77521 (637693), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В конце 90-х — начале 900-х годов заметно меняются представления писателя о роли и значении искусства. В “Прекрасной Елене” (1896) и “Матери” (1902) он, как и в “Загадке”, отстаивает могучую силу художествен­ного образа, облагораживающего и возвышающего человека. Но в рассказе 1900 года “На эстраде” появляется еще и новый, весьма существенный мотив. Писатель утверждает, что только то искусство оправдывает свое назначение, которое помогает борьбе за светлые идеалы человечества. Этим утверждени­ем Вересаев бросал вызов эстетическим принципам декадентов.

В 1899 году он пишет рассказ о судьбе переплетного подмастерья — “Конец Андрея Ивановича”, в 1903 году продолжает его рассказом о горестях жены Андрея Ивановича — “Конец Александры Михай­ловны” (“Честным путем”). Они были объединены в повесть “Два конца”. Впервые Вересаев написал повесть, где центральными героями стали не интеллигенты, а рабочие. Он все ближе подходил к горьковскому направле­нию в литературе.

Вересаев и раньше всегда старался держаться событий и фактов, которые сам наблюдал, с которыми непосредственно сталкивался. Обратив­шись к изображению людей, куда менее ему знакомых, нежели интеллиген­ты, он еще строже придерживается фактического материала. За образами Андрея Ивановича и Александры Михайловны стоят совершенно реальные прототипы — хозяева той квартиры, где жил Вересаев в 1885 — 1886 годах. Даже фамилию героев он не выдумал, взял ту, что носил дед хозяина квартиры, — Колосов. Все это придает повести силу документа, но рабо­чих — практиков революции — он знал плохо, его окружением были револю­ционно настроенные интеллигенты. Общую картину рабочего движения он представлял себе весьма смутно. Поэтому в повести “Два конца” революцион­ные рабочие оказались отодвинутыми на второй план и были изображены весьма схематично. “Два конца” сильны своей критической направленно­стью. Центральными героями повести Вересаева стали люди, осознавшие, “что они живут, а жизни не видят”, люди, в то же время сдавшиеся перед страшными условиями своего существования. Это и определило их “конец”.

Андрей Иванович Колосов сочувственно слушает разговоры о равнопра­вии женщин и вместе с тем не хочет признать свою жену полноценным человеком, бьет ее, запрещает учиться и работать, потому что ее, дело — хо­зяйство, ее дело — о муже заботиться. У него “есть в груди вопросы, как говорится... — насущные”, он соглашается, “что нужно стремиться к свету, к знанию... к прояснению своего разума”, но утешение находит в трактире.

Знакомство с революционерами — “токарем по металлу из большого.. пригородного завода” Барсуковым и его товарищем Щепотьевым — убеждает его, “что в стороне от него шла особая, неведомая жизнь, серьезная и труженическая, она не бежала сомнений и вопросов, не топила их в пьяном угаре, она сама шла им навстречу и упорно добивалась разрешения”. Но он ничего не делает, чтобы приобщиться к “бодрой и сильной” жизни. Так и тянулось это постылое существование без будущего, без борьбы, без “просто­ра”, и больной, никому не нужный, кроме жены, Андрей Иванович умирает от ,чахотки.

Жизнь его жены еще безотраднее. В переплетной мастерской, той самой, где работал Андрей Иванович, а после его смерти Александра Михайловна, к девушкам и женщинам относились совсем иначе, чем к переплетным-подмастерьям. “С подмастерьями считались, их требования принимались во внимание. Требования же девушек вызывали лишь негодующее недоумение”. За то, чтоб жить, жить хоть впроголодь, женщине приходилось продавать себя мастеру, хозяину мастерской — всем, от кого зависит, быть ли женщине сытой или умереть в нищете. Писатель показывает, как рушатся надежды Александры Михайловны на “честный путь”.

В “Двух концах” социальные симпатии автора очевидны: они связаны с рабочими-революционерами Барсуковым и Щепотьевым. Но и Барсуков и Щепотьев появлялись на страницах повести мельком, влияние их на судьбы героев и развитие сюжета было незначительным.

