Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 8)

Из хрустального тумана,

Из невиданного сна

Чей-то образ, чей-то странный .. III, 11

Но тут же эта загадочность снимается замечанием, вставленным в многозначительные скобки:

(В кабинете ресторана

За бутылкою вина)

И сразу — резкий музыкальный контраст:

Визг цыганского напева

Налетел из дальних зал,

Дальних скрипок вопль туманный...

Это низведение символистской странности к странности пьяного видения подготовлено первыми же словами – «из хрустального тумана»: столкновение грубо-бытовой реальности с поэтическим образом превращает хрустальный туман в обыкновенное стекло пивной кружки. Именно такое явление мы и наблюдаем в стихотворении «Там дамы щеголяют модами..." - одном из вариантов «Незнакомки». Героиня стихотворения уже не «в туманном движется окне», а виднеется сквозь стекло пивной кружки:

Там дамы щеголяют модами,

Там всякий лицеист остер

Над скукой дач, над огородами,

Над пылью солнечных озер

Туда манит перстами алыми

И дачников волнует зря

Над запыленными вокзалами

Недостижимая заря

Там, где скучаю так мучительно,

Ко мне приходит иногда

Она — бесстыдно упоительна

И унизительно горда.

За толстыми пивными кружками,

За сном привычной суеты

Сквозит вуаль, покрытый мушками,

Глаза и мелкие черты

Чего же жду я, очарованный

Моей счастливою звездой,

И оглушенный и взволнованный

Вином, зарею и тобой?

Вздыхая древними поверьями,

Шелками черными шумна,

Под шлемом с траурными перьями

И ты вином оглушена?

Средь этой пошлости таинственной,

Скажи, что делать мне с тобой —

Недостижимой и единственной,

Как вечер дымно-голубой?

II, 187-188

Нет девичьего стана—есть только вуаль; за вуалью—не «берег очарованный» и не «очи синие бездонные», а «глаза и мелкие черты». Она «бесстыдно упоительна И унизительно горда». Красота опошлена. И все же героиня стихотворения остается «недостижимой и единственной»—она противопоставлена «пошлости таинственной», трактуется как ее жертва. Стихотворение «Там дамы щеголяют модами..» писалось одновременно с «Незнакомкой», но завершил его Блок через 5 лет.

Символика звуковых образов Блока развивалась под знаком непрестанного углубления смысловой сферы стихов. Таинственный мир звуков, непостижимых и роковых, с годами размыкал свой круг, приближаясь к живой жизни и людям, пока не слился с ними в одном нерасторжимом единстве, став частью неделимого целого «звук — живая жизнь».

В эволюции символики звука в образной структуре Блока отчетливо ощутимо движение от частного, конкретного, случайного к обобщенно-типологическому, всеохватывающему значению звуков, к стихии звукового напора и от нее — к всеобщей звуковой гармонии.

Заключение.

В стихотворении 1902 г. под заглавием «Religio» Блок писал:

Любил я нежные слова,

Искал таинственных соцветий...

В самом деле, именно цветовая символика и вообще зрительная образность — основная черта поэтической модели мира, созданной Блоком. Но Блок не только искал таинственных цветовых соответствий: он прислушивался и к таинственным звуковым соответствиям окружающего мира. В 1919 г. в предисловии к поэме «Возмездие» он говорит: «Я привык сопоставлять факты из всех областей жизни, доступных моему зрению в данное время, и уверен, что все они вместе создают единый музыкальный напор». Музыкальное ощущение явлений находит выражение у Блока как посредством повторяющихся образов, подобных лейтмотивам его лирических циклов и поэм, так и посредством тонкой проработки звуковой ткани и ритмического разнообразия его стиха. Ритм и звук в его поэзии очень часто несут совершенно определенную информацию, улавливаемую читателем синэстетически, на подсознательном уровне.

Поясним понятие синестетизма.

Слово "синестезия" происходит от греческого synaisthesis и означает смешанное ощущение (в противовес "анестезии" - отсутствию ощущений). Синестезия - это явление восприятия, когда при раздражении одного органа чувств наряду со специфическими для него ощущениями возникают и ощущения, соответствующие другому органу чувств, иными словами, сигналы, исходящие от различных органов чувств смешиваются, синтезируются. Человек не только слышит звуки, но и видит их, не только осязает предмет, но и чувствует его вкус.

Синестезией называют прежде всего межчувственные связи в психике, а также результаты их проявлений в конкретных областях - поэтические тропы межчувственного содержания; цветовые и пространственные образы, вызываемые музыкой; и даже взаимодействия между искусствами (зрительными и слуховыми) (по Б.М. Галееву).

