3620-1 (634786), страница 3
Текст из файла (страница 3)
По мысли Цицерона, оратор – государственный деятель, который средствами публичного слова организует общественную жизнь, обеспечивает регулярное правосудие, поддерживает высокий уровень общественной нравственности и единства общества и «всему государству в целом приносит счастье и благополучие» (Там же. С. 169).Поэтому «оратором, достойным такого многозначительного названия, будет тот, кто любой представившийся ему вопрос, требующий словесной разработки, сумеет изложить толково, стройно, красиво, памятливо и в достойном исполнении» (Там же. С. 176). Таким образом, профессия оратора требует глубокой и всесторонней подготовки не только в смысле овладения техникой речи, но в содержательном плане, поскольку «никто не может говорить хорошо о том, чего он не знает» (Там же. С. 176).
Ораторская профессия требует в первую очередь природного дарования: хорошего голоса и внешних данных, способности к связной, плавной, свободной речи, смелости, чувства ответственности, находчивости и памяти, природного ума – «оратор должен обладать остроумием диалектика, мыслями философа, словами чуть ли не поэта, памятью законоведа, голосом трагика, игрою такою, как у лучших лицедеев. Вот почему в роде человеческом никто не попадается так редко, как совершенный оратор» (Там же. С. 190). Но качества эти могут быть развиты воспитанием и обучением у всякого, кто обладает ими в той или иной мере, при должном «рвении и восторженной любви к делу» (Там же. С. 191).
В курс риторики входят изучение теории, правила которой «явились как свод наблюдений над приемами, которыми красноречивые люди ранее пользовались бессознательно» (Там же. С.194); упражнения: постановка голоса и жеста, подражание образцам; письменное изложение и письменные сочинения, в которых отрабатывается стиль; переводы, заучивание наизусть ораторских и художественных текстов; аналитическое чтение произведений художественной литературы; специальные упражнения на изобретение аргументов и произнесение учебных речей, а впоследствии индивидуальная практика под руководством опытного юриста или политика.
Общее образование ценится Цицероном как осведомленность в изящной словесности – философии, истории и науках, в греческой и латинской эпической, драматической и лирической поэзии. Такое общее образование является, по мысли Цицерона, украшением речи: «так как ораторское искусство не должно быть убогим и бледным, а должно быть приятно разубрано и расцвечено самыми разнообразными предметами, то хорошему оратору следут многое услышать, многое увидеть, многое обдумать и усвоить и многое перечитать, однако не присваивать это себе, а только пользоваться из чужих запасов» (Там же., С. 212).
Оратор – блестящий дилетант в философии, истории и литературе, использует их по мере необходимости, но не основывается на них. Поскольку практический результат – выигрыш дела - является реальной задачей, существенно не то, что считает истинным или правильным сам оратор, а то, что считает истинным или правильным аудитория. Поэтому, если цель греческого ритора, по Платону и Аристотелю, состоит в воспитании общества, в распространении истинного знания и духовной нравственности, то римский оратор, по Цицерону, говорит то, что угодно римскому народу: «Широту и глубину их науки и мысли я не только не презираю, – я ими от души восхищаюсь; однако для нас, среди нашего народа на нашем форуме, достаточно знать и говорить о людских обычаях то, что не расходится с людскими обычаями» (Там же. С. 212».
Естественно, что высказываясь, в пределах обыденного здравого смысла римского народа, который, само собой разумеется, «выше всех народов государственной мудростью» (Там же. С.206), оратор опирается в первую очередь на позитивное право, всегда остающееся для него единственным критерием приемлемости суждений. Общепринятая практическая мораль и римское право становятся основой мировоззрения: религия и духовная мораль, философия, наука, искусства подчинены правовой норме, регулирующей столкновение практических интересов – «ведь наше-то слово должно доходить до ушей толпы, должно пленять и увлекать сердца, должно предлагать такие доказательства, которые взвешиваются не на весах золотых дел мастера, а как бы на рыночном безмене» (Там же. С. 263).
Итак, по Цицерону, «ритор – дилетант в самом широком смысле этого слова; его дело – не «единое», но «все», не самососредоточение, но саморазвертывание личности, не ее систола(гр. сокращение, сжатие, углубление – А. В.), но ее диастола (расширение – А. В.» (Аверинцев С. С. Античный риторический идеал и культура Возрождения. – Античное наследие в культуре Возрождения. М.: «Наука», 1984. С. 151. Но дилетант лишь в плане мировоззрения, что же касается практического интереса, то здесь ритор выступает самым настоящим профессионалом, который всегда хорошо «знает, сколько есть средств, чтобы вызвать требуемое впечатление, в чем они состоят и какой род речи для этого нужен»(Там же).