Вересаев не раз собирался изменить финал “Конца Андрея Иванови­ча”: Колосов выздоравливает и примыкает к революционному движению. В архиве писателя сохранилась инсценировка рассказа, сделанная много лет спустя. Сюжет повести заметно изменен. Андрей Иванович попадает на, маевку рабочих, помогает соседке Елизавете Алексеевне прятать нелегаль­ную литературу, а когда революционерку арестовывают жандармы, больной и ослабевший Колосов говорит: “Сотни других на ее место станут! Пожара теперь не потушить!”

Деятельность Вересаева обращает на себя внимание властей. В апреле 1901 года его увольняют из больницы, на квартире у писателя производят обыск, а в июне постановление министра внутренних дел запрещает ему в течение двух лет жить в столичных городах. Он уезжает в родную Тулу, где. находится под надзором полиции. Но и там активно участвует в деятельности местной социал-демократической организации, сближается с Тульским комитетом РСДРП, который возглавлялся рабочим С. И. Степановым, врачом-хирургом П. В. Луначарским (братом А. В. Луначарского) и другими тверды­ми “искровцами”, впоследствии, после раскола партии, ставшими большеви­ками. Ряд заседаний комитета проходил в доме Вересаева. Писатель помо­гал комитету деньгами, устраивал литературно-художественные вечера, денежные сборы от которых тоже шли на революционную работу. Де­партамент полиции установил тщательное наблюдение за Вересаевым; но, несмотря на это, он активно участвует в подготовке первой рабочей демонстрации в Туле, происшедшей 14 сентября 1903 года. По заданию комитета РСДРП он пишет прокламацию “Овцы и люди”, ее разбрасывали во время демонстрации.

Да и в его творчестве — в “Записках врача”, в повестях “На повороте”, “Два конца” — симпатии явно на стороне революционно настроенных рабо­чих. На это обращала внимание уже критика тех лет: “...г. Вересаев оказался сопричисленным к... странной новой плеяде босяцкого Гомера, Максима Горького”, — подобными высказываниями пестрели тогда рецензии на произ­ведения Вересаева.

“Сам писатель неоднократно признавался, что отношения с М. Горьким ему “страшно дороги” (письмо В.Вересаева М.Горькому от 16 сентября 1900 г.)”¹ Их сближение произошло на рубеже двух веков. Еще в 90-е годы М. Горький отметил тяготение Вересаева к острейшим социальным пробле­мам дня, уловил созвучность настроений автора “Без дороги” и “Конца Андрея Ивановича” некоторым собственным настроениям. М. Горький вклю­чает произведения В.Вересаева в большинство изданий, в которых сам принимает участие, привлекает к сотрудничеству в издательстве “Знание”, объединившем наиболее прогрессивных русских писателей. Вероятно, на отношения этих лет, предшествовавших 1905 году, прежде всего и опирался М.Горький, когда много позже писал В.Вересаеву: “...всегда ощущал Вас человеком более близким мне, чем другие писатели нашего поколения. Это — правда. Это — хорошая правда; думаю, что я могу гордиться ею”.

___________________________________________________________________________

¹.Вересаев В.В. — М.: Правда, 1980.— 400 с.

Врач Вересаев никогда не забывал напомнить читателю, сколь человек зависим от своей биологической первоосновы. Всячески подчеркивалось ее влияние на поступки Чеканова, Токарева, героев “Двух концов”. Вересаеву казалось, что биологический инстинкт подчас побеждает в человеке все, даже инстинкт классовый. По своей природе человек пока слишком несовершенен, потому и не готов в ближайшее время построить общество людей-братьев. Социалистической революции должен предшествовать довольно длительный период нравственного “усовершенствования” людей.

События 1905 года поначалу властно захватили писателя. Он было совсем уже отказался от своих недавних сомнений, но поражение восставшего народа усилило его опасения. 1905 год, таким образом, завершил второй период творчества писателя, когда Вересаев, несмотря на колебания, шел С марксистами-ленинцами. Начинается новый период, наиболее противоречи­вый и сложный.

В июне 1904 года, как врач запаса, Вересаев был призван на военную службу и вернулся с русско-японской войны лишь в начале 1906 года!

