исторгнуто насилием или достигнуто обманом". Но законодатель не устанавливал какихлибо препятствий для принуждения экономического характера. Характерна в этом отношении ст. 1118, согласно которой по общему правилу убыточность соглашения не может отсрочить договор. "Соглашения, законно заключенные, гласила ст. 1134, занимают место закона для тех, кто их заключил".
В случае невыполнения договора, в котором предусматривается обязательство должника предоставить вещь кредитору, последний может через суд требовать передачи ему этой вещи, а по ст. 1142 "всякое обязательство сделать или не делать приводит к возмещению убытков в случае неисполнения со стороны должника".
В кодексе содержались общие указания, относящиеся к условиям заключения и к содержанию отдельных договоров: куплипродажи, мены, найма, товарищества, займа и т.д. Но весьма характерно, что в нем почти не было статей, регламентирующих отношения между хозяевами и рабочими, хотя для капиталистического общества трудовой договор имел огромное значение. Сами предприниматели, считавшие в то время за норму самую хищническую эксплуатацию наемного труда, рассматривали государственное вмешательство в трудовой договор как явно нежелательное. Но и те отдельные положения, которые имелись в кодексе по данному вопросу, свидетельствовали об открытой поддержке интересов хозяев. Так, в ст. 1781 говорилось: "Хозяину верят в отношении его утверждений: о размере жалования, об оплате вознаграждения за истекший год и о платежах, произведенных в счет вознаграждения за текущий год".
При соблюдении указанных в ГК общих условий договора любому лицу предоставлялась полная свобода деятельности, свобода выбора контрагентов и определения содержания договора. Кодекс, таким образом, юридически закрепил присущую капитализму свободу предпринимательской деятельности. В период капитализма со "свободной конкуренцией" каждый буржуа стремился сохранить за собой максимальную свободу действовать по своему усмотрению, без мелочной государственной опеки и регламентации. Поэтому свобода договора находила свое выражение в это время не только в свободе волеизъявления сторон, но и в автономии личности, в государственном невмешательстве в договорные отношения, в политике так называемого экономического либерализма.
Кодекс Наполеона не только оказал огромное воздействие на процесс становления буржуазного гражданского права во Франции, но и послужил в XIX в. образцом для проведения кодификации гражданского права в большинстве государств Европейского и Американского континентов.
Нормы ГК Наполеона были посвящены самым общим, принципиальным вопросам имущественного оборота. Они не регламентировали целый ряд специфических сторон торговой деятельности. В 1807 г. был принят специальный Торговый кодекс (ТК), дополнивший ГК Наполеона положениями о юридических действиях, совершаемых коммерсантами. Этот кодекс закрепил во французской правовой системе дуализм частного права, т.е. деление его на гражданское и торговое.
Торговый кодекс состоял из 4 книг, в первой из которых содержались общие положения, относящиеся к коммерсантам, торговым книгам, товариществам, разделу имуществ, торговым биржам, биржевым агентам и маклерам, комиссионным сделкам, векселю и т.д. В ст. 1 коммерсант определялся как "лицо, которое совершает торговые акты в порядке осуществления своих обычных занятий", но далее указывалось, что жена не может быть коммерсанткой без согласия мужа; вторая книга ТК была посвящена вопросам международной и морской торговли, третья банкротствам, четвертая торговой юрисдикции.
Торговый кодекс во многих отношениях уступал ГК. Он в большей степени опирался на нормы дореволюционного права, в нем были очевидные пробелы. Так, по столь важной торговой сделке, как купляпродажа, в ТК была лишь одна статья, и судам при рассмотрении спора между коммерсантами приходилось руководствоваться общими положениями ГК о куплепродаже. Не случайно в XIX в. и в начале XX в. многие положения ТК были существенно переработаны, а иногда просто дополнены самостоятельным торговопромышленным законодательством. В 1838 г. был принят специальный закон, упорядочивающий процедуру банкротства, в 1844 г. закон об изобретениях и патентах на изобретение, в 18521862 гг. законы о реорганизации банковских учреждений и т.д.
Под влиянием ТК Франции была осуществлена кодификация торгового права в других странах континентальной системы.
