74840-1 (644728), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Как ни широко раскидывается в эту пору сатира Б., ею не исчерпывается его творчество. Гражданская война, борьба с белогвардейщиной требовала от революции предельной мобилизации ее моральных и физических ресурсов. От поэта, желавшего ускорить эти процессы, требовалось не только яростное отрицание отживающих форм жизни, но и глубокий революционный пафос. Что Б. вступил на этот путь, достаточно красноречиво свидетельствуют заголовки его стихотворений: «Обманутым братьям в белогвардейские окопы», «Пора», «Защищайте Советы», «Ура, добьем Юденича», «На защиту Красного Питера» и т. д. Пафос этот облекается в различные поэтические формы. На первом плане высокая лирика:
«Враг опьянен безумной отвагой,
Идет к концу неразрешенный спор,
В последний раз с дворянской тонкой шпагой
Скрестили мы наш боевой топор.
Пронзит ли враг нам сердце острой сталью,
Иль голова слетит с дворянских плеч?
От братских сил отрезаны мы далью,
А у врага нет сил для новых сеч.
В отчаяньи он все на карту ставит,
Ему назад дорога отнята.
Вперед, бойцы, и пусть змею раздавит
Железная рабочая пята!»
(«Набат», 1919)
С подобной агитацией поэт обращается к крестьянам: от того, с кем пойдут они, зависит исход революции и будущее деревенского «пахаря». «Убогие пахари, Фролы, Афоньки, вставайте! Решается ваша судьба: казацкие кони, казацкие кони крестьянские топчут хлеба» («За волю и хлеб», 1919). И когда приходит наконец победа, поэт приветствует «советского часового», — крестьянина, стоящего на страже наших границ. «Герой, принесший гибель змею, твоих имен не перечесть. Тебе, — Вавиле, Фалалею, Кузьме, Семену, Еремею, слагаю стих я, как умею, и отдаю по форме честь».
Жанры эпохи гражданской войны необычайно разнородны. Здесь мы встречаем и патетическое воззвание, и примитивную, намеренно грубую «агитку». Марши и песни уживаются бок-о-бок с язвительными эпиграммами. Патетическая лирика неотрывна от сатирического эпоса. Все эти формы Б. проникнуты единым и целостным устремлением. Разнообразие жанров обозначает лишь различие установок, многосложность заданий, стоявших перед поэтом восставшей и борющейся за свое существование революционной страны.
Окончание гражданской войны определяет наступление нового, третьего по счету, периода в творчестве Б., периода, который продолжается до наших дней. Изменившаяся обстановка требует новых тем. Строки демьяновских сатир посвящены возникновению и развитию нэпа («Эп», «В Спекуляндии»). На политической арене — новый враг — нэпман, расходящийся с партией только... в земельной программе: «вы в землю бы меня охотно закопали, а я бы вас!» («Пустяки разница»). Особо заслуживает здесь быть отмеченной мастерская поэма «Непград», написанная в форме дантовских терцин.
Начинается стремительное развитие фельетона , малой формы, отличительной чертой которой надо считать ее злободневность. Б. откликается на все события дня, к какой бы области они ни принадлежали. Он пишет фельетоны о мостовых без снега, о будильниках, вызванивающих царские гимны, о собачьей выставке, о хулиганстве, о фабричных прогулах и о «головешках», «дымящихся» во время партийных дискуссий. Окончив работу над большими полотнами гражданской войны, Б. принимается за каждодневное, будничное производство фельетонов, которые по необходимости должны стать экспромтами.
«Пригоняю к строчке строчку, чтоб вышло во-время и в точку. Наше время стремительно! — На призыв „будь готов“ умей отзываться незамедлительно: „всегда готов“» («Олимпа нет», «О литературном ремесле»).
Не следует думать однако, что фельетоны этого периода исключительно сатирические. В них часто вспыхивает прежний пафос. Говорит ли поэт о прекращении ввоза иностранного угля, напоминает ли о появившейся в Балтике английской эскадре, о том, что у нас «за каждым плугом и станком стоит советский военком», приветствует ли юбиляров, скорбит ли о смерти революционного деятеля — этот демьяновский пафос присутствует всегда. Особое место здесь попрежнему занимает деревня. В лубочной поэме «Шефы» (надписи к юбилейному плакату) изображены старые знакомые — деревенские поп и кулак в новой обстановке, отступающими и деморализованными. В поэме «Куриный брод» повествуется о том, как комсомольцы (им посвящена поэма) кладут конец взаимной вражде двух соседних деревень.
Необходимо остановиться здесь на двух формах: эпиграмме и раешнике , столь характерных для этого периода. Эпиграммам Б. присуща не только их обычная сжатость и острота, но и неожиданная смена интонаций. Таковы напр. эпиграммы на «хлюста по женской части» — Чемберлена или на Керзона, поносящего Коминтерн:
«У буржуазии, на вид такой победной,
Есть очень грозный супостат.
Так хмурый лорд Керзон дал лестный аттестат
Организации зловредной.
***
Вреди, голубушка, вреди!
Работы много впереди!»
