Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Знакомство с подходом Миллера и Долларда позволяет отметить заслугу этих авторов в постановке на экспериментальной основе проблем агрессии и подражания как важного механизма социально-психологического взаимодействия. В рамках необихевиористской ориентации они впервые обратились к исследованиям, испытуемыми в которых выступили люди. Строгая процедура практиковавшегося ими лабораторного эксперимента, с одной стороны, гарантирует строгость полученных данных, но, с другой стороны, делает уместной постановку всех тех проблем, которые подняты в современной социальной психологии вокруг лабораторного эксперимента.

Однако отмеченные моменты касаются частных сторон данного подхода. Основным же в оценке является анализ исходных методологических принципов. В отношении принципов данного подхода можно сказать, что они продемонстрировали свою узость в интерпретации изучаемых явлений. Доказательством существования такого рода несостоятельности являются, в частности, и те поиски, которые отмечают современные линии развития данного подхода. Для них характерно все большее "смягчение" фундаментальных принципов бихевиоризма, в частности отказ от сведения психической реальности лишь к наблюдаемому поведению, привлечение к анализу в той или иной форме когнитивных переменных. Такого рода эволюция бихевиоризма особенно ярко просматривается в работах Бандуры.

1. 2.2 Теория научения: роль подкрепления и подражания (А. Бандура)

Бандура называет свой подход социобихевиоральным и противопоставляет его предшествующим приложениям теории научения к вопросам просоциального и девиантного, т.е. отклоняющегося от следования социальным нормам поведения. По его мнению, эти приложения (он имеет в виду теории социального научения Миллера и Долларда, Скиннера, Роттера) страдают тем, что основываются "на ограниченном ряде принципов, установленных и поддержанных в основном исследованиями научения у животных в ситуациях с одной персоной". Он полагает, что "для адекватного рассмотрения социальных явлений необходимо расширить и модифицировать эти принципы, ввести новые принципы, установленные и подтвержденные исследованиями приобретения и модификации человеческого поведения в диадической и групповой ситуациях".

Таким образом, с самого начала Бандура выступил противником столь характерных для бихевиоризма произвольных экстраполяции данных из мира животных на социальный мир.

Кроме того, неудовлетворенность исследователя предшествующими подходами касается их неспособности решить проблему возникновения действительно новых форм поведения. По его мнению, инструментальное обусловливание и подкрепление должны рассматриваться скорее как выбор реакции среди уже имеющихся в поведенческом репертуаре индивида, нежели как ее приобретение. Это характерно, как мы видели, для позиций Миллера и Долларда: способность личности к реакции существует прежде, чем она научилась ей через подражание. У Скиннера процедура приобретения новых образцов поведения включает позитивное подкрепление тех элементов опять же наличных реакций, которые имеют сходство с окончательной формой желаемого поведения; компоненты реакции, имеющие мало подобия с этим поведением или не имеющие такового вовсе, остаются неподкрепляемыми. Согласно теории социального научения Роттера, вероятность того, что данное поведение будет иметь место в конкретной ситуации, определяется двумя переменными - субъективным ожиданием, что соответствующее поведение будет подкреплено, и ценностью подкрепления для субъекта. Подход Роттера "предполагает существование иерархии реакций, которые имеют тенденцию происходить в различных ситуациях с варьирующими степенями вероятности; таким образом, он совершенно неадекватен для объяснения возникновения реакции, которая еще не выучена и, следовательно, имеет нулевую вероятностную ценность".

По-иному Бандура трактует и роль подкрепления в научении. Он рассматривает подкрепление, скорее, как фактор, способствующий научению, а не вызывающий его. С его точки зрения, во-первых, наблюдатель может научаться новым реакциям, просто наблюдая поведение модели; во-вторых, необязательно ставить реакцию модели и реакцию наблюдателя в условия подкрепления. Многочисленные исследования, в том числе полевые, Бандуры и его коллег показали, что подкрепляющие последствия могут служить активизации поведения, приобретенного в условиях неподкрепляемого наблюдения. Подчеркивая, что подкрепление не играет доминантной роли в приобретении новых реакций, Бандура отводит ему центральную роль в усилении и поддержании (сохранении) различных поведенческих тенденций. Образцы поведения могут приобретаться, по мнению Бандуры, через прямой личный опыт, а также через наблюдение поведения других и его последствий для них, т.е. через влияние примера. Бандура вычленяет следующие возможные направления влияния модели на наблюдателя:

1) посредством наблюдения поведения модели могут приобретаться новые реакции;

2) через наблюдение последствий поведения модели (его вознаграждения или наказания) может усиливаться или ослабляться сдерживание поведения, которому наблюдатель ранее научен, т.е. существующее у наблюдателя поведение модифицируется благодаря наблюдению модели;

3) наблюдение поведения другого (модели) может облегчить реализацию реакций, ранее приобретенных наблюдателем.

