vvv (655499), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Однако успешное выполнение этой сложной и весьма многогранной миссии со стороны государства непременно требует, согласно воззрени­ям знаменитого философа, четкого разделения его публично-правовых полномочий на уравновешивающие друг друга составные части и соот­ветственно наделения ими различных «сдерживающих» друг друга от чрезмерных властных притязаний государственных органов.

В соответствии с этим видением вопроса полномочия принимать за­коны (законодательная власть) возлагаются на парламент, а полномочия осуществлять их (исполнительная власть) — на монарха и правительство (кабинет министров). Все виды публично-властной деятельности и реализующие их государственные органы располагаются в иерархиче­ском порядке. Верховной властью объявляется законодательная власть. Все иные ветви власти подчиняются ей, но вместе с тем оказывают на нее активное воздействие.

Отстаивая данный способ организации власти и распределения ее между различными государственными органами, Дж. Локк активно вы­ступал против концепции абсолютизации и неограниченности власти. Абсолютная монархия, писал в связи с этим автор, которую некоторые считают «единственной формой правления в мире», на самом деле «несовместима с гражданским обществом и, следовательно, не может быть формой гражданского правления».⁶

Дело в том, пояснял ученый, что поскольку она сама не подчиняется закону, то, следовательно, она не может обеспечить подчинение ему и других властей и лиц. Такая власть не способна также гарантировать и естественную свободу человека.

Последняя заключается в том, что человек по природе своей полно­стью свободен «от какой бы то ни было стоящей выше его власти на земле и не подчиняется власти другого человека, но руководствуется только законом природы».⁷ В отличие от естественной свободы, «свобода человека в обществе» состоит в том, что он не подчиняется никакой другой «законодательной власти, кроме той, которая установлена по согласию в государстве, и не находится в подчинении чьей-либо воле и не ограничен каким-либо законом, за исключением тех, которые будут установлены этим законодательным органом в соответствии с оказанным ему доверием».⁸

Согласно философским и политическим воззрениям Дж. Локка, если абсолютная монархия - эти построенная тирания и беззаконие - нахо­дится в глубоком противоречии с природой человека и общественным договором, то публичная политическая власть, построенная на основе принципа разделения властей, изначально соответствует естественной природе людей.

Обосновывая данный тезис, автор обращался к таким природным чертам человека, как его способность создавать общие для всех правила поведения и в повседневной жизни руководствоваться ими; как способ­ность претворять в жизнь принимаемые им решения и применять общие правила к конкретным ситуациям; наконец, как способность не только устанавливать, но и поддерживать на определенном уровне и в опреде­ленных рамках свои отношения с другими людьми. Наличием данных природных черт человека обосновывалась необходимость и естествен­ность разделения властей на законодательную, исполнительную, судеб­ную и федеративную (ведающую международными отношениями) вла­сти.

Разумеется, реальное проявление названных черт, как и само разде­ление властей, возможно лишь в условиях государственного, а не до го-сударственного, естественного существования и состояния отдельного человека и всего общества. Ибо, во-первых, в естественном состоянии, по мнению Локка, «не хватает установленного, определенного, извест­ного закона», который был бы признан и допущен по общему согласию в качестве «нормы справедливости и несправедливости и служил бы общим мерилом», при помощи которого разрешались бы между ними споры.

Во-вторых, в естественном состоянии не хватает знающего и бес­пристрастного судьи, который обладал бы властью разрешать все за­труднения в соответствии с установленным законом.

И в-третьих, в естественном состоянии часто «недостает силы, кото­рая мота бы подкрепить и поддержать справедливый приговор и при­вести его в исполнение».⁹

Аналогичные идеи о разделении властей развивались и дополнялись позднее в работах Ш. Монтескье. В каждом государстве, писал он, «есть три рода власти: власть законодательная, власть исполнительная, ведающая вопросами международного права, и власть исполнительная, ведающая вопросами права гражданского.

