182051 (629301), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Восстановление склонности к сбережению и формирование новых тенденций начались в условиях, когда благосостояние даже относительно обеспеченных слоев населения значительно ухудшилось по сравнению с 1997 г., а доля домохозяйств с отрицательной склонностью к сбережению, по нашим оценкам, достигала 60% населения.
Несмотря на это, заметный рост общей склонности к сбережению в 1999 г. начался практически одновременно с началом восстановления доходов. К концу 2000 г. доходы населения, дефлированные индексом цен потребительских товаров и услуг, восстановились на 95%, а потребление – полностью (2000 г. к 1997 г.). В то же время в долларовом выражении доходы остались на уровне около, 50%, а потребление составило 57% от докризисного (ниже, чем в 1994 г.) что, конечно же, пока не позволяет говорить о восстановлении прежнего качества жизни, особенно в части потребления импортных товаров.
Темпы роста реальных доходов отдельных слоев населения зеркально отображали глубину их предшествующего падения. Наибольшими темпами росли доходы пенсионеров, хотя в 2000 г. они были восстановлены лишь до 82% уровня 1997 г., в то время как средняя зарплата в целом по экономике до 93%1.
Общая склонность к сбережению под влиянием перечисленных факторов в 2000 г. достигла 6%, что вдвое меньше, чем в 1997 г. Этого в нынешних условиях недостаточно для того, чтобы величина накопленных сбережений росла по отношению к среднемесячным доходам.
Тенденции в динамике частных склонностей к сбережению, которые начали складываться в последние два года, во многом отличаются от наблюдавшихся ранее.
Рис. 2. Отношение величины накопленных сбережений к
среднемесячному доходу (раз)
Во-первых, склонность к организованным сбережениям в банковской системе (в рублях и в валюте) в 2000 г. достигла 4,2%, значительно опередив уровень 1997 г. (2,5%), что обусловило существенный рост доли организованной части текущих сбережений (с 24 до 73% за тот же период) и рост их доли в накопленных сбережениях до 37,2%. Во-вторых, доля Сбербанка во вкладах населения выросла благодаря кризису до 73-74%, и даже с восстановлением нормального функционирования коммерческих банков практически не имеет тенденции к уменьшению.
На поведение вкладчиков Сбербанка в большей степени влияют номинальные ставки; однако, как показал опыт лета 1999 г., они в течение нескольких месяцев привыкли к новым ставкам, и склонность к сбережению восстановилась.
Новая закономерность характеризует динамику восстановления склонности к рубленым депозитам в коммерческих банках. Если до кризиса величина вкладов практически не была связана с динамикой традиционных (трудовых) доходов населения, то в последние два года появились признаки того, что круг вкладчиков расширяется в том числе за счет людей, получающих легальную зарплату. Хотя ее средний уровень (около 80 долл.) недостаточен для ускоренного формирования сбережений, в отдельных отраслях промышленности (нефтяной и газовой) летом 2000 г. средняя зарплата уже достигала 300-400 долл., что позволяет говорить о достаточно высоком сберегательном потенциале
В-третьих, склонность к сбережению в наличной валюте, которая упала после кризиса из-за того, что для многих доллар стал "не по карману", в 2000 г., несмотря на восстановление доходов, оставалась отрицательной (-2,5%). Укрепление рубля в реальном выражении удерживало население от приобретения валюты для целей сбережения.
2000 год характеризовался позитивными изменениями в экономической, политической и социальной сферах, однако их влияние на сберегательную стратегию населения оказалось не очень весомым: нынешние стратегии населения можно охарактеризовать как предельно осторожные. Если люди и откладывают часть своих денежных средств (норма сбережений невысока), то предпочитают вклады в Сбербанк или наличные рубли (активы с низкой доходностью) на короткий срок. И все это происходит несмотря на значительный экономический рост в России в 2001 г. и первой четверти 2002г.
