13535-1 (625556), страница 4
Текст из файла (страница 4)
С начала 1994 г. правительство России в одностороннем порядке прекратило политику "открытой границы" и в январе того же года ввело визовый режим въезда для китайских граждан. В январе 1994 г. было подписано консульское соглашение с КНР, по которому безвизовый въезд в Россию и Китай теперь осуществляется только по дипломатическим и служебным паспортам, а свободные поездки по общегражданским паспортам исключены. Одновременно с ужесточением правил перехода границы в марте 1994 г. были введены новые таможенные пошлины и акцизы, что оказало негативное воздействие на пограничные экономические отношения и привело к росту "челночной" торговли. Таким образом, федеральный Центр пошел по пути жесткого контроля, дозирования иммиграции, ограничения китайцев в правах на территории России. Соответственно и российские граждане лишились права свободного пересечения границы.
В противоположность этому другая сторона - Китай - "становится все более открытой внешнему миру, постоянно повышается степень интернационализации ее экономики" [40].
В то же время в условиях обретения регионами значительной самостоятельности наблюдается регионализация миграционной политики. Причем на уровне регионов решающее слово в ее формировании остается не за Федеральной миграционной службой, а за местными администрациями, определяющими визовый режим и режим регистрации по месту пребывания и жительства, которые в наибольшей мере влияют на судьбу торговцев-"челноков", приезжающих по туристическим визам и составляющих основную часть потока китайских мигрантов в Россию. Таким образом, важнейший для межгосударственных взаимоотношений вопрос - пограничный режим - низведен на региональный уровень.
В результате проводимой Россией и ее приграничными регионами политики увеличивается число нелегальных мигрантов и происходит выталкивание их в теневые сферы деятельности. Это влечет за собой отсутствие у государства достоверной информации, потерю контроля над ситуацией. А периодические облавы на китайцев с просроченным сроком пребывания стали атрибутом жизни в пограничных районах и инструментом нагнетания "китайской угрозы".
Подобная политика может привести к утрате того значительного выигрыша, который приграничные регионы получили от приоткрытия дверей в Китай. Челночная и бартерная торговля с Китаем существенно самортизировала шок от падения уровня жизни, резкого сокращения централизованных поставок и остановки производства. Молниеносно был создан рынок дешевых потребительских товаров, районы наполнены продуктами и другими товарами в таком ассортименте, которого их население, вероятно, никогда не видело. Правда, это произошло не только благодаря Китаю, но и Южной Корее, Японии. У населения, кроме того, появилась возможность посетить соседние китайские города, относительно дешево отдохнуть на теплом Южно-Китайском море (ехать на "свое" Черное море существенно дороже). Благодаря выходу в Азиатско-Тихоокеанский регион расширились и обогатились международные контакты, преодолеваются неудобства окраинного, как в Приморье, или изолированного, как в Благовещенске, географического положения. По мнению П. Минакира, именно торговля с Китаем стала "спасательным кругом" для Дальнего Востока в начальный период экономического кризиса.
Вследствие ужесточения правил торговли и ограничения миграции приток китайцев стал контролируемым, резко сократился, но и экономике был нанесен значительный ущерб, причем российской стороне больший, чем китайской. Импорт из Китая в 1995 г. по сравнению с 1993 г. сократился в 3,7 раза, из других стран АТР- в 2 раза по сравнению с 1992 г. В то же время экспорт продолжает расти: в Китай в 1995 г. - на 11% по сравнению с 1993 г. и на 18% по сравнению с 1994 г., в другие страны АТР - в 1,8 раза относительно 1993 г. В результате торговля со странами АТР стала почти односторонней: в 1995 г. экспорт в Китай был в четыре раза больше импорта, в Японию - в пять раз. Не слишком ли высокая цена за контроль над иммиграцией?
Миграционная политика может быть эффективной только тогда, когда она не входит в противоречие с экономическими интересами. Нам близка точка зрения тех исследователей, которые полагают, что только интеграция в АТР может обеспечить полноценное существование российского Дальнего Востока.
Китайцы на российском рынке труда
Занятия китайцев
Современная китайская иммиграция в Россию ориентирована в наибольшей мере на розничную торговлю, в меньшей степени - на строительство и сельское хозяйство. Один из главных каналов проникновения - учебный (табл. 22). Интересно, что никто из опрошенных китайцев не ответил, что находится в туристической поездке, хотя 45% респондентов формально приехали в Россию именно в таком качестве.