Там, в далекой Маньчжурии, он окончательно приходит к выводу, что существующий строй изжил себя. Об этом он поведал читателю в записках “На японской войне” (1906 — 1907) и в примыкающем к ним цикле “Рассказы о японской войне” (1904 — 1906). “На японской войне” — кульминационное произведение дооктябрьского творчества Вересаева. Писатель впервые столь определенно раскрыл тему двух властей — власти самодержавной и власти народной.

В последних главах записок, посвященных дороге домой, по районам, где власть перешла к стачечным комитетам, В. Вересаев рассказал, как разительно отличались два мира — старый мир бюрократического равноду­шия к человеку и мир новый, мир свободы. Но стоило эшелону, в котором, ехал писатель, попасть в районы, где хозяйничало военное командование, как начиналась знакомая “бестолочь”, хамское отношение к человеку.

Здесь, на родине, Вересаев задумывает в 1906 году большую вещь о революции. Однако вскоре оставляет эту повесть и пишет другую — “К жизни”, в которой ставит под сомнение успех революционной борьбы и предлагает новую программу переустройства мира.

Размышляя о причинах поражения первой русской революции, В. Вере­саев пришел к выводу, что подтвердились его былые сомнения. Он продолжа­ет мечтать о революции, но считает ее делом будущего, пока же главной задачей ему представляется воспитание человека, моральное его совершен­ствование. Так рождалась теория “живой жизни”, а вместе с тем и повесть “К жизни”, предлагающая идеалистическую по своей сути программу морального совершенствования человека. Поиски нового “смысла жизни” целиком связаны с главным героем Константином Чердынцевым, от лица которого ведется рассказ. Пережив увлечение и революцией, и мещанским идеалом сытого довольства настоящим, и декадентством, Чердынцев во второй части повести обретает истинный, по мнению писателя, смысл жизни. Подлинное счастье людей в близости к крестьянскому труду, связанному с “матушкой-землей”, в постоянном общении с вечно юной природой; именно таким путем и возможно нравственное совершенствование человека. Теория “живой жизни” сильно отдавала толстовством.

Повесть “К жизни” встретили в штыки и революционные круги и реакционная пресса. Своим оптимизмом, своей верой в созидательные возможности человечества В. Вересаев противостоял реакционерам, оплевы­вавшим революцию и человека. Но в то же время он уводил читателя в сторону от социальной борьбы. И его осудили те, кто продолжал звать народ на бой с царизмом.

Вплоть до грозных дней 1917 года писатель занимает двойственную позицию. Себя он, как и раньше, считает социал-демократом, марксистом. Держится резко оппозиционно к самодержавной власти. Достаточно вспом­нить его отказ от звания почетного академика. В конце 1907 года Вересаев с радостью принимает предложение М. Горького стать одним из редакторов сборника, в котором предполагалось участие В. И. Ленина и А. В. Луначарскогo. На посту председателя правления и редактора “Книгоиздательства писателей в Москве” В.Вересаев ведет войну с декадентами, отстаивая реализм, намеревается сделать из “Книгоиздательства” центр, противостоящий литературе буржуазного упадка.

В октябре 1917 года Россию потряс новый революционный взрыв. Как только В. Вересаев воочию убедился, что начался новый штурм самодержа­вия, он пошел с народом: в 1917 году Вересаев работает председателем художественно-просветительской комиссии при Совете рабочих депутатов в Москве. Задумывает издание дешевой “Культурно-просветительной биб­лиотеки”. В 1919 году, с переездом в Крым, становится членом коллегии феодосийского наробраза, заведует отделом литературы и искусства. Позже, при белых, 5 мая 1920 года, на его даче проходила подпольная областная партийная конференция большевиков. В газетах даже появились сообщения, что Вересаев расстрелян белогвардейцами.

Вернувшись в 1921 году в Москву, он много сил отдает работе в литературной подсекции Государственного ученого совета Наркомпроса, созданию советской литературной периодики (был редактором художествен­ного отдела журнала “Красная новь”, членом редколлегии альманаха “Наши дни”). Его избирают председателем Всероссийского союза писателей. Вереса­ев выступает с лекциями перед молодежью, в публицистических статьях изобличает старую мораль и отстаивает новую, советскую (“Об обрядах старых и новых”, например).