Данные регулярных опросов позволяют оценить динамику предпочтении различных форм вложении денежных средств. Следует отметить, что респондент, отвечая на вопрос, мог выбрать не один, а несколько возможных вариантов ответа, поэтому в каждом случае сумма, полученных частот может превышать 100%.
Как видно из рисунка 5, вплоть до конца 1999 г. привлекательность организованных форм хранения сбережений непрерывно снижалась. Пик доверия к Сберегательному банку пришелся на июнь 1996 г.: 37% респондентов выбрали его для вложения своих денег. В сентябре 1999 г. их было уже около 25%. Наибольшее доверие к коммерческим банкам люди испытывали в 1993-1994 гг. (12-17%), затем началось непрерывное снижение до 5-6%, а финансовый кризис летом 1998 г. и вовсе подорвал его (1-2% осенью 1998 г. и в 1999 г.). Аналогично развивались события с акциями и другими ценными бумагами, хотя доверие к этим финансовым инструментам у населения оставалось все же несколько выше – около 4%.
Рис. 3. Если у Вас есть (или были бы) сбережения, накопления,
то каким образом Вы предпочли бы хранить их в нынешней ситуации?
В 2000 г. ситуация в некоторой степени переломилась. Впервые с конца 1995 г. снизилась популярность такой формы хранения денежных средств, как наличная валюта: с 53 до 42%. Одновременно возросла доля людей, отдающих предпочтение наличном рублям: с 16 до 24%. Это связано, по-видимому, с тем, что валютный курс рубля оставался в течение последнего года достаточно стабильным. Несколько увеличилось число людей, готовых положить деньги/на депозитный вклад в Сбербанке (с 25 до 29%) или коммерческом банке (с 1,4 до 2,6%).
Чем же обусловлен выбор конкретной инвестиционной, стратегии тем или иным домохозяйством? Представляется, что на него влияют не только материальное положение семьи (уровень текущих доходов, размер накоплений и наличие в семье товаров длительного пользования) и ситуация в стране (инвестиционный климат), но и ряд других факторов – социальных и психологических, которые могут играть не меньшую, а порой даже и более значимую роль, чем "экономические". К таким факторам можно в первую очередь отнести:
-
уровень доверия к государству и различным финансовым институтам;
-
опыт финансового поведения в прошлом (участие в "пирамидах", покупка акций, ценных бумаг) и его субъективная оценка ("выиграл" или "проиграл");
-
оценка текущей ситуации в стране (ее благоприятность для осуществления сбережений) и представления о ее возможных изменениях в будущем (оптимизм/пессимизм);
-
склонность индивида к риску;
-
знание основных финансовых инструментов, информированность о возможностях вложений;
-
информационные источники, используемые при принятии решения о вложении денежных средств.
2.3. Зависимость потребления и сбережения от уровня
развития экономики страны
Сравнение уровня жизни населения разных стран путем сопоставления доходов домохозяйств широко используется международными организациями и национальными правительственными органами при разработке мер социального и экономического развития. В основе Программы международных сопоставлений (ПМС) ВВП, осуществляемой Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) под эгидой ООН с целью обеспечения международных сопоставлении макроэкономических показателей. лежат расчеты паритетов покупательной способности валют.
Паритеты покупательной способности валют (ППСВ) представляют собой количество единиц валюты, необходимое для покупки некоего стандартного набора товаров и услуг, который можно купить за одну денежную единицу базовой страны (одну единицу общей валюты группы стран – долларов США, евро, австрийских шиллингов). Например, для покупки в США условной корзины товаров необходимо иметь 100 долл. США. Для покупки той же корзины товаров в 2001 г. в России необходимо было иметь, с учетом покупательной способности российской валюты, 1281 руб. Это означает, что в 2001 г. паритет покупательной способности рубля по отношению к доллару США составил:
ППСВ выступают своего рода дефлятором, аналогом индексов потребительских цен. Различие между ними состоит, в том, что индексы цен определяют изменение покупательной способности валюты одной страны во времени, а ППСВ измеряют изменение покупательной способности валют разных стран в один и тот же период времени. При этом индексы потребительских цен (национальные дефляторы), в отличие от паритетов покупательной способности (ППС), строятся на основе допущений, связанных с игнорированием изменений структуры ВВП во времени, тогда как при построении межстранового ППСВ предполагается абстрагирование (в определенных пределах) от различий в структуре национальных объемов ВВП.