Вопрос о научении через наблюдение Бандура считает весьма важным, в частности в связи с тем, что "теория должна объяснить не только, как приобретаются образцы реакций, но и как регулируется и поддерживается их выражение". С его точки зрения, выражение ранее выученных реакций может социально регулироваться через действия влиятельных моделей. Таким образом, функция научения посредством наблюдения (наблюдающего научения) в схеме Бандуры оказывается достаточно широкой.

Бандура попытался реализовать сформулированные им принципы научения, в частности, в исследовании агрессивного поведения. Этой проблеме посвящена специальная работа, которая так и называется: "Агрессия: анализ с позиции теории социального научения" (1973 г.). Бандура считает, что теория фрустрации-агрессии недостаточна для объяснения агрессивного поведения. По его мнению, широкое принятие представления о фрустрации- агрессии, возможно, в большей степени следует отнести на счет его простоты, чем на счет его предсказательной силы.

Бандура предлагает другой подход, содержащий "более оптимистический взгляд на способность человека уменьшить уровень человеческой деструктивности". Он вычленяет проблему приобретения (через научение) "поведения с деструктивным потенциалом", с одной стороны, и с другой - проблему факторов, "определяющих, будет ли личность реализовывать то, чему она научена". Схематически он противопоставляет свой подход другим подходам следующим образом:

С точки зрения Бандуры, фрустрация - это только один и необязательно наиболее важный фактор, влияющий на агрессивное поведение. "Фрустрация наиболее вероятно должна провоцировать агрессию в людях, которые научены отвечать на отвратительное обхождение (aversive treatment) агрессивными установками и действиями..." - замечает Бандура. По его мнению, агрессия вообще лучше объяснима на основе вознаграждающих ее последствий, чем на основе фрустрирующих условий и наказаний, которые она навлекает. Рассмотренный подход позволяет заключить, по мнению Г.М. Андреевой, что позиция Бандуры иллюстрирует, пожалуй, наибольшую степень "размягчения", "либерализации" принципов бихевиоризма, с которой мы в настоящее время сталкиваемся в социальной психологии. И, тем не менее, при всех модификациях этим автором традиционной парадигмы научения мы имеем дело именно лишь с ее модификациями, а не с отступлением от нее.

Таким образом, подкрепление остается по-прежнему основной детерминантой, регулятором поведения. Личность может приобретать новые формы реакций через наблюдение поведения модели и без подкрепления, однако готовность реализовать эти новые реакции в конечном счете определяется личным прошлым опытом подкреплений либо опытом подкреплений наблюдаемой модели. Ограниченности и издержки, которые характерны для бихевиоризма вообще, лишь усугубляются при обращении к социально-психологической проблематике. Само освоение собственно социально-психологической проблематики в рамках необихевиористской ориентации остается достаточно скромным. Исходные принципы необихевиоризма отнюдь не способствуют освоению сложных пластов групповой динамики. Основной изучаемой областью оказываются различные формы диадического взаимодействия, в частности, подражание. Большое место уделено подражанию как фактору усвоения агрессивного поведения. Этот план анализа, несомненно, значим, хотя проведенные исследования пока не дают однозначных результатов.

Обращают на себя внимание отдельные интересные методические находки авторов в постановке экспериментов. Однако во многих случаях эти эксперименты оказываются "экспериментами в вакууме", т.е., по существу, выведенными из социального контекста. Особенно это проявляется в эксплицитном или имплицитном игнорировании роли социальных норм в регуляции человеческого поведения. На это обстоятельство справедливо указывают, например, представители символического интеракционизма. Все теории агрессии в рамках теории научения включают принципы относительно сдерживания или контроля такого поведения. Однако редко признается роль социальных норм в регуляции человеческого поведения. Действительно, некоторые из наиболее используемых в социальной психологии исследовательских парадигм для изучения агрессии могут не иметь экологической валидности. Таким образом, затруднено решение вопроса о переносе полученных в подобном эксперименте данных на реальную ситуацию, что, несомненно, снижает значимость добытых результатов.

2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В обыденном языке слово "агрессия" означает множество разнообразных действий, которые нарушают физическую или психическую целостность другого человека (или группы людей), наносят ему материальный ущерб, препятствуют осуществлению его намерений, противодействуют его интересам или же ведут к его уничтожению.

Такого рода антисоциальный оттенок заставляет относить к одной и той же категории столь различные явления, как детская ссора и войны, упреки и убийство, наказание и бандитское нападение. Мотивационно-психологический анализ деятельности предполагает не только фенотипическую, но и генотипическую дифференциацию этих явлений. Однако, когда речь идет об агрессивных действиях, выяснение условий их совершения представляет собой особо сложную задачу.

Количество работ, направленных на выяснение того, какие виды и формы агрессивных действий возможны и при каких условиях, чрезвычайно широк. Как указывает Р. Бэрон, к концу ХХ века лишь о человеческой агрессивности написано более 350 монографий. Причина этого не в последнюю очередь заключается в стремлении содействовать посредством лучшего понимания агрессивных действий предотвращению и сдерживанию явных актов насилия. Ибо террористические акты (как в странах, где идет гражданская война, так и там, где она отсутствует), новые формы преступности (такие, как ограбление банков, угон самолетов, захват заложников, шантаж), влияние сцен насилия, ежедневно "с доставкой на дом" получаемых населением от средств массовой информации, вызывают все большую обеспокоенность международной общественности.

