4037 (642768), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В концепции устойчивого развития (или в её неудачных интерпретациях), хотя она и являет собой симбиоз результатов философских, политологических, экономических и экологических исследований, налицо перекос в определении сущности надвигающегося глобального кризиса, перспектив развития общества, уровня и качества жизни людей. Грядущий кризис будет иметь системный, многоплановый характер, не в меньшей мере политико-экономический, гуманитарный и цивилизационный, нежели только экологический. Эту позицию разделяют, например, Л.В. Лесков, В.И. Пантин, Э.Г. Кочетов, Б.И. Козлов и другие. Однако, в концепции (интерпретациях) недостаточно отражена альтернативность вариантов общественного развития, главенствующим фактором по факту признан экологический. Может быть поэтому, как показывает нынешняя ситуация в мире, и пути решения накопившихся проблем были выбраны слишком гуманистичные, отчасти утопичные. Скорее всего, это последствия эйфории в связи с окончанием холодной войны. Маятник восприятия действительности по инерции качнулся слишком далеко. Хотя совсем недавняя история подсказывала пример своеобразного устойчивого развития, но на силовой основе, на принципах ядерного сдерживания. Может быть, предполагает Д. Сладков, ядерное противостояние, взаимное ядерное сдерживание и было дано миру как уникальный шанс спасти себя - пока человечество не поумнеет и не подобреет. И может прав К. Ясперс, связывая отсутствие ныне «братьев по разуму» во вселенной с трагическим их неумением разумно распорядиться открывшимися им на определенном этапе развития иных цивилизаций возможностями ядерной энергии, отождествляя факт овладения ядерной энергией с неким цивилизационным «моментом истины» в части разумности социума. Однако силовые элементы в сценарии устойчивого развития не были востребованы.
Но всё возвращается «на круги своя». Невыполнимость в разумные сроки некоторых строго обязательных императивов (нравственный императив, как справедливо напоминает В.Д. Могилевский, не менялся принципиально за всю историю человечества, а неудачная попытка за 20 лет воспитать человека коммунистического будущего тем более памятна) или неприемлемость для большинства стран и народов положений теории «золотого миллиарда» делают наиболее вероятным неспокойное ближайшее будущее и сценарий «цивилизационных разломов». Явно неустойчивая ситуация уже (еще) в мыслях. И по Н.Н. Моисееву, одному из идеологов реализации нравственного и экологического императивов как основы будущего устойчивого развития человечества (в том числе и соответственно решениям конференции Рио-92), судьба России, наряду с претворением в долгосрочной перспективе этих требований времени в жизнь, - выживать самой и способствовать выживанию других стран прежде всего за счет ядерного сдерживания, а уж затем с помощью своих природных и географических ресурсов, а также исторического опыта сосуществования с мусульманским миром. Н.П. Шмелев приоритетом России считает «умеренный, конструктивный изоляционизм» на основе ядерного сдерживания глобальных и компактного обычного военного сдерживания локальных угроз. С.В. Кортунов отмечает и более радикальную трактовку ядерного сдерживания, имеющую место в позиции одной из политических партий России. Эта трактовка предусматривает обеспечение условий для обладания ядерным оружием дружественными государствами. Совсем не обязательно, заключают Л.В.Коваль и А.П. Дубнов, гегемония США или какой бы то ни было другой страны в течение последующих лет приведет к общепланетарной идиллии безъядерного мира.
Н.А. Кормин и Е.А. Турлак отмечают, что социальная мотивация научных и технологических исследований в ядерной сфере чрезвычайно велика, а ядерные технологии, и прежде всего их военная компонента, приобрели новый философский оттенок – стали важным цивилизационным аргументом в вопросах будущих взаимоотношений народов и религий. А.И. Неклесса, цитируя профессора Йельского университета П. Брекена (P Bracken), новый вариант ядерного сдерживания, «второй ядерный век» (см. также А.А Кокошин), эффект либерализации принципов применения ядерного оружия сопоставляет с вызовом Западу со стороны стран Азии в культурной и философской сферах. И по П. Брекену, цивилизационный вызов Нового Востока может включать более свободное, нежели прежде, использование современных вооружений. Долговременную сдерживающую роль ядерного оружия в перспективе, но одновременно и появление новых тревожных тенденций («принцип ядерного несдерживания» и даже угроза ядерного нападения) подтверждают В.З. Дворкин и В.И. Слипченко в ходе дискуссии «Средство защиты мира и безопасности?». В.А. Шупер, который по его собственным словам «всегда требовал масла вместо пушек», анализируя особенности современных западных демократий и реальные слабости гражданского общества, считает общепризнанным, что «единственная гарантия того, что Москву ни при какой политической конъюнктуре не будут бомбить, аки Белград … - это ядерный щит Родины». В военно-политической и публицистической литературе социальные аспекты ядерного сдерживания рассматривают В.Н. Михайлов и др. в контексте канонизации сдерживания, общемировых интересов и общечеловеческих ценностей. Наконец, фундаментальную роль ядерного оружия в деле защиты страны еще раз обозначил министр обороны РФ при постановке на боевое дежурство очередного полка исключительно российских «до последнего винтика» ракет «Тополь-М» в декабре 2003г.
