130607 (619080), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Многие авторы, и в первую очередь сам М. Люшер, исходят из существования сложной иерархизированной семантической структуры цвета. Нижний "этаж" представлен физиологическими реакциями, затем идут характеристики эмоционального состояния и эмоции; верхние уровни представлены потребностями, основными установками и жизненным стилем личности. В этой системе по сути цвета играют ту же роль, что и в традиционной цветовой символизации (Тернер, 1983): они являются неконвенциональными естественными символами обобщенных категорий действительности, изоморфно соответствуя различным ее аспектам [19].
Г.Е. Бреслав считает, что мы ошибаемся, когда рассматриваем цвет как свойство материала. Он утверждает, что в природе цвета нет, что цвет - "одна из особенностей восприятия человека: наш глаз по-разному ощущает потоки света с разными физическими характеристиками. Большинство наблюдаемых нами предметов сами не испускают световые лучи, а видны потому, что падающий на них свет рассеивается и попадает в наши глаза. Цвет - это ощущение, возникающее в мозгу человека как реакция на свет определенной длины волны, попавший в сетчатку его глаза" [10].
П.В. Яньшин утверждает, что цвета взаимодействуют не только со зрением, но и со всем организмом человека, что "цвет несет в себе нечто, ставящее его в совершенно особенные отношения с человеческой душевной организацией". Понять это "нечто" невероятно трудно, с чем нельзя не согласиться [11].
Л.Н. Миронова (1984), анализируя различия в цветовых предпочтениях в зависимости от возраста и образовательного уровня, полагает, что простые, чистые, яркие цвета действуют на человека как сильные, активные раздражители. Они удовлетворяют потребностям людей со здоровой, неутомленной нервной системой - дети, подростки, молодежь, крестьяне, люди физического труда, открытые, простые и прямые натуры. Сложные, малонасыщенные, разбавленные оттенки действуют, скорее, успокаивающе, чем возбуждающе, вызывают более сложные ощущения, отражают потребности субъектов достаточно высокого культурного уровня и предпочитаются чаще людьми среднего и пожилого возраста, интеллигентного труда, лицами с утомленной и тонко организованной нервной системой [1].
Клинические наблюдения цветового воздействия на человека, а также данные психологии цвета позволяют дать цветам следующие психофизические и психофизиологические характеристики:
1. Красный - возбуждающий, согревающий, активный, энергичный, проникающий, тепловой, активизирует все функции организма; используется для лечения ветряной оспы, скарлатины, кори и ряда кожных заболеваний; на короткое время увеличивает мускульное напряжение, повышает кровяное давление, ускоряет ритм дыхания.
2. Желтый - тонизирующий, бодрящий, согревающий, увеличивающий мышечную активность, стимулирующий деятельность ЦНС, оказывает лечебное воздействие при заболеваниях пищеварительного тракта, печени, почек, ревматизме и др.
3. Зеленый - уменьшает кровяное давление и расширяет капилляры, успокаивает, снимает напряжение, облегчает невралгии и мигрени, используется при лечении астмы, ларингита и др.
4. Синий - замедляет сердечную активность, действует седативно, успокаивающее действие может перейти в тормозящее, депрессию. Синие лучи применяют при лечении воспалительных заболеваний глаз, ветрянке, скарлатине и др. [по данным Г. Фрилинга и К. Ауэра - 1973; Л.Н. Мироновой - 1984; И.В. Андрианова и Г.И. Демидова - 1991 г]
Наличие многочисленного числа фактов о взаимосвязи цвета и психики; взаимосвязи цвета и психической деятельности человека, имеет большое практическое значение. Часто там, где традиционные методы клинического и психологического исследований не позволяют глубоко проанализировать характер и содержание психосимптоматики, либо даже ее не обнаруживают, цвет остается, пожалуй, единственным психодиагностическим средством, способным решать, казалось бы, бесперспективные задачи.
2. Практическая часть
2.1 Понятие проективные методики
Проективные методики (от лат. projectio - выбрасывание вперед) - совокупность методик, направленных на исследование личности и разработанных в рамках проективного диагностического подхода. Понятие проекции для обозначения этих методик впервые использовано Л. Франком (1935) [3, с.250].
Полное исследование Л. Франка, опубликовано в 1948 г. (Frank, 1948). Им выдвигаются три основных принципа, лежащих в основе проективного исследования личности.
Направленность на уникальное в структуре или организации личности. В отличие от традиционных психометрических процедур, личность рассматривается как система взаимосвязанных процессов, а не перечень (набор) способностей, или черт.
Личность в проективном подходе изучается как относительно устойчивая система динамических процессов, организованных на основе потребностей, эмоций и индивидуального опыта.
Эта система основных динамических процессов постоянно, активно действует на протяжении жизни индивида, "формируя, направляя, искажая, изменяя и переиначивая каждую ситуацию в систему внутреннего мира индивида". Каждое иное действие, каждое эмоциональное проявление индивида, его восприятия, чувства, высказывания, двигательные акты несут отпечаток личности. Это третье и основное теоретическое положение обычно называют "проективной гипотезой" [2, с.290 - 291].