В чем же суть понятия "межчувственная связь" (синестезия), ее функций в искусстве? Речь идет о взаимодействиях в полисенсорной системе чувственного отражения, возникающих по принципу ассоциации. Простейшие связи, как известно, - "ассоциации по смежности", а наиболее значимые для искусства это "ассоциации по сходству". Сходство может быть сходством по форме, структуре, гештальту(форме/виду) слухового и зрительного образов (например, на этом строится аналогия: мелодия-рисунок). Сходство может быть и по содержанию, и по эмоциональному воздействию (на этом основаны, например, синестетические аналогии "тембр-цвет", тональность-колорит"). Последний тип синестезий наиболее характерен искусству, и при признании связующего посредничества высших, "умных" эмоций, в формировании синестезий можно усмотреть участие мыслительных операция (пусть они и осуществляются чаще всего на подсознательном уровне). В связи с этим синестезию следует отнести к сложным специфическим формам невербального мышления, возникающим в виде "со-представления", "сочувствования", но отнюдь не "со-ощущения", как то трактуется согласно этимологии этого слова.

Таким образом, будучи специфической формой взаимодействия в целостной системе человеческой чувственности, синестезия есть проявление сущностных сил человека, но отнюдь не некий эпифеномен, и конечно же, не аномалия, а норма - хотя ввиду возможной "скрытости" своего происхождения в каждом конкретном случае она и недоступна для поверхностного научного изучения. Более того, синестезию можно охарактеризовать как концентрированную и симультанную актуализацию чувственного в широком спектре его проявлений: во-первых, "умноженная" сенсорность и, во-вторых, эмоции, осуществляющие как посредник это "умножение".

Мы не ставили целью работы подробно останавливаться на личности Блока, как типичного синестета, однако, считаем своим долгом, отметить, как тональность звуковых образов лирики А. Блока отражается на восприятии его стихотворений. Александр Блок, являясь одним из ярчайших представителей символизма, обладая синестетически развитой душевной структурой, явился подлинным певцом красок эпохи, ее «голоса» в мировой истории.

Поэтические образы Блока нельзя рассматривать как простые отражения реальных объектов или как обычные метафоры и метонимии, просто нагруженные каким-нибудь абстрактным смыслом. Его образы всегда сохраняют как конкретный, так и абстрактный смысл, т. е. являются символами. Голубые видения, розовые горизонты, белые храмы над рекой в его ранних стихах — и желтый петербургский закат, лиловый сумрак, ночь, улица, фонарь, аптека в его поздних стихах, — все это одинаково сопротивляется истолкованию на одном только уровне значения, потому что все это нагружено сложной полисемичной информацией.

Центральный образ ранней блоковской лирики (1901 —1902), образ Прекрасной Дамы, порой воплощает реальные черты Любови Дмитриевны Менделеевой, будущей невесты и жены поэта, но гораздо чаще это возвышенный символ Вечной Женственности. Само имя «Прекрасная Дама» содержит в своих ударных слогах два компактных звука «а». Дистинктивный признак компактности обычно ассоциируется с ощущением простора, полноты, завершенности, величия, уравновешенности, силы и мощи. Все эти и подобные ощущения можно свести к понятию устойчивости. Поэтому не приходится удивляться, что в некоторых стихотворениях о Прекрасной Даме эти ударные «а» господствуют в первых же строках: «Она молода и прекрасна была'...», «Она росла за дальними горами...», «Она стройна и высока...», «Ты в поля отошла без возврата...»

Культ Вечной Женственности останется важнейшей темой поэзии Блока. Когда образ Прекрасной Дамы впоследствии замещается образом Незнакомки, Падучей Звезды, то все равно ее вид вызывает в поэте то же самое ощущение величия — заметим девять ударных «а» в следующей строфе:

И медленно пройдя меж пьяными,

Всегда без спутников, одна, Дыша духами и туманами, Она садится у окна...

Влекущие розовые и голубые видения, дорога вдаль, алая заря, весь этот ландшафт ранней поэзии Блока создает впечатление иллюзорного мира «снов и видений».

В поздней поэзии Блока вся модель его поэтического мира претерпевает коренные изменения. Русский сельский пейзаж сменяется видением «северной Венеции», призрачного города Петра Великого, воспетого Пушкиным, Гоголем и Достоевским. Меняется и цветовая символика блоковской поэзии:

В эти желтые дни меж домами

Мы встречаемся только на миг.

Ты меня обжигаешь глазами

И скрываешься в темный тупик…

(6 октября 1909)

В черных сучьях дерев обнаженных

Желтый зимний закат за окном.

(К эшафоту на казнь осужденных

Поведут на закате таком...)

