110643 (616285), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Гуманисты в обосновании новой идеологии образования, следовавшие за античностью, естественно, может, даже более чем где-либо, последовали за античностью и в построении самого образования, взяв в качестве основы древнегреческую и латинскую культуру, по крайней мере, языки, и соединили их с новыми науками, прежде всего математикой. Так родилось гуманистическое или классическое образование, за которым позже окончательно утвердилось последнее название – классическое образование. Причем даже сам термин гуманистическое образование – humaniora studia – деятели гуманизма позаимствовали у Цицерона.
Добавим, что идея гармоничного, универсального развития человека привела к необходимости параллельного обучения нескольким предметам одновременно, что породило классно-урочную систему, заменившую индивидуально-групповую средневековую систему обучения.
Протестантизм, соединив гуманизм с христианством, ввел в содержание образования христианство в виде Закона Божия, добавив его к предметам, уже отработанным гуманистами. Католические страны вслед за протестантскими ввели Закон Божий в своих школах. Так окончательно сложилось классическое образование, ставшее определяющим видом среднего образования в Западной Европе на несколько веков.
Нельзя не увидеть, что христианству, христианскому содержанию образования отводилась далеко не первая роль в классическом образовании. По сути, оно было . вытеснено на периферию образования и воспитания, перемещено на обочину учебно-воспитательного процесса.
Случайным ли было обращение эпохи Возрождения к античной модели образования, к античной педагогике, так ли уж нельзя было обойтись без него, тем более что Западная Европа этого времени – это во многом ареал латинской культуры, а латинский язык был международным языком? Конечно же, обращение к античности было глубоко закономерным актом. Оно диктовалось потребностью в обосновании образования, построенного на основе обезбоженного объяснения человека, т.е. деятели эпохи Возрождения взяли не только и не столько содержание римского образования, сколько саму методологию понимания и построения образования. Не случайно, что в источниках гуманистических учений ссылки на античных мыслителей встречаются чаще ссылок на Священное Писание.
Так произошли перемены, которые в буквальном смысле можно сравнить с грехопадением человека. Когда читаешь о событиях грехопадения, то, кажется, что с совершением греха ничего не изменилось. Между тем, потряслась вся система мироздания, потряслась природа самого человека: человек стал смертным существом, но самое страшное – человек стал забывать истинного Бога, заменив служение Ему служением идолам.
Нечто подобное произошло и в Европе в эпоху Возрождения. Начав объяснение человека без обращения к Богу, Европа не остановилась на этом уровне понимания человека, но все более погружалась в служение темным силам. Достаточно напомнить, насколько популярна была в эпоху Возрождения астрология.
Не менее драматичными были европейские процессы эпохи Просвещения. В XVII – XVIII вв. европейская наука пришла к выводу, что человек – это существо, сотворенное вовсе не Богом, а природой. Первый шаг был сделан, первая аксиома была продекларирована: человек есть "человек естественный". Произошло самое главное – было отброшено понимание человека как существа, сотворенного по Образу и Подобию Божию и найден способ объяснения человека без обращения к Богу.
Вместе с этой методологией, начиная с ХVII века, стала теряться самая главная онтологическая характеристика человека – душа, дух. Понимание души, духа как онтологического, субстанционального начала человеческого существа свелось к психике, которая стала изучаться как совокупность психических свойств и качеств особого органа – человеческого мозга, отражающего мир. Парадоксально, но едва ли не вся европейская культура в XIX в., даже в лице искренних христиан, сводила душу, дух к мышлению, к разуму. Один из великих философов эпохи Просвещения Г.В.Ф. Гегель доказывал, что "дух есть разум", " дух есть мышление".
Методология культа естественного человека порождает атеизм, который уже в ХVIII веке заявил о себе во весь голос. Легко увидеть, как только человек терял понимание души, так скоро человек терял Бога. Если нет души, зачем Бог? Так сбылись буквально слова древних, которые любил повторять Фейербах: люди создают Бога по своему образу. Но когда человек провозгласил, что нет души, то исчезла и нужда в Боге. А зачем Бог, если нет души? И человек объявил войну Богу как чему-то ненужному, как пережитку прошлого, объявил войну христианской культуре и особенно христианской морали и нравственности.
