8569 (645226), страница 4
Текст из файла (страница 4)
НИЖЕ ПРИВОДЯТСЯ ДВА ФРАГМЕНТА, СКОРЕЕ, НЕ ИСТОРИЧЕСКОГО, А ЖУРНАЛИСТКОГО ХАРАКТЕРА.
Парвус Александр (Израиль Лазаревич Гельфанд) (8.9.1867 - 12.12.1924), - купец революции.
Сын одесского портового грузчика в детстве пережил погром. Чтение запретной революционной литературы укрепило гимназиста Изю в ненависти к царской России, хотя жилось его семье не так уж плохо: он успешно окончил гимназию, а потом продолжил учебу в Базельском университете. Получив степень доктора философии, он не стал возвращаться в Россию, а перебрался в Германию, где был доброжелательно встречен Карлом Каутским и Кларой Цеткин. За свой внешний облик он получил от Каутского прозвище Доктор Слон.
Парвус пишет много и задиристо. Его статьями зачитываются молодые русские марксисты. Владимир Ульянов в письме из сибирской ссылки просит мать присылать ему копии всех статей Парвуса. Из дружбы с русскими марксистами родилась "Искра", которая со второго номера начала печаться в типографии, устроенной на квартире Парвуса в Мюнхене. Квартира стала местом встреч революционеров, особенно Парвус сблизился с Троцким. По существу, именно Парвус выдвинул тезис "перманентной революции". Он предсказал неизбежность мировой войны и русскую революцию.
С началом первой русской революции Парвус оказывается в России. Вместе с Троцким он входит в состав возникшего в Петербурге Совета рабочих депутатов, пишет передовицы в газетах. После поражения революции Парвус оказывается за решеткой в "Крестах", его приговаривают к трем годам ссылки в Туруханск. Но уже все готово для побега (фальшивый паспорт, явки и деньги) - и в Енисейске, напоив конвойных, Парвус бежит, объявляется сначала в Италии, затем вновь оказывается в Германии и больше никогда не возвращается на родину. В это же время возникает ряд скандалов: он бросает без средств к существованию двух жен с сыновьями, растрачивает на любовницу доходы от авторских прав Максима Горького за границей, которые были ему доверены.
Большевики и Горький требуют возврата денег, Германия начинает выдавать России сбежавших революционеров, и Парвус на несколько лет исчезает. В 1910 году он выныривает в Константинополе как преуспевающий коммерсант, становится крупнейшим поставщиком продовольствия для турецкой армии, представителем крупнейшего торговца оружием Базиля Захарова и концерна Круппа.
Звездный час Парвуса наступает с началом мировой войны. Он ратует за победу Германии, так как это должно привести сначала к революции в России, а затем и мировой. У него возникает идея свержения царизма объединенными усилиями германских войн и русских революционеров. На осуществление своего вроде бы бредового плана он получает миллион марок от германского МИДа. Ему верят, несмотря на утрату прежних связей с социалистами, считающими Парвуса "сутенером империализма". Парвус блефует, назначая революцию в России на 22 января 1916 года - годовщину "кровавого воскресенья". В Германии начинают подозревать, что Парвус основную часть денег положил на свой счет. Но после победы Февральской революции в России Парвусу удается получить новые пять миллионов марок для проезда Ленина (как вождя единственной антивоенной партии) в охваченную революцией Россию через территорию воюющей с ней Германии.
Первая попытка захвата власти большевиками летом 1917 года потерпела неудачу, их лидеры были арестованы или вынуждены скрываться. В газетах появились материалы, обвиняющие большевиков в использовании германских денег, и каждый раз упоминался Парвус. Обе стороны опровергали свое участие в этой сделке, возможно, все это только миф. Но уже после Октябрьской революции Парвусу удался очередной фантастический план: под создание газетной империи в России для обработки ее населения в прогерманском духе он сумел получить 40 миллионов марок! Первые печатные альманахи были выпущены, когда Германия уже потерпела поражение.
Когда же в ноябре 1918 года произошла революция в Германии, Парвус сбежал в Швейцарию, где у него на счету было более двух миллионов франков (и такие же счета были у него в большинстве европейских стран). После возвращения в Германию Парвус вернулся к журналистике. В 1921 году он пророчествовал, обращаясь к союзникам: "Если вы разрушите Германию, то превратите германский народ в организатора второй мировой войны..." После смерти Парвуса не осталось никаких бумаг, исчезло все его состояние. А брошенные им сыновья от первых двух жен стали крупными советскими дипломатами: один работал в посольстве СССР в Италии (потом исчез), второй был ближайшим сотрудником Максима Литвинова, попал в лагерь и оставил интересные мемуары.
"Спутник", N10, 1997.