ППСВ – статистическая категория, выступающая инструментом обеспечения международной сравнимости макроэкономических агрегатов (ВВП, ВНП). ППСВ представляют собой коэффициенты, характеризующие соотношение между ценами сравниваемых стран, и позволяют корректные межстрановые сопоставления как общего объема ВВП, исчисленного методом конечного использования, так и его основных составляющих. Применение в этих целях обменных валютных курсов, по мнению экспертов в этой области, обеспечивает менее правдоподобную картину фактического благосостояния населения, чем применение ППС. Расчеты с использованием обменных валютных курсов отражают не только различия в количестве товаров и услуг, произведенных в соответствующей стране, но также и различие в уровне цен между странами. ППС получают путем непосредственного сопоставления цен на товары и услуги в различных странах, и когда их используют для расчетов сопоставимых показателей ВВП, они отражают точнее различия в объемах произведенных товаров и услуг. Международные сравнения удельных (душевых) величин ВВП, приведенных при помощи ППСВ к единому масштабу цен, позволяют выявить различия в уровнях экономического благосостояния населения разных стран, оценить экономический потенциал стран Европейского и Мирового содружества на основе сравнений объемов ВВП.
ОЭСР, по данным за 1996 г., измерила реальный ВВП на душу населения, основанный на ППСВ, а не на валютных обменных курсах. В целом для ОЭСР, реальный ВВП на душу населения в 1996 г. составил порядка 20 тыс. долл. США. Приняв это за 100, в Балканском регионе наблюдается такое распределение стран по уровню ВВП на душу населения: Словения – 67, Румыния – 33, Хорватия – 32, Болгария – 25, Македония – 21 и Албания – 14.
Для сравнения, среди стран СНГ максимальный показатель ВВП на душу населения, был достигнут Россией – 34, следом идут Беларусь и Казахстан – 26 и 22 соответственно1.
Многочисленные исследования структуры распределения доходов в разных странах позволили выявить некоторые основные закономерности их дифференциации.
1. В странах с примерно близким уровнем социального и экономического развития основные характеристики дифференциации доходов весьма близки.
2. В развивающихся странах дифференциация доходов обычно выше, чем в развитых индустриальных странах.
3. При плавном, эволюционном развитии в странах с рыночной экономикой изменения в дифференциации доходов происходят, как правило, постепенно, без резких скачков, что является одним из важных факторов их социальной и политической стабильности.
Как видно из табл. 4, дифференциация населения США по уровню доходов остается практически неизменной в течение всего послевоенного периода. Хотя в пределах этого периода, в частности при администрации Рейгана, наблюдалось и попятное движение, так что коэффициент Джини в 1987 г. даже превышал уровень 1947 г. При этом доля высшей квантили в 80-е гг. выросла на 2.1 процентных пункта в основном за счет сокращения доли трех низших.
Обратите внимание, что коэффициент Джини менялся в меньшей степени, чем показатели, характеризующие каждую из пяти квантильных долей. Последние в определенной мере “взаимопогашались”, так что площадь под кривой Лоренца могла и вообще оставаться неизменной, несмотря на некоторое изменение конфигурации самой кривой.
Таблица 4.
Распределение населения США по 20 %-ным группам в 1947-1987 гг.
(доля в доходах в %)
| Группа в порядке роста доходов | 1947 | 1967 | 1980 | 1987 |
| Первая Вторая | 5.0 | 5.7 | 5.1 | 4.6 |
Заключение
В заключение курсовой работы необходимо подвести основные итоги и сделать следующие выводы.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
