24486-1 (652126), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Активными участниками теневого бизнеса на ясене стали китайские фирмы, зарегистрированные в Приморье в соответствии с российским законодательством, и те, что оказались полностью под китайским контролем. В их числе наиболее заметны:
Зарегистрированные во Владивостоке: "Альтернатива", "Интеграл", "Заря", "Амур", "Рябина", "Далишен", "Сапфир";
Зарегистрированные в Дальнереченске: "Лесной аукцион","Смел-Панда", "Пара Драконов", "Вагутонлес", "Ника" (с 1999 года - "Лия");
Зарегистрированные в Находке: "Ван Шида", "Линь Син", "Приморская", "Хайся", "Фулилай", "Гея", Русский берег".
Таблица 2. Схема экспортных потоков древесины с РДВ и Забайкалья на Китай
(источник - китайская таможенная статистика)
"30 июня 1999 года в Красноармейском районе Приморья было возбуждено уголовное дело по обвинению китайского гражданина Цзян Юня в легализации незаконно полученной продукции. Цзян обвинялся в приобретении незаконно заготовленного ясеня и перепродаже его как легального с использованием поддельных документов. Однако, судебное расследование так и не было начато.
В начале 1999 года Управление по борьбе с организованной преступностью (УБОП) Приморского УВД раскрыло в этом богатейшем лесном районе китайскую организованную преступную группировку, имеющую свои лесные склады и управляющей инфраструктурой в городе Дальнереченске. Группировка собирала по району мелкие партии ясеня и дуба от заготовителей, готовила фиктивные документы и по ним отправляла лес в Японию. В ходе следствия и обысков милиция изъяла пачки незаполненных бланков транспортных сертификатов, являющихся документами строгой отчетности Приморского управления лесами и необходимых для оформления таможенных деклараций.
Примечательно, что дело против Цзян Юня так и не было передано в суд в Красноармейском районе. По утверждению представителей УБОП, это произошло из-за серии процедурных нарушений в ходе следствия. По некоторым данным, эти нарушения были щедро оплачены той же китайской группировкой. Поначалу Цзян был обвинен по статье, предполагающей до 10 лет лишения свободы, однако в ходе следствия статья была заменена на более мягкую, грозащую преступнику не более чем 2 годами тюрьмы. В августе 1999 года дело передано из УБОП в Красноармейское УВД, где и было прекращено.
3 ноября начальник Следственного управления краевого УВД дал указание своим подчиненным в районе возобновить следствие в связи с допущенными ранее процедурными нарушениями. На начало 2000 года результат этого этапа истории все еще был неясен".
(По материалам статьи Павла Кущенко, газета "Конкурент", ноябрь 1999 г.)
Японский поток
Таблица 3. Схема экспортных потоков леса в ДВ регионе на Японию
(источник- таможенная статистика Японии и Китая)
От 6 до 7 миллионов кубометров леса, ежегодно вывозимого из России в Японию, проходят в основном через крупнейшие порты Дальнего Востока - Ванино и Советская Гавань в Хабаровском крае, и через порты южного Приморья. Порты Находки перерабатывают до 1/3 этого потока, отгружая от 1.5 до 2.5 миллионов кубометров леса на Японию. При этом в самом городе этот объем проходит через десятки частных причалов,терминалов и пирсов, контроль за деятельностью которых крайне затруднен. Только к 1999 году мелкие экспортеры стали сдавать позиции и уступать лесной грузопоток базовым портам и специализированному АО "Находкалес". Примерно половина экспортного леса, идущего через Находку - 1.1 миллиона кубометров в 1997 году - это сибирская сосна, доставляемая в основном из Иркутской области, Забайкалья и частично из Амурской области. В последнее время объемы сибирского леса на главных экспортных терминалах Находки становятся преобладающими. Остальное - продукция заготовителей юга Дальнего Востока. Порты Владивосток и Восточный на юге Приморья ежегодно перерабатывают 600-700 тысяч и 400-500 тысяч кубометров японского леса соответственно. Как и в находкинском потоке, более половины его доставляется из Сибири и экспортируется по