640 (642169), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Южный берег Моря Дождей представляет собой низкую, сложнобугристую горную область, слегка повышающуюся в сторону этого моря. Она называется Альпами. Самая высо­кая вершина Альп (Монблан) имеет высоту 3600 км. Наибо­лее замечательный объект в этом районе Луны — широкая и протяженная долина Альп, напоминающая исполинский по­рез или шрам на лике Луны. Она прорезает альпийский гор­ный массив от Моря Дождей до Моря Холода и с давних вре­мен привлекает к себе внимание исследователей Луны. Неко­торые из них предполагали, что в этом месте Луны когда-то «скользнул» по ее поверхности крупный метеорит. Он «проре­зал» лунные Альпы, оставив в них след в виде глубокой до-Г. лины.

Эта наивная гипотеза сегодня может рассматриваться лишь как курьез. Известно, что скорость соударения метеоритов I. с Луной не меньше нескольких километров в секунду. При такой скорости (под каким бы углом к поверхности Луны он не падал), метеорит при ударе о лунную поверхность обра­зует кратер, а не протяженную горную долину.

Долина Альп — типичное тектонизейкоа—образование. Она почти в длину на 165 км (при ши­рине от 5 до 15 километров). В сторону Моря Холода она за­метно сужается, а наибольшей ширины достигает в толще горного массива. Дно долины сравнительно ровное, напоми­нающее русло канала. Обратите внимание на параллелизм в очертаниях обеих берегов долины — этот факт свидетель­ствует о том, что когда-то борта долины Альп соприкасались вплотную, а затем, при растрескивании лунной коры разо-шлись~7Дно же образовавшейся долины было затоплено лавой, проникТпей из соседних морей. Иначе говоря, по природе и происхождению долина Альп подобна трещинам и бороз­дам, с которыми мы уже встречались в других районах лун­ного мира. Кстати сказать, узкие поперечные трещины есть и в альпийской долине.

Северное побережье Моря Дождей образует горный массив Юра, на котором расположены несколько крупных кратеров (Мопертюи, Бианчини…) и множество мелких. Примечательной деталью этого участка Луны явля­ется обширный Залив Радуги с мысами Лаплас и Гераклид. Не требуется быть специалистом — селенологом, чтобы в Заливе Радуги усмотреть древний исполинский кратер, полу­затопленный тем веществом, из которого состоит поверхность Моря Дождей. При этом затоплении часть вала была разру­шена и, опустившись, «утонула» в том лавовом море, которое, застыв, превратилось затем в твердое дно Моря Дождей.

Пожалуй, нигде на Луне мы не найдем больших по масштабам следов грандиозных излияний лавы из лунных недр. Эти лавовые потоки когда-то залили и почти полностью разру­шили древний рельеф на западном берегу Моря Дождей. Собственно говоря, и берега здесь почти нет, а Море Дождей «сливается» с самым обширным темным пятном на диске Луны — Океаном Бурь. Лишь южная окраина Моря Дождей обрамлена невысокой и многобугристой возвышенностью, име­нуемой Карпатами.

Карпаты составляют самую высокую часть когда-то су­ществовавшего здесь обширного и плоского древнего нагорья, частично разрушенного и залитого лавовыми потоками. Таким образом, лишь восточные берега Моря Дождей высоки и об­рывисты. С севера и с юга берега более низки и отлоги, а на западе они почти вовсе отсутствуют.

На дне Моря Дождей расположено немало интересных объектов. При удачных условиях освещения здесь видны про­тяженные валы, вообще повторяющие очертания берегов. Как и другие образования подобного рода, валы Моря Дождей об­разовались, по-видимому, при сжатии остывающей лавы, ко­торая образовала морское дно. На этом дне есть небольшие горные хребты (например, в северной части моря горы Тене­риф и Прямой Хребет), а также отдельные изолированные пики—гора Пико и гора Питон. Эти пики пред­ставляют собой высокие, с широким основанием, утесы, изо­лированно возвышающиеся над однообразной равниной Моря Дождей. Высота горы Пико близка к 3 км, примерно так же высока и гора Питон. Их вершины покрыты каким-то светлым веществом и, освещенные Солнцем, они кажутся сияющими. Надо заметить, что длинные узкие тени, отбрасываемые го­рами Питон и Пико, иногда создают ложное впечатление об остроконечности этих исполинских утесов. На самом деле космонавту, стоящему на лунной поверхности рядом с этими горами, они показались бы не остроконечными горными вер­шинами, а скорее, большими холмами — ведь гора Питон, на­пример, при высоте около 2 км имеет основание длиной 28 ки­лометров. Подобный профиль имеют и другие изолированные и кажущиеся остроконечными лунные горы.

