12524-1 (635721), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Старик, в сущности, не злой человек. “В бессильной ярости” он тем не менее открывает дверь коту — мужу своих пяти кошек, “играет желваками и хрустит пальцами”, но всё же пускает ненавистного кота. Ведь приход его — это вечный закон природы, а вечные законы природы старик, по-видимому, уважает. Он совсем не отрицательный поэтому персонаж. Чего никак нельзя сказать о толстомясых милиционерах, “бывших деревенских парнишках”, а теперь у них, потерявших совсем совесть, “в карманах ни одного колоска нет”.

Человек, длительное время живущий в урбанистическом мире (даже если этот мир ему вроде бы по душе), всё равно, просто в силу своего человеческого устройства, ищет слияния с природой. Как достичь этого? Кто-то покупает “домик в деревне”, а кто-то, выпивая на ночь полстакана «Сахры», уплывает в тот мир, где Природа и Человек — это одна прекрасная белоснежная сказка. Пусть и жестокая к кому-то, как, например, к герою-полярнику, но кто сказал, что Природа всегда добра к своим лучшим сынам?

“Старик лёг спать и, уснув поглубже, подобрел, и звери сползлись, молча подрались за лучшие места и улеглись на старике и вокруг. И все вместе плавно отчалили”.

Всё это выглядит столь величественно и прекрасно, что Садур замечает: даже милиционеры-убийцы, не видящие этой красоты, вероятно, догадываются о ней, заглядывая в глаза шавок и кошек — устремлённые на незваных пришельцев “десятки внимательных глаз с тела спящей жертвы”. Даже эти милиционеры “стояли бы вечно… стояли бы, угрызаемые стыдом, пока из старшин не превратились бы обратно в вольных сельских пареньков и не ушли бы тихонько, всхлипывая от страха и любви, к себе в деревню, к маме, к полям безбрежным…”

Старшины были изгнаны из квартиры домашней стаей во главе с заглянувшим в гости котом Василием. “Синяя болонка так орала, что умерла от разрыва сердца. Старик спал”. Что ему до каких-то милиционеров, ему, видящему такие чудесные сны!

В этих снах “небольшие тихие люди, живущие на краю мира”, мёртвому папе-полярнику “вырубили во льду комнатку, посадили в неё и закрыли вход ледяной глыбой. Чтоб теперь он из новой своей вечной жизни видел сияние безбрежного мира, тончайшую ощутил бы негу холода и молился бы на северное сияние”. (А “красная тряпочка” — понятно, что именно сжимал в руке замёрзший лётчик, — просто пригодилась им по хозяйству.)

Люди, живущие на краю мира, незлобивы и не амбициозны. “Они узко и кротко смотрят на мир слепящего торжества. Они знают, что они уйдут, а слепящее торжество останется”. А что останется после милиционеров без колосков? А что — после других людей? Не дай Бог — одна “красная тряпочка”... Так что этот рассказ Нины Садур — в известном смысле рассказ философский, он о Человеке и Природе, о Времени и касается всех нас. Не случайно «Старик и шапка» кончается так: “...все дома Москвы дрогнули и натужно и грозно пошли-пошли, как ледоколы. И все дома России дрогнули и пошли-пошли, скрежеща ломаемым льдом. Потому что всё это были (до самого края мира) дома полярников”.

А впереди, наверное, шёл дом Нины Садур, он же — Дом полярника, и каменный Гоголь ласково махал ему рукой из тенистого своего двора. Так получается, что и Николай Васильевич — полярник?!

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://lit.1september.ru/

Характеристики

Список файлов сочинения