17582-1 (625599), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В 1884 году было монополизировано производство хлопкового масла, в 1885 году – льняного масла, виски и свинца, в 1887 году был создан сахарный трест, в 1889 году - спичечный, в 1890 году – табачный, а в 1892 году было монополизировано производство каучука. Агрессивные предприниматели завоевали себе подлинно королевские владения. Четверо владельцев консервных фабрик, главную роль среди которых играли Филип Д. Армур и Гаставус Ф. Свифт, создали так называемый «мясной трест». Гуггенхейм добился контроля над залежами меди в Аризоне и «богатейшего холма в мире» - Бьютт в Монтане, откуда в течение тридцати лет было добыто меди примерно на 2 миллиарда долларов. МакКормики установили господство в области производства уборочных машин, а когда оно было поставлено под удар, создали комбинат «Интернейшнл Харвестер Компани», фактически монополизировавший все сельскохозяйственное машиностроение. Семья Дьюков создала огромный табачный трест. Аналогичная участь постигла все другие отрасли промышленности: добычу серебра, никеля, цинка, производство каучука, кожи, стекла, сахара, соли, сухарей, сигар, виски, конфет, нефтедобычу и нефтепереработку, добычу газа, производство электроэнергии. По данным 1904 года 319 промышленников с капиталом, превышавшим 7 миллиардов долларов, поглотили примерно 5300 предприятий, бывших прежде независимыми, а 127 коммунально-бытовых предприятий, в том числе и железнодорожных, с общим капиталом, превышавшим 13 миллиардов долларов, поглотили около 2 400 более мелких предприятий14.
Процесс консолидации шел не только в области тяжелой и легкой промышленности: в области транспорта и связи он был выражен еще ярче. Вслед за первой крупной монопольной компанией «Уэстерн Юнион» возникла «Белл Телефон Систем», а впоследствии и гигантская организация «Американ телефон энд телеграф». Грубоватый коммодор Вандербилт довольно рано усмотрел, что для действенной железнодорожной системы необходимо произвести слияние отдельных линий, и в шестидесятых годах XIX века он объединил 13-14 железных дорог в одну линию, соединяющую Нью-Йорк и Буффало. В течение следующих десяти лет он приобрел железные дороги между Чикаго и Детройтом. Так, в конце концов, возникла система «Нью-Йорк Сентрал». Одновременно происходила консолидация других железных дорог и вскоре большинство из них были организованы в магистрали или сети («системы»), во главе которых стояли Вандербилт, Гулл, Гарриман, Хилл, а также банкиры Морган и Белмонт. Гарриман объединил железные дороги, составившие сети «Иллинойс Сентрал», «Юнион Пасифик», «Саузерн Пасифик» и другие. Он же помышлял и о консолидации в общегосударственных масштабах, но ближе всех к осуществлению этой мечты подошел Морган15.
Возвышение Моргана показательно для заключительного, быть может, самого важного этапа процесса консолидации на начальных этапах процесса монополизации американской экономики – создания так называемых «денежных трестов». В 1864 году Джуниус Спенсер Морган, который в течение многих лет занимался продажей американских акций английским вкладчикам, поставил своего сына Джея Пирионта Моргана во главе американского филиала своей организации. Через несколько лет молодой Морган вошел в компанию со старым банком Дрекселя в Филадельфии. В 1873 году фирма «Дрексель, Морган и Ко.» была настолько богатой, что вместе с Джеем Куком финансировала 750 миллионов долларов государственного долга. Серьезные неудачи, постигшие в том же году Джея Кука, укрепили позиции компании Моргана, а несколько лет спустя, когда она продала за границу огромное число акций «Нью-Йорк Сентрал», ее репутация была полностью утверждена. Связь с «Нью-Йорк Сентрал» и предопределила основную финансовую деятельность компании Моргана на следующие двадцать лет16.