В силу первой части государь или учреждение создает законы, вре­менные или постоянные, и исправляет или отменяет существующие за­коны. В силу второй он объявляет войну или заключает мир, посылает и принимает послов, обеспечивает безопасность, предотвращает наше­ствия. В силу третьей власти он карает преступления и разрешает столкновения частных лиц. Последнюю власть можно назвать судебной, а вторую - просто исполнительной властью государства».¹⁰

Неразрывно связывая идею политической свободы с идеей граждан­ской свободы и выступая за строгое соблюдение законов, регулирующих отношения между гражданами и государством, Монтескье усматривал, так же как и Локк, в четком разделении и взаимном сдерживании вла­стей не только реальную гарантию прав и свобод граждан, но и их за­щиту от государственного произвола и беззакония.

Отсутствие такого разделения властей, равно как и отсутствие меха­низма их взаимного сдерживания друг друга, с неизбежностью ведет, по мнению мыслителя, к сосредоточению власти в руках одного лица, го­сударственного органа или небольшой группы людей, а также к зло­употреблению государственной властью и произволу.

Рассматривая истоки теории разделения властей, равно как и про­цесс ее становления и развития, в научной и учебной юридической ли­тературе совершенно справедливо указывается на то, что, несмотря на общность многих положений, высказанных Локком и Монтескье в от­ношении рассматриваемой теории, учение Монтескье о разделении вла­стей «обладало значительной новизной по сравнению с предшествую­щими концепциями.¹¹

В чем это проявлялось? Во-первых, в том, что Монтескье соединил либеральное понимание свободы с идеей конституционного закрепления механизма разделения властей. Свобода, доказывал просветитель, «устанавливается только законами и даже законами основными». А во-вторых, в том, что он более определенно высказался за включение в состав властей, подлежащих разграничению, судебных органов. Система государственного управления, построенная на основе принципа разгра­ничения властей, в первую очередь законодательной и исполнительной власти, дополнялась у Монтескье принципом независимости судей.

Рассмотренная им триада в виде законодательной, исполнительной и судебной властей со временем стала классической формулой теории конституционализма.

Идеологически теория разделения властей была направлена против королевского абсолютизма и служила обоснованию сложившегося в условиях предреволюционной Франции компромисса буржуазии и дворянства. Государственной формой такого компромисса во Франции, так же как и в Англии, усматривалась конституционная монархия.

Теория разделения властей имела и имеет в настоящее время не только научное, академическое, но и практическое значение. Идеи раз­деления властей были широко представлены, например, в таких фунда­ментальных актах, имевших огромное для своего времени юридическое и политико-практическое значение, как Декларация прав человека и гражданина (1789), в которой акцентировалось особое внимание не только на индивидуальных правах и свободах, но и на важности для установления конституционного порядка разделения властей (ст. 16);

Конституция Франции (1791), где закреплялось принципиально важное положение о том, что «во Франции нет власти, стоящей над законом» и что «король царствует лишь в силу закона, и лишь именем закона он может требовать повиновения» (гл. II, отдел 1, ст. 3); и др.

Следует обратить особое внимание на то, что в Конституции 1791 г. наряду с сохранявшейся, хотя и ограниченной законом, монархией в разделе «О государственных властях» выделялось положение о том, что «суверенитет принадлежит всей нации», что он «един, неделим, неотчу­ждаем и неотъемлем».

Весьма важным в плане разделения властей было конституционное установление, согласно которому «ни одна часть народа, никакое лицо не может себе присвоить его осуществление».

В соответствии с этим установлением «законодательная власть вве­ряется Национальному Собранию, в состав которого входят представи­тели. свободно избранные народом на определенный срок». Исполни­тельная власть «вверена королю и осуществляется под его главенством министрами и прочими ответственными органами». Судебная же власть «вверена судьям, избираемым народом на определенный срок» (разд. III, ст. 1-5).

По мере своего становления и развития теория разделения властей нашла довольно широкий отклик в академических и политических кру­гах не только Англии и Франции, но и ряда других стран.