Цицероновский взгляд на ритора и на риторику оказал могущественное влияние на всю последующую западноевропейскую культуру вплоть до нашего времени. Однако, по выражению биографа Цицерона Гастона Буассье, «причины, сделавшие из него неподражаемого писателя, мешали ему быть хорошим политиком» (Буассье Г. Цицерон и его друзья (Очерк римского общества времен Цезаря). М., 1880. С. 32).Чрезмерное увлечение политической практикой и стремление к непосредственному успеху, очевидно, не позволили Цицерону по достоинству оценить то место из «Государства» Платона, где предсказываются последствия общественных порядков во времена Цицерона: «В демократическом государстве только и слышишь, как свобода прекрасна и что лишь в таком государстве стоит жить тому, кто свободен по своей природе... все принудительное вызывает у них возмущение как нечто недопустимое. А кончат они тем, что перестанут даже считаться с законами – писаными или неписаными, – чтобы уже вообще ни у кого и ни в чем не было над ними власти... По пословице, «избегая дыма, угодишь в огонь»: так и народ из подчинения свободным людям попадает в услужение к деспотической власти и свою неумеренную свободу меняет на самое тяжкое и горькое рабство – рабство у рабов» (Платон. Государство. Соч. в 4-х томах. Т.3. (1). М.: «Мысль», 1971. С.379-389).
Цицерон был убит 7 декабря 43 года по распоряжению Марка Антония, который в 30 году, после поражения в гражданской войне против Октавия Цезаря, покончил в Александрии жизнь самоубийством. Власть полностью перешла в руки Октавия Цезаря и начался новый этап истории Рима – эпоха принципата. Состояние дел в государстве, успешно предсказанное еще Платоном, сменилось устойчивым монархическим порядком после того, как Сервий Сульпиций Гальба в 68 году нашей эры сверг Нерона и был провозглашен императором.
Среди друзей нового императора был уроженец Испании Марк Фабий Квинтилиан, который, несмотря на свою молодость – он родился в 42 году, – уже приобрел известность как талантливый адвокат, литератор и преподаватель риторики. В том же году Гальба учредил в Риме государственную кафедру римской риторики, которую и поручил Квинтилиану. Свое главное сочинение «Instinutio oratoria» в 12 книгах Квинтилиан начал писать, имея двадцатилетний стаж преподавания. Уже первые три книги имели значительный успех, и император Домициан, которому Квинтилиан посвятил свой труд, поручил ему воспитание своих внучатых племянников.
Главная мысль всего сочинения, которое иногда и называют не «Двенадцать книг риторических наставлений», а «Воспитание оратора», состоит в том, что образование оратора должно начинаться с детства. Рассматривая причины упадка элоквенции, Квинтилиан указывает, что не падение нравов приводит к плохой риторике, но что и упадок красноречия и падение нравов имеют общую причину - невнимание родителей к детям, неправильное воспитание и обучение (Quint. Ibid. p. XII). Оказывается, что когда будущий оратор приступает к занятиям риторикой, именно недостатки предварительного образования препятствуют ему освоить ораторское искусство: «latent fundamenta» - “скрыты основы”.
Риторика преподается на возделанной почве: постоянные занятия, чтение, письмо, упражнения в устной речи, в особенности заучивание и декламация, создают способность к свободной и выразительной речи. Воспитание оратора начинается с выбора кормилицы, которая должна не только владеть правильной народной речью, но с младенчества привить ребенку начала нравственного и достойного поведения, которые содержатся в песнях, сказках, народных пословицах и поговорках, играх. Когда придет время отдать ребенка в начальную школу, то государственную школу следует по возможности предпочесть частной, но в особенности нужно тщательно следить за качеством преподавания и при первых признаках некомпетентности учителя немедленно сменить школу.
В начальной школе формируются основные положительные качества, но и пороки речи, поэтому необходимо следить за тем, как ребенок осваивает грамматическую систему языка, как развивается его словарный запас, насколько он умеет использовать лексику в прямом и переносном значении. Серьезное внимание следует уделить навыкам письма правописанию и выбору круга чтения.
Занятия музыкой и изобразительным искусством развивают речевые способности, поэтому ими не следует пренебрегать. Изучение математики, в особенности геометрии, дисциплинирует разум, создает навык устойчивого внимания и сосредоточенности. Театр - прекрасная школа декламации и жеста, поэтому подростка полезно водить в театр, чтобы он освоил четкое и выразительное произношение и ритм публичной речи, контролируя репертуар представлений, на которых может присутствовать подросток. Но при этом важно не упускать из виду, что многопредметность опасна, так как создает иллюзию знаний и приводит к верхоглядству.
Отдавая подростка в риторическую школу, следует удостовериться в надежности преподавателя, в его нравственности и профессиональной компетентности. Преподаватель риторики должен быть хорошо подготовлен в методическом отношении, он должен понимать основные принципы дидактики и в упражнениях двигаться от простого к сложному. Тщательный и правильный отбор ораторов и историков, произведения которых проходятся в классе, умение при изучении классиков развивать память учащихся свидетельствуют о профессиональном уровне учителя. Не менее важным считает Квинтилиан индивидуальный подход к ученику, позволяющий развивать его способности до максимально возможного уровня. Но учитель должен быть строг и требоватален, именно эти качества не только являются условием результативного обучения, но развивают в ученике ответственность и чувство долга. Цель учителя - систематическое образование учащихся, но образованность означает продуманность и ответственность суждений и понимание ограниченности собственных знаний, поэтому часто кажется, что необразованные люди более сообразительны, чем образованные: они готовы высказываться о чем угодно.
