20413 (651757), страница 6
Текст из файла (страница 6)
Многие ветераны вьетнамской войны потребовали в связи с этим проведения лечения различных заболеваний от язвы до рака. Только в Чикаго насчитывается 2,000 ветеранов, обнаруживших у себя симптомы воздействия диоксина.
Широкое применение БОВ получили в ходе затяжного Ирано-Иракского конфликта. Как Иран, так и Ирак (5 ноября 1929 г. и 8 сентября 1931 г. соответственно) подписали Женевскую конвенцию о нераспространении химического и бактериологического оружия. Однако Ирак, стремясь переломить ситуацию в позиционной войне, активно использовал химическое оружие. Ирак использовал ОВ главным образом для достижения тактических целей, для того, чтобы сломить сопротивления того или иного пункта обороны противника. Эта тактика в условиях позиционной войны принесла некоторые плоды. В ходе битвы за острова Маджун ОВ сыграли важную роль в срыве иранского наступления.
Ирак первым применил OB в ходе Ирано-Иракской войны и в дальнейшем широко использовал его как против Ирана, так и в операциях против курдов. Некоторые источники утверждают, что против последних в 1973-1975 г.г. использовались ОВ, закупленные в Египте или даже в СССР, хотя в прессе были сообщения, что ученые из Швейцарии и ФРГ, еще в 1960-е г.г. изготовили ОВ Багдаду специально для борьбы с курдами. Работы над производством собственных ОВ начались в Ираке в середине 70-х г.г. Согласно заявлению руководителя иранского Фонда хранения документов священной обороны Мирфисаля Бакрзаде, самое непосредственное участие в создании и передаче Хусейну химического оружия принимали компании США, Великобритании и Германии. По его словам, "опосредованное (косвенное) участие в создании химического оружия для саддамовского режима" принимали фирмы таких государств как Франция, Италия, Швейцария, Финляндия, Швеция, Голландия, Бельгия, Шотландия и несколько других. Во время Ирано-Иракской войны США были заинтересованы в поддержке Ирака, так как в случае его поражения Иран мог сильно расширить влияние фундаментализма на весь регион Персидского залива. Рейган, а в последствии и Буш-старший, видели в режиме Саддама Хусейна важного союзника и защиту от угрозы, которую представляли собой пришедшие к власти в результате иранской революции 1979 г. последователи Хомейни. Успехи иранской армии вынудили руководство США предоставить Ираку интенсивную помощь (в форме поставок миллионов противопехотных мин, большого количества различных видов тяжелого вооружения и информации о дислокации иранских войск). В качестве одного из средств, призванных сломить дух иранских солдат, было выбрано химическое оружие.
До 1991 г. Ирак обладал крупнейшими запасами химического оружия на Ближнем Востоке и проводил широкие работы по дальнейшему совершенствованию своего арсенала. В его распоряжении имелись ОВ общеядовитого (синильная кислота), кожно-нарывного (иприт) и нервно-паралитического (зарин (GB), зоман (GD), табун (GA), VX) действия. Химический боезапас Ирака включал более 25 боеголовок для ракет "Скад", около 2,000 авиабомб и 15,000 снарядов (включая миномётные мины и ракеты РСЗО), а также наземные мины.
С 1982 г. отмечалось использование Ираком слезоточивого газа (CS), а с июля 1983 г. - иприта (в частности, 250-кг АБ с ипритом с самолётов Су-20). Во время конфликта иприт активно применялся Ираком. К началу Ирано-Иракской войны иракская армия имела 120-мм миномётные мины и 130-мм артиллерийские снаряды, снаряжённые ипритом. В 1984 г. Ирак начал производство табун (тогда же отмечен первый случай его применения), а в 1986 г. - зарин.
С точной датировкой начала производства Ираком того или иного вида ОВ возникают затруднения. Первый случай применения табуна был отмечен в 1984 г., однако Иран заявил о 10 случаях применения табуна в 1980-1983 г.г. В частности, случаи применения табуна отмечались на Северном фронте в октябре 1983 г.
Та же проблема возникает и при датировке случаев применения ОВ. Так еще в ноябре 1980 г. Тегеранское радио сообщило о химической атаке города Сусенгерд, но никакой реакции в мире на это не последовало. Только после заявления Ирана в 1984 г., в котором он констатировал 53 случая применения Ираком химического оружия в 40 приграничных районах, ООН предприняло некоторые шаги. Количество жертв к этому времени превысило 2,300 человек. Проверка группы инспекторов ООН выявила следы ОВ в районе Хур-аль-Хузвазех, где 13 марта 1984 г. была химическая атака Ирака. С этих пор свидетельства использования Ираком ОВ стали появляться в массовом порядке.