Определяя специфику проективного подхода, Л. Франк пишет о том, что это прием исследования личности, с помощью которого испытуемого помещают в ситуацию, реакцию на которую он осуществляет в зависимости от значения для него этой ситуации, его мыслей и чувств. Также подчеркивается то, что стимулы в проективных методиках не бывают строго однозначными, а допускают различную интерпретацию. Стимул приобретает смысл не просто в силу его объективного содержания, а, прежде всего в связи с личностным значением, придаваемым ему испытуемым.
Общими для всех проективных методик являются следующие признаки:
неопределенность, неоднозначность используемых стимулов;
отсутствие ограничений в выборе ответа;
отсутствие оценки ответов испытуемых как "правильных" и "ошибочных" [2, с.291].
Л. Франк первым разработал классификацию проективных методик:
Конститутивные. Испытуемому предлагается какой-либо аморфный материал, которому он должен придать смысл (тест чернильных пятен Роршаха, тест облаков);
Конструктивные. Предлагается оформленные детали (фигурки людей и животных, модели их жилищ и пр), из которых нужно создать осмысленное целое и объяснить его;
Интерпретативные. Необходимо истолковать, интерпретировать какое-либо событие, ситуацию. Тест тематической апперцепции - хорошая иллюстрация этого вида методик. Испытуемому предлагаются таблицы-картины, на которых изображены относительно неопределенные ситуации, допускающие неоднозначную интерпретацию. В ходе обследования испытуемым составляется небольшой рассказ, в котором необходимо указать, что привело к изображенной ситуации, что происходит в настоящее время, о чем думают, что чувствуют действующие лица, чем эта ситуация завершится. Предполагается, что испытуемый идентифицирует себя с "героем" рассказа, что дает возможность раскрытия внутреннего мира обследуемого, его чувств, интересов и побуждений (ТАТ - тематический апперцептивный тест, тест фрустрации Розенцвейга, тест Сонди);
Катартические. Предлагается осуществление игровой деятельности в особо организованных условиях (психодрама, проективная игра);
Рефрактивные. Личностные особенности, скрытые мотивы исследователь стремится диагностировать по тем непроизвольным изменениям, которые вносятся в общепринятые средства коммуникации (анализ почерка, особенностей речевого общения) [2, с.291 - 293, 14].
Экспрессивные. Осуществление испытуемым изобразительной деятельности, рисунок на свободную или заданную тему (дом-дерево-человек, несуществующее животное, кинетический рисунок семьи);
Импрессивные. Эти методики основываются на изучении результатов выбора стимулов из ряда предложенных. Испытуемый выбирает наиболее желательный, предпочитаемый им стимулы (тест Люшера);
Аддитивные. В этих методиках от обследуемого требуется завершение имеющего начало предложения, рассказа или истории. Методики предназначены для диагностики разнообразных личностных переменных, от мотивов тех или иных поступков до отношения к половому воспитанию молодежи [2, с.294; 5].
Проективные методики позволяют опосредованно, моделируя некоторые жизненные ситуации и отношения, исследовать эти личностные образования, выступающие прямо или в форме различных личностных установок. Если большинство психологических приемов направлено на изучение того, как и за счет чего достигается объективный характер отражения человеком внешнего мира, то проективные методики ставят своей целью выявление своеобразных "субъективных отклонений", личностных "интерпретаций" [14]. Они, по признанию психодиагностов, в меньшей степени подвержены фальсификации со стороны испытуемого, чем опросники, и потому более пригодны для диагностики личности. Это преимущество проективных методов связанно с тем, что их цель обычно замаскирована, и испытуемый не может угадать способы интерпретации диагностических показателей и их связь с теми или иными проявлениями личности; поэтому он не прибегает к маскировке, искажению, защитным реакциям при обследовании [6, с.290].
Первое описание процесса проекции в ситуации со стимулами, допускающими их различную интерпретацию, принадлежит Г. Мюррею (Murray, 1935). Положение Г. Мюррея, в которых проекция рассматривается, как естественная тенденция людей действовать под влиянием своих потребностей, интересов, всей психической организации, является наиболее ранним приложением понятия проекции к психологическому исследования. По его мнению, защитные механизмы в процессе проекции могут проявляться, а могут и не проявляться. До этого времени теоретическая концепция проекции в том виде, как она применима к исследованию личности, не формировалась [3, с.250; 2, с.290].
В начале 40-х гг. "проективное движение" в западной психологии набирает значительную силу. В советской психодиагностике первые упоминания о проективных методиках появились в конце 60-х гг.
