178407 (627786), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Проблематика экономической безопасности уже активно разрабатывается в нашей стране, создан солидный базис для ее дальнейшего теоретического осмысления, предложен ряд определений. Но, как представляется, проделанная работа преимущественно носит аналитический характер. Предмет изучен по частям, и пришло время от частного перейти к общему, т.е. произвести синтез. Результатом синтеза исследуемый предмет - экономическая безопасность - предстанет как целое, а целое, как следует из общей теории систем, есть взаимосвязанное множество⁵.

Применительно к экономической безопасности это можно представить как взаимосвязанное множество хозяйственных отношений в пределах большой системы, организованной по принципу иерархии, т.е. соподчинения одних структурных элементов системы другим.

Основное свойство системы - ее целостность. Это значит, что система не является простой совокупностью ее элементов, их арифметической суммой. Ее качественная определенность зависит от прочности взаимодействия, сцепления ее составных частей. Если из системы выпадают отдельные элементы, то она не уменьшается, а разрушается.

Следствием целостности системы является интегративность. Интегративность составляет основной закон любой системы - технологической, биологической, культурной, военной, социальной, экономической. Интегративность системы в абстрактной форме выражается в несводимости частей системы к их сумме, которая, больше слагаемых.

На языке экономики это означает, что система через взаимодействие ее частей создает дополнительную производительную силу, которая больше производительной силы ее взятых в отдельности частей.

Положительная динамика экономической системы характеризуется натуральными и денежными, абсолютными и относительными показателями и свидетельствует о ее экономической безопасности.

Экономическая безопасность - динамичный интегральный показатель целостности экономической системы.

Экономическая безопасность относится к разряду сложных экономических категорий, в этом качестве она отражает взаимосвязи и взаимозависимости большой экономической системы. Эту систему можно характеризовать с различной степенью абстракции в соответствии с методологическим принципом восхождения от абстрактного к конкретному. Поэтому предложенное определение в силу своей абстрактности развертывается в целый ряд других, более конкретных определений в качестве необходимого приближения к современным реалиям российской экономики.

Тем не менее, разобраться в сложившейся ситуации в постоянно реформируемой экономике (хотя давно пора остановиться хотя бы для того, чтобы понять, в какой экономической системе мы находимся) с минимальными издержками можно, используя наработки теории, тем самым, осуществляя переход от методологического к концептуальным принципам исследования.

Однако, если в качестве метода исследования наука выработала универсальные принципы системного подхода, то такими универсальными принципами современная экономическая наука не располагает. Напротив, она распадается на различные школы, направления, которые предлагают противоречивые концепции, объясняющие одни и те же экономические явления и процессы зачастую с противоположных позиций.

В последние годы стало распространяться мнение о кризисе экономической теории в целом. Как в нашей стране, так и на Западе экономическая теория оказалась несостоятельной при решении проблем переходных постсоциалистических экономик. Например, прогноз инфляции для России оказался заниженным в десятки тысяч раз, приватизация не привела к появлению эффективного собственника. Правда, претензии в данном случае нужно предъявлять экономистам либерального направления. Известные западные экономисты альтернативных направлений - покойный В.Леонтьев, К.Эрроу, Дж.Тобин и др. - критически отнеслись к рекомендациям экспертов, близких к Международному валютному фонду, для которых главное - убрать государство из экономики, тогда как экономисты, близкие к институциональному направлению, считают, что в период радикальной структурной перестройки экономики регулирующая роль государства должна не ослабляться, а усиливаться.

В пределах данного исследования нет возможности остановиться на данном вопросе специально. Однако и уходить от него в сторону некорректно ввиду необходимости обратиться к теории.

Реформирование экономики нашей страны осуществлялось и осуществляется по либеральной модели, и его неудачи, по крайней мере, на Западе, объясняют противоположно: сторонники экономического либерализма ― тем, что государство продолжает вмешиваться в экономику, а их оппоненты ― тем, что государство устранилось от регулирования сложных экономических процессов, что, в конечном счете, привело к угрозе потери его экономической безопасности.

В 2001 году в США было опубликовано исследование, выполненное под эгидой американского независимого исследовательского Института мира под красноречивым названием «Трагедия российских реформ», в котором последовательно проводится тезис о том, что реформы были бы эффективными в экономическом и социальном отношениях, если бы осуществлялись иначе, демократично, с учетом интересов населения страны, ее экономической безопасности⁶.

Либеральная модель реформ была, как уже отмечалось, ориентирована на искоренение государственной собственности, создание социальной базы капитализма и уже концептуально создала угрозу экономической безопасности страны, поскольку в этой модели отсутствовали критерии экономической и социальной эффективности.

Реальность такой угрозы не случайно оказалась в центре внимания политиков, социологов, экономистов, и проблема экономической безопасности нашей страны вышла на первое по значению место.

Кризисное состояние современной экономической теории можно рассматривать как стимул к разработке новых подходов на базе накопленного за многие десятилетия экономического знания, которое не может обесцениться из-за провала какой-либо школы или теории.

В этом отношении большим научным потенциалом располагает институциональная теория, мода на которую привела к существенным издержкам и путанице, поскольку трудно разобраться, почему, например, существуют как бы самостоятельно «новый институцианализм» и «неоинститупианализм».