Введенное Совбезом ООН эмбарго на поставку в Ирак ряда химических веществ и компонентов, которые можно было бы использовать для производства ОВ не смогло серьезно повлиять на ситуация. Заводские мощности позволяли Ираку в конце 1985 г. производить в месяц 10 т ОВ всех типов, и уже в конце 1986 г. более 50 т в месяц. В начале 1988 г. мощности были доведены до 70 т иприта, 6 т табуна и 6 т зарина (т.е. почти 1,000 т в год). Шли интенсивные работы по налаживанию производства VX.
В 1988 г. при штурме города Фао иракская армия осуществила бомбардировку иранских позиций с применением ОВ, скорее всего нестойких рецептур нервно-паралитического действия.
В ходе налете на курдский город Халабаджа 16 марта 1988 г., иракская авиация нанесла удар химическими АБ. В результате чего погибло от 5 до 7 тысяч человек, а свыше 20 тысяч получили ранения и отравления.
С апреля 1984-го по август 1988 г. химическое оружие было применено Ираком свыше 40 раз (всего более 60). От воздействия этого оружия пострадало 282 населенных пунктов. Точное число жертв химической войны со стороны Ирана неизвестно, но их минимальное количество оценивается экспертами в 10 тысяч человек.
Иран преступил к созданию химического оружия в ответ на применение Ираком БОВ во время войны. Отставание в этой области даже заставило Иран закупить большое количество газа CS, но вскоре стало ясно, что в военных целях он неэффективен. С 1985 (а возможно и с 1984) г. отмечались отдельные случаи использования Ираном химических снарядов и минометных мин, но, по-видимому, речь тогда шла о трофейных иракских боеприпасах.
В 1987-1988 г.г. были отмечены отдельные случаи применения Ираном химических боеприпасов начиненных фосгеном или хлором и синильной кислотой. До завершения войны было налажено производства иприта и, возможно, нервно-паралитических ОВ, но применить их уже не успели.
По утверждению западных источников, Советские войска в Афганистане тоже применяли химическое оружие. Иностранные журналисты намеренно "сгустили краску" с целью еще раз подчеркнуть "жестокость советских солдат". Гораздо проще было использовать для "выкуривания" душманов из пещер и подземных укрытий выхлопные газы танка или БМП. Нельзя исключать возможность применения ОВ раздражающего действия - хлорпикрин или CS. Одним из главных источников финансирования душманов было выращивание опиумного мака. Для уничтожения маковых плантаций, возможно, использовались ядохимикаты, что также могло быть воспринято как применение БОВ.
Ливия производила химическое оружие на одном из своих предприятий, что и было зафиксировано западными журналистами в 1988 г. В течении 1980-х г.г. Ливия произвела более 100 т газов нервно-паралитического и кожно-нарывного действия. В ходе боевых действий в 1987 г. в Чаде ливийская армия применяла химическое оружие.
29 апреля 1997 г. (через 180 дней после ратификации 65-й страной, которой стала Венгрия) вступила в силу Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. Это означает также примерный срок начала деятельности организации по запрещению химического оружия, которая будет обеспечивать претворение в жизнь положений конвенции (штаб-квартира располагается в Гааге).
Документ был объявлен к подписанию в январе 1993 г. В 2004 г. к договору присоединилась Ливия.
К сожалению "Конвенцию о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении" возможно ждет судьба "Оттавской Конвенции о запрещении противопехотных мин". И в том и в другом случае наиболее современные типы оружия могут быть выведены из под действия конвенций. Это прослеживается на примере проблемы бинарного химического оружия.
Техническая идея бинарных химических боеприпасов состоит в том, что они снаряжаются двумя или более исходными компонентами, каждый из которых может быть нетоксичным или малотоксичным веществом. Эти вещества отделены друг от друга и заключены в специальные контейнеры. В полете снаряда, ракеты, бомбы или другого боеприпаса к цели в нем происходит смешивание исходных компонентов с образованием в качестве конечного продукта химической реакции БОВ. Смешение веществ осуществляется за счет вращения снаряда или специальными мешалками. При этом роль химического реактора выполняет боеприпас.
Не смотря на то, что в конце тридцатых годов ВВС США приступили к разработке первой в мире бинарной АБ, в послевоенное время проблема бинарного химического оружия имела для США второстепенное значение. Американцы форсировали в этот период оснащение армии новыми ОВ нервно-паралитического действия - зарин, табун, "V-газы", но с начала 60-х г.г. американские специалисты вновь вернулись к идее создания бинарных химических боеприпасов. К этому их вынудил ряд обстоятельств, важнейшее из которых - отсутствие существенного прогресса в поиске ОВ со сверхвысокой токсичностью, т. е. ОВ третьего поколения. В 1962 г. Пентагон одобрил специальную программу создания бинарного химического оружия (Вinary Lenthаl Wеароn Systems), которая на долгие годы стала приоритетной.