***
Парвус. Значение этого человека в судьбе России столь велико, а знают о нем настолько мало, что это даже обидно, поскольку именно Парвус был учителем и наставником Ленина, первым гениально угадавший в Ильиче именно того человека, чья безумная энергия сокрушения позволит осуществить его, Парвуса, глобальные планы фантастического обогащения. Ибо, надо честно признать, черной работы Парвус не любил, хотя ему и пришлось ею как-то заниматься в 1905 г. Считается, что настоящая фамилия Парвуса- Гельфанд, хотя последние данные заставляют в этом усомниться. У международных авантюристов такого масштаба очень трудно докопаться до настоящей фамилии. Он был на три года старше Ленина, родился в 1867 г. в городе Березино Минской губернии. Детство свое провел в Одессе, где в 1885 г. окончил гимназию, а затем уехал в Германию для продолжения образования. В 1891 г. Парвус закончил Базельский университет по курсу экономики и финансов, после чего несколько лет проработал в различных банках Германии и Швейцарии. Увлекся Марксом. Видимо, первым понял возможность использования марксистской и псевдомарксистской фразеологии для прикрытия каких угодно политических и военных преступлений. С упоением изучал историю России, состояние ее хозяйства и финансов. Обратил внимание на глубокий антагонизм, раздирающий все слои русского общества, и предвидел полную беспомощность и беззащитность этого общества, если оно лишится очень тонкого образованного слоя, состоящего из дворянства и интеллигенции; он произвел огромное впечатление на Ленина.
Парвус был единственным человеком в "социал-демократической" среде, с которым Ленин не решался полемизировать, хотя на всех прочих налетал боевым петухом, если они осмеливались как-то иначе, чем он, трактовать марксизм, никогда не стесняясь при этом в выражениях. "Холуй, лакей, наймит, подонок, проститутка, предатель" - вот основной набор ленинских литературно-полемических приемов в спорах с правыми, и с виноватыми. Однако Парвуса, которого вождь ненавидел пожалуй больше всех других вместе взятых, он не осмеливался задеть никогда ни устно, ни в печати. Напротив, внимательно прислушиваясь, часто восклицал: "Вздор! Архиреакционно! Но если посмотреть диалектически, то это и есть практический марксизм!" Практический марксизм по Парвусу сводился к следующему: достижение мирового господства, называемого на марксистском жаргоне "мировой революцией", возможно только одним способом - взятием под контроль мировой финансовой системы. Он считал, что для этого совсем необязательно ломать старую, т.е. существующую финансовую систему, а достаточно только, внедрившись в нее, взять ее постепенно под собственный контроль и обратить на осуществление своих целей. Это возможно только при условии захвата какой-нибудь более-менее богатой страны и, обратив в деньги все ее богатства, все движимое и недвижимое имущество, навязать ее народу чистый платоновский социализм (т. е. худший вид рабства), а полученные таким образом средства вложить в мировую финансовую систему. И если сумма будет достаточно большой, с ее помощью навязать миру и соответствующую идеологию. ("Архиреакционно!"). Естественно, будет необходим массовый и беспощадный террор, но широчайший простор для его маскировки дает умелое использование таких выражений, как "пролетарская диктатура", "классовая борьба", "отживающие классы", "всеобщее равенство" "полная свобода" и продуманная тактика действий по простой схеме: "достижение успеха, закрепление успеха, развитие успеха". В своих рядах необходима строжайшая дисциплина, ни малейшей тени раскола, абсолютная тайна жизни руководящего звена и его постепенное обожествление. ("Архиреакционно! Но если посмотреть диалектически...").
Это еще не были постановления и директивы, указы и декреты, секретные и совершенно секретные инструкции с угрозами смертной казни в случае разглашения. Это были разговоры в уютных кафе или на вечеринках, где высшим героизмом считалось сыграть на фортепьяно "варшавянку" или декларировать общие фразы типа "Долой самодержавие!" Но "сценарий" уже наговаривался. Расхождения возникли сразу. Если Парвус считал, что лучшей страны для первоначального осуществления плана, чем Россия даже придумать невозможно, то Ленин был категорически против. Ленин считал, что в России ничего невозможно, а Парвус, напротив, был убежден, что в России возможно все, даже невозможное. И когда тысячелетний русский дуб закачался, подрубленный жестокими и унизительными поражениями русско-японской войны, Парвус сразу же оценил обстановку: народ, веками воспитываемый имперскими лозунгами блистательных побед и легкомысленной воинственности, не простит режиму столь постыдного военного разгрома, полностью поглотившего гордость империи - ее огромный флот, половина которого попала в плен и красовалась под японскими .флагами. Тут не нужно было быть марксистом. Достаточно было помнить слова Герцена: "Благословенны поражения в войнах, а не победы в них... Ибо самые крепкие цепи для народа куются из победных мечей".