Горы Тенериф состоят из отдельных пиков, подобных го­рам Пико и Питон. Иногда такие пики сплачиваются в сплош­ные горные цепи, примером которой может служить Прямой Хребет.

Западнее Апеннин над равниной Моря Дождей возвыша­ется тропка крупных кратеров — Архимед, Аристилл, Автолик. Самый крупный из них Архимед (диаметр 73 км), имеющий очень ровное дно. Две остальные кольцевые горы Аристилл (диаметр 51 км) и Автолпк (диаметр 36 км) обладают неров­ным дном и хорошо сохранившимися центральными горками. Внутренние склоны всех трех кольцеобразных гор обрывисты, внешние гораздо более отлоги, что, как, вероятно, заметил чи­татель является характерной чертой почти всех лунных коль­цеобразных гор. Проверьте это утверждение на примерах других кратеров (Тимохарис, Ламберт, Эйлер), расположенных на дне Моря Дождей. Любопытен кратер Кассипи (диа­метр 53 км), на дне которого видно еще несколько кратеров.

Самая замечательная кольцевая гора этого раиона Луны— огромный кратер Платон как бы врезавшийся в массив лунных Альп. Поперечник Платона 96 км, а его вал (о чем можно судить по тени) имеет зубчатую форму и неко­торые из вершин вала достигают в высоту 2 км. Правда, очу­тись в центре плоского, ровного дна Платона, мы бы и не за­метили его вала, закрытого горизонтом.

Дно кратера Платон заметно темнее, скажем, дна Архи­меда. Любопытно (и ото отмечено многими исследователями Луны), что с увеличением высоты Солнца над дном Платона это дно не светлеет, как следовало бы ожидать (ведь тени от мелких деталей при этом укорачиваются!), а наоборот, тем­неет. К концу же лунного дня поверхность дна Платона ста­новится опять светлее, чем в полдень. Чем вызваны эти изме­нения, пока не ясно. Выдвигались самые разные гипотезы вплоть до экзотических. Предполагалось, например, что к по­лудню на дне Платона произрастает какая-то темная, скуд­ная лунная растительность, чахнущая к концу лунного дня.

Как ни заманчива эта гипотеза, судя по современным данным о Луне, она вряд ли соответствует действительности. Отсут­ствие атмосферы, влаги, резкие колебания температуры, об­лучение «жесткой» частью солнечного излучения — все это соз­дает на Луне условия, по-видимому, исключающие возмож­ность существования там жизни.

На южном берегу Моря Дождей, чуть южнее Карпат, об­ращает на себя внимание одно из самых замечательных обра­зований на Луне — огромный, отлично сохранившийся кратер Коперник.

Еще до Риччиоли его современник английский астроном на­чала XVII века Т. Гарриот нанес этот кратер на лунную карту в виде четкого светлого пятна. Возможно, что Риччиоли использовал имя Коперника для наименования примечатель­ного кратера не случайно — есть основания думать, что уче­ный-иезуит тайно симпатизировал учению великого польского астронома.

Кратер Коперник имеет поперечник 93 км. Есть на Луне и более крупные кратеры, но немногие из них сравнятся по сохранности форм, четкости структуры с Коперником. Кроме того, необычной «рельефности» этого образования способ­ствует и то обстоятельство, что кратер Коперник расположен не в горной стране, а на сравнительно ровном участке лун­ной поверхности.

Характерная особенность кратера Коперник: его ровное дно опущено по сравнению с окружающей местностью на 1600 метров, тогда как у большинства лунных кратеров дно находится почти на одном уровне с остальной лунной поверх­ностью.

Вал кратера Коперник очень высок — максимальное его возвышение над дном составляет 3800 м, а над окружающей поверхностью — 2200 м.