В течение 1880-х годов Морган производил реорганизацию и финансирование железных дорог и его влияние в этой ключевой области народного хозяйства неустанно возрастало. Во время паники 1893 года половина железных дорог страны попали во власть кредиторов, и их владельцы начали обращаться к «Юпитеру» Моргану, ища у того спасения. Отчасти потому, что это дело было очень заманчивым, а также и потому, что необходимо было удержать стабильность проданных им за границу акций, Морган пошел им навстречу. Когда же паника рассеялась, оказалось, что акции Моргана давали ему контроль над десятком важнейших железных дорог, в том числе и «Нью-Йорк Сентал», «Саузерн», «Чесаник энд Охайо», «Санта-фе», «Рок-Айленд» и другими17.
Тем временем интересы Моргана распространились и на другие области. К началу ХХ века едва ли можно было найти такое важное предприятие, которое не испытывало на себе решающего влияния банка Моргана. Морган финансировал компанию «Федерал Стил» и произвел колосальную денежную операцию, в результате которой возникла компания «Юнайтед Стейтс Стил». Он же объединил враждовавших друг с другом фабрикантов сельско-хозяйственного оборудования и создал компанию «Интернейшнл Харвестер». Им же была организована американская морская торговля злополучной компании «Интернейшнл Меркантайл Марин»; он помог финансировать компанию «Дженерал Электрик», «Американ телефон энд телеграф», «Нью-Йорк Ранид Транзит Компани» и двенадцать других огромных коммунально-бытовых предприятий18.
В результате серии изобретений Томаса Эдисона в области электротехники в 80-х годах XIX века рождается знаменитая фирма Эдисона, которая в дальнейшем перерастает в крупнейшую электротехническую корпорацию «Дженерал электрик». Электротехническая промышленность становиться одной из ведущих отраслей промышленности в США19.
§2. Финансовый капитал и финансовая олигархия.
На первых порах развития капитализма в США банки были посредниками в движении ссудного капитала. Самостоятельной роли в воспроизводстве общественного капитала они не играли. Господствующей формой капитала был промышленный капитал. Однако становление монополий в промышленности в конце XIX – начале ХХ века создало условия для укрупнения банков. Рост их концентрации и централизации привел к выделению горстки крупных банков,образованию банковских монополий. Коренным образом изменилась и роль банков20.
Хотя концентрация банков подчинена концентрации производства и по своей экономической сущности мало чем отличается от последней, во многом для неё характерны специфические черты. Можно перечислить несколько форм концентрации и централизации банковского капитала: сосредоточение вкладов в крупных банках, развитие сети «примыкающих» банков, создание и расширение сети филиалов и отделений крупных банков, слияние крупных банков и образование банковских трестов, превращение банков в учреждения поистине универсального характера21.
Интересы увеличения собственной прибыли вовлекают банки в процессы монополизации в промышленности. Это обусловлено тем, что устойчивая прибыль на длительную перспективу возможна именно в многоотраслевых монополиях, в состав которых входят капиталы с различной длительностью оборота. И именно эти соображения подвигли американский финансовый капитал к слиянию с промышленным на рубеже XIX – ХХ веков22.
В банках, в отличие от промышленности, заемный капитал во много раз превышает собственный. Причем, зная долю заемного капитала в общей сумме пассивов у банков, можно судить о степени их концентрации. Так, к примеру, в 1860 году эта доля (применительно к американским банкам) составляла 18.2% (низкая концентрация), тогда как в 1900 году она возросла до 78.3%23.
Тенденция к универсализации банков, проявившаяся в эпоху американского империализма, состояла в сочетании расчетных операций со ссуднодепозитными и эмиссионными. Кроме того банки стали гарантировать корпорациям выпуск ценных бумаг и их размещение, что также способствовало переплетению интересов банковских и промышленных монополий24.
Понятие финансового капитала включает в себя два основных элемента: наличие промышленных и банковских монополий, выросших вследствие высокой степени концентрации производства и капитала; слияние или сращивание этих монополий и их капиталов.
Слияние означает взаимопоглощение разнородных явлений и образование на этой основе качественно нового. Слияние банковского и промышленного капитала в условиях господства монополий в американской экономике эпохи империализма означало их превращение в составные части новой, наивысшей формы проявления капитала – финансово-промышленной группы. Финансово-промышленные группы представляют собой более высокую степень монополизации, нежели любая другая форма частнокапиталистического объединения. Роль финансово-промышленной группы заключалась в том, что она объединила все формы монополизации, характерные для американской экономики того времени, и таким образом возвела её на качественно новую ступень25.