Самое удивительное то, что признание "естественного человека" произошло тихо и спокойно. Никто не заметил перемен в Европе. Да, жгли атеистические книги, сожгли книгу "Эмиля" Руссо, за "исповедование веры Савойского викария", которое противоречило католицизму, но это было уже третьестепенным событием. Вся Европа читала Руссо. А между тем европейский мир тихо и спокойно пошел в небытие.
Модель естественного человека, упростив понимание человека, стала основой объяснения многих психических качеств человека. В тоже время новая философия могла дать объяснение многим социальным отношениям, в результате чего в XVIII – XIX вв. рождаются классические философские, социальные, педагогические и т.д. учения.
Фактически к концу XIX в Европе сложилась позитивистская концепция понимания мира, утвердилось позитивистски материалистическое понимание науки в качестве фундамента объяснения мира и мироздания. Христианство, по крайней мере, в высших сословиях стало частным делом каждого человека.
В то же время уже в XVIII Европа уже не только терпела атеизм, но, как и в эпоху Возрождения, она дозрела и до служения темным силам. Тайные мистические общества в XVIII в. действовали по всей Европе. Спиритизм в XIX в. был всеобщим увлечением. А к концу XIX в. пришло время и соответствующих открытых учений. Одним из первых открыто провозгласил идею служения темным силам Ф. Ницше. С каждым годом идеи поклонения темным силам все более входили в европейскую культуру. Например, культура декаданса. Многие виды современной культуры носят откровенно сатанинский характер. Именно служение темным силам стало духовной основой третьего рейха. Что вышло из этого – всем известно.
С потерей духовности стало теряться и понимание необходимости связи человека с Господом, вне которой человек более-менее быстро перестает быть человеком. Но именно этот вектор и определил развитие европейской цивилизации, которая закономерно пришла к современной стадии, именуемой постхристианской или постмодернистской.
Фактически в современной Европе и Америке представлены и христианство, и атеизм, и сатанизм. Причем христианство не является определяющей духовной силой современной Европы, о чем красноречиво свидетельствует принимаемая европейская конституция, где христианству отказано вправе считаться основой европейской цивилизации. Это означает, что современная европейско-американская цивилизация, переходит на принципиально иные основы своего бытия. Вместе с тем, это означает уже не "закат Европы", а "гибель Европы", что выражается в вымирании Европы. Европа, за исключением Польши и албанского населения Косово, вымирает. Предупреждения наиболее дальновидных мыслителей современного Запада о гибельном пути развития Запада мало кто слышит. Их, как и любых других пророков и во все времена, никто не слышит.
Да, до окончательной гибели европейской цивилизации наверняка еще далеко. Хотя кто знал в 1985 г., что через 5-6 лет не станет СССР? Самое главное,– если цивилизация смертельно больна, то она может в любой момент погибнуть. А современная европейская цивилизация смертельно больна. Если Франция не может из французов набрать бригаду спецназа – это уже преддверие смерти. И нельзя не видеть, нельзя не осознавать, что эта современная западная цивилизация во многом живет за счет предшествующей духовной культуры, но она физически не способна полноценно внести что-то в ее развитие. И по сути дела она подобна раковой болезни. Раковые клетки, пожирающие организм, гибнут вместе с этим организмом. Отличается ли уровень сознания современных либералов, постмодернистов и постхристиан от уровня сознания раковых клеток? Остается только догадываться. Во всяком случае, по своей установке на разрушение, по устремленности жить за счет предшествующих жизненных и духовных запасов, не думая об их накоплении на завтра.
Возмущенные русские либералы тут же начнут перечислять все блага европейской цивилизации: по два мерседеса и четыре особняка у каждого бюргера, путешествия пенсионеров по всему миру и т.д. Но где же Рим с его коллизеями и термами? И кто будет жить в особняках современных бюргеров лет через 20-25?
Что же образование? Столь радикальные перемены в западно-европейской цивилизации в эпоху Просвещения естественно повлекли за собой громадные перемены в образовании. Первая и самая главная перемена в ХIХ веке – это уход из европейской науки ХIХ века понимания души, и, как следствие, сокращение пространства христианского воспитания и его окончательный уход, на периферию образования. Раз нет в человеке духа, нет образа Божия, то зачем развивать то, чего нет. Легко понять, что такая установка стала методологической основой нового европейского образования, негласно, но фактически сделавшего упор на атеизм, а точнее на подготовку человека к жизни земной. Этот процесс принял особенно быстрые темпы с середины XIX в., чему способствовало и учение Ч. Дарвина.