Даже в небольшие телескопы удается увидеть, что вал кратера состоит из нескольких террас. При наблюдении в более мощные инструменты заметно, что вал усеян множеством мел­ких кратеров, а террасы разделены глубокими расщелинами. Как и у других кратеров, внутренние склоны кратера Копер­ник менее пологи, чем внешние.

Обратите внимание на важную деталь, встречающуюся у многих кратеров: очертание вала Коперника скорее напоминает не окружность, а многоугольник. Тщательные исследова­ния показали, что вал Коперника состоит из 12-ти более или менее прямолинейных участков. На дне кратера Коперник есть несколько центральных горок высотой в сотни метров. Северная часть дна более гладкая, чем южная.

Гарриот не случайно изобразил кратер Коперник в виде светлого пятна. Действительно, Коперник служит центром сложной системы светлых лучей, расходящихся ра-диально от него во все стороны. При ширине от 50 до 100 ки­лометров лучи кратера Коперник в некоторых случаях про­стираются в длину более, чем на 500 км. Из лучей особенно заметен яркий широкий луч, направленный к соседнему кра­теру Кеплер. Кстати сказать, и этот кратер имеет свою си­стему светлых лучей, и там, где перекрываются лучи, идущие от двух кратеров, видны большие, яркие пятна.

Природа и происхождение светлых лучей пока еще не мо­гут считаться окончательно установленными, но скорее всего эти детали лунного рельефа представляют собою полосы свет­лого, раздробленного вещества, выброшенного из кратеров при взрывных процессах. Был ли это взрыв при ударе метеорита о лунную поверхность, или взрыв произошел в результате внезапного освобождения внутренней энергии Луны — резуль­тат получится сходным: раздробленное взрывом и выброшен­ное из кратера вещество образует радиальные насыпи (лу­чи) , а вблизи кратера, где этого вещества больше, — светлые ореолы или венцы.

В отношении кратера Коперник последнее «вулканическое» объяснение более вероятно. Дело в том, что светлое вещество из Коперника выбрасывалось, как установлено, неоднократно. Многократное же падение крупных метеоритов в одну и ту же точку лунной поверхности практически исключено. «Лучи­стые» кратеры типа Коперника — это центры когда-то проис­ходивших мощнейших вулканических извержений и хорошая сохранность как самих кратеров, так и окружающих их си­стем светлых лучей свидетельствуют о том, что эти бурные процессы происходили сравнительно недавно. Напомним, что «коперниканский» период считается новейшим периодом в эволюции Луны.

Любопытно, что поверхность, занимаемая светлыми лу­чами, изрыта многочисленными мелкими кратерами диамет­ром 3—5 км. Морфологически они весьма похожи на земные ударные метеоритные кратеры. Вполне возможно, что они обра­зовались при ударе о лунную поверхность крупных осколков, выброшенных из кратеров. Дробясь при ударе, вещество этих осколков пополняло насыпи раздробленного вещества, образу­ющие лучи и венцы кратера Коперника.

Сравнительно близко от кратера Коперник есть несколько кратеров такого же типа, по только уступающие ему в разме­рах. Прежде всего упомянем кратер Эратосфен (диаметр 60 км), расположенный в южных отрогах Апеннин. Он так же хорошо сохранился, как и Коперник, но вокруг него нет свет­лых лучей. Зато находящийся вблизи терминатора почти вдвое меньший кратер Кеплер (диаметр 32 км) обладает и светлым ореолом и светлыми лучами, часть из которых пере­секаются с лучами Коперника. Следует заметить, что из всех лунных кольцевых гор кратеры типа Кеплера и по пропор­циям и по размерам наиболее похожи на кальдеры земных вулканов. Правда, земная вулканическая кальдера Тенерив имеет в поперечнике 20 км, кальдера Браччано 15 км, осталь­ные еще меньше. Однако существенно меньшая тяжесть на Луне содействовала образованию кальдер, значительно более крупных, чем земные.

Столь же молодо, как Кеплер, выглядят кратеры Рейнгольд '(диаметр 47 км), Мейер (диаметр 29 км) и Ландсберг (диаметр 40 км), находящиеся поблизости от Коперника и Кеплера.

