29193 (657348), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Андрей и Петр уговорились между собою, что последний доставит первому контрабандные товары за определенное вознаграждение; Петр получает его, ложно сообщив Андрею, что товар уже доставлен. Очевидно, Андрей не имеет к Петру гражданского иска, так как последний может предъявить ему condictio ex injusta causa (ст. 1529, 1530 т. X ч. I зак. гражд.); однако, до момента выдачи имущества Андрей имел на него право, так что Петр выманил обманом чужое имущество и потому должен быть наказан по 1665 ст. Улож. о нак.

Петр, ложно сообщив Андрею, что он уже совершил убийство, к которому последний подкупил его, выманивает таким обманом плату за совершение этого преступления. Ответ тот же, как и в первом случае [28].

Но во всяком случае, хотя для понятия мошенничества не требуется наличность в процессе определенного лица, имеющего право иска за выманенное имущество, оно необходимо предполагает наличность и доказанность определенного имущественного права, нарушенного виновного. Если поэтому, вследствие каких либо юридических или фактических оснований предмет мошенничества лишается значения имущества, охраняемого законом, то о преступном нарушении его не может быть речи. В виду этого мы полагаем, что угол. кассац. департамент заходит уже слишком далеко в решении по делу Романова (VI, 10). Несовершеннолетний крестьянин Василий Романов выдал на себя долговую расписку; спустя несколько времени он под видом уплаты долга, выманил эту расписку у кредитора и разорвал ее; сенат увидел здесь обман в расчете платежа и признал правильным применение к такому поступку ст. 173 Уст. о наказаниях. Но он упустил из виду следующие обстоятельства: а) предметом мошенничества по закону может быть только чужое имущество; б) расписка выдана Романовым в период несовершеннолетия, след. для него она не была обязательна; в) а в виду этого и для кредитора выданная Романовым расписка не устанавливала никакого имущественного права, так как юридическое значение ее обусловливается признанием ее Романовым по достижении совершеннолетия; уничтожение же им расписки отнюдь не мешало впоследствии. при достижении совершеннолетия, признать этот долг.—На том же основании выманивание обманом долговой расписки, по которой уже истек давностный срок, или данной лицам неправоспособным, ограниченным в праве выдачи долговых обязательств, а также данной в уплату за забранные в долг питья и т. под. не может быть признано мошенничеством, так как подобные расписки по закону не составляют удостоверения имущественного права. Тоже правило имеет место относительно случаев, в которых имущественное отношение, бывшее предметом нарушения, до него потеряло характер права вследствие каких либо Физических причин, напр. пожара и пр.

С другой стороны, при юридическом анализе случаев, в которых потерпевший не имеет к нарушителю его имущественной сферы гражданского иска, должно обращать строгое внимание на способ действия виновного и признавать мошенничество разве только в тех случаях, где нарушение произведено обманом. Ниже мы увидим, что обман и лживые обещания, исполнение которых принято на себя одною стороною с намерением, однако, не исполнить их, две вещи совершенно различные. Поэтому: Андрей за провоз товаров контрабандой дает задаток Петру, который, обещая доставить их Андрею, не имеет, однако, намерения исполнить свое обещание. Здесь нет обмана как средства получения чужого имущества, неисполнение же обязательства может вызвать лишь гражданский иск; а так как основа его противозаконна и государство не обязано ставить невыгодные последствия для лица, отказавшегося от совершения противозаконного действия, то иск Андрея к Петру останется без всяких последствий.

Представляя собою нарушение имущественных прав, действие мошенничества может, однако, выбирать средством для достижения этой цели и другие нарушения—прав брачных, семейственных, состоянии и т. под. Если закон не соединяет эти нарушения с имущественным в одно преступление, т. е. не включает в состав их корыстный умысел и другие признаки, характеризующие мошенничество, то к таким случаям должны быть применяемы постановления о совокупности преступлений; в противном случае отдельная наказуемость за мошенничество не имеет места, напр. поджог застрахованного.

Характеристики

Список файлов реферата