72683 (634114), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Как ни люби, хоть день один, хоть век,

Любовь есть сон, а сон – одно мгновенье,

И рано ль, поздно ль – пробужденье,

А должен наконец проснуться человек.

Тем временем, шел уже 15-ый год пребывания Тютчева в Мюнхене, и он почувствовал, что ему просто необходимо вернуться в Россию, он пишет: «Мне надоело существование человека без родины». Но возвращение в Россию произошло только через семь лет.

Примерно с 1845 г. Тютчев перестает писать стихи, и это продолжается несколько лет подряд. Видимо не было полноты минуты, которая дает поэту вдохновенье, значит, была горькая пауза, когда мгновенье счастья улетело.

Федор Иванович говорил: «Чтобы поэзия процветала, ее корни должны быть в земле, в истории». Это можно отнести и к жизни человека. У поэта были такие исторические корни: род Тютчевых появился еще при князе Дмитрии Донском. Основатель рода – Захарий Тютчев, который по совпадению, тоже был дипломатом.

В 1847 г. поэт пишет: « Моя жизнь кончена, у меня нет ничего в настоящем». В его жизни есть все – и семья, и дети, и красавица-жена, нет самого главного – любви.

Но совсем скоро состоялась его встреча с Еленой Денисьевой, которая была подругой его дочери Анны, они вместе учились в знаменитом Смольном институте благородных девиц.

Это была «встреча роковая», как привык говорить о таких событиях в своей жизни Тютчев.

Рок по словарю Даля это и судьба, и речь, т. е. слово, и предопределение.

Роковой – суженый, назначенный судьбой. Очевидно, Елена была предназначена поэту судьбой.

Любовь, любовь – гласит преданье –

Союз души с душой родной.

Их съединенье, сочетанье,

И роковое их слиянье

И … поединок роковой…

И чем одно из них нежнее

В борьбе неравной двух сердец,

Тем неизбежней и вернее

Любя, страдая, грустно млея,

Оно изноет, наконец…

Их сближение произошло в 1850 г., во время путешествия на пароходе по Неве и Ладонежскому озеру до острова Валаам, славного своими древними святынями.

Позже Анна в письме своей тетке Дарье рассказала о впечатлениях: «Наше плавание по Ладонежскому озеру было чудесно… Мы прибыли на Коневец, и гуляли с папой в лесу при восходе солнца, а затем побывали на Конь-камне в Ильинске. На следующий день прослушали обедню и гуляли по острову. Вечером того же дня возвратились на Коневец и простояли там всю ночь. Это была еще одна чудесная ночь…».

Вернувшись в Москву, Тютчев записал стихотворение, посвященное своей последней любви. В нем, как и в рассказе Анны, ничего не сказано об этой любви, но оно все кажется проникнутым ею.

Под дыханьем непогоды,

Вздувшись, потемнели воды

И подернулись свинцом.

И сквозь глянец их суровый

Вечер пасмурно-багровый

Светит радужным лучом…

Сыплет искры золотые,

Сеет розы огневые

И – уносит их поток.

Над волной темно-лазурной

Вечер пламенный и бурный

Обрывает свой венок…

Возможно, рождение любви поэта к Елене имело его глубокую связь с его возвращением на родину. Эта любовь была, по словам Тютчева, « всею жизнью». Впервые любовью поэта стала русская женщина и эта любовь окончательно вернула его в Россию. Оба его предыдущих брака были законными, венчанными, а здесь, с Еленой, любовь была беззаконная, чисто русская, сумасшедшая. И именно во многом благодаря Елене у России есть такой поэт как Тютчев.

Денисьева отдала Тютчеву все и была за это наказана. От нее отказался отец, друзья, ее перестали принимать во многих домах. Елена пожертвовала многим и требовала того же от Тютчева. Она хотела, чтобы он переиздал свои стихи и все их посвятил ей, но поэт не выполнил это желание, он не мог отказаться от своего прошлого.

К сожалению, Тютчеву пришлось пережить смерть Елены. Она скончалась в августе 1864 г. На другой день после похорон он пишет: « Пустота, страшная пустота… Даже вспомнить о ней, вызвать ее живую, в памяти, и этого не могу…»

Любила ты, и так, как ты, любить –

Нет, никому еще не удавалось!

