72209-1 (639499), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Как некогда сказал один поэт:

"Сужденья черпают из забытых газет",

И всем им по сто с лишним лет…".

Сам поэт несет в своем личностном облике черты борца-правдоискателя, осознающего собственную обреченность на гибель, но идущего, подобно "камикадзе", на решительную борьбу с Системой, "не боясь совсем порвать остатки связок, душу выворачивая…".

Рефлексия о собственном жизненном и творческом пути порой приобретает в песенной поэзии Талькова характер обобщения судьбы поколения, сформировавшегося в атмосфере общественной лжи и лицемерия. В исповедальном, проникнутом самоиронией, стихотворении "Примерный мальчик" в истории взросления и внутреннего становления лирического "я" преломилась участь значительной части его современников, сознание которых, деформированное в условиях советской педагогики, оказалось сбитым, лишенным бытийных ориентиров. А потому и духовный поиск героя, его стремление к личностной свободе, самоидентификации, формы социального протеста имели, как показано в стихотворении, весьма противоречивое выражение:

Читая книги не такие

Тайком от всех по вечерам,

На дискотеках лихо прыгая

И посещая Божий храм.

В раздумьях о подлинной творческой свободе как о непременном условии бытия художника у Талькова различимы отголоски известного пушкинского сонета "Поэту" 1830 г. ("Дорогою свободной // Иди, куда влечет тебя свободный ум…"):

Иду себе своей дорогой

И, как за флаг, держусь за мысль,

Что нет мудрее педагога,

Чем наша собственная жизнь.

Образ поэта, "крамольного" в отношении к официальной идеологии и усредненных стандартов творческого поведения, раскрывается и в таких стихотворениях, как "Друзья-товарищи" (1988), "Спасательный круг" (1989), "Призвание" (1986). В стихотворной притче "Бубен-тамбурин" (1984) в иносказательной форме – через антитезу кричащей музыки бубна и "самозабвенного", тихого "звучанья чудных арф" – выявляется драма одиночества лирического "я", чуждости его эстетического вкуса нормам массовой культуры, неглубоким запросам "забубенной публики".

Особую значимость в русле рассматриваемой темы приобретали для Талькова размышления о трагических судьбах "властителей чувств и дум" современности – В.Высоцкого и В.Цоя, безвременная гибель которых была насыщена для него глубинным мистическим смыслом. В песне-реквиеме "Памяти Виктора Цоя" (1990) на первый план выступают онтологическая, религиозная трактовка земной жизни и "последних сроков" "целителей уставших наших душ", интуитивное прозрение собственного раннего ухода ("А может быть, сегодня или завтра // Уйду и я таинственным гонцом"):

Глаза таких Божественных посланцев

Всегда печальны и верны мечте,

И в хаосе проблем их души вечно светят

Мирам, что заблудились в темноте.

Они уходят, не допев куплета,

Когда в их честь оркестр играет туш:

Актеры, музыканты и поэты –

Целители уставших наших душ.

Осмысление горького удела поэта в России в стихотворении "Природа объявила нам войну" перерастает в апокалипсическую картину национального бытия, оказавшегося у "последней черты" в своей оторванности от органических, природных основ жизни. В обобщающе-символическом ракурсе, в исповедальном слове лирического "мы" прорисовывается собирательный образ народа, мучительно возвращающего себе духовную и историческую память:

И вот мы спохватились, каясь и моля,

Когда над нами грянул гром и вздрогнула земля,

И вспомнили про Бога и Иисуса во Христе,

И вспомнили поэтов, что распяли на кресте.

Вселенское обобщение собственной, осмысляемой с духовной точки зрения судьбы и пути Родины достигается в одной из ключевых и итоговых для Талькова философской балладе, песне-пророчестве "Я вернусь" (1990).

Архетипический для русской культуры образ воскресения поэта "пусть даже через сто веков" и его возвращения в обновленную страну сопряжен здесь с глобальным обобщением истории России ХХ века – поры революций, войн (явных и скрытых, характеризующих общий климат общественной жизни), нищеты и "дождей из слез". Лейтмотив "боя" в самохарактеристиках поэта становится знаком его неослабевающей духовной и творческой активности: "Я завтра снова в бой сорвусь, // Но точно знаю, что вернусь". Напряженно рефлексируя о таинственной связи своего посмертного возвращения и "первого дня рождения страны, вернувшейся с войны", поэт раскрывает двуединство острого социального звучания собственного творчества и его задушевно-лирической струи:

Я пророчить не берусь,

Но точно знаю, что вернусь,

Пусть даже через сто веков,

В страну не дураков, а гениев,

И, поверженный в бою,

Я воскресну и спою

На первом дне рождения страны, вернувшейся с войны.

А когда затихают бои,

На привале, а не в строю

Я о мире и о любви

Сочиняю и пою…

Итак, при выявленном разнообразии мотивов песенная поэзия Талькова, ставшая заметным явлением и в эволюционировавшей авторской песне, и в целостном контексте отечественной поэтической культуры, вырисовывается как художественное единство.

На сцене, в творческом уединении, в любви, в нелегкой социальной борьбе, постижении судьбы России – лирический герой Талькова раскрывается во внутренней цельности, основанной на религиозной сущности миропонимания, в напряженной саморефлексии, этике духовного стоицизма. Его глубинное "я" выражается как в проникновенной исповеди о своей душевной жизни, так и в подчас нелицеприятном диалоге с современниками о кризисных чертах национального сознания, тяжелых страницах прошлого и смутного настоящего, в балладном звучании притч, пророчеств о будущем России. В нередко надрывном голосе поэта-певца резонировал, как и в песнях В.Высоцкого, голос поколения, сформировавшегося в условиях брежневского "застоя" и драматично осознавшего себя на перепутье во второй половине 1980-х гг.

Поэзия И.Талькова явилась ярким художественным выражением эпохи болезненного крушения Системы, обнажившего зияющие пустоты в национальной картине мира. Она в полноте выразила стремление общества обрести утерянные духовные, религиозные ориентиры бытия, соединив в себе публицистическое, рефлексирующее начало с сильнейшим эмоциональным зарядом, богатой гаммой душевных переживаний.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.portal-slovo.ru/

Характеристики

Список файлов сочинения