ГЛАВА II. Монополизация американской экономики в начале ХХ века.
§1. Усиление позиций монополий в американской экономике начала ХХ века.
Если мировое промышленное производство с 1870 по 1913 год выросло в 5 раз, то промышленное производство США – в 8.6 раза. С этого времени США выходят на первое место в мире по промышленному производству26.
В последней трети XIX века развитие американского капитализма было связано в основном с овладением внутренним рынком. Американский экспорт постоянно превышал импорт, но состоял в основном из сырья и сельскохозяйственных продуктов, к тому же США ввозили капитал и являлись должником европейских банков. Положение стало меняться в начале ХХ ве-ка. США не нуждались больше в европейских фабрикатах и сами стремились навязать свои готовые изделия другим странам. С 1865 по 1913 год доля сырья в американском экспорте упала с 70 до 40%, а доля готовых изделий возросла с 16 до 48%, в это же время доля последних в импорте сократилась с 58 до 41%27.
В третьем томе «Капитала» Карл Маркс отмечал: «Если капитал вывозится за границу, то это происходит не потому, что он абсолютно не мог бы найти применения внутри страны. Это происходит потому, что за границей он может быть помещен при более высокой норме прибыли». Вывоз капитала служит важным средством получения монопольно высокой прибыли, что и обусловило первенство в этой сфере американской экономики крупных монополий США в начале ХХ века28.
Объем внешней торговли США рос очень быстро: с 1870 по 1913 год – более чем впятеро. Американский капитализм все более устремлялся на близлежащие внешние рынки – прежде всего в экономически слаборазвитые страны Латинской Америки. Латинская Америка стала первым объектом приложения американского капитала (в свою очередь должника капитала европейского). США стали подчинять себе страны Латинской Америки, которые превращались в сырьевые придатки американской промышленности.
Существенной и определяющей для целей внешней политики США в то время явилась доктрина и идеология «открытых дверей», иными словами, идеология американского империализма в так называемом «мягком обличии», сформулированная еще в XIX столетии и выдвинутая как одна из доктрин американской внешней политики в «дипломатических нотах открытых дверей» госсекретаря Джона Хая в 1899 году.
В своей работе «Международно-правовые формы современного империализма» Карл Шмитт подчеркнул, что особенностью американского империализма и стремлений США к колониальным завоеваниям, не являлась формальная аннексация территории государств — то есть создание колониальных территорий на манер Британской империи, а создание империи путем неравноправных договоров, гарантирующих абсолютное, односторонне провозглашенное, право США на интервенцию в этих странах в поддержку своему владычеству и порабощению этих стран в экономическом отношении, установления полного контроля над экономикой этих стран путем политики «открытых дверей», в результате чего страны превращались в американские протектораты.
Таким образом, мировое американское господство для монополизированной экономики США эпохи империализма виделось в контексте мировой американской империи «открытых дверей», иными словами, как доктрина Монро для всего мира.
Политика «открытых дверей» была впервые применена США в отношении Китая во время «опиумной войны» (1839—1842) и сводилась к тому, что китайский рынок должен быть открытым для США на основе «наиболее благодетельственной нации». В 1857 году адмирал Перри пушками американского линкора «открыл двери» Японии для американского экономического империализма. По окончании первой мировой войны политика «открытых дверей» была географически расширена, распространяясь на весь мир.
Вообще говоря, ссылки американской дипломатии тех лет на принцип «открытых дверей» при более глубоком анализе предстают в качестве проявлений интересов монополистического капитала США в завоевании для себя международных рынков сбыта и ресурсов. Таким образом, политика «открытых дверей» - еще одно свидетельство процессов активной монополизации американской экономики в конце XIX - начале ХХ века, характерных для всей эпохи империализма в мире.