(6 декабря 1911)

После 1904 г. все цвета у Блока становятся темнее и темнее. Светлые оттенки синего («голубой» и «лазурный») и красного («розовый») постепенно исчезают. Если в первом его томе лазурный цвет составлял 9,6% всей цветовой гаммы (а в «Стихах о Прекрасной Даме» — даже 13,3%), то после 1904 г. доля его становится ничтожной. Частота упоминаний черного цвета в двух следующих томах нарастает, но доля белого остается относительно устойчивой, слегка понижаясь только в третьем томе. Это можно понять: просто символика белого цвета меняется. Это уже не цвет тех цветов, которые поэт бросает за церковную ограду, — это цвет смерти («белая смерть», «белый саван») и цвет метели, снежной бури, в которой кружатся черные маски. Полисемический символ метели становится центральным в стихах Блока 1907—1908 гг.; он проходит лейтмотивом через поэму «Возмездие» и достигает окончательной мотивировки в «Двенадцати».

Вместе с цветовой образностью у позднего Блока изменяется и звуковая ткань стихотворений. Особенно заметны частые созвучия на диффузные гласные «у», «ы», «и». Вспомним, что диффузность синэстетически ассоциируется с неполнотой, внутренней неуравновешенностью, слабостью и даже страданием — со всеми чувствами, которые можно обозначить общим понятием неустойчивость.

И вот уже ветром разбиты, убиты

Кусты облетелой ракиты.

И прахом дорожным

Угрюмая старость легла на ланитах,

Но в темных орбитах

Взглянули, сверкнули глаза невозможным...

И снится, и снится, и снится: Бывалое солнце!

(3 октября 1907)

Итак, проанализировав работы ведущих ученых-блоковедов, мы в своей работе пришли к выводу, что тема исследования цветового и музыкального оформления Александром Блоком своих произведений неисчерпаема, требует более подробного рассмотрения с членением ее на подтемы для получения более полного научного результата. Этого можно достигнуть, при сотрудничестве с психологами, искусствоведами, проводя фоносемантический и фонетический анализы различных произведений поэта различных периодов творчества. Хочется надеяться, что данная работа послужит началом к проведению последующих исследований различных проявлений синестетизма в лирике великого русского поэта Александра Александровича Блока.

Использованная литература.

1. А. Блок Собрание сочинений. В 8т. — М., Гослитиздат, 1976.

2. Блок А. Избранное. — М., 1989.

3. Блок А. Дитя Гоголя. — М., 1909.

4. Блок А. Интеллигенция и революция. — М., 1918.

5. Блок А. Памяти В.Ф. Комиссаржевской. — М., 1916.

6. Блок Александр. Исследования и материалы / научное издание / отв. ред. Ю.К. Герасимов. – Л.: Наука, 1991.

7. Авраменко А.П. А. Блок и русские поэты XIX века. – М.: Изд-во МГУ, 1990.

8. Александр Блок в воспоминаниях современников: В 2-х т. /[Сост., подг. текста и коммент. В. Орлова]. – М.: Худож. лит., 1980.

9. Альфонсов В. Слова и краски. – М.-Л., 1966.

10. Асафьев Б. Видение мира в духе музыки (поэзия А. Блока). //Советская музыка — 1970, № 11. С.72-86.

11. Архангельская Ю.В. О формировании символа в стихах А. Блока. // Русская речь. – 1990. - №6. – С.23-28.

12. Базанов В.Г. Фольклор. Русская поэзия начала XX века. – Л., 1988.

13. Баран Х. Поэтика русской литературы начала XX века. – М.: Прогресс-Универс, 1993.

14. Барлас В. Глазами поэзии. – М., 1986.

15. Белый А. Арабески. Книга статей. — М., 1996.

16. Беззубов В.И. Александр Блок и Леонид Андреев. — М., 1986.

17. Берберова Н. Александр Блок и его время: Биография. Пер. с фр. — М.: Изд-во Независимая Газета, 1999.

18. Благой Д.Д. Блок и Ап. Григорьев. — М., 1973.

19. Благой Д.Д. От Кантемира до наших дней. Т.1. – М.: Худож. лит., 1972.

20. Брюсов В. Ремесло поэта. – М., 1981.

21. Ванечкина И.Л., Галеев Б.М. Поэма огня. - Казань: Изд-во КГУ, 1981.

22. Венгров Н. История русской советской литературы. В 4-х т. Т.1. – М., 1967.

23. Венгров Н. Путь Александра Блока. – М., 1963.

24. Виноградов В.В. Поэтика русской литературы. — М.: Наука, 1976.

25. Галеев Б.М. Содружество чувств и синтез искусств. - М.: Знание, 1982.

26. Галеев Б.М. Человек - искусство - техника (проблема синестезии в искусстве). - Казань: Изд-во КГУ, 1987.