Под влиянием ГК Наполеона было принято Австрийское гражданское уложение 1811 г., содержащее многочисленные нормы, которые носили, в сущности, буржуазный характер и способствовали развитию капитализма. Но в главе о собственности предусматривалось идущее еще от феодального времени деление права собственности на полное и неполное, а собственников на "верховного" и "подчиненного". В раздел о договорном праве были включены положения о наследственной аренде, наследственном оброчном содержании и т.п. В области наследственного права использовались такие институты, как субституции, т.е. назначения поднаследников, а также фидеикомиссы, предусматривающие установление неотчуждаемых семейных имуществ. Закреплялись также различия в правовом положении лиц на религиозной основе (на нормах канонического права). Но в целом Австрийское гражданское уложение явилось шагом вперед в развитии буржуазного гражданского права в Германии. Оно восприняло концепцию "прирожденных прав" человека и соответственно декларировало отмену рабства и крепостного состояния, вплотную подошло к признанию буржуазной идеи равенства лиц перед гражданским законом.
Наряду с партикулярным правом, т.е. правом отдельных государств, входивших в Германский союз, попрежнему широкое применение имело реформированное пандектное право, которое, как и раньше, именовалось "современным римским правом". На базе последнего разрабатывались новые кодификации.
Значительным памятником гражданского права Германии середины XIX в. явилось Саксонское гражданское уложение 1863 г., которое представляло собой попытку переработать в соответствии с традиционным "германским духом" и интересами немецкой буржуазии "современное пандектное право". В Уложении указывалось, что римское право всегда составляло существенный элемент действующего в Саксонии права.
Составители Саксонского гражданского уложения заменили институционную пандектной системой. По этой системе материал располагался следующим образом: сначала шла общая часть, затем следовали разделы, связанные с важнейшими институтами: вещное право, обязательственное право, семейное право, наследственное право. Но структура и юридическая техника в Уложении при всех элементах новизны были далеки от совершенства, и оно подвергалось критике за многочисленные повторения, наукообразность и непрактичность многих ее статей и т.п. Критики Уложения не без основания отмечали, что оно слепо подражает римскому праву и скорее подходит на учебник пандекатного права, чем на законодательный акт. Лишь с образованием Германской империи создалась реальная политическая основа для унификации и систематизации гражданского права Германии.
Значительной вехой в развитии буржуазного гражданского права явилось принятое в 1896 г. и вступившее в силу с 1 января 1900 г. Германское гражданское уложение (ГГУ). Большое значение этого памятника в истории права определяется тем, что в нем не только отразились особенности экономической и политической жизни Германии конца XIX в., ставшей мировой державой, но и аккумулировались новые и характерные для эпохи индустриального капитализма тенденции в развитии буржуазного гражданского права в целом.
Разработка имперского гражданского кодекса в Германии началась сразу же после 1873 г., когда была принята поправка к конституции, относящая гражданское права к компетенции империи. Первый проект Уложения был составлен лишь в 1838 г., но он был отвергнут поскольку слишком откровенно следовал римскому праву и был чрезмерно сложным. Второй проект, подготовленный в 1895 г., напротив приветствовался германской буржуазией, которая оценила его как "победу германского духа над римским".
В тексте ГГУ просматриваются и институты феодального происхождения. Предусматривалось сохранение действия местного права, особенно в сфере поземельных отношений, где существовали фидеикомиссы и лены, рентные имения, право наследственной аренды, право единонаследия, право охоты и рыбной ловли и т.д.
Германское гражданское уложение было построено по пандектной системе. Рассмотрению отдельных институтов в нем предшествовали общая часть, составившая книгу первую. Во второй книге в отличие от Саксонского уложения излагалось обязательственное право. Последующие книги посвящались вещному, брачносемейному и наследственному праву.
Уложение состояло из 2385 параграфов, многие из которых были перегружены терминами, сложными для понимания техникоюридическими конструкциями. Язык ГГУ по сравнению с ГК Наполеона был тяжеловесным, но юридически более точным и совершенным.
