29329-1 (637387), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В идейных спорах 40-х годов Герцен выступал как один из вождей западников, которые, в противовес сла­вянофилам, отстаивали прогрессивность вхождения Рос­сии в «европейский мир». В 50-е годы Герцен вроде бы меняет фронт: он говорит об особом пути и особом пред- назначении России. Его публицистика как бы перекли­кается с прославленными строками Тютчева!

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить! У ней особенная стать— В Россию можно только верить.

Но в главном Герцен был далек от тютчевского «по­этического» славянофильства и еще дальше—от воспе­вания старины и отсталости, чем занимались официаль­ные монархические славянофилы.

Он видел особое призвание России в том, чтобы соеди­нить западные идеи социализма с народными основами русской крестьянской общины и показать миру возмож­ность нового общественного строя без эксплуатации че­ловека человеком. «Идея социальной революции—идея европейская. Из этого не следует, что именно западные народы более способны ее осуществить» '. Так писал Гер­цен в 1854 г.

Залогом русской социальной революции он считал крестьянскую общину, отсутствие развитой частной соб­ственности крестьян на землю, традиции коллективиз­ма, взаимопомощи, артельности в русском народе. Эти национальные особенности он видел и в рабочих, ремес­ленных артелях. Русских рабочих по психологическому складу он считал теми же крестьянами и полагал, что они принципиально отличны от западноевропейских. На стихийный общинный социализм (в других местах он употребляет понятие «коммунизм») возлагал Герцен свои надежды, противопоставляя его как крепостничеству, так и капитализму.

Община испокон веков существовала в русской дерев­не, однако до 40-х годов XIX в. несколько загадочным об­разом почти не привлекала внимания ученых и писате­лей. Может быть, потому, что она была чем-то абсолют­но органическим, очевидным и потому незаметным.

Своеобразная честь привлечь к общине внимание рус­ских выпала прусскому социологу и этнографу Августу Гакстгаузену, который с благословения и с помощью цар­ского правительства совершил в 1843 г. большое путеше­ствие по России, итогом которого явился изданный в Германии трехтомный труд «Исследование внутреннего состояния народной жизни и в особенности сельских учреждений России» (1847—1852 гг.) '. Здесь-то Гакстгаузен и «открыл» общину, объявив ее в высшей степени благотворным учреждением, которое способствует сохра­нению «добрых» патриархальных отношений между кре­стьянами, помещиками и правительством. Впрочем, не­смотря на сугубый монархизм автора, третий том труда Гакстгаузена, трактующий вопрос об общине, был все же допущен в Россию без права перевода на русский язык.

Книга Гакстгаузена пришлась в России ко времени, чем и объясняется ее необыкновенный общественный резонанс. Реакционные круги, вплоть до правых славяно­филов, стремились использовать его «открытие» для уве­ковечения «патриархальных» крепостнических отно­шений. Герцен и другие революционные демократы, критикуя монархизм и замаскированное крепостничест­во автора, хотели видеть, независимо от этого, в рус­ской общине прообраз ячейки социализма. Во второй половине XIX в. сельская община оказалась в центре дискуссий по вопросам общественного развития Рос­сии.

Общине были присущи элементы демократии, порой защищавшие крестьянскую массу как от произвола поме­щиков и правительства, так и от нарождавшихся кула­ков-мироедов. Но в конкретных условиях предреформенной и пореформенной России община могла стать и ста­ла преимущественно учреждением, в котором воплоти­лись не социалистические, а феодально-крепостнические отношения. Прогрессивным во второй половине века мог­ло быть только капиталистическое развитие, а этому-то развитию община мешала, прикрепляя крестьянина к земле, препятствуя переливу рабочей силы в промыслы, увековечивая сословную замкнутость, косность, заби­тость крестьянских масс.

Герцен не мог не видеть многие проявления тенденций капиталистического развития России. Любопытно. что он иногда называл обуржуазивание дворянства, со­единение феодальной эксплуатации крестьян с капитали­стической «распространением начал политической эко­номии». Для Герцена политическая экономия его време­ни ассоциировалась с именами Мальтуса и Сэя и пред­ставлялась антигуманной наукой об обогащении немно­гих за счет многих, о способах эксплуатации труда ка­питалом.

Внедрение «принципов политической экономии» в России он считал гибельным для народа и надеялся, что ему будет противостоять община, поскольку «ее экономи­ческий принцип—полная противоположность... положе­нию Мальтюса ': она предоставляет каждому без исклю­чения место за своим столом» ². Жестокому, антигуман­ному капитализму Герцен стремился противопоставить патриархальную гуманность русского сельского «мира», где все бедны, но с голоду человек не умрет, если у сосе­дей есть чем поделиться с ним.

Герцен бесчисленное число раз объяснял, что он по­нимает под русским социализмом. В одном из самых яр­ких мест он говорит; «Мы русским социализмом называ­ем тот социализм, который идет от земли и крестьян­ского быта, от фактического надела и существующего передела полей, от общинного владения и общинного управлення,— и идет вместе с работничьей артелью навстре­чу той экономической справедливости, к которой стре­мится социализм вообще и которую подтверждает нау­ка» ³. В этой статье Герцен в нескольких ярких фразах показывает пути зарождения и формирования социали­стических идей в России и место в этом процессе Чер­нышевского, который тогда был уже в Сибири, па ка­торге.

Из цитаты видно, что Герцен считал важнейшим «со­циалистическим» элементом общины отсутствие безус­ловной частной собственности на землю (постоянный пе­редел земли в общине по размерам семьи). К сельской общине он присоединяет и промысловую артель. Нако­нец, он указывает, что принципы социализма подтверж­даются наукой, но конечно же не буржуазной политиче­ской экономией его времени. Какую именно науку имел здесь в виду Герцен, мы не знаем. Теория, которая действительно стремилась соединить науку с социализмом, уже существовала, но Герцен не мог принять ее основ­ных положений.

При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru

Характеристики

Список файлов сочинения