Не менее любопытен его раешник — рифмованный стих, свободный в числе слогов, количество которых меняется от пятнадцати до одного. Этой формой написано большинство фельетонов Б., в частности все дипломатические послания «Наркомнеудела». Раешник отвечает содержанию фельетона, облегчает разговорный яз. автора. В эту достаточно свободную форму Б. в изобилии вбрасывает прозаические цитаты — протоколы, сообщения газет, цитаты из старых, сто лет тому назад изданных книг и пр. Иногда цитата является эпиграфом фельетона, и тогда самый раешник развертывает намеченную в ней схему. Но чаще она вводится в самый текст, который приобретает внешнюю растрепанность. По сути дела здесь та же смена интонаций, что и в эпиграмме, но гораздо более усложненная. Фельетон, построенный по этому принципу, приобретает все черты «разговора», как бы он ни был велик размером.
Мы восстановили главные вехи, по которым развивалась поэзия Б. Этапы ее эволюции неотрывны от русского революционного движения. В дооктябрьскую пору господствует басня, в эпоху гражданской войны она уступает место сатирической поэме и патетической лирике. Последний период творчества отмечен расцветом фельетона. Смена жанров обусловлена своеобразием тех заданий, которые последовательно ставила перед Б. действительность, и, обратно, по эволюции его творчества можно восстановить динамику последнего двадцатилетия.
В своей работе поэт использовал разнообразные формы классической поэзии. Здесь он снял обильную жатву с тем, чтобы употребить ее для новых социальных целей. Сатирический лубок Б. в основе своей имеет форму исторической песни и былины . «Выезжали три богатыря могучие, Вудро Вильсон, чудо заморское, Клемансо, парижский банкирский прихвостень и Ллойд-Джордж, приказчик купеческий». Но сюжетная схема былины преодолена: богатырей побеждает неведомая сила: «Исполать тебе, сила великая, защитница наша народная, наша храбрая Красная армия!» («Старая былина на новый лад»). Пушкинский мосье Трике превращается у Б. во французского спекулянта при самарском правительстве. Стихотворение написано в размерах «Онегинской строфы», но в эту форму вкладывается новое классовое содержание:
«Напрасно ждет Трике Жаннет:
Мы за нее дадим ответ
Чехо-словацкой подлой банде
В французских шорах и узде,
Белогвардейской всей орде,
Всей черной Дутовской команде.
Мы свой ответ мосье Трике
Дадим — о винтовкою в руке».
Стиль Б. своеобразен. Он характеризуется намеренным примитивизмом образов (социальных «масок» попа, буржуя или батрака); почти полным устранением из повествования пейзажей (ни в сатирической, ни в патетической поэзии им места не находится); плакатной резкостью композиционных приемов (любимейшим из них является противопоставление «старого» и «нового»; отсюда — позднейшие довески к ранним басням). Наконец, стиль Б. характеризуется особым языком, «дерзким и колким», «без вывертов, без хитростей, без вычурных прикрас», языком, заимствовавшим из мужицкой речи крепкое словцо и острый образ. Вопрос о том, насколько художественна эта поэзия — праздный вопрос. У каждого класса своя эстетика. Класс, который говорил устами Демьяна, не выдвинул до сих пор большего художника, нежели Демьян. Тем самым его творчество приобретает особую значительность. Путь Демьяна — это путь поэта деревенской бедноты в эпоху пролетарской революции.
Список литературы
I. Первое собр. сочин. Б. вышло в 1923, в изд. «Крокодил», в одном томе, с вводными статьями К. Еремеева и Л. Войтоловского. В настоящее время Госиздатом заканчивается 13-томное собр. сочин. Вышло 12 тт. (М. — Л., 1926–1928) под ред. Л. Сосновского, Г. Лелевича и А. Ефремина, со вступит. статьями редакторов (тт. I, II и XI) и комментариями. Издание это мало удовлетворительно: в него не вошла проза Б., хронологический принцип размещения материала постоянно перебивается тематическим
явно недостаточны комментарии.
II. Из отдельных статей о Б. отметим: Воронский А., «Красная новь», кн. 6, 1924
Войтоловский Л., «Печ. и рев.», кн. 4, 1925
Лелевич Г., «Молодая гвардия», кн. 9, 1925 и др. Отдельн. книги: Фатов Н. Н., Д. Б., М., 1922, 2-е дополн. изд., М., 1926
Сперанский В., Д. Б., М., 1925
Войтоловский Л., Д. Б., М., 1925
Медведев П. Н., Д. Б., Л., 1925
Ефремин А., Д. Б. на противоцерковном фронте, М., 1927 и др. Отдельн. главы посвящены Б. в книгах: Троцкий, Л. Д., Литература и революция, изд. 2-е, М., 1924
Коган П. С., Литература этих лет, Ив.-Вознесенск, 1924 (и др. изд.)
Львов-Рогачевский В. Л., Новейшая русская литература и др. Библиография отдельных изданий Б. и всей критической литературы о нем — в библиографических указателях: Владиславлев И. В., Русские писатели, Л., 1924
Русская поэзия XX в. (Антология), ред. Ежова и Шамурина, М., 1925
Витман, Эттингер и Хаймович, Русская литература революционного десятилетия, М., 1926
Львов-Рогачевский В. и Мандельштам Р., Рабоче-крестьянские писатели, Л., 1926.
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://feb-web.ru/
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