Причем если, например, в Америке она с самого начала пользова­лась большим успехом и местными учеными и политическими деятеля­ми бралась на вооружение, то в Германии среди значительной части интеллектуальной элиты ряд ее положений подвергался сомнению.

Так, в фундаментальной работе «Общее учение о государстве» Г. Еллинек высказывает свое явно скептическое отношение по поводу возможности в реальной жизни добиться такого положения, когда зако­нодательная власть в лице парламента сможет фактически сдерживать исполнительную власть, находящуюся в руках монарха; когда между ними может быть достигнуто равновесие.

Такое состояние является, по мнению ученого, «политически наименее вероятным, так как соотношение социальных сил, составляющих основу политического могущества, крайне редко и уж во всяком случае только временно складывается так, чтобы было возможно полное равновесие двух постоянных политических факторов». Но именно на «такую неве­роятную комбинацию рассчитана теория равновесия» Монтескье и дру­гих ее сторонников, и уже поэтому реальность применения этой теории и ее действенность подлежит сомнению.¹²

В России среди ряда других государственных деятелей и ученых тео­рия разделения властей занимала особое внимание М.М. Сперанского. В своем «Введении к уложению государственных законов» (1809) он писал в связи с попыткой использования этой теории для «преобра­зования» самодержавия и стремлением поставить ее в рамки закона, что «нельзя основать правление на законе, если одна державная власть бу­дет и составлять закон и исполнять его». Необходимо ее разделение. Необходимо, чтобы одни «установления» действовали в процессе со­ставления закона, а другие - при их исполнении.¹³

Из троякого порядка государственных сил, продолжал автор, возни­кает «троякий порядок сил установлений». Одно из них «должно дейст­вовать в образовании закона, другое - в исполнении, третье - в части судной. Разум всех сил установлений может быть различен».

М.М. Сперанский предлагал «два различных устройства» самодер­жавной власти на основе закона и принципа разделения властей.

Первый вариант такого устройства состоит в том, чтобы «облечь правление самодержавное» всеми «внешними формами закона, оставив в существе его ту же силу и то же пространство самодержавия».

Главные черты и особенности такого устройства сводятся, по мне­нию автора, к тому, чтобы: 1) «установить сословие, которое бы пред­ставляло силу законодательную, свободную», которая на самом деле была бы «под влиянием и в совершенной зависимости от власти само­державной»; 2) силу исполнительную «так учредить, чтобы она по вы­ражению закона состояла в ответственности, но по разуму его была бы совершенно независима»; 3) власти судной «дать все преимуще­ства видимой свободы, но связать ее на самом деле такими учрежде­ниями, чтобы она в существе своем всегда состояла во власти самодер­жавной».

Данный вариант самодержавного устройства, делал вывод Сперан­ский, будет лишь казаться «во мнении народном» действующим. Но на самом деле он никогда не будет таковым.

Суть второго варианта такого устройства сводится к тому, чтобы не только «внешними формами покрыть самодержавие», но и ограни­чить его «внутреннею и внешнею, существенною силою установлений». Нужно учредить державную власть на законе не словами, но самим делом» ¹.

Если, писал автор, предпочтение будет отдано этому варианту, тогда все «установления» должны быть «расположены на иных правилах».

А именно: 1) законодательное сословие должно быть так устроено, ^чтобы оно не могло совершать своих положений без державной власти, но чтобы мнения его были свободны и выражали бы собою мнение на­родное»; 2) сословие судебное должно быть так образовано, «чтобы в бытии своем оно зависело от свободного выбора, и один только надзор форм судебных и охранение общей безопасности принадлежали прави­тельству»; 3) власть исполнительная «должна быть вся исключительно вверена правительству». А чтобы эта власть «распоряжениями своими под видом исполнения законов» не могла бы «ни обезобразить», «ни совсем уничтожить» их, то она должна быть поставлена под «ответ­ственность власти законодательной».¹⁴

Характеристики

Список файлов реферата