Необходимо отметить различную реакцию мирового общественного сознания на стратегии ядерного сдерживания в 50-е – 60-е годы прошлого века и сейчас. Ещё раз напомним, что тогда в мире был мощный подъём антиядерного движения, обусловленный противостоянием, прежде всего, двух супердержав. В некоторых случаях дело доходило до антиядерного психоза. Достаточно вспомнить широко распространённые в США «домашние» бомбоубежища. В настоящее время, хотя и найдена новая форма ядерного сдерживания, общественного психоза и массовых антиядерных движений нет. По крайней мере, они не инициируются и не поддерживаются ведущими государствами. Новая «ядерная ниша» не предусматривает однозначно прямое столкновение «сильнейших мира сего» и «ядерную зиму». Она как бы более локальна, а значит, - более приемлема для общества. Показательны в этом отношении недавно принятая новая ядерная доктрина США и ситуация вокруг выхода США из договора по ПРО, а также реакция России на эти события.
Многими военными аналитиками подчеркивается, что ядерное сдерживание для нынешней, экономически ослабленной России в условиях сложных внутренних и внешних политических процессов становится все более актуальным, так как в создании новых видов обычного высокоточного оружия для ведения военных действий бесконтактным способом страна серьезно отстала от Запада. Ситуация усугубляется несовершенством прогнозов и скоротечностью изменения обстановки в военно-политической сфере по сравнению с необходимым для развертывания новых военно-технических программ временем.
«Неолитическая революция» по Н.Н. Моисееву, последний из известных общепланетарных кризисов биосферы и человека, длилась несколько тысяч лет. Сейчас социо-биосферные процессы существенно ускорились, но протяженность предстоящего кризиса всё равно явно будет не десятки, а может и не сотню лет. Вот ориентиры по длительности силового ядерного сдерживания как необходимого элемента относительно спокойной фазы кризиса. Философской основой ядерного сдерживания на Западе является одно из направлений философии морали - консеквенциализм.
Органические энергоносители (нефть, газ, уголь), основа современной энергетики, рано или поздно, по самым оптимистичным прогнозам – на рубеже XXI и XXII веков, будут исчерпаны. Различные так называемые альтернативные источники энергии и энергосберегающие технологии вряд ли смогут существенно повлиять на глобальную ситуацию. Поэтому следует согласиться с прогнозами, что крупномасштабная гражданская энергетика будущего может базироваться только на ядерной основе.
С учетом предназначения гражданской ядерной энергетики, ядерное сдерживание можно трактовать расширенно. Кроме того, это гарант не только против реализации определившихся экономических, экологических, националистических и прочих угроз, но и против «вызревания» новых, менее осознанных пока, но «маячащих» на горизонте глобальных угроз, связанных с бурным развитием науки и техники при отставании социальной рефлексии и гуманитарного мышления. Прежде всего, речь идет об исследованиях в области биологических, химических и информационных технологий воздействия на человека и общество, имеющих потенцию глобального уничтожения человечества или порабощения большей части населения планеты в целях насильственного обеспечения комфортных условий жизни в избранных государствах. А.С. Капто предупреждает о невиданных возможностях решения грандиозных задач в борьбе на мировой арене, которые Запад связывает с объединением потенциала невоенных средств с мощью военной силы. Причем юридические нормы международной ответственности за глобальные действия преступного характера в большинстве новых ситуаций, например в части так называемых информационных или геоэкономических войн, не определены, а попытки России юридически обезопасить себя в этом отношении встречают противодействие со стороны более «продвинутого» в технологиях таких войн Запада (А.М. Коновалов, Э.Г. Кочетов). Л.К. Дудорова и П.А. Ларионов выдвигают еще один, «региональный», аспект трактовки: ядерное присутствие России в Арктике, ядерное сдерживание через Арктику отождествляется ими с единственным способом защиты российских экономических интересов в этом регионе с завидным будущим.