Пока совершенно не развит в России традиционный китайский сервисный бизнес - гостиницы, кафе, рестораны, работа по уборке города, индивидуальные услуги. Китайцы, как показал опрос, очень хотели бы заниматься этими видами деятельности наряду с торговлей. В целом более двух третей китайцев (68%) желали бы иметь свой бизнес в России и только 15% определенно ответили, что нет. Торговля остается наиболее популярным видом деятельности, ее хотели бы продолжать 47% респондентов, желающих иметь в России бизнес (табл. 23). В то же время четверть опрошенных хотела бы торговать более цивилизованно, открыв свой магазин. Каждый десятый мечтает о гостинице, ресторане, кафе, 15% хотели бы открыть мелкое производство. В то же время трудиться в качестве рабочего большинство (65%) не согласилось бы (утвердительно ответили лишь 15%). По мере изменения условий деятельности в России, разумеется, будет меняться и структура желаний иммигрантов, но предпочтения очевидны и сейчас.
Установка на указанные виды деятельности подтверждается и некоторыми другими ответами китайских респондентов. Лишь 25% хотели бы получить землю в долгосрочную аренду, несмотря на бытующие алармистские представления о стремлении китайцев к захвату дальневосточных земель. Правда, отрицательно ответили тоже не очень многие (27%), основная же часть опрошенных не думала об этом. Вероятно также, что торговлей заняты не те китайцы, которые хотели бы заниматься сельским хозяйством. Скорее всего, если Россия решится отдавать землю в аренду китайцам, недостатка в желающих не будет. То же можно сказать и о сервисных услугах, не требующих квалификации, таких, как уход за детьми, престарелыми и инвалидами, работа в качестве домашней прислуги, городских уборщиков и т. п. В настоящее время региональная миграционная политика такова, что нанять иностранную прислугу практически невозможно, а города иногда предпочитают оставаться неубранными, но не пускать китайцев. Для создания совместных производств и инвестиций обстановка в России пока неблагоприятна. И хотя довольно много китайских или совместных предприятий регистрируется, реально функционируют немногие из них. Некоторые эксперты полагают, что регистрируемые и не работающие предприятия, а также те, которые работают явно в убыток, но не закрываются, - это своего рода разведчики или "квартирьеры" китайского бизнеса.
Присмотримся к учебному каналу иммиграции, который составляет внушительную долю в общем объеме. По информации, полученной от экспертов, большинство китайских мигрантов, приезжающих на учебу или стажировку, не появляются в институтах, в которые они приехали, или вскоре бросают учебу, чтобы заняться торговлей или другим бизнесом. Но даже те студенты, которые серьезно относятся к учебе, вынуждены торговать, чтобы заработать на оплату учебы и на жизнь.
Что касается китайцев, работающих по лицензиям, то подавляющее их большинство занята в строительстве или в сельском хозяйстве. Однако сельскохозяйственный канал не безупречен, как и учебный. Он тоже часто используется для прикрытия торговли. Так считают многие эксперты, это подтвердили и наши наблюдения. Например, во Владивостоке на рынке мы обнаружили торговцев, нанятых по лицензиям в сельское хозяйство.
Таким образом, подавляющая часть китайцев в России занята сейчас торговлей. Эксперты отмечают, что из массы "челноков" уже выделились перекупщики, посредники, которые по роду своей деятельности должны постоянно находиться в России и которые активно ищут возможность оформить вид на жительство.
Что мешает китайскому бизнесу в России
Экономический кризис в России не благоприятствует бизнесу не только иммигрантов, но и собственного населения. Однако значительный ограничительный вклад вносит и политика властей, которая, казалось бы, во время кризиса должна быть поощрительной. В табл. 24 показано, какие помехи для бизнеса в России видят сами китайцы.
Более трети опрошенных не ответили на этот вопрос, у каждого пятого из ответивших нет денег для бизнеса. Причины, связанные с экономическим кризисом (инфляция и пр.), отметил лишь каждый восьмой из желающих иметь бизнес, всего 8% видят препятствия в незнании русского языка и российских законов, только два человека указали на жесткую торговую конкуренцию среди китайцев и двое отметили нелояльность населения. Зато каждый третий видит помехи в российском миграционном законодательстве, 15% прямо указали на отношения с милицией. Любопытно, что каждый восьмой не видит никаких трудностей (вероятно, они относились к тем, кто серьезно не думает о бизнесе).
В табл. 25 приведены мнения китайцев о том, что мешает им торговать в России. Претензии китайских торговцев не содержат ничего чрезвычайного и при желании легко могут быть удовлетворены. Почти все они лежат в сфере миграционно-визовой политики и прямо указывают на ее избыточную жесткость, из-за чего китайцы оказываются беззащитными перед милицией. Едва ли не каждый третий пожаловался на штрафы и взяточничество милиции, причем ни один не смог назвать установленного размера штрафа и никто не получил соответствующей квитанции.