договорам комиссии. Ванинской порт перерабатывает в основном древесину, заготовленную в Хабаровском крае и Амурской области. Аналогично складывается и поток леса объемом в 350 тысяч кубометров в год, идущий через расположенную неподалеку от Ванино Советскую Гавань. В дополнение к этим крупным портам поставки леса в Японию осуществляют десятки других, мелких пунктов региона. Многие из них перерабатывают лес, заготовленный в непосредственной близости от пункта отгрузки (пункты и порты нижнего Амура, Сахалина), Светлая и Амгу в Приморье, Сизиман и Нельма в Хабаровском крае). Крупнейшие среди них Пластун (400-500 тьсяч в год), Николаевск (300-400 тысяч), Де-Кастри (250-300 тысяч), Ольга (100 тысяч). Ведущие порты Сахалина - Корсаков, Поронайск, Александровск и Холмск - отгружают на Японию до 500 тысяч кубометров ежегодно. В последние 5 лет газеты регулярно пишут о процветающей коррупции и нелегальном экспорте из этих мелких портов, государственный контроль в которых затруднен вследствие отдаленности. В основном противозаконные экспортные операции осуществляются по подложным контрактам и другим документам для вывоза наиболее ценных пород - ясеня и кедра.
Потоки на Южную и Северную Корею
Таблица 4. Схема экспортных потоков дальневосточного леса на Ю. Корею
(данные IGES, Токио)
До экономического кризиса в 1997/1998 годах, Южная Корея была одним из быстро растущих потребителей лесных продуктов в Тихоокеанском регионе. С 1994 до 1996 г. среднегодовой импорт лесных продуктов страны исчислялся в 2,5 миллиарда долларов США. В результате девальвации валюты и последующего спада экономики в 1997 и 1998, импорт упал на 65%. Лесная промышленность Кореи наилучшим образом описывается как нечто среднее между японским и китайским рынками. Страна пыталась соперничать с японской стратегией лесного импорта для поддержки собственного производства, что было успешным для таких продуктов, как MDF (плиты средней плотности), бумага и фанера. В то время ожидалось, что импорт сырья в Корею будет увеличиваться как в Китае, и растущая стоимость вынудит местных производителей вывезти производство за пределы страны, чтобы остаться конкуренто- способными, а импорт сместится в сторону готовой продукции (как в Японии).
По политическим мотивам Корея не рассматривалась как партнер для российского экспорта до начала 1990-х годов. После этого начался экспорт кругляка и пиломатериала напрямую или через японских посредников. Российская доля в корейском импорте хвойных пород остается между 9% и 13% с 1993 года, однако в 1997 году при пониженном спросе она возросла до 21%, достигнув 615 000 кубометров. Практически весь этот лес поступал от дальневосточных экспортеров. Также как и Япония, Корея сталкивается с повышением затрат на собственное производство, что привело к увеличению импорта пиломатериала от 150000 куб. м в 1994 до более 360000 куб. м в 1996 году. Более 73% хвойного пиломатериала используется в строительстве.
Лес в Корею отгружается по той же схеме, что и в Японию - только морским путем из выходных портов и портпунктов дальневосточного побережья. Главные приемные порты в Южной Корее для российского леса - Инчхон на западном побережье (недалеко от Сеула) и Пусан на юго-востоке страны. В 1998 году 13.5 % всего импорта российского леса было отправлено в Корею с Сахалина. Это вызвано присутствием на острове многочисленной и преуспевающей в бизнесе корейской диаспоры, которая в 90-е годы с открытием территории для рынка быстро наладила коммерческие отношения с этнической родиной.Крупнейшими потребителями дальневосточного круглого леса в Южной Корее с начала коммерческих отношений с этой страной стали компании Хёндэ, Лобана, Донг Сан. Корпорация Хёндэ начала свою лесозаготовительную деятельность в Приморье самостоятельно в рамках СП "Светлая" еще в 1992 году, и, несмотря на крах этого амбициозного и неудачливого предприятия, продолжает проявлять интерес к хвойному пиловочнику и балансам дальневосточных пород.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