Еще один аспект ядерного сдерживания «прорисовывается» в ходе размышлений над результатами исследования В.Л. Каганским особого социально - административно - экономического «континента» ядерной техносферы (проблемы закрытых городов Минатома) при далеко не бесспорных его выводах. Может быть, действительно, чтобы спасти наш несовершенный мир необходимо надежно, во всех измерениях от него защититься?
Техника и технология ядерного сдерживания в необходимых объемах существуют уже сейчас и показали свою эффективность, отработана и продолжает развиваться в планетарном масштабе политическая составляющая этого феномена. Д.М. Данкин напоминает, что международная «ядерная» нормативно - правовая база есть результат и средство укрепления доверия между государствами (сравним с дестабилизирующим фактором отсутствия таковой для новых угроз). С обоснованием в стратегическом плане необходимости дальнейшего развития ядерных технологий связано практическое значение излагаемой интерпретации сценариев будущего.
Сыгравшие важную общественную роль в прошлом веке ядерные технологии и в будущем не потеряют своего глобального предназначения – обеспечивать мирное и энергобезопасное развитие страны. Как и после Великой отечественной войны, они вновь стали чрезвычайным приоритетом и требуют качественных политических решений. Им не помешают доброжелательная интеллектуально-гуманитарная помощь, современная информационная компонента и адекватное общественное сознание. Общество и власть должны это понимать.
Футурология и социоприродная безопасность ядерной энергии
«Время», «будущее» - чрезвычайно важные категории применительно к ядерной сфере, как следует из оценки её глобальных перспектив. Но существует и иной аспект. Ядерные объекты являются потенциально опасными долговременно. Они длительно будут требовать внимания к себе не только из-за потребности в них (осознанный общий период использования ядерной энергии, т.е. полезная фаза функционирования ядерных технологий – сотни лет), но и в силу не зависящих от человека сопутствующих физических и химических факторов, например, радиоактивного распада (сотни и десятки тысяч лет – балластная, непродуктивная фаза конкретных сооружений). Это ли не вечность в сравнении с продолжительностью жизни человека, отдельных государств и даже цивилизаций?
Здесь пока не рассматриваются ядерные технологии отдаленного будущего, которых еще просто нет. Но возникновение которых принципиально возможно. Как возможно и совершенствование ядерной техносферы при этом. Этого нельзя отрицать. Например, основы ядерной энергетики на новых идеях, предусматривающих использование принципиально новых механизмов преобразования ядерной энергии, пропагандируют С.К. Шардыко и другие специалисты. Повторяю, перспективы таких новаций, по крайней мере для широкой общественности, весьма туманны. Кроме того, эти новации не изменят социально-философские проблемы ядерной техносферы кардинально. И уж совершенно точно не отменят сегодняшние и будущие проблемы нынешней ядерной отрасли.
Многие философы пытались понять тенденции будущего на основе анализа и осмысления истории (О. Шпенглер, А. Тойнби, К. Ясперс и другие). Видение философами тревожных перспектив, и это тоже фрагмент прагматики философских исследований, должно находить адекватное отражение не только при обосновании стратегической необходимости ядерных технологий, но и в сценариях оценки безопасности конкретных ядерных объектов. Прогноз возможного воздействия ядерных объектов на человека и окружающую среду на значительный период времени (обязательная составная часть при разработке проектов и согласовании их с широкой общественностью) наряду с природно-техногенными должен содержать результаты изучения также социально-экономических и политических вариантов будущих условий существования этих потенциально опасных объектов. Радиоактивные отходы и отработавшее ядерное топливо, например, не теряют своей токсичности по некоторым параметрам, как уже отмечалось, в течение десятков и сотен тысяч лет. Другими словами, в процессе оценки аспектов социоприродной безопасности и приемлемости для общества ядерных объектов целесообразно теоретически и практически изучать дополнительно к природно-техногенным прогнозным событиям глобальные и локальные по месту и времени, имеющиеся общие и специально разработанные вновь социальные сценарии будущего на перспективу до десятков тысяч лет. Конечно, с учетом возможностей долгосрочного прогнозирования современной науки.
М.Т. Ойзерман с соавторами, а также Н.А. Кормин и Е.А. Турлак вслед за М. Хайдеггером, вообще рассматривают ядерную опасность исключительно как производную от свойств человека и общества, как характеристику наших собственных систем мышления и деятельности, в контексте «воли к большой воле».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