В разработке целого ряда положений ГГУ делает несомненный шаг вперед по сравнению с кодексом Наполеона. Так, Уложение не только признает юридическое лицо, но и посвящает ему специальную главу. По Уложению, общество, если оно не имеет хозяйственных целей, приобретает гражданскую правоспособность путем внесения записи в специальный реестр при суде, с соблюдением лишь установленных в Уложении общих правил. Общества, ставящие перед собой хозяйственные цели, приобретают правоспособность в результате правительственного разрешения, которое выдается отдельными германскими государствами членами союза. Правоспособность и устройство общества определяются в его уставе, в нем же фиксируется порядок выборов правления и круг его деятельности. Предусматривается возможность лишения общества правоспособности, "если вследствие противозаконного постановления общего собрания или противозаконного образа действия правления оно угрожает общественным интересам".
В Германском уложении нет противопоставления права и морали, его авторы стремились внести в гражданское право моральные нормы. Новая концепция права, в частности идея "социальности" права, находит свое наиболее четкое выражение в § 226, где в общей форме говорится: "Не допускается осуществление права, если целью такого осуществления может быть только причинение вреда другому". Хотя пределы действия данного положения были ограничены (вред должен составлять единственную цель незаконного действия), его закрепление в гражданском праве было весьма симптоматичным.
Такого рода забота о "справедливости" проходит через все Уложение. Например, в §228 законодатель считает нужным подчеркнуть, что повреждение или уничтожение чужой вещи не является противоправным, когда оно совершено, чтобы "отразить от себя или от другого опасность", которую нельзя предотвратить иным мутем при условии, "если причиненный при обороне вред не стоит вне соответствия с размерами опасности". В главе, трактующей о содержании права собственности, указывается, что собственник властен распоряжаться вещью по своему усмотрению и устранять других от всякого на нее воздействия, но настолько "насколько тому не препятствует закон или права третьих лиц" (§ 903).
В § 905 в общей форме указывается, что "право собственника земельного участка простирается как на пространство, находящееся над поверхностью, так и на недра земли". Но здесь уже учитываются и потребности окрепшего капиталистического предпринимательства, в основе которого лежит свободный доступ промышленника к разработке недр, воздухоплаванию и т.д. "Собственник не может, однако, воспретить воздействие, происходящее на такой высоте или на такой глубине, что устранение его не представляет для него интереса". Новую, более высокую ступень промышленного развития отражает и § 906, в соответствии с которым собственник земельного участка не мог воспрепятствовать проникновению к нему с другого участка газов, паров, запаха, дыма, копоти, теплоты, шума, сотрясения и т.д., если "такое воздействие не стесняет его или стесняет только в незначительной мере в пользовании своим участком".
В противоположность известному положению римского права в ГГУ § 910 предусматривает, что собственник земельного участка не вправе обрезать проникшие к нему с соседнего участка корни или ветви, если они не мешают ему пользоваться своим участком. В § 571 указывалось, что при столкновении собственнических прав покупателя вещи и ее нанимателя арендные интересы последнего должны гарантироваться, хотя бы это не устраивало нового собственника ("покупка не ломает найма").
Требования "справедливого" поведения выдвигаются в обязательственном праве. Так, в § 826, трактующем о правонарушениях, предусмотрено: "Кто умышленно причинит вред другому способом, противным добрым правам, тот обязан возместить вред". По § 847 в случае правонарушения с причинением вреда, который не является имущественным (телесное повреждение и т.п.), потерпевший имел право на "справедливое" вознаграждение.
Особенно много морализующих указаний встречается в параграфах, посвященных договорным отношениям. По § 138 сделка, нарушающая "правила общественной нравственности", является ничтожной. В соответствии с § 242 должник обязан исполнять договор так, как этого требует "добрая совесть". Должник мог просить суд об уменьшении размеров неустойки, если таковая была "несоразмерно велика" (§ 343).
В ГГУ законодатель уже не выражает открыто своих симпатий к нанимателюхозяину, а требует от него "справедливого" подхода. Так, по § 616 нанявшийся не лишается притязания на вознаграждение, если в течение сравнительно короткого времени по личным обстоятельствам, но не по своей вине, он был лишен возможности оказывать услуги. Согласно § 617618, хозяин был обязан заботиться о здоровье и даже нравственности нанявшихся, если они "входят в круг домашних нанимателя". Во избежание возникновения кабальных отношений договор найма не мог заключаться на срок свыше 5 лет. Но в целом Уложение не устранило некоторые полуфеодальные формы эксплуатации труда, сохранили свое действие уставы о челяди отдельных земель.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