Как и в случае других социальных мотиваций, человек, совершая агрессивное действие, как правило, не просто реагирует на какую-либо особенность ситуации, но оказывается включенным в сложную предысторию развития событий, что заставляет его оценивать намерения других людей и последствия собственных поступков. Поскольку многие (хотя и не все) виды агрессивных действий подлежат к тому же регуляции моральными нормами и социальными санкциями, исследователю еще приходится принимать в расчет многообразные заторможенные и завуалированные формы агрессивного действия.

Деструктивная агрессия всегда ассоциировалась с таким философско-нравственным понятием как зло. Дискуссии о том, является ли зло имманентным для человека, или он по природе своей добр, продолжались в течение многовековой истории человечества. Исследователи, работающие в социально-психологической и педагогической науке, пришли к такому выводу, что; возможно, наиболее важное влияние на формирование и развитие агрессивного поведения оказывают средовые факторы. К таковым можно отнести порочное воспитание, включающее физически наказания, моральное унижение, социальную и сенсорную изоляцию, табу на эмоциональные проявления, а также такие мегафакторы как скученность (небывалое увеличение плотности населения в мегаполисах).

Проблема агрессивного поведения остается актуальной на протяжении всего существования человечества в связи с его распространенностью и дестабилизирующим влиянием. Имеются представления о том, что агрессивность имеет исключительно биологическое происхождение, а также о том, что она связана главным образом с проблемами воспитания и культурой.

2. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Абульханова-Славская К.А. Развитие личности в процессе жизнедеятельности // Психология формирования и развития личности. - М., 1981.

2. Андреева Г.М., Богомолова Н.Н., Петровская Л.А. Зарубежная социальная психология ХХ столетия. Теоретические подходы. – М.: Аспект-Пресс, 2001. – 288с.

3. Бандура А. Теория социального научения. - СПб.: Евразия, 2000. - 320с.

4. Бандура А., Уолтерс Р. Принципы социального научения//Современная зарубежная социальная психология. Тексты. М., 1984.

5. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия, контроль. – Спб.,-2001

6. Братусь Б. С. Аномалии личности. - М., 1988.

7. Бурменская Г.В., Обухова Л.Ф., Подольская А.И. Современная американская психология развития. - М., 1986.

8. Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. – М. СПб: Питер, 2001. - 352 с: ил.

9. Гуманистическая психология // Иностранная психология. 1993. Т. 1, № 1. С. 7-38.

10. Закатова И.Н. Социальная педагогика в школе. – М., 1996.

11. Зейгарник Б.В., Братусь Б.С. Очерки по психологии аномального развития личности. - М., 1980.

12. История зарубежной психологии (30-60-е гг. XX в.) / Под ред. П.Я. Гальперина, А.Н. Ждан. - М., 1986..

13. Леонтъев А.Н. Проблемы развития психики. - М., 1981.

14. Лоренц К. Агрессия. – М., 1994.

15. Миллер Дж., Галантер Е., Прибрам К. Планы и структура поведения. - М., 1964.

16. Немов Р. С. Психология: Учебник. В 3 кн. Кн. 1. Общие основы психологии. - М.: Владос, 2002.

17. Овчарова Р.В. Практическая психология образования. Учебное пособие. – 2-е изд., стер. – М.: Академия, 2005.

18. Психологический словарь./ Под ред. А.М. Зинченко. – М., 1988.

19. Психология человека от рождения до смерти. / Под ред. А.А. Реана. – М., 1993.

20. Психология человеческой агрессивности. Хрестоматия – Минск, 1998.

21. Реан А.А. Агрессия и агрессивность личности // Психологический журнал. 1996. № 5. С. 3-16.

22. Румянцева Т. Г. Понятие агрессивности в современной зарубежной психологии. – М., 1994.

23. Столяренко Л. Д. Основы психологии. Учебник. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

24. Стреляу Я. Роль темперамента в психическом развитии. М., 1982.

25. Фрейд 3. Психология бессознательного. - М., 1989.

26. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. – М., 1994.

27. Хекхаузен Х. Агрессия // Мотивация и деятельность. - М., 1986. Т. 1, с. 365-405.

28. Хрестоматия по истории психологии. / Под ред. П. Я. Гальперина, А. Н. Ждан. - М., 1980.

29. Шихирев П. Н. Современная социальная психология в США. М., 1979.

30. Ярошевский М.Г. Психология в XX столетии. - М., 1974.

31. Ярошевский М.Г., Анциферова Л.И. Развитие и современное состояние зарубежной психологии. - М., 1974.

3. ПРИЛОЖЕНИЕ

Таблица - Категорий агрессивного поведения по Бассу

Характеристики

Список файлов курсовой работы