Что же такое риторика, каково ее образовательное и общественное значение? Существует несколько видов искусств. Одни из них являются умозрительными и имеют целью познание и оценку вещей. Умозрительные искусства предполагают не действия, но интеллектуальное рассмотрение предмета. Практические искуства имеют целью действие, после которого ничего не остается: таков танец. Творческие искусства, как живопись, состоят в создании произведения, чего-то завершенного и видимого.
Риторика сочетает в себе элементы всех видов искусств: размышление, действие, продукт в виде произведения слова. Но если ее нужно отнести к одному из этих видов, то она «назовется искусством деятельным или управляющим (dicatur activa vel administrativa), таково имя ее предмета» (Quint. Ibid. P. 119). Как всякое искусство, элоквенция требует природного таланта, который развивается размышлением и упражнением, но помимо таланта ритор должен быть образован в культуре - обладать не только обширной эрудицией в философии, истории, науках и литературе, но фундаментальными познаниями в области права и государственного управления.
В своем изложении основ риторической теории Квинтилиан следует за греческими авторами, точки зрения которых он излагает. Большинством авторов риторика разделяется на пять частей: изобретение (inventio), расположение (dispositio), выражение (elocutio), память (memoria), произнесение или действие (pronuntiatio sive actio), «к которым некоторые прибавлял и шестую - суждение (judicare)» (Quint. Ibid. P. 218), то есть оценку аргументации, которую в новейшей риторике можно отождествить с риторической критикой.
Под речью (oratio) Квинтилиан понимает завершенное по цели и содержанию устное или письменное высказывание, которое «состоит из того, что обозначено, и из того, что обозначает, то есть из вещей и слов» (Quint. Ibid. P. 226). Слово «вещь» (res) в латинском языке имеет множество значений; применительно к риторической терминологии это слово может быть передано как рассматриваемое дело или предмет мысли с его содержанием и обстоятельствами. Важнейшее отношение мысли к слову - определенность и точность. Всякая речь, обозначающая некую «вещь», предстает ответом на вопрос и задается содержанием и строением вопроса, который, таким образом, лежит в ее основании.
По отношению к критерию правильности вопросы подразделяются на «писаные» и «не писаные» (esse questiones aut in scripto, aut in non scripto), писаные вопросы суть правовые, а не писаные - суть рациональные (Quint. Ibid. P. 226-227), или вопросы о вещах (in rebus) и о словах (in verbis). Правильность ответов на правовые вопросы определяется отношением поступка к норме. Правильность ответов на рациональные вопросы определяется отношением фактов к словам: истинностью или ложностью высказываний.
По цели и характеру ответа вопросы разделяются на умозрительные (руководим ли мир Провидением?) и практические (следует ли принимать участие в политической жизни?). Умозрительные вопросы предполагают три рода ответов: существует ли вещь (an sit?), что она собой представляет (quid sit?), какова она (quale sit?). Практические вопросы предполагают, по Квинтилиану, два типа ответа: как добиться того, о чем говорится? как это использовать? (quo modo adipiscamur? quo modo utamur?) (Ibid., p. 228).
По отношению к содержанию вопросы подразделяются на общие (не-конечные - infinitae) и конкретные (конечные - finitae). Общий вопрос называется тезисом или предложением (propositio - пропозиция), частный вопрос называется гипотезой (подтезисом) или делом (causa). В общих вопросах не обозначаются лица, время, место, обстоятельства (следует ли жениться?); в частных вопросах содержится обозначение лица, места, времени, поэтому они сводятся к фактам и людям (следует ли жениться Катону?). Любой частный вопрос обязательно сводится к общему: чтобы решить, следует ли жениться Катону, необходимо определить, следует ли жениться вообще. Но важно учитывать, предупреждает Квинтилиан, что существуют частные вопросы, скрытые под видом общих (следует ли принимать участие в гражданских делах при тирании?). Очевидно также, что и практические вопросы должны сводиться к умозрительным.
Действительно, рассматривая важнейшую часть теории вопросо-ответа, учение о статусах, Квинтилиан не связывает их исключительно с частными вопросами практического характера. Статусы независимы от семантики переменных - значений слов, но определяются отношением значения вопросительного слова к «совокупности ответов, допускаемых этим вопросом» (Белнап Н., Стил Т. Логика вопросов и ответов. пер. М.: Прогресс. 1981. С. 13).: любая из приведенных выше тем римской учебной риторики соотносима с каким-либо статусом.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