Итак, говоря словами Габриэля Колко из его работы «Политика войны», «открытые двери» на деле «функционально означали американское экономическое господство, очень часто монополистический контроль над ключевыми в стратегическом и экономическом отношении сырьевыми материалами, от которых … индустриальная сила зависит и на которые она опирается... В силовой политике установления полного контроля над залежами нефти необходимо искать секрет теории и реальности американских экономических и военных целей». Мы видим, что интервенция и политика «открытыx дверeй» явились сторонами или вариантами одной сущности — американского империализма. Военная интервенция выступала в качестве жесткого варианта, политика «открытых дверей» - в качестве мягкого.
Процесс монополизации шел дальше. Происходило сращивание трестов с банковскими монополиями, создавался американский финансовый капитал.
В период промышленного подъема девяностых годов XIX столетия монополистические объединения установили свое безраздельное господство в экономике США. В начале ХХ века в США действовало более 800 трестов, в состав которых входило свыше 5000 предприятий с капиталом более 7 миллиардов долларов29.
Вообще, для периода империализма в США было характерно стремление монополий к захвату рынков сбыта на международной арене, борьба за которые проходила в острейшей конкуренции с крупнейшими монополиями других стран. Как и в настоящее время, в начале ХХ века можно выделить два основных типа международных монополий: транснациональные корпорации (ТНК), принадлежащие одной стране и имеющие отделения и филиалы в других странах; межнациональные корпорации, объединяющие капиталы нескольких стран и также имеющие сеть филиалов и отделений в других странах30.
Важно заметить,что международные монополии того времени были как правило одноотраслевыми.
В период американского империализма концентрационные процессы часто происходили на уровне отдельных производственных единиц. Капиталисты создавали огромные заводы вроде фордовского автомобильного гиганта «Фордзон», на котором к 1920 году стало работать порядка 100 000 рабочих. Этот завод комбинат располагал не только механическими и сборочными цехами, но и коксохимическим, доменным, сталеплавильным, прокатным, кузнечно-прессовым, стекольным, по производству обивочных мате-риалов, лака, красок, лесо- и пиломатериалов, цемента. Выпуск продукции обеспечивался в рамках одного предприятиякомбината почти всеми необходимыми материалами и полуфабрикатами. Собственностью Форда были рудники, шахты, леса, каучуковые плантации. Один такой завод-комбинат с его ежегодным трехмиллионным выпуском автомобилей уже выступал в качестве монополии.К 1923 году заводы Форда выпустили больше 2 миллионов автомашин. За каждым его шагом следили тысячи глаз, каждое его публичное высказывание цитировалось газетами. Ажиотаж вокруг имени автомобильного магната был настолько велик, что в начале 20-х годов партийные политиканы подумывали о выдвижении кандидатуры Форда на пост президента, что привело в немалое смятение деятелей, рассчитывавших стать хозяевами Белого дома31.
Особенно важным событием было создание Дж. Морганом в 1901 году «Стального теста», монополизировавшего 43% производства чугуна и 66% производства стали в США.Он контролировал 75% американских запасов железной руды и выпускал половину металлургической продукции.
К концу первой половины ХХ века группа Морганов осуществляла прямой контроль над 5 крупнейшими банками США, 32 промышленными корпорациями, в том числе над такими, как «Юнайтед Стейтс стил корпорейшн», «Дженерал электрик» и прочими. Под контролем моргановского семейства оказались 13 крупнейших железных дорог, три гигантские страховые компании, 14 коммунальных предприятий32.
Центром «империи Морганов» в течение многих лет являлась финансовая компания «Морган Дж. П. энд компани» (в конце 1958 года этот банк объединился с моргановской «Гаранти траст компани» в единый банк – «Морган гаранти траст компани» с капиталом в 4 миллиарда долларов). Но размеры капитала, хотя сами по себе более чем внушительные, еще не дают полного представления о его влиянии и могуществе. Имена членов совета директоров «Морган гаранти траст компани» в 1950-е годы фигурировали в списках директоров каждой четвертой из 100 крупнейших промышленных фирм США. С 39 из 100 корпораций и фирм США моргановский банк имел теснейшие финансовые связи. Под контролем главного банка семейства находилось значительное количество финансовых учреждений, промышленных фирм, транспортных и страховых компаний, объединений коммунального обслуживания Америки33.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