Переломные моменты развития вересаевского творчества всегда сопро­вождались стремлением писателя определить для себя задачи искусства. “Загадка”, “На эстраде” имели именно такое значение. И теперь он пишет рассказ “Состязание” (1919), крайне существенный для уяснения его эстети­ческих позиций. Состязание на лучшую картину, “изображающую красоту женщины”, по единодушному решению толпы, выиграл не убеленный сединами Дважды-Венчанный, исходивший полсвета в поисках идеальной “высшей красоты”, а его ученик Единорог, для которого подлинно прекрас­ной оказалась “обыкновенная девушка, каких везде можно встретить десятки”. Истинное искусство видит наивысшую красоту земли в простом народе, оно обращено к народу, главный судья для художника — народ. Таков “символ веры” Вересаева.

Отношение его к революции было вместе с тем по-прежнему сложным. Роман “В тупике” (1920 — 1923) подтверждает это.

“Я махнул рукою и занялся изучением Пушкина и писанием воспомина­ний, — самое стариковское дело”, — сообщал он М.Горькому вскоре После окончания романа “В тупике” (письмо от 23 мая 1925 г.). У Вересаева, пожалуй, не было более трудной поры, чем начало 20-х годов. Кризис этих лет оказался куда тяжелее кризиса, который пережил В. Вересаев во времена повести “К жизни”. Тогда он заблуждался, но субъективно ощущал себя на линии огня. Сейчас он, никогда не сомневавшийся, что дело писателя - “звать народные массы за собою, а не плестись в хвосте их настроений”, оказался от всякой попытки вести за собой читателя.

Кризис был мучителен. И снова на помощь приходит “живая; жизнь”, теперь уже как практическое средство самоуспокоения. ““Эх, вся эта угрю­мость, отчаяние, неприятие жизни, — как они вдруг становятся чуждыми и непонятными, когда человек начнет дышать чистым воздухом полей, моря или гор, когда солнце начнет горячо ласкать его обнаженную “кожу”... одним лучом солнца можно перестроить всю душу человека и жизненно страшное сделать смешным и нестрашным”, — рассказывал он в одном из писем 20-х годов.”² В.Вересаев часто уезжает из Москвы, живет на юге, в Коктебеле, усиленно занимается садом.

Но “живая жизнь” оставляла его не у дел и потому не приносила успокоения. Он был писателем, заменить литературу садом не мог. И он решил пойти к заводской молодежи; снял комнату невдалеке от завода “Красный богатырь”, в подмосковном селе Богородском, за Сокольниками, и прожил здесь около полутора лет. “Свел много знакомств с рабочими и работницами... — пишет В. Вересаев в своих неопубликованных воспоминани­ях об истории работы над романом “Сестры”. — Бывал в комсомольской ячейке”, ходил по цехам, в

___________________________________________________________________________

².Вересаев В.В. — М.: Правда, 1980.— 400 с.

общежитие. Результатом явилась целая серия произведений о молодежи — рассказы “Исанка” (1927), “Мимоходом” (1929), “Болезнь Марины” (1930),.роман “Сестры” (1928 — 1931). В произведениях о молодежи В. Вересаев сумел уловить многие острейшие проблемы дня, включился в шедший тогда спор о новой морали — любви, семье. Именно с них начинается последний, четвертый, период творчества Вересаева: писа­тель возвращался к активной общественной позиции. Много сил отдает он литературоведческой и публицистической работе, стремясь говорить с самым широким читателем.

А исподволь работал над книгой, которая оказалась его последней и лучшей книгой, своего рода книгой итогов. Ее творческая история сложна и до конца не ясна. Замысел книги, названной “Без плана”, возник у Вересаева в середине 20-х годов. Он отдал этой работе двадцать лет из шестидесяти, посвященных литературе, и вложил в нее весь свой писательский опыт. “Без плана” — по сути, книга всей его жизни: многие страницы почти дословно воспроизводят заметки из дневников и записных книжек еще 80 — 90-х годов прошлого века, а последние строки относятся к 1945 году; к году смерти писателя.

Характеристики

Список файлов сочинения