Условия труда и быта
Несмотря на экономический кризис и безработицу, среди местных жителей мало желающих выполнять неквалифицированную работу на стройках и в сельском хозяйстве. На эти работы руководители предприятий охотно берут китайцев.
Сложившиеся трудовые отношения в сфере занятости китайцев трудно назвать партнерскими. Использование китайской рабочей силы далеко от цивилизованного. Работодатели обычно имеют дело с китайскими бригадирами, которые и устанавливают режим труда для своих рабочих. Последние трудятся практически весь световой день, без выходных, без возможности увидеться с семьей в течение всего контрактного срока - обычно 10 месяцев. Родственники могут приехать только в качестве туристов, оплатив тур. Даже работая в Благовещенске, невозможно съездить домой на противоположный берег Амура на выходной день, не затратив значительные средства. Контракт должен возобновляться ежегодно, что связано с немалыми дополнительными расходами. Заработки китайских трудовых мигрантов в полтора-два раза ниже, чем у российских рабочих такой же квалификации [41]. 86% тех, кто работает по найму, деликатно оценивают свой заработок как "не очень большой". Довольны им лишь 14% опрошенных, тогда как среди торгующих - 40%, а среди приехавших "на учебу" - 36%. Кроме того, китайские лицензионные мигранты получают заработанные деньги только в Китае. Некоторые бригадиры совсем не дают рабочим денег, пока они работают в России, и те вынуждены подрабатывать в неурочное время - чаще всего ночами - на частных заказах. В других случаях китайским рабочим выдается символическая сумма. Например, на одном из строительных предприятий Владивостока в октябре 1996 г. такая сумма составляла 75 тыс. руб. (примерно 18 долл.) в месяц.
Именно такое состояние многим региональным администраторам и руководителям предприятий представляется чуть ли не идеалом: дешевая рабочая сила и никакой ответственности. Все в точности так, как было в начале века [42]. Модель воспроизвелась, как только появилась возможность. При этом российские работодатели единодушно отмечают трудолюбие, дисциплинированность и исполнительность китайцев, дешевизну их труда.
Живут китайцы чаще всего в студенческом или специально арендуемом общежитии (63%), 13% арендуют жилье, 18% живут в гостинице и лишь 8 из 244 респондентов имеют свою квартиру или дом. По информации экспертов, жилищное обустройство китайских мигрантов стало иногда легальной, иногда не вполне легальной (через подставных лиц), но всегда весьма доходной сферой деятельности некоторых довольно обеспеченных китайских предпринимателей. Через них осуществляется большинство поселений в гостиницы и на частные квартиры, не говоря уже о специальных китайских общежитиях. При этом цена устанавливается за помещение в целом, поэтому мелкие торговцы и рабочие живут, как правило, очень скученно, в одной квартире одновременно могут проживать 20-30 человек. Это касается как торговых, так и строительных общежитий. Рабочие на одной из строек Владивостока хотя и жили в общежитии, но одеяла и подушки должны были привезти из дома. Еда для них готовилась тут же, на стройке, в антисанитарных условиях.
Однако сами китайские мигранты не ропщут на такие условия жизни. Это говорит о том, что китайская иммиграция в Россию - преимущественно бедная, терпеливая, неприхотливая, жадно ищущая заработков, пусть и невысоких, жестоко эксплуатируемая своими же соотечественниками при молчаливом согласии российской стороны.
И тем не менее почти четверть китайских мигрантов хотели бы переселиться в Россию на постоянное жительство. Столько же респондентов хотели бы, чтобы в России жили их дети, причем 36% из них - это те же, кто сам хотел бы переселиться. Большая часть иммигрантов (44%) не хотела бы переехать в Россию, а каждый третий не думал об этом. Надо полагать, что, задумайся они об этом, и среди них нашлось бы немало желающих. Итак, Россия вполне может рассчитывать на китайцев как на дополнительный источник рабочей силы.
Отношения с местным населением
В большинстве случаев китайцы оценивают отношение местного населения к себе как доброжелательное (55% респондентов), и только 5% сказали: "нас не любят". В согласии с этими данными находятся и ответы о дружественных связях - две трети китайцев имеют русских друзей.
Китайцы вполне объективно оценивают русских, адекватно отмечая и положительные, и отрицательные их качества. Они называют доброту и сердечность русских (каждый третий), их открытость, гостеприимство, легкость характера (каждый четвертый), высокую культуру (тоже каждый четвертый). Среди указанных респондентами неприятных черт россиян на первом месте пьянство (26%), затем лень (около 10%).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