27. Галеев Б.М. Светомузыка в системе искусств. - Казань: КГК, 1991.

28. Глушкова Т. Музыка России (лирика А. Блока) // Глушкова Т. Традиция – совесть поэзии. – М., 1987. С.36-39.

29. Громов П.А. А. Блок. Его предшественники и современники. М., 1966.

30. Долгополов Л.К. Александр Блок. Личность и творчество. 2-е изд., испр. и доп.– Л.: Наука, 1980.

31. Ерёмина Л.И. Старые розы А. Блока // Филологические науки. – 1982. - №4.— С.24-31.

32. Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Стилистика. — Л., 1977.

33. Жирмунский В.М. Творчество Анны Ахматовой. — Л., 1973.

34. Завадская Е. Краски и слова. /К 100-летию со дня рождения А. Блока. – М.: Дет. лит., 1980. - №11. – С.16-21.

35. Захаров Э. Музыкальное у А. Блока: Заметки и наблюдения. Родство искусства // Искусство в школе. – 1993. - №2. – С.8-13.

36. Крук И.Т. Поэт и действительность. — Киев, 1969. С.42-43.

37. Краснова Л. Поэтика Александра Блока. — Издательство Львовского университета, 1973.

38. Кузьмина Н.А. Традиционная поэтическая фразеология в лирике Блока // Русская речь. – 1976. - №4. С.12-19.

39. Куняев С.Ю. Огонь, мерцающий в сосуде. – М.: Современник, 1986.

40. Ланда Е.В. Мелодия книги: А. Блок-редактор. – М.: Книга, 1982.

41. Литературное наследство. Т.92: Александр Блок: Новые материалы и исследования: В 5кн. / Отв. ред. И.С. Зильберштейн, Л.М. Розенблюм. – М.: Наука, 1987.

42. Липатов В.С. Краски времени.— М.: Мол. Гвардия, 1983.

43. Лосев А.Ф.«Проблема символа и реалистическое искусство», — М.: Искусство, 1976.

44. Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии. – СПб., 1996.

45. Лотман Ю.М., Минц З.Г. «Человек природы» в русской литературе ХХ века и «цыганская тема» у Блока. // Блоковский сборник. - 1964.

46. Макарова А.А. «Вхожу я в темные храмы» А.А. Блока // Литература в школе. – 2000. - №8 – С.5-11.

47. Максимов Д.Е. Поэзия и проза Александра Блока. – Л.: Советский писатель, 1975.

48. Максимов Д.Е. О спиралеобразных формах развития литературы: к вопросу об эволюции А. Блока. // Культурное наследие Древней Руси. — М.: Наука, 1976.

49. Минц З.Г. Блок и русский символизм. — М.: Наука, 1980.

50. Минц З. Г. Блок и русский символизм. Александр Блок и русские писатели. — СПб.: Искусство-СПБ, 2000.

51. Минц З.Г. Поэтика Александра Блока. – СПб.: Искусство-СПБ, 1999.

52. Миллер-Будницкая Р.З. Символика цвета и синэстетизм в поэзии на основе лирики А. Блока. // Известия Крымского пединститута им. Фрунзе, т. III, Симферополь, 1930.

53. Образное слово А. Блока / Отв. ред. А.Н. Кожин. – М.: Наука, 1980.

54. Озеров Л. Мастерство и волшебство. — М., 1976.

55. Паперный З.С. Единое слово. – М.: Сов. Писатель, 1983.

56. Рыленков Н. Душа поэзии. — М., 1969.

57. Соколова Н.К. Слово в русской лирике начала XX века — Воронеж: Издательство ВГУ, 1980.

58. Соколова Н.К. Поэтический строй лирики Блока — Воронеж: Издательство ВГУ, 1984.

59. Соловьёв Б.И. Поэт и его подвиг. – М.: Советская Россия, 1978.

60. Тарановский К.С. О поэзии и поэтике. — М., 2000.

61. Турков А.М. Открытое время. – М., 1975.

62. Чуковский К.И. Современники. – М., 1967. С.53.

63. Щеглов М. Литературно-критические статьи. – М., 1965.

Министерство образования Российской Федерации

Мичуринский государственный педагогический институт

Кафедра литературы

студента 5 курса

филологического факультета

заочного отделения

Мячина Максима Юрьевича

Цвет и звук в лирике А. Блока

дипломная работа

Руководитель:

ст. преподаватель

Евсюкова Вера Ивановна

Мичуринск 2002

1 Ахматова А. “Воспоминания об А. Блоке.” М. 1976. (Далее при цитировании будет указываться номер источника, страницы)

6

Характеристики

Список файлов сочинения