Как нам представляется, современная экономическая теория не может быть сведена к институцианализму, как бы он ни трактовался, она должна опираться на синтез актуальной интерпретации классики, неоклассики и институцианализма. Такой вариант формирования общей экономической теории близок к тому, что академик РАН В.Маевский называет эволюционной теорией. Он пишет: «Парадокс современного постиндустриального общества состоит в том, что фундаментальная экономическая наука в странах, достигших успеха в области технологического прогресса, до сих пор находится в плену так называемой ортодоксии, прежде всего, неоклассической теории. Последняя неадекватно описывает особенности технологически прогрессирующей рыночной экономики... Следствием такого парадокса можно считать то обстоятельство, что между ортодоксией и современным бизнесом в сфере технологий возникло нечто вроде Китайской стены» ⁷.

Автор справедливо указывает на своевременность процесса становления современной эволюционной теории, которая рассматривает экономическое развитие как необратимый процесс нарастания сложности, многообразия и продуктивности производства за счет периодически повторяющейся смены технологий, видов продукции, организаций и институтов (правил поведения, по Д.Норту)⁸.

Д.Норт, лауреат Нобелевской премии, является наиболее авторитетным представителем той версии институционализма, которая адекватно воспринимает и научно интерпретирует современную экономику, функционирующую на основе взаимодействия рыночных и нерыночных факторов.

На это важное обстоятельство указывает и Я.Корнаи, который внес существенные уточнения в принципы системного исследования в рамках «системной парадигмы», осовременив ее за счет включения в систему как рыночных, так и нерыночных институтов.

Он предлагает достаточно широкое понимание концепции институтов, которая «включает доминирующую правовую структуру рассматриваемой системы, ее моральные нормы и права собственности, распределение центров власти, стимулы, взаимодействующие на субъекты общества, и информационную структуру» ⁹.

Современная экономическая система представляет собой более сложное и более противоречивое взаимодействие ее составных элементов и компонентов, чем система классической рыночной экономики прошлого. Именно поэтому целесообразно проследить процесс происшедших исторических изменений, сравнивая прошлое с настоящим, обратившись к классической системной парадигме.

Как известно, классическая школа английской политической экономии осуществила исторический переход от фрагментарного экономического знания к системному. Именно классики осуществили прорыв в теории, представив рыночную экономику как большую экономическую систему общественного разделения труда, в которой связь между производством и потреблением опосредуется обменом и распределением.

Большая экономическая система - это хозяйственные связи между людьми в процессе производства, обмена, распределения и потребления, которые саморегулируются «невидимой рукой рынка», т.е. конкуренцией. Большая система структурно состоит из малых систем. Это значит, что и производство, и обмен, и распределение, и потребление обладают относительной самостоятельностью, собственной структурой и логикой развития. Подчеркнем, что эта самостоятельность относительна, т.е. не должна выходить за рамки зависимости между малыми системами в соответствии с принципами иерархии и целостности.

Большую экономическую систему целесообразно представить через взаимосвязи ее укрупненных блоков - производства и обращения. Это отход от рассматриваемой схемы, но он позволяет остановиться на двух трактовках характера связи между ними, концепцией примата производства над обращением и меновой концепцией, отводящей сфере обращения определяющую роль.

Классической концепции примата производства над обращением противостояла в прошлом и противостоит в настоящем меновая концепция, рассматривающая сферу обращения как систему, а производство ― в качестве подсистемы.

Конечно, 200 лет назад в обороте были другие термины. Вопрос упирался в природу богатства и источники его достижения. Богатство было центральной темой и предметом полемики между меркантилистами, с одной стороны, и физиократами, а затем и классиками - с другой. Классики, как известно, богатство связывали с производством материальных благ.

Так, при промышленном капитализме рост прибыли обеспечивался расширением и модернизацией производства, вел к повышению производительности труда, с ростом богатства отдельных капиталистов росло богатство общества. Капитал нуждался в квалифицированных работниках, а это расширяло сферу образования, капитал был заинтересован в развитии науки и техники, используя их достижения в конкурентной борьбе. Система была интегративной, ее динамика - положительной. На этой реальной почве вполне органично сформировалась идеология либерализма. Сложившаяся новая экономическая система была динамична, ее интегративность не вызывает сомнений. Связи и взаимосвязи производства, обмена, распределения и потребления опосредовались рынком; заложенные в относительной обособленности каждой из малых систем противоречия успешно разрешались до первого кризиса перепроизводства, который произошел в 1825 году и рассматривался сначала в качестве временного сбоя в сфере сбыта. Но в дальнейшем оказалось, что с 1825 года рыночная система вступила в продолжающийся до настоящего времени этап циклического развития.

В период кризиса система утрачивает свойства интегративности, целое перестает быть больше суммы его частей. В терминах организационной науки - тектологии А.Богданова ингрессия есть всеобщая форма цепной связи и равна организации. Ее противоположностью является дезингрессия или дезорганизация, признаком которых является «уменьшение практической суммы активностей самим способом их сочетания. А оно становится мыслимо только в таком виде, что некоторая часть их становится сопротивлениями для некоторой другой их части» ¹⁰. Такой некоторой частью, оказывающей сопротивление, является потребление, ограниченное платежеспособными потребностями. Сопротивление в сфере потребления действует постоянно и только постепенно доходит до критической массы, проявляющейся через кризис.

До мирового кризиса 1929-1933 гг. система сама справлялась с кризисами, и каждая точка подъема экономики превышала предыдущую. Система развивалась по восходящей линии, хотя и через периодические спады, т.е. она находилась в относительной экономической безопасности.

Однако мировой кризис 1929-1933 гг., особенно разрушительный в США и справедливо называемый там «Великой депрессией», оказался необратимым. Это был в полном значении этого определения кризис системы рыночного саморегулирования.

Характеристики

Список файлов курсовой работы