Проективные методики становятся едва ли не самыми популярными в психодиагностике, оттеснив на второй план традиционные психометрические тесты. Ныне они занимают лидирующие положение в зарубежных исследованиях личности, прежде всего в области клинической психодиагностики. Свидетельство тому - специальные научные институты и общества, созданные во многих странах мира; посвященные исключительно проективным методикам (периодические издания и монографии; регулярно проводимые международные конгрессы). Проективные методики удачно дополняют существующие психометрические методики, позволяя заглянуть в то, что наиболее глубоко скрыто, ускользает при использовании традиционных приемов исследования.
2.2 Валидность и надежность теста ЦТО Люшера
Согласно М. Люшеру отношение испытуемого к цвету определяется его эмоционально-мотивационными свойствами. В противовес этой точке зрения ряд исследователей (Блейхер В.М., Крук И.В., Урванцев Л. П) считает, что на выбор цвета могут влиять самые разнообразные факторы (от особенностей стимула до индивидуально-типологических характеристик испытуемого). В работе (Базыма Б.А. 1985), с помощью метода многомерного шкалирования было обнаружено, что ведущее влияние на цветовые предпочтения оказывают 2 фактора: эмоциональная оценка цвета, как определенной неразложимой целостности, и осознаваемая или неосознаваемая эмоциональная оценка ассоциаций, вызываемых цветом [22].
Цветовой тест построен на разработанной профессором Люшером функциональной психологии. В тесте Люшера "Структура" или основное значение цвета остается постоянным. Эта структура определяется как "объективное значение" цвета. Темно-синий цвет означает, например, "покой", безразлично, нравится он кому-либо или нет. Напротив, "функцией" профессор Люшер обозначил "субъективную позицию относительно цвета", которая различна у различных людей. Один может находить определенный цвет приятным, другому он может казаться скучным, третий может относиться к нему индифферентно, тогда как четвертому этот цвет может показаться абсолютно отвратительным [7].
Чрезвычайно существенным представляется вывод Б.А. Базымы [1] о том, что анализ цветопредпочтения следует проводить с учетом той роли, которую играет цвет для данного испытуемого в данном эксперименте. Действительно, одним респондентом цвет воспринимается просто как субъективно приятный сенсорный раздражитель (что и предусмотрено инструкцией), другим - как символ чего-либо, у третьего цвет стимулирует предметно-конкретную ассоциацию и пр. Инструкция часто (по крайней мере, в клинике это обычное явление) "нечаянно" нарушается испытуемым, и тест Люшера обращается в ЦТО, т.е. выявляет не какие-то глубинные психические залежи, а опосредованную цветом и ранжированную по актуальности иерархию отношений испытуемого к конкретным объектам (о чем зачастую не задумывается испытуемый и не узнаёт экспериментатор). Возможно, тест Люшера - это и есть ЦТО, это всегда тест отношений к чему-либо, но в одних случаях объект осознается, а в других - нет. И лишь последний случай составляет собственно люшеровскую процедуру, которая по своей сути является частным, идеальным вариантом ЦТО - цвета ранжируются исключительно по зрительным симпатиям и ничему больше, а стоящие за ними объекты остаются вне осознания [20].
"Мини-опрос в среде коллег - медицинских психологов, показал, что из тех, кто постоянно пользуется методикой, практически никто не заполняет канонические протоколы, не строит "кубы" полного варианта и т.д. Внимание обращается на попарное расположение основных и дополнительных цветов (стоящих, прежде всего, в первых и последних позициях), на уровень тревожности, на общий характер и устойчивость ряда. "Провокационный" вопрос о том, к чему тест Люшера более чувствителен - к актуальному эмоциональному состоянию или к устойчивым личностным особенностям - вызвал разделение экспертных оценок примерно поровну (примечательно, что компромиссных ответов типа "чувствителен и к тому, и к другому" практически не было). Наконец, в ситуации, когда возникает противоречие между результатами цветового теста и собственной эмпатической интуицией экспериментатора, предпочтение всегда отдается последней, особенно в тех не столь уж редких случаях, когда и остальные психодиагностические данные расходятся с результатами пробы Люшера.
В самом деле, то, что казалось таким логичным при чтении лучших образцов литературы, зачастую оказывается бесполезным в ситуации реального обследования, когда, например, при биполярным расстройстве и депрессивный, и маниакальный больной демонстрируют один и тот же "светофорный" выбор - 3, 4 и 2 на первых позициях (что, кроме прочего, составляет идеальную "рабочую группу" и должно свидетельствовать о прекрасной работоспособности), причем первый из респондентов честно признается, что ему "абсолютно все равно" и он выбирает цвета именно "как светофор, лишь бы что-то выбрать".
Следует, разумеется, учитывать клинический диагноз и психический статус пациента. Но в том и проблема, что одной из главных задач патопсихолога остается дифференциальная диагностика, а в этом смысле тест Люшера собственной валидностью, по-видимому, не обладает и может рассматриваться только как вспомогательный инструмент.д.ругими словами, для того, чтобы проводить цветовую диагностику при конкретном психическом заболевании, надо заранее быть уверенным в том, что имеешь дело именно с этой болезнью" [13].
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