Получив от японцев первые два миллиона фунтов стерлингов, Парвус, не теряя времени, стал духовным вождем и руководителем революции 1905 г. (Из японских денег и Ленину кое-что досталось: на организацию 3-го съезда РСДРП и газету "Вперед"). Но Ленин, не веря в Россию, наблюдал из-за границы за действиями Парвуса, ругая его вслух и восхищаясь в душе. Методика Парвуса была четкой: революция в стране - это революция в столице. Окраины детонируют. Он создал "Советы", взяв на себя пост Председателя Петербургского совета. Чего стоит один его финансовый манифест! А лозунги, разжигающие антивоенные и пораженческие настроения! А авария "Орла", задержавшая выход 2-й Тихоокеанской эскадры! А организация шествия 9 января 1905 г., когда парвусовские боевики с деревьев Александровского парка начали стрелять по солдатам из оцепления Зимнего дворца и привели к знаменитому Кровавому воскресенью! Налеты на банки! Кронштадт, Севастополь, Свеаборг! "Потемкин" и "Очаков"! Все было сделано замечательно, кроме одного. Не начали сразу массовый террор и все проиграли в итоге. Ленин, хотя сам ни в чем не участвовал, внимательно следил, подмечая ошибки. И еще раз убедился: в России можно организовать бунт, беспорядки, погромы и стачки, но построить то, что им задумано - никогда. Не та страна. Нужно начинать с Западной Европы.
Арестованный и приговоренный к каторге Парвус сбежал с Сибирского этапа и объявился... в Турции, став экономическим и финансовым советником правительства младотурок. Заработав на этом поприще не один миллион, завязав отношения со всемирным клубом международных банков и картелей, Парвус ни на минуту не забывал и своего главного плана - сокрушения России. Не забывал, но и не отвлекался от бурной экономической деятельности. Его финансовый гений, по меткому выражению Троцкого, превратился из топора, подрубающего русский дуб, в лопату садовника, подпитывающего турецкий кипарис, спасая разваливающуюся Оттоманскую империю от экономического краха. При этом Парвус не забывал и себя. Он основывал банки и торговые предприятия, ворочал гигантскими суммами, когда Ленин и кучка верных ему сторонников в буквальном смысле слова прозябали в эмиграции. Ленин жил то на "экспроприированные" деньги (пока не посадили Камо и Кобу), то на мамины переводы (пока она была жива), то на пожертвования друзей (пока всем не надоел), то на иждивении добрых швейцарских социалистов, постепенно впадая в полную прострацию.
Но Парвус никогда его не забывал, ибо понимал, что никто не сможет осуществить его план лучше Ленина.
Сараевский выстрел прозвучал для Парвуса зовущим набатом. Он мгновенно увидел и вычислил, чем кончится для России вступление Турции в войну на стороне Германии. С пылом страстного оратора он убеждал решительного, но недалекого Энвера-Пашу и его "младотурков", что только воюя на стороне Германии, Турция снова сможет возродиться как великая империя, смыв с себя позор бесконечных поражений и капитуляций, грубых унижений и оскорблений последних двадцати лет ее истории. За кофе и сигарами он беседует с германским послом в Турции фон Вангенгеймом, и из далекого Константинополя летит радиограмма, заставившая адмирала Сушона, планировавшего самоубийственный прорыв из Средиземного моря в Северное, развернуть "Гебен" и полным ходом спешить в Дарданеллы. Он нажимает на свои тайные кнопки - и в Турцию идут поставки зерна, проката, станков и боеприпасов, часть груза по дороге сгружается в Болгарии. Гений Парвуса уже сделал невозможное: против России выступают два кровных вековых врага - Болгария и Турция, круша все идеи панславизма и панисламизма. Недаром друг Парвуса Энвер-Паша - военный министр и глава военного кабинета Турции - в итоге сбреет свои усы "а ля кайзер", вступит в Коминтерн и сложит свою буйную голову на советско-афганской границе в 1922 году во время какой-то очередной из бесчисленных и бессмысленных операций ОГПУ во имя мировой революции.
Но это было только началом. Обеспечив блокаду России на юге, Парвус снова неожиданно появляется среди "социал-демократии", ослепляя блеском брильянтовых запонок и золотых перстней нищую русскую эмиграцию.
Его знаменитая брошюра "За демократию! Против царизма!" уже успела наделать шума, поскольку долго молчавший Парвус осмелился вновь появиться на ниве партийной публицистики с совершенно новой трактовкой очередных задач "социалистического" движения, которая заставила онеметь от ужаса подавляющее большинство его бывших товарищей по партии. Суть новой "теории" заключалась в следующем: не надо ставить вопрос о виновниках войны и выискивать "кто напал первым". Это неважно. Кто-то должен был напасть, поскольку мировой империализм десятилетия готовил мировую бойню. Не следует терять время на поиски никому не нужных причин, надо учиться мыслить социалистически: как нам, мировому пролетариату, использовать войну и определить на чьей стороне сражаться? Всем известно, что самая мощная в мире социал-демократия - это социал-демократия Германии. Если социализм будет разбит в Германии - он будет разбит везде. Путь к победе мирового социализма - это всесторонняя поддержка военных усилий Германии. А то, что русский царизм дерется на стороне Антанты, яснее ясного показывает нам, кто истинный враг социализма. Итак, рабочие всего мира должны воевать против русского царизма. Задача мирового пролетариата - уничтожающий разгром России и революция в ней! Если Россия не будет децентрализована и демократизирована - опасность грозит всему миру. А поскольку Германия несет главную тяжесть борьбы против московского империализма, то легко сделать единственно верный вывод: ПОБЕДА ГЕРМАНИИ - ПОБЕДА СОЦИАЛИЗМА!
Как говорил Ленин, "архиреакционно, но если посмотреть диалектически... "
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