А поскольку эпоха Просвещения поставила на первое место в духовной жизни науку, прежде всего, естественные науки, то закономерно, что именно наука была поставлена и на первое место в образовании, в том числе и в качестве его смыслового начала.
Отсюда упор на интеллектуальное развитие в школьном образовании. Человек с помощью ума покоряет природу, и благодаря этому, обеспечивает себе комфортную жизнь. Значит, надо развивать интеллект, интеллект и еще раз интеллект. Сделав подготовку к земной жизни главной целью образования, европейская школа еще более вытеснила религиозное воспитание на периферию школьного образования. При этом процесс вытеснения религии шел в европейской школе естественно, постепенно и незаметно, и как бы само собой разумеющееся. Гегель, который искренне защищал христианство, писал своему другу И. Нитхаммеру, школьному советнику Баварии, что учебный план дает ему некоторую свободу действия и "это позволило мне снять с преподавания алгебры в старших классах Бюхнера, который в ней ничего не смыслит, и оставить ему преподавание Закона Божия и морали в младших классах". Гегель Г.В.Ф. Работы разных лет. –М., Мысль – 1978. Т.2 С. За этим юмором – реальное отношение к религиозному воспитанию крупнейшего философа Европы. Это было в начале ХIХ века.
Известнейший историк образования П. Монро на переходе ХIХ – ХХ вв. писал: " Одно из течений нынешнего времени порождает и вместе с тем разрешает важную педагогическую проблему. Полная секуляризация школ привела к совершенному исключению религиозных элементов из общественного воспитания и в большинстве случаев к прекращению изучения или даже к изгнанию из школ Библии и всей религиозной литературы. Таким образом, материал, который немного поколений тому назад составлял единственное содержание начального воспитания, теперь совершенно исключен, и возникает проблема чрезвычайного значения, проблема религиозного воспитания и образования. Было сделано мало или совсем не сделано никаких попыток к разрешению этой проблемы, да и интереса она к себе почти не возбудила. Перед учителем теперь задача вполне аналогичная с задачей, формулированной греческими философами – сформировать характер с помощью преимущественно рационалистического и исключающего традиционный религиозный элемент образования". Как видим, результат аналогичен эпохе Возрождения: европейская школа органически оказалась не христианской, а языческой школой в силу ее фактически полной обособленности от религии. И мы видим, что, чем дальше заходил этот процесс, тем больше деградировало образование и особенно воспитание. Там же, где этот процесс зашел слишком далеко, как например, в Америке и Франции, там и процесс деградации воспитания шел наиболее быстрыми темпами, приобретя, как в этом можно убедиться на примере Америки, угрожающий характер. Его великолепно выразил Дерек Бок: "Как мы видели, растущее внимание к этическим проблемам в обществе уже помогло создать большое количество курсов по профессиональной этике. Но пока еще требования внешнего мира не настолько сильны, чтобы обеспечить им надежное место в учебных планах. Студент не получает повышенной стипендии или лучшей работы за успехи на курсе этики. Большинство фондов и корпораций все еще с неохотой поддерживают программы по профессиональной этике или потому, что они сомневаются в их интеллектуальной завершенности и профессиональном уровне, или из боязни того, что в их комиссиях поднимутся волнения по идеологическим вопросам. В пределах академии профессиональная этика еще не стала признанной частью философии, к тому же институт не повысит свой престиж, имея сильную программу по этому предмету. Хотя нравственные проблемы и вопросы социальной ответственности часто обсуждаются в респектабельных академических журналах, они вряд ли являются тем материалом, на котором может быть построена солидная репутация ученого. В такой обстановке попытки укрепить нравственные стандарты и гражданские добродетели – хотя и более заметные, чем прежде – продолжают оставаться случайной и малоэффективной затеей".( Д. Бок. Университеты и будущее Америки: М.: МГУ, 1993 –С. 96–97)
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