На фоне этих молодых кратеров контрастно выделяется по-j луразрушенный кратер Стадий (диаметр 67 км), разместив­шийся между Коперником и Эратосфеном. Внимательно рас­смотрите этот полуразрушенный и полузатопленный кратер — как и в других местах Луны молодой, недавно возникший рельеф, сосуществует с древними руинами.

Кстати сказать, на обширной равнине Моря Дождей можно (при удачных условиях освещения) отыскать немало крате­ров-призраков (или, как их принято называть, кратеров-фан­томов). У этих кратеров, полностью погруженных в твердую, ныне темно-серую поверхность моря, нет никакого вала, от­брасывающего тень. Вместо вала на фоне моря как бы про­свечивает бледное, туманное кольцо — «утонувший» древний кратер. Попробуйте отыскать эти призрачные следы древнего лунного рельефа — вы тогда наглядно почувствуете, что Море Дождей на самом деле было когда-то морем, но состоящем не-из воды, а из огненно-жидкой, раскаленной лавы. Если ваши поиски будут успешными, попробуйте поискать кратеры-при­зраки и в других лунных морях.

Если от Залива Зноя продвигаться прямо на юг, на пути сначала встретится полуразрушенный кратер Шретер (диа­метр 44 км), а затем, почти в центре лунного диска, крупный кратер Фламмарион (диаметр 72 км). Хотя он крупнее Шре-тера, но взгляд наблюдателя невольно сосредотачивается на на нем, а на цепочке из трех исполинских кратеров, рас­положенных южнее Фламмариона. Самый северный из этой тройки Птолемей (диаметр 146 км) не имеет центральной горки.

За ним к югу следует Альфонс (диаметр 124 км). Он бо­лее молод, чем Птолемей — его вал перекрывает вал послед­него. Наконец, еще южнее виден кратер Арзахель (диаметр 92 км), как и Альфонс, имеющий центральную горку. Справа к Альфонсу и Арзахелю примыкает кратер Альпетра-гий (диаметр 40 км). Да и вообще вокруг тройки исполинских кольцевых гор можно насчитать немало кратеров и сравни­тельно крупных и, особенно, мелких.

Валы Альфонса и Арзахеля двойные и полигональные, с весьма сложным строением, впрочем, хорошо заметным лишь в крупные телескопы. Вал Птолемея усеян остроконеч­ными пиками, отбрасывающими при косом освещении длинные острые тени.

Весь этот район Луны невольно оставляет впечатления, что когда-то здесь внутренние вулканические силы Луны по­работали на славу — рассмотрите местность к западу от Аль­фонса и Арзахеля. Сейчас эта картина кажется мертвой, наве­ки застывшей, как, впрочем, и остальные лунные ландшафты. Но, может быть, так только «кажется» при поверхностном наблюдении, а более тщательные исследования могут выявить следы современной вулканической активности Луны?

На дне Альфонса даже в небольшой телескоп можно рас­смотреть загадочное - образование — темный треугольник из какого-то вещества, обладающего меньшей отражательной способностью, чем остальная лунная поверхность. Этот тре­угольник открыли еще в прошлом веке. Когда в его центре уда­лось рассмотреть маленький кратер, некоторые из астрономов высказали гипотезу, что из этого кратера когда-то было вы­брошено темное вещество, нечто вроде вулканического пепла, которое и образовало загадочный треугольный налет. Другие астрономы утверждали, что «пепел» слишком хорошо сохра­

нился, а значит, должен был извергнут недавно, что невоз­можно, так как вулканическая активность, по их мнению, полностью прекратилась на Луне по меньшей мере сотни мил­лионов лет назад.

История с загадочным пятном на дне Альфонса, собст­венно, может считаться лишь эпизодом в длительной дискус­сии (продолжающейся и поныне!) о действующих вулканах на Луне. Начало дискуссии было положено знаменитым ис­следователем звездного мира Джоном Гершелем. В 1787 г. он опубликовал сообщение о трех действующих вулканах на Луне. Из них два Гершель считал почти потухшими, но зато третий был виден две ночи подряд и казался похожим на ма­ленький раскаленный кусок угля*).

Характеристики

Список файлов реферата