В первый период осуществления бинарной программы основные усилия американских специалистов были направлены на разработку бинарных композиций табельных ОВ нервно-паралитического действия, VХ и зарина.
К концу 60-х г.г. была завершена работа по созданию бинарного зарина — GВ-2.
Повышенный интерес к работам в области бинарного химического оружия правительственные и военные круги объясняли необходимостью решения проблем безопасности химического оружия при производстве, транспортировках, хранении и эксплуатации. Первым бинарным боеприпасом, принятым на вооружение американской армии в 1977 г. стал 155-миллиметровый гаубичный снаряд М687, снаряженный бинарным зарином (GВ-2). Затем были созданы 203.2-мм бинарный снаряд ХМ736, а также различные образцы боеприпасов к артиллерийским и минометным системам, боевым частям ракет, АБ.
Исследования продолжались и после подписания 10 апреля 1972 г. конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов токсинного оружия и об их уничтожении. Было бы наивным полагать, что США откажутся от такого "перспективного" вида оружия. Решение об организации производства бинарного оружия в США не только не может обеспечить эффективного соглашения по химическому оружию, но даже полностью выведет из-под контроля вопросы разработки, производства и накопления запасов бинарного оружия, так как компонентами бинарных ОВ могут быть самые заурядные химические вещества. Например, изопропиловый спирт служит компонентом бинарного зарина, а пинаколиновый спирт — зомана.
Кроме того, в основе бинарного оружия заложена идея для получения новых типов и композиций ОВ, что делает бессмысленным заблаговременное составление каких-либо списков ОВ, подлежащих запрещению.
Прорехи в международном законодательстве не единственная угроза химической безопасности в мире. Террористы не ставили свои подписи под Конвенцией, а в их способности применить ОВ в террористических актах не приходится сомневаться после трагедии в токийском метро.
Утром 20 марта 1995 г. члены секты "Аум Синрике" вскрыли в метро пластиковые контейнеры с зарином, результатом чего стала гибель 12 пассажиров подземки. Еще 5,500-6,000 человек получили отравления различной степени тяжести. Это была уже не первая, но наиболее "результативная" газовая атака сектантов. В 1994 г. в городе Мацумото, префектуры Нагано, от отравления зарином погибли семь человек.
С точки зрения террористов использование ОВ позволяет добиться наибольшего общественного резонанса. ОВ имеют наибольший потенциал по сравнению с другими видами ОМП в силу того, что:
* отдельные БОВ обладают высокой токсичностью, а их количество, требуемое для достижения летального исхода, очень невелико (применение ОВ в 40 раз более эффективно, чем обычной взрывчатки);
* определение конкретного ОВ, использовавшегося при атаке, и источника заражения, затруднительно;
* небольшой группе химиков (иногда даже одному квалифицированному специалисту), вполне по силам синтезировать простые в изготовлении БОВ, в необходимых для теракта количествах;
* ОВ крайне эффективны для нагнетания паники и страха. Потери в толпе, находящейся в закрытом помещении, могут измеряться тысячами.
Все вышесказанное указывает, что вероятность использования ОВ в террористическом акте крайне высока. И, к большому сожалению, нам остается только ждать этого нового этапа в террористической войне.
Литература:
1. Военный энциклопедический словарь/ В 2-х томах. - М.: Большая Российская энциклопедия, "РИПОЛ КЛАССИК," 2001.
2. Всемирная история артиллерии. М.: Вече, 2002.
3. Джеймс П., Торп Н. "Древние изобретения"/Пер. с англ.; - Мн.: ООО "Попурри", 1997.
4. Статьи с сайта "Оружие Первой мировой войны" - "Кампания 1914 года - первые опыты", "Из истории химического оружия.", М. Павлович. "Химическая война."
5. Тенденции развития химического оружия в США и у их союзников. А. Д. Кунцевич, Ю. К. Назаркин, 1987.
6. Соколов Б.В. "Михаил Тухачевский: жизнь и смерть Красного маршала". — Смоленск: Русич, 1999.
7. Война в Корее, 1950–1953. — СПб.: ООО "Издательство Полигон", 2003. (Военно-историческая библиотека).
8.Татарченко Е. "Воздушные силы в итало-абиссинской войне". — М.: Воениздат, 1940
9 Развитие ЦВХП в предвоенный период. Создание Института химической обороны., изд-во "Летопись", 1998.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