О, Господи! И это пережить…

И сердце на клочки не разорвалось.

Звучит дуэт П. Чайковского «Слезы».

Через год после смерти Денисьевой умерла их 14-летняя дочь Елена, а еще через день умер их сын Николай, которому было всего год. В 1870 г. умер брат Тютчева.

Дни сочтены, утрат не перечесть,

Живая жизнь давно уж позади.

Передового нет, и я как есть,

На роковой стою очереди…

После всех этих событий в стихах Тютчева не раз звучит мотив скоротечности земного и любимого.

А что же произошло с первой любовью Тютчева, с Амалией?

Время показало, что ни она, ни он не забыли своей привязанности. С годами они встречались все реже и реже, но их отношения оставались дружескими.

В конце жизни поэта судьба дважды дарила им встречи, одна из них произошла в Карлсбаде, где Тютчев находился на лечении.

Прогулки с Амалией вдохновили поэта на одно из самых лучших стихотворений.

26 июня, возвратившись в гостиницу с прогулки, он на одном дыхании написал свои бессмертные стихи, посвященные любви-дружбе, прошедшей через всю жизнь:

Я встретил Вас и все былое

В отжившем сердце ожило…

Последняя их встреча произошла 31 марта 1873 г., когда у своей постели уже разбитый параличом поэт вдруг увидел Амалию. Лицо его просветлело, в глазах показались слезы. Он долго молча на нее смотрел не произнося от волнения ни слова.

А на следующий день Федор Иванович написал в Москву дочери Дарье: «Вчера я испытал минуту жгучего волнения вследствие моего свидания с моей доброй Амалией, которая пожелала последний раз повидать меня и проститься со мной. В ее лице прошлое моих лучших лет явилось дать мне прощальный поцелуй».

Тютчев умер ранним утром 15 июля 1873 г. Амалия пережила его на 15 лет.

Перед смертью поэт сказал: «Я исчезаю, исчезаю…». А незадолго до смерти он написал стихотворение; это слова человека, который хотел пересилить смерть и остаться в мировом бытии:

Чему бы жизнь нас ни учила,

Но сердце верит в чудеса:

Есть не скудеющая сила,

Есть и нетленная краса.

И увядание земное

Цветов не тронет неземных

И от полуденного зноя

Роса не высохнет на них.

И эта вера не обманет

Того, кто ею лишь живет,

Не все, что здесь цвело, увянет,

Не все, что было здесь пройдет!

Позднее И. С. Аксаков, муж дочери поэта Анны, написал, что стихи у Тютчева «…не были плодом труда, их вполне можно считать плодом раздумий его души, души мятущейся или негодующей, влюбленной или ненавидящей, они были поэтическим завершением его духовной мысли».

О, вещая душа моя!

О, сердце, полное тревог,

О, как ты бьешься на пороге

Как бы двойного бытия!

Пускай страдальческую грудь

Волнуют страсти роковые –

Душа готова, как Мария,

К ногам Христа навек прильнуть.

Стихи можно считать дневником жизни Тютчева. В них он часто сравнивает мимолетность человеческого существования с единственной живой для него реальностью – с природой.

Не то, что мните вы, природа:

Не слепок, не бездушный лик -

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

Несмотря на все происходящее, каждая новая весна так же прекрасна, так же молода, как и ее предшественница.

Как ни гнетет рука судьбины,

Как ни томит людей обман,

Как ни браздят чело морщины,

И сердце как ни полно ран,

Каким бы строгим испытаньям

Вы ни были подчинены, -

Что устоит перед дыханьем

И первой встречею весны!

Еще земли печален вид,

А воздух уж весною дышит,

И мертвый в поле стебль колышет,

И елей ветви шевелит.

Еще природа не проснулась,

Но сквозь редеющего сна

Весну послышала она

И ей невольно улыбнулась…

Душа, душа, спала и ты…

Но что же вдруг тебя волнует,

Твой сон ласкает и целует

И золотит твои мечты?..

Блестят и тают глыбы снега,

Блестит лазурь, играет кровь…

Или весенняя то нега?

Или то женская любовь?

Характеристики

Список файлов сочинения